Четверка (The four)

Ландо избегал его. Оскар ясно это видел, даже не прилагая особых усилий. С той ночи каждый раз, когда Ландо видел его, он просто поворачивался и уходил, словно не хотел находиться рядом. Ночью, когда Оскар притягивал его к себе, Ландо сопротивлялся. Он почти не произносил ни слова, но его тело говорило само за себя. Он пытался вырваться, тихо, но настойчиво. Как бы Оскар ни удерживал его или ни прижимал к своей груди, Ландо продолжал пытаться. Ему это никогда по-настоящему не удавалось, но он и не останавливался. Уже одно это вызывало у Оскара любопытство. Потому что Ландо ничего не объяснял. Он не жаловался, не спорил, он просто...отстранялся. А Оскар не был из тех, кто задает вопросы или показывает, что ему не все равно. Он все равно продолжал обнимать его. Ему не нужно было для этого разрешения Ландо. — Оскар. — Голос Дженсона наконец вывел его из задумчивости, и Оскар поднял на него взгляд, моргнув один раз. Только тогда он понял, где находится. В комнате Дженсона. Дженсон смотрел на него с ожиданием, словно уже что-то спросил и ждал ответа. Оскар слегка нахмурился, всё ещё прислонившись к стене, как всегда, со скрещенными руками и напряженной осанкой. — Что? — спросил он равнодушно. Льюис взглянул на него, немного смущенный его реакцией. Шарль же, напротив, тихонько рассмеялся, сделав ещё один глоток из своего бокала: едва ли ещё середина дня, а он уже начал пить. — Ты что, влюблён? — поддразнил Шарль с ухмылкой. — Он задал тебе вопрос. — Он поднёс палец к подбородку, делая вид, что задумывается. — Ой, подожди... это может быть правдой. — Перестань болтать, хорошо? — спокойно сказал Оскар, явно не заинтересованный шутками Шарля. Затем он снова обратил внимание на Дженсона. — Спроси ещё раз. Дженсон медленно постукивал пальцами по столу, внимательно наблюдая за Оскаром. Его выражение лица было серьёзным, сосредоточенным. — Завтра вечером будет важное событие, — наконец сказал он. — Для тебя, за городом. Это... важно. — О каком важном событии идёт речь? — спросил Оскар, теперь уже задумчивым тоном. Его поза не изменилась, руки скрещены, он по-прежнему прислонился к стене, но всё его внимание было сосредоточено на этом. Пальцы Дженсона продолжали легко постукивать по столу. — Тысяча. Брови Оскара слегка приподнялись при этой цифре. Это было необычно. Даже для них. Шарль и Льюис отреагировали иначе, что означало, что они, вероятно, уже слышали об этом. — Это привлечёт внимание, — спокойно сказал Оскар после паузы. — Слишком рискованно. Даже для нас. Дженсон кивнул: знал это. — Да, — согласился он. — Это может положить начало новому расследованию, — добавил Льюис, его голос стал медленнее, задумчивее, когда он обдумывал риски. — Но это хорошие деньги, верно?— сказал Шарль с широкой улыбкой, явно единственный, кого эта идея заинтересовала. Дженсон снова кивнул. — Это тоже правда. Мы не можем позволить себе упустить этого покупателя. — Он посмотрел на всех троих. — Вы же знаете, что нам нужно сделать, верно? Все кивнули. Они уже делали это раньше. Не в таком количестве, но и сама ситуация не была новой. — Три разных места, — сказал Льюис, даже не спрашивая, уже будучи уверенным. — Именно, — ответил Дженсон, на его лице появилась лёгкая улыбка. Он посмотрел на них с чем-то вроде гордости. На мальчиков, которых он считал своими. Своей семьёй. — Если мы всё соберём вместе, то представим им улики на блюдечке с золотой каемочкой, — объяснил он, хотя все они и так всё знали. — Чтобы это сработало, каждый из вас должен заниматься этим отдельно. — Сколько каждому? — спросил Льюис. Дженсон снова посмотрел на них обоих. Он уже всё тщательно обдумал. Он доверял им всем. Но сумма всё ещё была большой, даже если разделить её поровну. — Поскольку вы двое привлекаете больше внимания, — сказал он, взглянув на Льюиса и Шарля, — лучше, если Оскар возьмёт большую часть. Никто из них не стал спорить. Это имело смысл. Они были в этом деле дольше, и, учитывая прошлые дела с их участием, полиция, вероятно, следила за ними внимательнее. — Двести пятьдесят каждому из вас, — сказал Дженсон, глядя на Льюиса и Шарля. Затем его взгляд переместился на Оскара. — Остальное — твое. Оскар слегка кивнул. Это было дорого. Рискованно. Но не невозможно. Пятьсот. Двадцать пять коробок. — Льюис и Оскар... за городом. Шарль... в подвале. Завтра вечером, в восемь часов, — твёрдо сказал Дженсон. Он постучал сигаретой по подносу, позволяя пеплу упасть. — Можете идти. Оскар ушёл первым. Была ещё середина дня, и он только что вернулся из клуба. Всё, чего он хотел, — это спать. Он сразу направился в свою комнату, но, не найдя там Ландо, повернулся и пошёл в уже другую. Льюис и Шарль всё ещё были в коридоре, и ему не хотелось устраивать перед ними сцену. Ему не хотелось слушать шутки Шарля или советы Льюиса. Он закрыл за собой дверь. Ландо сидел на кровати, не глядя на него. Даже взгляда не поднял. Оскар был слишком измотан, чтобы обращать на это внимание. Сначала он снял обувь, затем сел на край кровати, даже не потрудившись переодеться. Через мгновение он откинулся назад и, как только его голова коснулась подушки, полностью лёг. Ландо тут же попытался встать, но Оскар схватил его за запястье и потянул обратно. Ландо чуть не упал на грудь Оскара, но всё же попытался подняться снова. — Останься, — твёрдо сказал Оскар, хотя в его голосе слышалась усталость. Ландо не послушался и изо всех сил пытался вырваться. И на этот раз что-то в Оскаре сломалось от усталости и разочарования. Он резко двинулся, притянул Ландо обратно к себе и перевернул на бок. Затем он лёг позади него, притянул к себе, стал «большой ложкой» и удерживал его на месте. — Я сказал, останься, — повторил он, голос его стал резче. Ландо наконец перестал сопротивляться. Не потому, что хотел, а потому, что больше не мог. Оскар крепко обнял его, прижимаясь лицом к пространству между шеей и плечом Ландо, вдыхая его запах, закрывая глаза. Он начинал привыкать к этому запаху. Просто к тому, как хорошо пахнет Ландо. Он оставался в таком положении несколько мгновений, дыша всё сильнее, прижимаясь к нему, держа его близко. — Завтра я отвезу тебя домой, — медленно произнёс Оскар, наблюдая за любой реакцией. Он тут же почувствовал, как тело Ландо напряглось от этих слов. Но сам он по-прежнему молчал. — Ты этого хочешь? — снова спросил Оскар, его руки всё ещё крепко держали его: одна на животе Ландо, другая обхватывала его талию. Ландо внезапно попытался снова пошевелиться, пытаясь подняться. — Как бы ты ни старался, я не позволю тебе встать, — спокойно, почти небрежно сказал Оскар, словно всё уже было решено. — Я собираюсь спать, а ты останешься здесь, — добавил он, закрыв глаза, как будто борьба Ландо его совсем не беспокоила. — Я не хочу спать, — наконец сказал Ландо. Оскар усмехнулся, услышав его голос. Наконец-то. — Неважно. Оставайся здесь с открытыми глазами, — сказал он, снова прижимаясь лицом к шее Ландо. Он слегка укусил, наслаждаясь реакцией тела Ландо. — Как милая куколка. Ландо замер на секунду. Затем он снова дернулся. — Нет, — резко сказал он. — Я не твоя, блять, кукла. Отпусти меня. — Он почти закричал. Оскар слегка нахмурился. Это было неправильно. Не так, как раньше. Ландо обычно сопротивлялся, да, но в последнее время — не так. Не с такой злостью. Оскар снова изменил их положение: на этот раз он схватил Ландо за запястья и полностью развернул его, нависая над ним, не надавливая. — Ты моя кукла, — серьезно сказал Оскар, на этот раз не дразня. Просто констатируя это как факт. Глаза Ландо горели от гнева. — Отпусти меня, — снова пробормотал он. Оскар не шевелился. — Отпустить тебя? — Он лишь поднял бровь, почти с улыбкой. — Нет, — ответил он сам себе, снова наклонившись и медленно поцеловав Ландо в шею. Это место его завораживало. Это он и так знал. И скрывать это не собирался. Ландо тяжело вздохнул носом, внезапно почувствовав нежные поцелуи на своей коже. — Ты не можешь просто... — начал он, но резко остановился. Оскар откинул голову назад, чтобы посмотреть на него должным образом. — Конечно, могу, — твердо сказал он, даже не понимая, что имел в виду Ландо. — Но закончи предложение. Он чувствовал, что то, что Ландо собирался сказать, и было причиной его такого поведения. И теперь ему стало любопытно. Не потому, что это что-то изменило бы, он все равно остался бы с ним, а потому, что хотел понять. Ландо посмотрел на него, все еще злясь. — Зачем? Оскар в ответ промычал, теперь уже с большим любопытством, но и с тихим удовлетворением от того, что Ландо наконец заговорил. — Попробуй, — сказал он, словно бросая вызов. Его тело оставалось расслабленным, он все еще крепко, но спокойно держал запястья Ландо, словно наслаждаясь каждой секундой, даже если Ландо — нет. Ландо же, напротив, был явно в ярости. Его дыхание было тяжелым, от усталости и гнева одновременно. Он на мгновение замер. Оскар видел это по его выражению лица. По тому, как он заставил себя заговорить. — Почему ты всё ещё держишь меня вот так, а? — спросил Ландо, его голос был не уязвимым, а резким, почти насмешливым. Его грудь быстро поднималась и опускалась. — После... после этого? Нахмурившись, Оскар нахмурился. — После этого? — повторил он, пытаясь понять, что имел в виду Ландо. Он снова наклонился, прижавшись лицом к шее Ландо и слегка укусив. На этот раз Ландо никак не отреагировал. Это было не то, чего хотел Оскар, поэтому он сделал это снова, сильнее. Наконец, из горла Ландо вырвался тихий звук, и Оскар снова отстранился, выглядя довольным. — Ты говорил... — пробормотал он, бегло осматривая оставленные им следы. Некоторые свежие, некоторые — ещё раньше. — Ты знаешь, после чего... — спросил Ландо. Оскар помолчал, затем внимательнее посмотрел на него. И вдруг... всё встало на свои места. После того, как он его коснулся, он ушёл в ванную. Ландо, вероятно, неправильно понял произошедшее. Он слегка усмехнулся. — О, — сказал он. Его хватка на запястьях Ландо на секунду усилилась. — Значит, ты злишься, потому что я тебя не трахнул? Ландо замер, затем быстро заморгал. — Ты... — начал он, но остановился, издав раздражённый звук, словно хотел крикнуть, но сдерживался. — Слезь с меня. Оскар тихо рассмеялся. — Я могу сделать это сейчас, если тебя это так сильно беспокоило, — сказал он дразняще. Ландо снова попытался вырваться, его тело извивалось под ним. — Ты просто... ушёл и сделал это в ванной, как будто тебе не нравилось прикасаться ко мне. Теперь перестань прикасаться ко мне, если тебе было так плохо. Оскар не был из тех, кто будет объясняться или извиняться. Просто не был. Он не стал бы извиняться за убийства, тем более за это. Ему всё равно придётся объяснить Ландо, но чем позже, тем лучше. Он не создан для таких разговоров. — Я не ненавижу прикасаться к тебе, — сказал он вместо этого спокойным и ровным голосом, словно спорить было бессмысленно. Ландо резко выдохнул, почти фыркнул. — Правда? — сказал он, в его голосе всё ещё читалась злость. — Меня бы это не удивило. Оскар никак не отреагировал. Ничего не объяснил. Не стал защищаться. Он просто смотрел на него. Долгий, тихий взгляд. Затем его хватка снова усилилась, не больно, просто крепко. — Ты слишком много думаешь, — просто сказал он. Ландо сжал челюсти. — Или, может быть, ты просто... — Оскар прервал его, сильнее прижав запястья к матрасу, ровно настолько, чтобы заставить его замолчать. — Я не спрашивал, — спокойно ответил он. Между ними снова воцарилась тишина, тяжелая и напряженная. Ландо тяжело дышал, все еще злясь, все еще сопротивляясь, но он не говорил. Оскар некоторое время наблюдал за ним. Затем слегка наклонил голову. — Вот почему ты так себя ведешь? — спросил он, не мягко, не с любопытством, просто оценивая. Ландо не ответил. Оскар тихо промычал низким задумчивым звуком. — Ты расстроен, — сказал он, словно констатируя факт о погоде. Что-то простое. Что-то, что на самом деле не имело значения. Ландо раздраженно выдохнул. — Ты не имеешь права просто... Оскар снова прижал его к себе, на этот раз чуть резче. — Имею, — сказал он. Без повышения голоса. Без эмоций. Просто уверенность. И это только ухудшило ситуацию. Ландо замер на секунду, в его глазах снова вспыхнула злость. — Ты даже не... — начал он, затем остановился и слегка покачал головой, словно разговаривать с Оскаром было бессмысленно. Оскар это заметил. Его большой палец медленно, почти незаметно, скользнул по запястью Ландо. — Скажи это, — сказал он, явно отдавая приказ. Ландо помедлил секунду, а затем наконец заговорил. — Ты ведёшь себя так, будто я просто вещь, которую можно взять, когда захочешь, — сказал он напряжённым голосом. — И бросить, когда закончишь. В цель. Но Оскар не показал этого. Он просто смотрел на него. Затем появилась лёгкая ухмылка. Медленная, безразличная. — Потому что могу, — просто сказал он. Без колебаний. Без чувства вины. Просто уверенность. Выражение лица Ландо резко изменилось. — Конечно, ты так думаешь, — пробормотал он. — Я даже не удивлён. Оскар немного наклонился ближе, всё ещё удерживая его, всё ещё контролируя ситуацию. — Именно. Тебе не стоит удивляться, — тихо сказал он. — Ты здесь, и останешься здесь. Столько, сколько я захочу. Я беру тебя, когда захочу. Ландо коротко и горько рассмеялся. — Да, — сказал он. — Я убегу. Улыбка Оскара не исчезла. — Ты же знаешь, что не сможешь, — спокойно сказал он. — Но ты всегда можешь попробовать. И это было правдой. Они оба это знали. Оскар наблюдал. Даже когда его не было рядом, его люди наблюдали. Он специально приказал им следить за Ландо. На этот раз Ландо не ответил. Он просто смотрел на него. Сердитый, расстроенный, застрявший в тупике. Оскар молчал несколько секунд. И на мгновение ему стало почти жаль его. Почти. Он знал, что мальчику, должно быть, было ужасно. Он ушел без объяснений. Для Оскара редкость испытывать что-то подобное, даже малейшее. Но все же это чувство было. Он продолжал смотреть в глаза Ландо. — Перестань пытаться убежать каждый раз, когда видишь меня, — сказал он, всё ещё спокойный. Всё ещё расслабленный. Словно ничто его не потрясло. — И перестань слишком много думать о вещах, в которых ты не разбираешься. Пальцы Ландо слегка сжались на матрасе, но он не отодвинулся. Оскар оставался над ним, осторожно, но не выдавая своей заботы. Одной рукой он прижался к матрасу рядом с головой Ландо, поддерживая его вес. Другой рукой он крепко и контролируемо держал оба запястья Ландо над головой, не оставляя места для соскальзывания. Он едва касался его, но близости было достаточно. Тесно, обволакивающе. Ландо чувствовал его, не будучи полностью раздавленным под ним. Он не был из тех, кто объясняет свои слова или признаёт свою неправоту. И уж точно не из тех, кто извиняется. Поэтому он сделал то, что казалось ему правильным. — Завтра, — небрежно сказал он, словно это уже было решено. — Я отвезу тебя куда захочешь после того, как ты вернешься домой. Его хватка на запястьях Ландо слегка ослабла, ровно настолько, чтобы удерживать его на месте при движении. Ландо нахмурился. Его руки явно начали болеть в таком положении, Оскар понял это по тому, как он постоянно ерзал. Но ему было все равно. Ему нравилось, когда он был в таком положении. — После? — тихо спросил Ландо. Оскар тихо рассмеялся, его дыхание слегка коснулось кожи Ландо. — Ты правда думал, что я оставлю тебя там? — Его ухмылка тут же вернулась. — Милый. Его большой палец на мгновение надавил на запястье Ландо, а затем снова расслабился. — Проверишь свои растения, — продолжил он спокойным и сдержанным тоном. — Потом мы уходим. Никаких обсуждений. Без выбора. У нас есть время до ночи. Ландо поднял на него взгляд, всё ещё напряжённый под его хваткой. Внезапно он проявил интерес. — Почему? — быстро спросил он. — Что будет ночью? Оскар даже не остановился. Его рука слегка сдвинулась на матрасе, чтобы удержать равновесие, оставаясь над ним. — Ничего такого, о чём твоей красивой голове нужно думать, — сухо ответил он. Выражение лица Ландо напряглось. — Что это вообще значит? Оскар полностью проигнорировал это. Его хватка оставалась неподвижной. — Шшш... я хочу спать, — сказал он, как будто этого было достаточно, чтобы закончить разговор. — Я не... — попытался Ландо снова. Его пальцы снова сжали оба запястья Ландо. — Лежи спокойно. Ландо резко выдохнул, но не остановился полностью. — Что ты делаешь по ночам? — снова спросил он. По-прежнему выглядел так, будто наконец-то нашел что-то интересное. Что было... странно. Челюсть Оскара слегка сдвинулась, теперь уже проявлялось раздражение. — Ты же не остановишься, правда? Ответа не последовало. Оскар задержал взгляд на секунду. —... в клубе, — сказал он, словно уже закончил говорить. — Вот и всё. На самом деле он не собирался в клуб... его сделка была за городом, но это был первый ответ, который пришел ему в голову. — В клуб? — спросил Ландо мягким, но слегка удивленным голосом. Оскар посмотрел на него с легким весельем. Неужели он думал, что Оскар из тех, кто ходит по клубам? Он ненавидел такие места. — На работу. А не танцевать, — коротко поправил он. Ландо помолчал немного, все еще осмысливая сказанное, затем кивнул. — Я пойду с тобой. Взгляд Оскара тут же вернулся к нему. — Нет. Мгновенно. Без колебаний. Ландо даже не моргнул. — Пойду. Оскар немного наклонился ближе, всё ещё опираясь на одну руку, а другой удерживая Ландо на месте. — Нет, не пойдёшь. — Ты сказал, что мы пойдём куда я захочу, — пробормотал Ландо мягким, почти раздражающе спокойным голосом. Оскар понял, что тот использует этот тон специально. Чтобы получить желаемое. — Не в клуб, — просто ответил Оскар. Ландо снова попытался вырваться, не настолько, чтобы сбежать, а лишь достаточно, чтобы показать сопротивление. Затем он отвернул лицо, уставившись на стену, а не на него. Между ними повисла тишина. Оскар смотрел на него. Его рука не двигалась. Не ослабевала. — Не начинай, — сказал он. Ничего. — Ландо. По-прежнему ничего. Это немного его задело. Его пальцы снова сдвинулись, ещё сильнее сжимая запястья Ландо. — Посмотри на меня. На этот раз Ландо повернулся. Медленно. Тихо. Его нижняя губа слегка выпятилась. — Блять, — пробормотал Оскар себе под нос. Он наклонился и укусил Ландо за нижнюю губу, зажав её между зубами. Не нежно, скорее с раздражением, словно его злило, как легко это на него действует. Ландо вздрогнул от резкости, но на этот раз не отстранился, словно был уверен, что получает желаемое. — Ты будешь рядом, — сказал Оскар, всё ещё раздражённый. Ландо быстро кивнул, слегка улыбнувшись. Снова смягчившись. Теперь никакого сопротивления. Это что-то изменило. Оскар задержал взгляд на мгновение дольше, чем раньше, затем медленно выдохнул. — ...Ты будешь рядом со мной. Меня не будет некоторое время. А в это время ты будешь с Джеком, — наконец добавил он. Всё ещё сдержанно. Всё ещё на своих условиях. — Не пытайся уйти. Ни с кем не разговаривай. И делай в точности, что я скажу. Ландо снова кивнул, мгновенно. Оскар ещё секунду смотрел на него, затем наконец отпустил его запястья. Он перенёс вес с него и сел, но расстояние между ними сохранилось едва секунду. Он снова лёг, потянув Ландо за собой без просьбы. Легко поправляя его положение, одной рукой направляя, другой крепко держа, пока Ландо не оказался наполовину на нём, положив голову на плечо Оскара. Снова близко. Именно там, где он хотел. Его рука обхватила талию Ландо, скользя ниже, пока его ладонь не уперлась в поясницу, удерживая его на месте. Не грубо, но и не так, чтобы от этого было легко отстраниться. Он ещё раз поправил хватку, притянув его немного ближе, удовлетворённый. Затем он закрыл глаза. — Хорошо, — пробормотал он, уже явно устав от всего происходящего. — Я спать. — Его пальцы слегка надавили на спину Ландо. — Не шуми. — У меня болят руки, — пожаловался Ландо, но его голос снова стал мягче. — Тогда не двигайся, — устало ответил Оскар, — иначе мне снова придётся их держать.