Четверка (The four)

За окном Оскара город проносился в золотистых и серых полосах, а одна рука расслабленно лежала на руле. Его челюсть была сжата. Ландо всё ещё не сказал ему правду. Именно об этом Оскар не мог перестать думать. Не о том, что он шпион. И даже не о том, кто его послал. А о том, что Ландо постоянно смотрел ему прямо в глаза и лгал. Каков был его план? На самом деле, это не имело значения. Потому что Оскар всё равно оставит его себе. Он медленно выдохнул через нос. По крайней мере, Дженсон ещё ничего не сделал. Эта мысль немного успокоила его. Потому что если Дженсон уже хотел смерти Ландо... Он уже был бы мертв. Оскар взглянул на часы на приборной панели, прежде чем снова посмотреть на дорогу. Он ненавидел это чувство. Быть зажатым между ними. Пока ничего не произошло, но Оскар и не хотел, чтобы это случилось. Он не хотел выбирать. Между мальчиком, который был ему близок, и мужчиной, который практически стал ему отцом. Дженсон был не просто тем, на кого он работал. Дженсон вытащил его из ада. В те времена, когда Оскар всерьёз думал, что умрёт или окажется в тюрьме, не дожив до двадцати. Дженсон дал ему дом. Имя, которого боялись люди. Место рядом с ним. Всё, что было у Оскара, теперь существует благодаря ему. Оскар тяжело сглотнул. Так что нет. Он не хотел выбирать между ними. Его хватка на руле усилилась. Но всё же... Он почувствовал облегчение, что Дженсон, похоже, готов оставить Ландо в покое на время. Оскар потянулся за телефоном и нажал кнопку вызова. Алекс ответил после второго звонка. — Ты готов? — спросил Оскар. — Я еду в клуб за тобой. В машине повисла тишина, и Оскар оторвал телефон от уха, чтобы проверить, не прервался ли звонок. — ...Зачем? — наконец спросил Алекс. Оскар тут же нахмурился. — Что значит «зачем»? — Почему ты едешь за мной? — Сделка, — нетерпеливо ответил Оскар. — В шесть часов. Снова тишина. Затем: — Какая сделка? Выражение лица Оскара медленно изменилось. Алекс растерянно рассмеялся. — Никто мне ничего не сказал. Оскар почувствовал, как по спине пробежал холодок. — Что? — Я серьёзно, — быстро сказал Алекс. — Может, они забыли. Дайте мне десять минут, и я доберусь до клуба... Оскар оторвал телефон от уха. Голос Алекса продолжал тихо звучать из динамика. Но Оскар его почти не слышал. Внезапно в его голове прокрутилось всё. Дженсон рассказал ему о сделке всего за несколько часов. Льюис избегал зрительного контакта. Шарль молчал. Кровь застыла в жилах. — Нет... — пробормотал он. В телефонной трубке голос Алекса тут же обострился. — Оскар? Глаза Оскара слегка расширились. Ландо. Руль резко дёрнулся в его руках, когда он резко повернул на встречную полосу. Где-то позади него раздался гудок. Оскар сильнее нажал на газ. — Оскар? Что, блять, происходит? — крикнул Алекс в трубку. Но Оскар уже закончил разговор. И помчался к особняку. Оскар вёл машину как чёртов маньяк. Его руки так крепко сжимали руль, что костяшки пальцев побелели. Они солгали ему. Все трое. Дженсон. Льюис. Шарль. Они посмотрели ему прямо в глаза и играли с ним, как с каким-то тупым блядским ребёнком. Фальшивая сделка. Фальшивый покупатель. Просто чтобы выгнать его из дома. Его челюсти сжались так сильно, что стало больно. Ворота особняка показались слишком медленно. Оскар резко посигналил, и машина рванулась к въезду. Охранники тут же выпрямились от тревоги. Один из них шагнул вперед, растерянно. — Разве ты не... — Открой, блядь, ворота, — опасно сказал Оскар. Никто из них не двинулся достаточно быстро. Оскар открыл дверь машины еще до того, как двигатель полностью заглох. — Если вы не устали жить, — холодно сказал он, — откройте, блядь, ворота сейчас же. Это сработало. Страх мгновенно отразился на лицах обоих. Ворота открылись мгновенно. Оскар сел обратно в машину и помчался сквозь них. Шины визжали по каменной подъездной дорожке, когда он объехал фонтан и небрежно припарковался рядом с ним. Он выскочил из машины секунду спустя. Входные двери с грохотом распахнулись, ударившись о стены, и звук эхом разнёсся по всему особняку. Он поднимался по лестнице, перепрыгивая через ступеньки. Его грудь горела от ярости. Дверь его комнаты распахнулась. Пусто. Взгляд Оскара тут же устремился к кровати. Простыни были растрёпаны. Свет всё ещё горел. Но Ландо не было. Его челюсть сжалась. Он быстро проверил ванную. Тоже пуста. — Блять. Оскар резко повернулся и бросился обратно в коридор. Комната Дженсона. Пусто. Комната Льюиса. Пусто. Комната Шарля. Тоже пуста. Оскар на секунду остановился посреди коридора, тяжело дыша, когда тишина заполнила весь особняк. Внезапно тишина внутри особняка показалась ему неправильной. Слишком неправильной. Затем Оскар замер. Его внезапно осенила мысль, от которой у него скрутило желудок. Он мгновенно обернулся. Вниз. Быстрее. Его ботинки с силой ударились о мраморный пол, эхом разнился по коридорам, когда он помчался вниз. Дэймон и Джек стояли у входа в подвал, тихо разговаривая друг с другом, когда появился Оскар. Оба тут же побледнели. — Ос-Оскар... — начал Дэймон. Оскар так сильно толкнул его, что парень споткнулся и ударился о стену. Дверь в подвал распахнулась с оглушительным грохотом. Оскар быстро спустился по лестнице. Один шаг. Два. Три. И тут он увидел его. Ландо с кровью в уголке рта. Его глаза потемнели. — Что, чёрт возьми, здесь происходит? — раздался голос Оскара по всему подвалу. Все тут же обернулись. Оскар застыл на месте у подножия лестницы. Его взгляд мгновенно скользнул по комнате. Стул. Веревки. Металл в руке Дженсона. Ландо. Ландо выглядел испуганным. По-настоящему испуганным: всё его тело заметно дрожало, прижавшись к стулу, глаза красные, дыхание прерывистое. Выражение лица Оскара мгновенно изменилось. Сначала шок. Затем что-то гораздо более мрачное. Одержимость. Через секунду позади Оскара послышались тяжёлые шаги. Первым появился Дэймон, тяжело дыша, словно за ним бросились, а сразу за ним Джек. — Мы не заметили, как он спустился, — быстро сказал Дэймон. Никто ему не ответил. Взгляд Оскара всё ещё был прикован к Ландо. К верёвкам на его запястьях. К страху, всё ещё читавшемуся на его лице. К раскалённому металлу в руке Дженсона. Что-то в выражении лица Оскара теперь выглядело по-настоящему опасным. Словно он был в секунде от того, чтобы полностью потерять контроль. Дженсон сразу это заметил. — Держись подальше, — спокойно сказал он. Оскар посмотрел на него так, словно действительно не расслышал его как следует. Затем он начал идти вперёд. Прямо к Ландо. К веревкам. Взгляд Дженсона на мгновение переместился на Дэймона и Джека. Всего лишь небольшое движение головой. Этого было достаточно. Они тут же двинулись вперед. Они схватили Оскара, прежде чем он успел дотянуться до стула. После этого все разразилось в одно мгновение. — Что, блять, вы делаете? — крикнул Оскар, резко вырываясь из их хватки. Дэймон чуть не упустил его в одно мгновение. — Отпустите его! — снова крикнул Оскар, его голос эхом разнесся по подвалу. — Вы совсем ебанулись? Ландо в шоке уставился на него. Оскар был здесь. Оскар вернулся. Оскар не знал, что они причиняют ему боль. Он пытался спасти его. Оскару было не все равно... Ландо посмотрел на него, его тело все еще дрожало. Все еще был в ужасе. Но странное чувство снова начало зарождаться внутри него. То же чувство, которое он испытывал всякий раз, когда Оскар приходил в ярость из-за того, что ему причинили боль. То же чувство, которое он испытывал всякий раз, когда Оскар смотрел только на него. Всякий раз, когда он прижимал Ландо к себе. Всякий раз, когда он вел себя так, будто Ландо был центром его мира. То же чувство, которое Ландо всегда испытывал, когда Оскар был рядом. Он чувствовал... себя странно. Дженсон оставался спокойным, несмотря на хаос, происходящий перед ним. — Он шпион, — ровно сказал он. — Это все равно произойдет. Оскар внезапно рассмеялся. Резкий, сердитый смех, который звучал совершенно неправильно. — Нет. Нет, нет, нет, — тут же огрызнулся он. — Ты не будешь его трогать. Дженсон раздраженно выдохнул. — Ты не соображаешь. — Я соображаю совершенно ясно! — крикнул в ответ Оскар. Он снова сильнее дернулся, вырываясь из хватки Дэймона и Джека. — Отпустите его, — крикнул он. — Развяжите, блять, веревки и отпустите его наверх. Выражение лица Дженсона слегка померкло. — Ты привязался к нему, — спокойно сказал он. —В этом-то и проблема. Ты не думаешь. Он шпион. Оскар снова рассмеялся. По-настоящему рассмеялся. Как будто он искренне не мог поверить, что этот разговор происходит. — Думаешь, меня это волнует? — громко спросил он. — Хорошо. Меня волнует. Поздравляю. Теперь отпустите его. Все нахмурились: Оскару было все равно? — Ты знаешь, что он шпион, и вот твоя реакция? — недоверчиво спросил Шарль. — Да, знаю... и что? — сказал Оскар, все еще пытаясь вырваться из хватки Джека и Дэймона. Они держали его, выглядя по-настоящему испуганными за свою жизнь. Глаза Ландо расширились ещё больше. Оскар не предполагал. Он знал, что Ландо — шпион. И ему было всё равно. — Оскар... ты что, с ума сошёл? — спросил Дженсон, его голос оставался спокойным, несмотря на скрытую злость. Кто вообще этот парень, который так сильно повлиял на Оскара? — Мне плевать, шпион он или нет, — громко сказал Оскар. — Он мой. И ты его не тронешь. Его взгляд снова переместился на шокированное лицо Ландо. Он должен был догадаться. Он должен был понять, что что-то не так, как только его отправили прочь. А что, если бы он опоздал? Вид Ландо, привязанного к стулу и выглядящего испуганным из-за «кого-то, кроме Оскара», сводил его с ума. Ландо был его. Его дело. У них не было права прикасаться к нему. В подвале воцарилась полная тишина, слышен был только голос Оскара. Даже Льюис выглядел потрясённым. Дженсон медленно опустил раскалённый металл на ближайший стол, не отрывая глаз от Оскара. — Я не собираюсь его убивать, — спокойно сказал он. — Успокойся. — Оскар уставился на него. Дженсон продолжил тем же сдержанным тоном: — Но я позабочусь о том, чтобы ни одна другая группа больше никогда не чувствовала себя достаточно самоуверенной, чтобы посылать шпионов в этот дом. Выражение лица Оскара мгновенно изменилось. — Нет. — Это должно произойти, — сказал Дженсон, словно решение уже было принято. — Нет, — повторил Оскар более резко. Терпение Дженсона явно начинало иссякать. — Ты предпочёл бы, чтобы я его убил? — прямо спросил он. — Или сделал это и позволил ему уйти живым? Оскар выглядел разъяренным. Его челюсть была крепко сжата. — Нет, — тут же огрызнулся он. — Не трогай его вообще. Дженсон сделал медленный шаг к нему. — Ты не думаешь. В этот самый момент Оскар потерял самообладание. Он так резко вырвал руку из хватки Дэймона, что никто не успел среагировать. Затем внезапно по подвалу прокатился звук вытащенного пистолета. Все замерли. Оскар направил пистолет прямо на Дженсона. В комнате мгновенно воцарилась полная тишина. Шарль смотрел на него с недоверием. Губы Льюиса слегка приоткрылись от шока. Дэймон тут же отпустил Оскара, слишком ошеломленный, чтобы нормально реагировать. Даже Джек выглядел застывшим. Рука Оскара была неподвижна. Ужасающе неподвижна. — Ты не оставляешь на нем ни единого, блять, следа, — сказал он. Никто не двигался. Кажется, никто уже не мог нормально дышать. Дженсон секунду смотрел на пистолет, а затем медленно поднял взгляд, снова взглянув на лицо Оскара. Оскар. Мальчик, который всегда уважал его. Мальчик, который видел в Дженсоне отца. Мальчик, к которому сам Дженсон относился как к сыну, видел в нём своего сына... А теперь он направлял на него пистолет. Всё тело Ландо напряглось. Он тоже не мог в это поверить. Но не по той же причине, что и все остальные в комнате. Ландо был шокирован не потому, что Оскар направлял пистолет на кого-то настолько важного для него. Он был шокирован потому, что Оскар делал это ради него. Ради Ландо... Мальчик, которого Дженсон годами называл своим сыном, теперь стоял там с пистолетом в руке из-за Ландо. И Ландо ничего не мог с этим поделать. Он чувствовал себя счастливым. Он чувствовал, как теплое чувство удовлетворения разливается по его груди. Ему нравилась вся ситуация. Тишина затянулась мучительно долго. Вдруг Ландо начал смеяться. Звук странно эхом разнесся по подвалу. Шарль тут же посмотрел на него. Ландо слегка покачал головой, продолжая слабо смеяться. — Ух ты, — пробормотал он. — Твой собственный сын направил на тебя пистолет? Никто ему не ответил. Ландо все равно продолжал говорить. — Какой же я хороший шпион, — сказал он. — Я действительно испортил ваши отношения между отцом и сыном, да? Взгляд Оскара на мгновение метнулся к нему. — Заткнись, Ландо. Но Ландо не остановился. Его дыхание стало неровным, глаза слишком блестели. — Меня послал Марк, — громко продолжил он. — Ты был прав. — Челюсти Оскара сильно сжались. — Вы все были такими лёгкими мишенями, — продолжал Ландо. — Четвёрка? Серьёзно? — Он снова рассмеялся. — Уничтожить всё это было даже несложно. Ему это слишком нравилось. — Заткнись! — крикнул на этот раз Оскар. Вся комната снова затихла всего на несколько секунд. Ландо посмотрел прямо на Дженсона. — Сделай это, — внезапно сказал он. Ему это было нужно. Блять, Оскару было не всё равно. Ландо это нравилось. Но сейчас он хотел этого ещё больше. Потому что если Дженсон убьёт Ландо, он потеряет сына. Но не Ландо, не того мальчика, о котором он не заботился... Он потеряет Оскара. И Ландо этого хотел. Он хотел, чтобы Дженсону было плохо. Он хотел, чтобы тот заплатил. Ландо дрожащей улыбкой. — Хочешь что-то доказать? — спросил он. — Тогда убей меня. Оскар мгновенно сжал пистолет. — Ландо. — Это прозвучало как предупреждение. Но Ландо полностью проигнорировал его. — Ну же, — сказал он Дженсону. — Ты и так уже думаешь, что я шпион. Ты и так уже думаешь, что я всё испортил. — Его голос слегка дрогнул в конце, но он всё равно выдавил слова. — Так что сделай это уже. — Заткнись, Ландо... Я разберусь с тобой позже, — сердито крикнул Оскар, его дыхание было прерывистым. Он хотел подойти, закрыть Ландо рот рукой и заставить его замолчать. — Вы все ведёте себя так ужасно, — прошептал Ландо, прежде чем тихонько цокнуть языком. — А половина из вас выглядит так, будто вас сейчас стошнит. Льюис медленно начал идти к Оскару, его движения были контролируемыми и осторожными. Оскар этого не заметил. Его пистолет всё ещё был направлен прямо на Дженсона. Его внимание было полностью приковано к Ландо. — Никто его не тронет, — сухо сказал Оскар. Пытаясь напомнить всем, что что бы Ландо ни говорил, ничто не изменит его мнения. Дженсон тихо вздохнул от досады. Ему нужно было, чтобы Оскар успокоился. Он ещё мог справиться с этим. Сейчас Оскар был очень эмоционален. В конце концов, он поймет, что Дженсон был прав, желая, чтобы Ландо хотя бы немного наказали. Дженсон уже был более великодушен, чем большинство людей, не убивая шпиона сразу. — Он признался, — сказал Дженсон, пытаясь заставить Оскара ясно увидеть ситуацию. Ландо снова рассмеялся. — Да, — громко сказал он. — Огромный злой шпион. Очень страшный. — Заткнись, — снова огрызнулся Оскар. Он тут же сделал шаг вперёд, пытаясь дотянуться до своего мальчика. Он пытался развязать его и оттащить обратно наверх, в его постель, где он мог бы обеспечить ему безопасность. Где он мог бы держать Ландо на руках, привязать его к кровати и убедиться, что тот останется там, где хотел Оскар. Запереть дверь, чтобы никто не смог войти. И чтобы Ландо не смог выбраться. Чтобы он мог сохранить, защитить мальчика, который принадлежал ему. Он снова шагнул вперед, пистолет все еще был направлен на Дженсона. Он не собирался стрелять в него. Но он также не собирался стоять и смотреть, как Ландо страдает. Он сделал еще один шаг вперед. И в тот же самый момент Льюис двинулся. Быстро. Плавно. Одно четкое движение. Его рука схватила запястье Оскара и вывернула пистолет из его рук, прежде чем кто-либо успел отреагировать. В тишине резко щелкнул металл. Оскар резко повернулся. — Льюис, — прорычал он. Джек и Дэймон мгновенно схватили его сзади, прежде чем он успел броситься вперёд. — Оскар, — тихо прошипел Дэймон. — Пожалуйста, остановись. — Отпусти меня! — крикнул Оскар изо всех сил, горло горело. Льюис осторожно держал пистолет опущенным, сжав челюсти. — Ты только усугубляешь ситуацию. Он его не убьёт... всё закончится через минуту. — Что ты, нахуй, несёшь? — снова крикнул Оскар. — Никто, блядь, не смеет трогать то, что принадлежит мне. Ландо наблюдал за всем этим широко раскрытыми глазами и дрожащим смехом, который опасно приближался к тому, чтобы окончательно рассыпаться. Дженсон полностью игнорировал хаос. Вместо этого он медленно повернулся обратно к Ландо. Раскалённый металл всё ещё слабо светился оранжевым, когда он снова забрал его у Виктора. И как только Ландо увидел, что пистолет снова направлен на него, страх обрушился на него в одно мгновение. Всё его тело инстинктивно резко дёрнулось, пытаясь вырваться из верёвок. Дженсон спокойно подошёл ближе. — Ну что ж, — тихо сказал он. — Думаю, мы закончили ждать. Дыхание Ландо тут же прервалось резкими, прерывистыми рывками. — Нет... — Его голос сильно дрогнул. Ему казалось, что он не может дышать. Он попытался, но внезапно это показалось невозможным. Дженсон снова слегка присел перед ним. — Пора, маленький шпион. — Не смей, Дженсон! — снова крикнул Оскар, отчаянно вырываясь из хватки Дэймона и Джека. Дженсон полностью проигнорировал его. Настоящий ужас так сильно накрыл Ландо, что на секунду зрение затуманилось. Всё его тело снова начало сильно дрожать. Он был в ужасе... Он на мгновение закрыл глаза. Представил. Представил мир, где ему не пришлось бы через это проходить. Он представлял, что всё это — кошмар, от которого он проснётся. Но когда он снова открыл глаза, ничего не изменилось. Он всё ещё был там. Всё ещё в ловушке. Он устал. Настолько устал, что казалось, будто усталость вросла в кости, тяжелая и необратимая. Он хотел быть храбрым. Он действительно хотел. Но он не мог. Не мог, когда тепло этого металла было так близко к его коже. И вдруг слёзы хлынули из его глаз, прежде чем он успел их остановить. В тот же самый момент он улыбнулся. Ужасной, надломленной и горькой улыбкой. — Знаешь что? — прошептал он дрожащим голосом, пока крики Оскара всё ещё эхом разносились по подвалу. Оскар на секунду перестал кричать. Пытаясь понять, что они говорят, он тяжело дышал. Ландо сквозь слезы смотрел прямо на Дженсона. — Сделай это... Шарль тут же нахмурился. Льюис выглядел искренне растерянным. Даже Дженсон замер. Все были в шоке, хотя и слышали, как он просил Дженсона убить его, они все еще не могли поверить ему. Ландо был идиотом...? Говорить такие вещи в такой ситуации. Ландо слабо рассмеялся сквозь рыдания. — Я хочу, чтобы ты это сделал... — прошептал он. — Ландо, перестань говорить, — сердито прорычал Оскар, тяжело дыша носом. Ландо снова зарыдал. Глядя на Дженсона разбитыми глазами, с такой болью, что Дженсон еще больше растерялся. Грудь Ландо теперь сильно дрожала с каждым вздохом. — Я хочу ненавидеть тебя еще больше, чем я уже ненавижу... Слова звучали хрипло. Брови Дженсона медленно нахмурились. Ландо продолжал улыбаться сквозь неутихающие слезы. — Я хочу, чтобы ты напоминал мне, кто ты на самом деле... дал мне что-то, что всегда будет со мной... что-то, что будет напоминать мне о том, какой ты человек, каждый раз, когда я буду на это смотреть. Тихий, прерывистый звук вырвался у него на середине предложения. Не совсем смех. Не совсем всхлип. В комнате воцарилась полная тишина. Никто не понял, что он имел в виду. Даже Оскар выглядел растерянным, нахмурив брови, пытаясь понять слова. Что-то в том, как Ландо это сказал, вдруг сделало воздух странным. Словно эти слова принадлежали чему-то более глубокому, чем этот разговор. — Именно, Ландо, — сказал Дженсон с легкой улыбкой. — Я хочу, чтобы ты это помнил. Я хочу, чтобы ты помнил, с кем ты связался... Я хочу, чтобы ты помнил боль всякий раз, когда услышишь мое имя. Ландо рассмеялся ещё громче, его смех разбился на части, слившись с громкими, неровными рыданиями. Его тело дрожало, слёзы текли всё быстрее и сильнее, пока он едва мог дышать. — Я уже помню боль, когда... когда я слышу твоё имя, — выдавил он, голос его совсем дрогнул в конце. Оскар перестал сопротивляться. Его взгляд был прикован к Ландо, и в нём читалось что-то опасно близкое к шоку. Почему Ландо так себя ведёт? Почему он провоцирует Дженсона? Почему он не умоляет? Не просит пощады? — Дженсон... — сказал Оскар. В его голосе всё ещё звучал гнев. Всё ещё был полон предупреждения. Дженсон долго смотрел на Ландо. Недоумевая. На самом деле не понимая, о чем он говорит. Этот парень пытался играть с ним в игры, не так ли? Но почему он звучал так искренне? Какого чёрта он ненавидит Дженсона? «Я хочу ненавидеть тебя ещё сильнее, чем я уже ненавижу». Что, блять, это должно было означать? Ландо снова слабо рассмеялся, а слёзы продолжали течь по его лицу. — Что? — прошептал он. — Ты не можешь этого сделать? Выражение лица Дженсона тут же снова стало жёстким. Что бы это ни был за странный момент, он быстро его забыл. Он посмотрел на Виктора, не отрывая глаз от Ландо. — Закрой ему рот. Оскар тут же рявкнул: — Не смей его трогать! Виктор лишь на мгновение замешкался, прежде чем шагнуть вперёд. Ландо тут же запаниковал, как только Виктор схватил его за челюсть. Он резко дёрнулся на стуле, дыхание стало прерывистым, когда тряпка была втиснута ему в рот. Из его горла вырвался приглушённый звук. — Скоро всё закончится, — тихо прошептал Виктор, но всё же засунул ткань достаточно глубоко, чтобы заставить его замолчать, прежде чем туго завязать её за головой. Дыхание Ландо тут же стало прерывистым, он хрипел носом. Слезы все еще текли по его лицу, пока он яростно дрожал, пытаясь вырваться из канатов. Оскар выглядел разъяренным. Еще больше разъяренным, чем раньше. — Клянусь Богом, Дженсон... ты все портишь. — Он начал фразу тихим голосом, но в конце выкрикнул последние слова. Дженсон полностью проигнорировал угрозу. Он снова подошел ближе и медленно поднял раскаленный металл возле дрожащей руки Ландо. Не прикасаясь. Достаточно близко, чтобы жар заставил Ландо резко вздрогнуть на стуле. Из-за кляпа вырвался приглушенный отчаянный звук. Ему было страшно. Ужасно страшно от предстоящей боли. Он даже дышать нормально уже не мог. Он уже чувствовал, как зрение начинает расплываться от страха. Оскар снова резко рванулся вперед, так сильно, что Дэймон чуть не выронил его. — Не трогай его! — Подвал отреагировал эхом. Дженсон наконец оглянулся на Оскара. Спокойный, как всегда. — Это необходимо. — Дженсон, не надо, — снова крикнул Оскар, наблюдая, как раскаленный металл приближается к предплечью Ландо. Наблюдая, как глаза Ландо полуприкрыты. Наблюдая, как он моргает, словно не может сфокусироваться, и как все его тело заметно дрожит. — Он пиздец как напуган, — прошептал Оскар себе под нос. Он хотел убить их всех. Каждого человека в этой комнате. Он хотел перерезать всем глотки и смотреть, как они истекают кровью за то, что прикоснулись к Ландо. Они пытались прикоснуться к тому, что принадлежало ему. Они причиняли боль тому, что принадлежало ему. — У нас повсюду враги, — спокойно объяснил Дженсон. — Люди наблюдают за нами. Ждут слабости. Его голос оставался спокойным и сдержанным, словно это был всего лишь очередной деловой разговор. Он слегка указал на Ландо раскаленным металлом. — Если распространится слух, что шпион вошел в этот дом, жил среди нас месяцами и не понес никакого наказания, мы будем выглядеть слабыми. Челюсти Оскара сжались так сильно, что мышца дернулась. — Он в ужасе, — прорычал он. — И ему стоит быть в ужасе. Ландо крепко зажмурил глаза, когда рядом с ним снова повеяло жаром, все его тело дрожало так сильно, что стул заскрипел. Его дыхание полностью сбилось с ритма. Каждый вдох теперь звучал резко и прерывисто. Голос Дженсона оставался ровным: — Должно быть наказание. Оскар выглядел так, будто вот-вот кого-нибудь убьёт. Не потом. Прямо здесь. — Он мой... он мой, и я должен с ним разобраться... ты не имеешь права принимать решения на его счет. Слова тяжело эхом разнеслись по подвалу. — Просто закончи это, Дженсон, — сказал Шарль, в его голосе проскальзывало раздражение, когда он вытирал уже чистое лицо. Это должно было быть сделано. Так почему Дженсон так долго возится? Почему он делает это, пока Ландо просто сидит и ждёт боли? — Блять. Останови его, Льюис. — Оскар внезапно повернулся к Льюису. Это он много раз просил Оскара быть снисходительным к Ландо. Почему он стоял там и ничего не делал? — Ну же... сделай что-нибудь, — сказал Оскар, его голос всё ещё был сердитым, но теперь уже тише. Льюис не смотрел на него. Он не мог это остановить. Ландо был шпионом. Они занимались этим делом уже много лет. Они делали вещи гораздо хуже. Дженсон был достаточно добр, чтобы не убить Ландо. Дженсон повернулся к Ландо. В последний раз взглянув на мальчика, он поднял бровь и усмехнулся. И тут... Звук горящей плоти эхом разнёсся по подвалу, когда он надавил на раскалённый металл. Реакция была мгновенной. Всё тело Ландо резко дернулось о стул, за тканью застрял резкий приглушённый крик. Вырвавшийся из него звук едва ли звучал по-человечески. Его спина выгнулась так сильно, что стул чуть не опрокинулся назад, а связанные руки беспомощно напрягались за спиной. Его ноги резко дёрнулись, пытаясь вырваться из пут. Веревки жестоко впились в запястья. Дженсон не стал сразу отдергивать металл. Он ждал. Наблюдал. — Небольшое напоминание от Четверки, — спокойно прошептал он. Ландо издал еще один ужасный приглушенный звук за тканью. Все его тело бешено затряслось от боли. Оскар замер. Несколько ужасных секунд он просто смотрел. На то, как тело Ландо беспомощно дрожало на стуле. Слышал приглушенный крик, вырывавшийся из-под ткани, натянутой ему на рот. На раскаленный металл, прижатый к его коже. На слезы, неудержимо текущие по лицу Ландо. Затем что-то внутри Оскара окончательно сломалось. — Дженсон! — Крик пронесся по подвалу так громко, что эхом отразился от стен. Дэймон чуть не потерял равновесие, когда Оскар с силой рванулся вперед, протащив его и Джека на полшага по полу. Он выглядел ужасающе. Все его лицо покраснело. Вены отчетливо выступали на шее и лбу. Ярость исказила его лицо настолько сильно, что оно едва ли выглядело человеческим. Дженсон сделал это. Дженсон пытал Ландо. Ландо не мог перестать дрожать. Слезы текли по его лицу неудержимо, а сквозь ткань пробивались приглушенные, прерывистые звуки. Его дыхание полностью сбилось с ритма. Боль. Боль. Боль. Она была повсюду. Жгла в руке. В груди. В голове. Запах горящей кожи мгновенно вызвал у него тошноту. Он пытался вырваться, хотя бежать было некуда. Веревки все сильнее врезались в его запястья от того, как яростно он сопротивлялся. Его пальцы беспомощно сжались за спинкой стула. Все его тело непроизвольно дергалось каждые несколько секунд. Дженсон наконец отдернул металл. В комнате теперь резко пахло жаром и горелой кожей. Ландо тут же согнулся вперед настолько, насколько позволяли ремни, дрожа так сильно, что стул заскрипел под ним. Сдавленные рыдания вырывались из-за ткани. Дыхание было прерывистым. Паника. Он постоянно моргал, словно головокружение, и выглядел совершенно рассеянным. Как будто он уже не понимал, где находится. Шарль выглядел так, будто ему плохо. По-настоящему плохо. Его лицо побледнело. Он резко отвернулся и прикрыл рот рукой, словно пытаясь сдержать рвоту. — Боже, — прошептал он. Льюис тоже выглядел ужасно, сжав челюсти, глядя на Ландо. Он знал, что это необходимо. Знал. Так устроен этот мир. Шпион не может остаться на свободе. Все в комнате это знали. Дженсон уже проявлял слишком много милосердия, не убив Ландо сразу. Он напоминал себе об этом снова и снова. Ландо жив, это хорошо. Хорошо. Все ожидали смерти в тот момент, когда правда выйдет наружу. И единственная причина, по которой Ландо всё ещё дышал, — это Оскар. Льюис это знал. Все знали. Дженсон действительно переживал за Оскара, если тот решил не убивать шпиона. Однако сейчас Оскар выглядел как убийца. Больше не просто злой. Готовый убить. Вены на его шее заметно вздулись, когда он изо всех сил сопротивлялся хватке Дэймона и Джека, так что Дэймон выругался себе под нос, пытаясь его удержать. — Что, нахуй, с тобой не так? — крикнул Оскар. Его голос содрогался от ярости. — Что, нахуй, с тобой не так?! Подвал отозвался от этого крика. Дженсон оставался спокойным: — Он не мертв. Оскар смотрел на него так, будто действительно хотел застрелить его. Ландо издал еще один прерывистый звук за тканью, его тело все еще неконтролируемо дрожало. Взгляд Оскара мгновенно вернулся к нему. Ландо крепко зажмурил глаза, слезы текли по его лицу, он отчаянно пытался дышать, одновременно борясь с паникой и болью. Все его тело непроизвольно дергалось каждые несколько секунд. Стул дрогнул под ним от сильной дрожи. Дыхание прерывалось на полпути к вдоху. Он выглядел испуганным. По-настоящему испуганным. При виде этого Оскар почувствовал, как что-то ужасное сжалось у него в груди. Что-то собственническое. Что-то яростное. Что-то опасно близкое к полной потере контроля. — Сними с него эту ебучую ткань! — прорычал он. Никто не двинулся с места. Виктор неуверенно посмотрел на Дженсона. И эта тишина заставила Оскара рваться еще сильнее. — Я сказал, нахуй убери это с него. — На этот раз его голос понизился. Становится опаснее. Дэймон заметно усилил хватку за спиной, словно опасаясь, что Оскар может кого-нибудь убить, если его не послушают. Выражение лица Дженсона слегка ожесточилось. — С ним все в порядке... перестань так эмоционально реагировать. — Ты его обжёг! — закричал Оскар, резко дернувшись вперед. — Ты его обжёг... он мой... он, блять, мой. — Оскар прорычал эти слова так громко, что после этого весь подвал затих. Даже Дженсон на полсекунды замер. Дыхание Ландо снова прервалось от крика Оскара. Его глаза слабо открылись сквозь слезы. И в тот же миг, как он посмотрел на Оскара, что-то в его выражении лица треснуло еще сильнее. Он снова закрыл глаза, даже дышать толком перестал. Оскар заметил это мгновенно. Его грудь сильно сжалась. — Ландо, — тут же произнес он, голос его стал грубее. Он все еще был зол. — Посмотри на меня. Ландо не мог перестать дрожать. Еще один приглушенный звук вырвался из него. Оскар тут же снова пришел в ярость. — Вытащи эту хуйню изо рта. Виктор заколебался. Дженсон заговорил, прежде чем он успел пошевелиться. — Он манипулирует, когда говорит. Оскар посмотрел на него так, словно хотел перегрызть ему горло. — Ему больно. Дженсон не ответил. Ему все еще было непривычно. Как Оскар говорил с ним сейчас. Зло. Яростно. Дэймон быстро усилил хватку, когда Оскар снова рванулся вперед. Ландо снова сжался в кресле, и из него вырвался еще один дрожащий всхлип. Оскар услышал это. Видел это. Каждое малейшее движение. И ярость на его лице стала по-настоящему пугающей. — Отпустите меня. — Да... отпустите его, — спокойно сказал Дженсон, взглянув на Джека и Дэймона. Оскар всё ещё отчаянно вырывался из их хватки, тяжело дыша, так что у него болела грудь. — Вы что, совсем с ума сошли? — рявкнул Оскар. — Я сказал, отпустите его, — повторил Дженсон. Джек сначала помедлил. Затем он ослабил хватку. Дэймон последовал его примеру секунду спустя. Для Оскара этого было достаточно. В тот же миг, как его отпустили, он рванулся вперёд. Его кулак врезался прямо в лицо Дженсону. Сильно. Дженсон пошатнулся набок от силы удара, а треск эхом разнёсся по подвалу. Шарль резко вздрогнул. Льюис выругался себе под нос. Неужели это когда-нибудь прекратится? Сразу же Оскар схватил Дженсона за рубашку, и на его лице отразилась чистая ярость. — Ты его обжёг. Дженсон спокойно посмотрел на него, несмотря на удар. Это спокойствие только разозлило Оскара. Оскар снова отдёрнул руку, словно собирался ударить его во второй раз, но Льюис быстро схватил его сзади и грубо потащил назад. — Оскар! — Отъебись от меня! — прорычал Оскар, отчаянно вырываясь. Льюис сжал его крепче. — Ты сходишь с ума! — Что, блять, по-твоему произошло?! — Оскар крикнул в ответ. Его голос резко дрогнул в подвале. Оскар сильно толкнул Льюиса и яростно указал на Ландо. — Вы все стояли здесь и смотрели, что происходит. Шарль выглядел бледным, ему стало плохо от всего происходящего вокруг. Он избегал смотреть прямо на Оскара. — Ты ничего не сделал, — крикнул Оскар. Затем его взгляд метнулся к Шарлю. — И ты, блять, ничего не сделал. Шарль тяжело сглотнул. — Оскар... — Нет! — сказал Оскар. — Заткнись. Нахуй. — Он произносил каждое слово медленно. Льюис снова крепче сжал его, когда Оскар попытался снова приблизиться к Дженсону. И вдруг с пола раздался ужасный удушающий звук. Все тут же обернулись. Всё тело Ландо резко дёрнулось. Стул полностью опрокинулся набок под ним, с силой ударившись о бетон, когда он упал на пол. Его тело начало неконтролируемо дрожать. Не просто дрожать. Полная паника. Дыхание стало прерывистым, сквозь ткань, заткнутую во рту, а слезы текли по лицу ручьем. Веревки резко врезались в запястья, тело содрогалось на полу. Ожог на руке пульсировал с каждым движением. — Ммм... — Звук, вырвавшийся из него, был тихим. Ужас. Он не мог нормально дышать. Оскар мгновенно замер. Вся ярость на его лице превратилась в нечто еще худшее. — Ландо. Ландо, казалось, едва его слышал. Все его тело продолжало неконтролируемо дрожать на полу, дыхание стало прерывистым и судорожным, словно он физически не мог успокоиться. Шарль инстинктивно шагнул вперед. — Блять... — Это слово вырвалось у него тихо, почти шепча, но паника в нем была очевидна. На секунду он действительно застыл, глядя на тело Ландо, дергающееся о бетонный пол, словно не зная, с чего начать. Но Оскар подбежал к нему раньше всех. Льюис тут же отпустил его, и Оскар тяжело опустился на колени рядом с Ландо. — Ландо... успокойся. Оскар достаточно быстро поднял стул, чтобы Ландо не ударился об пол, когда его тело снова сильно трясло. Деревянные ножки резко заскребли по бетону. Ландо все равно сильно вздрогнул. Его взгляд все еще был рассеянным. Ужас. В полнейшем ужасе. Он пытался дышать, но не мог набрать достаточно воздуха в легкие, каждый вдох превращался в прерывистый, сдавленный хрип, прежде чем он мог закончить. Его грудь продолжала сильно дергаться. Руки Оскара крепко держали стул, чтобы Ландо, дрожа от страха, снова не рухнул набок. Чем дольше Оскар смотрел на него, тем сильнее менялось его выражение лица. — Сними эту хуйню с него. — Никто не пошевелился. Никто не среагировал достаточно быстро. Оскар так резко поднял взгляд, что Виктор инстинктивно отступил на полшага назад. — Я сказал, сними. Его голос резко разнесся по подвалу, заставив Дэймона напрячься у лестницы. Виктор тут же присел рядом с ними и потянулся за тканью, повязанной за головой Ландо. Ландо слабо вздрогнул, как только пальцы коснулись узла; паника всё ещё заставляла всё его тело реагировать на всё вокруг. — Прости, — быстро пробормотал Виктор, хотя даже он теперь звучал неловко. Тканевая повязка наконец развязалась. Как только она вырвалась изо рта, Ландо резко и прерывисто вдохнул воздух, настолько сильно, что это звучало болезненно. Затем ещё один. И ещё один. Но ни один из них не достиг лёгких. Каждый вдох обрывался на полпути, превращаясь в очередной удушающий хрип. Его тело продолжало сильно дрожать. Плечи. Руки. Даже ноги, привязанные к стулу, неконтролируемо дёргались. Оскар осторожно схватил его за щеку, несмотря на то, как яростно он всё ещё выглядел. — Дыши, — резко приказал он. — Ландо. Дыши. Ландо тут же задрожал ещё сильнее. — Я не могу... — Слова оборвались на полпути. Его голос звучал надломленно. Челюсти Оскара сильно сжались. — Можешь. Ландо инстинктивно, несмотря на ситуацию, прижался к нему, дрожа так сильно, что зубы стучали между вдохами. — Я... я... ненавижу... ненавижу его... — выдавил он, едва сдерживая слова сквозь панику, сдавливающую его грудь. Это разрушило последние остатки самообладания Оскара. Он снова поднял взгляд. Абсолютно взбешенный. Вены резко выступили на его шее, ярость читалась на каждом его лице. Взгляд Оскара устремился прямо на Дженсона. Его взгляд был устремлен на него. Опасный. Дженсон оставался неподвижным. Спокойным. Как будто ничто из этого его совсем не беспокоило. Ландо внезапно издал еще один надломленный звук рядом с Оскаром, его тело снова резко дернулось от панической атаки, раздирающей его. Оскар тут же повернулся к нему и осторожно схватил его за затылок. — Посмотри на меня. Ландо не мог сосредоточиться. Его зрачки выглядели расфокусированными, слезы все еще текли по лицу, а дыхание прерывалось на прерывистые судороги. Оскар чувствовал, как он дрожит. Настоящая тряска. Уже не просто легкая дрожь. Сильная, непрекращающаяся тряска всего тела. Шарль выглядел обеспокоенным. Сглатывал каждые несколько секунд. Он слишком долго смотрел на лицо Ландо, прежде чем резко отвести взгляд, чувство вины отчетливо читалось на его лице. Дэймон тоже выглядел напряженным возле лестницы, его поза была напряжена, словно он ждал, что Оскар вот-вот взорвется. Даже Виктор выглядел грустным. Его взгляд метался между ожогом на руке Ландо и лицом Оскара, словно он сожалел о том, что вообще в этом участвовал. Все выглядели слишком напряженными для чего-то настолько обычного для их группы. И Льюис... Льюис смотрел на Ландо так, словно только что осознал, как далеко всё зашло. Потому что это было совсем не то, чего он ожидал. Да, все они ожидали наказания. Ожидали страха. Боли. Но это? Ландо выглядел сломленным. Съёжившись в руках Оскара, он задыхался от паники, так сильно, что даже дышать толком не мог. Наконец, на его лице появилось что-то вроде сомнения. Дженсон, однако, казался совершенно невозмутимым. Он не убил мальчика. Для него это уже считалось милосердием. Шпион, вошедший в их дом и вышедший живым, уже был щедростью за гранью разумного. Он повернулся, не сказав ни слова, и медленно направился к лестнице, полностью игнорируя хаос позади себя. Его руки оставались спокойными по обеим сторонам тела, пока он поднимался по ступенькам. Его голова была полна мыслей. Значит, Марк действительно зашёл так далеко. Достаточно далеко, чтобы отправить кого-то в этот дом. Достаточно далеко, чтобы подослать шпиона прямо рядом к Оскару. Дженсон не мог обманывать себя. Эта мысль его волновала. Не из-за Ландо. Из-за Марка. Потому что, наконец, после долгих лет молчания и осторожной дистанции, этот ублюдок решил действовать первым. И теперь Дженсон мог ответить. Медленно, лёгкая улыбка появилась на уголке его рта, когда он поднялся ещё на одну ступеньку. Макс и Джордж проделали весь этот путь до особняка ради этого мальчика. Джордж выглядел разъяренным. Макс выглядел обеспокоенным, хотя и очень старался это скрыть. Дженсон задавался вопросом, как бы выглядели их лица, если бы они подумали, что он действительно убил его. Он не убил бы мальчика... Но им ведь не нужно было это знать, правда? Как бы они отреагировали? Потеряли бы они контроль над собой совсем? Эта мысль чуть не заставила его тихонько рассмеяться про себя. Позади него снова раздался голос Оскара: — Дыши.