Четверка (The four)

Машина резко остановилась прямо перед полуразрушенным зданием на окраине города — местом, которого большинство людей избегали, даже не задумываясь. Разбитые окна тянулись по всему фасаду, а стены были настолько выцветшими, что почти не сохранили цвета. Это было место, явно забытое всеми давным-давно, кроме таких, как они. Оскар не стал ждать ни секунды. Как только двигатель окончательно заглох, он толкнул дверь и вышел, с силой захлопнув её за собой. Льюис последовал за ним, его глаза уже внимательно осматривали окрестности, а рука оставалась близко к пистолету, готовая на случай, если что-то пойдёт не так. Он не колебался, когда Оскар решил прийти сюда. Он уже знал, что мальчик внутри спас жизнь Оскару прошлой ночью, и этого было достаточно. Он также знал, что мальчик не имеет никакого отношения ко всему этому, к их миру или к тем проблемам, которые их преследуют. Именно поэтому вариант не явиться к нему даже не рассматривали, это было бы излишне жестоко. Странно, что Оскар тоже так думал, но Льюис не стал жаловаться, увидев в нём хоть каплю человечности. — Слишком тихо, — пробормотал Льюис себе под нос, продолжая осматривать всё вокруг. Челюсти Оскара слегка напряглись, когда он посмотрел вперёд: — Они ждут. За ними остановились ещё две машины, выстроившись в ряд. Из них по очереди выходили мужчины, все вооруженные, настороженные и уже высматривающие любое движение. Оскар не стал оборачиваться, говоря это: — Подвал. Льюис коротко кивнул и подал знак остальным, не теряя времени. Все вошли вместе: внутри здания пахло пылью и чем-то гнилым, что слишком долго там находилось. Их шаги эхом отдавались по потрескавшимся бетонным стенам, когда они направились к узкой лестнице и начали спускаться вниз. Снизу доносился слабый, мерцающий свет, едва освещавший путь. Там же были голоса, тихие, неразборчивые, но определенно различимые. Оскар слегка замедлил шаг. Льюис немного наклонился к нему ближе, тихо говоря: — Пять... может быть, шесть. Губы Оскара слегка изогнулись в улыбке: — Достаточно. Они дошли до последней ступеньки и спустились в подвал: пространство просторное и почти пустое, на первый взгляд ничего особенного не выделялось, кроме одного. Этого мальчика. На нём всё ещё была жёлтая толстовка, но она была не того же оттенка, что и накануне вечером, а чуть светлее. Оскар на мгновение уставился на его лицо, заметив, что оно мокрое от слёз, и что-то в груди сжалось так, как ему не нравилось. Он вспомнил, как тот же мальчик говорил с ним о мороженом, словно ничего этого не было. И теперь, из-за него, он был привязан к стулу посреди комнаты, а к его голове был приставлен пистолет. Его толстовка была испачкана слезами, местами темнее, там, где ткань их пропитала. Его грудь слишком быстро поднималась и опускалась, дыхание было неровным и прерывистым, словно ему не хватало воздуха. Глаза у него были красные, широко раскрытые и полные страха. Он поднял взгляд, как только увидел его. Он открыл рот, явно пытаясь что-то сказать, но как только из его горла вырвался хотя бы тихий звук, рука резко схватила его за волосы и оттянула голову назад. — Заткнись, — рявкнул один из мужчин, сильнее прижимая пистолет к виску. Ландо захлебнулся рыданиями, всё его тело дрожало, он пытался сдержаться, но не смог. Оскар полностью остановился. Всё внутри него замерло в одно мгновение. Холод. Контролируемый. Опасный. На мгновение он уже видел, что произойдёт дальше, словно это было уже решено. Он знал, что этот человек умрёт меньше чем через минуту. Но этого ему было недостаточно. Он не хотел, чтобы это было быстро или легко. Он хотел, чтобы тот сначала пострадал, почувствовал это, и он не собирался устраивать ему мирную смерть. Он хотел увидеть его испуганное лицо хотя бы несколько минут, прежде чем убить его. Льюис сделал полшага вперёд, его голос был спокойным и ровным, словно ничто вокруг них не имело значения. — Ты получил то, что хотел. Мы здесь. Из тени вышел мужчина, его голос совпадал с голосом из телефона. На его лице появилась медленная ухмылка. — Да... вы здесь. Его взгляд осторожно скользнул по Оскару, словно он изучал его. — Я думал, вас будет сложнее найти, — сказал он, ухмылка стала достаточно широкой, чтобы показать части его сломанных зубов. Оскар посмотрел на него без всякой реакции, совершенно невозмутимый. — Зачем нас искать? — ровно спросил он. — Мы всегда рады помочь людям, которые явно жаждут смерти. Мужчина громко рассмеялся, звук разнесся по подвалу. Оскар и Льюис просто смотрели на него, никак не реагируя, даже не вздрогнув. Их руки оставались в карманах, расслабленные, словно им даже не хотелось тянуться за оружием. — Какие храбрые, — сказал мужчина, закончив смеяться, хотя мерзкая улыбка так и не спала с его лица. — Я думал, вас четверо. Где остальные? Оскар слегка наклонил голову, выражение его лица ничего не выдавало. Льюис слабо усмехнулся: — Ты даже с двумя не справишься. — Правда? — ответил мужчина, положив руку на пистолет за поясом, словно это придавало ему больше контроля. Было ясно, что он нервничает, хотя и изо всех сил старался этого не показывать. В конце концов, они были «четверкой». Сначала деньги, которые ему заплатили за это, казались вполне оправданными, даже более чем оправданными. Но, стоя здесь лицом к ним вот так, вдруг этого стало недостаточно. Ландо снова зарыдал. Этот звук прорезал всё остальное для Оскара. Он не повернулся, чтобы посмотреть на него, но это было единственное, на чём он мог сосредоточиться. Его взгляд оставался прикован к мужчине перед ним, тому, кто, казалось, руководил остальными. — Ты молод, — сухо сказал Оскар. — Чтобы быть мёртвым. Мужчина снова рассмеялся, но на этот раз смех звучал по-другому, менее уверенно, более натянуто. Последовала короткая пауза. Затем, всё ещё с той же нервной ноткой в ​​голосе, он снова заговорил: — Я просто хотел проверить, правда ли эти истории. Оказаться в доме твоего парня не было самым безопасным решением. Взгляд Оскара на мгновение переместился на мальчишку. Он всё ещё дрожал, всё ещё пытался сдержать громкий крик, и явно безуспешно. Его дыхание снова прервалось, теперь оно стало учащённым, почти вышло из-под контроля. Паника. Оскар заметил. Его челюсть резко сжалась от легкого, резкого движения. Затем его взгляд снова остановился на мужчине перед ним. — Вы схватили не того человека, — сказал он спокойно, голос его был ровным и холодным. — Он — ничто. Голова Ландо слегка покачала, словно эти слова ударили его сильнее всего на свете. Из него вырвался тихий, прерывистый звук, прежде чем он успел его остановить. Мужчина тихонько усмехнулся. — Правда? Потому что вы вообще-то проделали весь этот путь сюда... Льюис изменил позу, слегка скрестив руки, и без колебаний шагнул вперед, его движение было плавным и контролируемым. — Вы думаете, мы пришли за ним? — сказал он, в его тоне слышалась нотка веселья. — Вы сами с нами связались. Ваша ошибка. Улыбка мужчины слегка померкла, едва заметная, но все еще на месте. Оскар сделал медленный шаг вперед. Затем еще один. — Отпустите его, — тихо сказал он низким, но твердым голосом. Пистолет сильнее прижался к голове Ландо. Ландо резко ахнул, и по его лицу потекли новые слезы. Его дыхание полностью прервалось: слишком быстрое, слишком неровное. — Нет... нет, пожалуйста, — прошептал он, голос его сильно дрожал. — П... пожалуйста... Грудь Оскара тяжело поднималась и опускалась. Наполненная. Сжатая. Его глаза потемнели так, что это невозможно было не заметить. Мужчина это увидел. И он ухмыльнулся. — Ах... посмотрите на него, — передразнил он, явно наслаждаясь этим. — Ваш маленький друг разваливается на части. Льюис снова заговорил, на этот раз тише, более непринужденным тоном, переведя внимание с себя. — Вы все это спланировали только для того, чтобы посмотреть, как кто-то плачет? — сказал он. — Это разочаровывает. Несколько мужчин с их стороны тихонько рассмеялись. Напряжение в комнате немного смягчилось. Совсем чуть-чуть. Но этого было достаточно. Оскар медленно выдохнул: — Сейчас. Всё произошло в одно мгновение. Насилие вспыхнуло мгновенно. Оскар двинулся первым. Быстро. Точно. Жестоко. Его рука резко поднялась и схватила запястье человека, державшего пистолет у головы Ландо, резко вывернув его. Хруст. Крик. Выстрел в колено. Пистолет выскользнул из его руки и упал на землю. В тот же момент Льюис вытащил свой пистолет и выстрелил. Два выстрела. Четко в цель. Контролируемо. Двое мужчин тут же упали. Комната погрузилась в хаос. Крики. Выстрелы. Тела падают на бетонный пол. Оскар ударил локтем прямо в горло мужчины, отбросив его назад, после чего схватил упавший пистолет и без колебаний выстрелил. Один выстрел. Затем ещё один. Оба — в цель. Оба мертвы. Позади него Льюис двигался так, словно это было обычным делом. Для него оно и было таковым. Каждое движение было точным, отработанным и эффективным. — Слева! — крикнул Льюис. Оскар повернулся и мгновенно выстрелил. Ещё один из их людей врезался в кого-то, повалив его на землю, и его кулаки снова и снова сильно ударяли его. Ещё один выстрел, громкий и резкий, раздался в тесном пространстве, эхом отражаясь от стен. Тишина. Тяжёлая. Оставалось только дыхание. Тела на земле. Кровь медленно растекалась по бетону. Оскар замер на мгновение, его грудь ровно поднималась, пистолет всё ещё был поднят в руке. Затем он опустил его. Теперь слышался только плач Ландо где-то позади него и слабый звук человека, пытающегося доползти до двери. Оскар посмотрел на него. Слегка усмехнулся. Это был тот самый мужчина, который дернул мальчика за волосы. Оскар уже выстрелил ему в ногу. Он спокойно шагнул вперед и ногой оттолкнул пистолет, до которого пытался дотянуться мужчина, чуть дальше. Он не торопился. Он не двигался быстро. Все в его действиях было обдуманным. Он позволил мужчине сохранить достаточно надежды, достаточно веры в то, что он еще может до нее дотянуться. Они были всего в нескольких шагах от стула, но расположились так, чтобы мальчик в желтой толстовке не мог толком видеть, что происходит. Медленно Оскар наклонился и схватил мужчину за волосы, резко подняв его голову. — Ты дернул его за волосы, да? — спросил Оскар с легкой улыбкой на лице. — И что еще? Ты сказал ему заткнуться? Мужчина вскрикнул от боли. Взгляд Оскара на мгновение скользнул по крови, стекающей по его ноге, а затем вернулся к его лицу. — Пожалуйста, — слабо взмолился мужчина. Улыбка Оскара стала чуть шире. — Не волнуйся, — сказал он странно добрым тоном. — Я не буду просить тебя замолчать. — Он слегка наклонился, его голос стал мягче, почти нежным. — Я сам заставлю тебя замолчать. Я помогу тебе. Тон совершенно не соответствовал словам. Слишком спокойный. Слишком тихий. Почти как шепот. Он не хотел, чтобы мальчик позади него отчетливо услышал. Не хотел, чтобы тот понял больше, чем уже понял. Мальчик явно был слишком мягким для чего-то подобного. Затем глаза мужчины расширились от чистого страха, когда Оскар медленно поднял пистолет и приставил дуло к его рту. Оскар не нажал на курок. Пока нет. Он просто наблюдал за ним мгновение, изучая это испуганное выражение лица. — Причинять боль невинному, — сказал он, все еще с той же легкой улыбкой. — Это нехорошо. Мужчина окончательно сломался, отчаянные рыдания сотрясали всё его тело, а звук эхом разнёсся по подвалу. — Готов? — тихо спросил Оскар. Мужчина отчаянно качал головой, пытаясь пошевелиться, пытаясь сделать хоть что-то, но прежде чем он успел что-либо сделать... ...комнату прорезал звук выстрела. Ландо всё ещё был привязан к стулу без возможности пошевелиться. Его тело снова вздрогнуло от звука выстрела, словно он пронзил его насквозь. Его тело содрогалось от неконтролируемой дрожи. Его дыхание полностью остановилось, короткие, резкие вздохи, словно как бы он ни старался, он просто не мог вдохнуть достаточно воздуха. Слёзы текли по его лицу без остановки. — П-пожалуйста... — его голос сильно дрогнул. — Я... я... он... он сказал... Оскар оказался перед ним через несколько секунд. Он быстро присел и, не теряя времени, принялся перерезать веревки. — Они ушли, — сказал он, понизив голос. Не мягко, а ровно, сдержанно. — С тобой все в порядке. Ландо тут же, почти отчаянно, покачал головой. — Нет-нет... я... — его руки сильно дрожали, когда он пытался говорить. — Он сказал... он убьет... меня... — Его дыхание только ухудшилось, участилось, стало неровным. Оскар схватил его за запястье. Твердо. Успокаивая. — Посмотри на меня. — Ландо не мог. Оскар чуть сильнее сжал его руку. — Блять. Я не знаю твоего имени... — пробормотал он себе под нос. Мальчик все еще не смотрел на него. — Эй... мальчик-мороженщик, — сказал Оскар, слова вырвались сами собой, без всяких раздумий. Он даже не понимал, зачем это сказал. Но это сработало. Голова Ландо слегка приподнялась. Едва заметно. Его глаза были широко раскрыты, все еще полны страха, но, по крайней мере, теперь он смотрел на него. — Медленнее, — сказал Оскар. — Дыши медленно. — Он сказал... я не могу... — Ты можешь. Льюис подошел, его взгляд на мгновение скользнул по Ландо, прежде чем остановиться на Оскаре. — Нам нужно идти. — Я знаю. На этот раз Льюис внимательнее посмотрел на мальчика. Красивый. Слишком красивый, даже в таком виде. Зеленые глаза. Хрупкое телосложение. Молодой. Явно невинный. Слишком невинный для всего этого. Затем он посмотрел на Оскара. Оскара, который сидел на корточках, пытаясь его успокоить. Оскара, который все еще явно был зол, все еще нес в себе ту же холодную агрессию, но в то же время он заботился о незнакомце. Это было на него не похоже. Совсем нет. Оскар не отводил взгляда от Ландо. — Вдох, — сказал он тише. — Дыши. Ландо попытался. Не получилось. Снова вздрогнул. Выражение лица Оскара изменилось, теперь разочарование было видно яснее. Он не привык к этому. Не знал, как вести себя в такой ситуации. А мальчик выглядел совершенно испуганным. Из-за него. Он плакал так сильно, что даже дышать толком не мог. Оскар снова заговорил, на этот раз резче. — Вдох. — Дрожащий мальчик вдохнул. — Выдох. — Прерывистый выдох. Оскар повторяет, что нужно дышать снова: — Вдох, — ещё один дрожащий вдох, — выдох. Он вырвался неровно, но это было хоть что-то. Снова. И снова. Медленно, он начал успокаиваться. Не до состояния «в порядке». Даже близко. Но достаточно. Плач немного утих, пока вместо громких рыданий не стали течь в основном только беззвучные слезы. Оскар отпустил его запястье и встал, поднимая мальчика вместе с собой. Ландо споткнулся, как только попытался встать, ноги были слишком слабы, чтобы удержать его. Оскар тут же подхватил его. — Осторожно. Ландо быстро кивнул, всё ещё дрожа, его рука схватила Оскара за рукав, даже не заметив этого. Льюис в последний раз оглядел тела. — Там будет ещё много людей. Оскар коротко кивнул. — Пошли. Они двинулись быстро. Ландо держался рядом, всё ещё держа Оскара за рукав, нервно оглядываясь по сторонам, словно ожидая, что в любую секунду может произойти что-то ещё. Оскар позволил ему это, что было неожиданно. Для Льюиса. Для остальных. Даже для него самого. Но он не оттолкнул его. Они вышли из подвала, поднялись по лестнице и оказались в холодном ночном воздухе. Ландо держался рядом, слишком близко, едва отпуская, его пальцы всё ещё крепко сжимали рукав Оскара. Машины уже ждали снаружи, двери были открыты. Оскар, ничего не говоря, повёл его к первой машине. Когда они подошли, он слегка толкнул его в плечо, чтобы тот сел внутрь. Но Ландо не сел. Он колебался, оставаясь на месте, рука Оскара всё ещё лежала на его плече. — Я... я хочу домой, — нервно сказал Ландо, его взгляд метался между Оскаром и Льюисом, неуверенный и испуганный. — Садись, — сказал Оскар, снова толкая его, на этот раз чуть сильнее. На этот раз Ландо сделал шаг назад. Он отступил, слегка наклонившись, словно пытаясь увеличить расстояние между ними. Оскар тяжело вздохнул, его терпение иссякло, и гнев снова начал нарастать. Ландо стоял в паре шагов от него, создавая ровно ту дистанцию, которая была необходима. Он смотрел на Оскара широко раскрытыми, испуганными глазами, его лицо всё ещё было мокрым от слёз, которые не переставали литься. — Садись в машину, — спокойно сказал Оскар, его голос был ровным, но не оставлял места для возражений. Ландо тут же покачал головой, его дыхание всё ещё было прерывистым, он оглядывался по сторонам, словно ища другой выход, любой способ выбраться из этой ситуации. — Оскар, он только что видел, как мы убивали людей, — тихо сказал Льюис рядом с ним. — Он боится. Его голос был тихим, предназначенным только для Оскара, а не для остальных. Оскар не отрывал глаз от мальчика. Он просто стоял там мгновение, наблюдая за ним. Что ж. Он не мог оставить его здесь. Не после всего, что произошло. Оскар сделал несколько длинных шагов вперёд, быстро сокращая дистанцию, и прежде чем Ландо успел как следует отреагировать, его запястья оказались в хватке Оскара, когда тот потянул его к машине. — П... подожди... нет... — провыл Ландо сквозь рыдания, пытаясь взять себя в руки. — Почему? Почему? Я... я ничего... тебе не сделал... Оскар остановился. Секунду он просто посмотрел на него. Он пытался ему помочь. Неужели он настолько глуп, чтобы этого не видеть? Его взгляд оставался прикован к Ландо, пока он говорил, тон его был спокойным, но теперь стал холоднее. — Ты хочешь, чтобы я вернул тебя тем людям? — Затем он внезапно отпустил его запястья. Так резко, что Ландо пошатнулся назад, чуть не потеряв равновесие. — Хорошо. Иди. Не дожидаясь ответа, Оскар повернулся и направился обратно к машине, прямо к водительскому сиденью. — Оскар, — позвал его Льюис, всё ещё спокойный, но теперь более серьёзный. Он пытался заставить его понять: они не могли оставить мальчика здесь. Даже если Оскар хотел притвориться, что ему всё равно. Оскар сам сюда приехал. Он сам принял решение спасти его. И Льюис не мог поверить, что ему придётся пройти через всё это, чтобы снова оставить мальчика в опасности. Оскар сел в машину и занял водительское место, положив руки на руль. Он не оглядывался. Ему это было не нужно. Он знал, что мальчик придёт. А если нет, Оскар сам затащит его в машину, но, глядя на это испуганное лицо, он понимал, что до этого не дойдёт. Он сам сядет. Льюис на секунду замешкался, взглянув на Ландо так, словно хотел что-то сказать, может быть, успокоить его или объяснить. Но прежде чем он успел это сделать, Ландо двинулся. Медленно, нерешительно, всё его тело всё ещё дрожало, он подошёл к машине и молча забрался на заднее сиденье. Льюис тихо выдохнул, затем жестом предложил мужчинам позади сесть в свою машину. После этого он сел на пассажирское сиденье. Оскар слегка поднял взгляд к зеркалу. Он посмотрел на мальчика через него. Его лицо было совершенно мокрым, слезы все еще текли, он пытался сдержать рыдания, но время от времени, когда дыхание прерывалось, ему это не удавалось. Оскар отвел взгляд снова на дорогу. Это не имело значения. Он был просто тем, кто однажды помог ему. И Оскар отплатил ему тем же. Вот и все. Если мальчик хотел плакать, он мог плакать сколько угодно.