Это осложняет ситуацию

Ладонь была в крови собственного тела. На его животе была рана от ногтей Эмили, не серьезная, чтобы переживать, но тело никак не реагировало. А ещё в соседней комнате было нечто неживое, что могло по закону подлости мутировать. Это помимо зомби, которые уже могли прорвать дверь, которую он забаррикадировал по пути сюда. Так что да, его бессознательное тело — это проблема. — Нужно оттащить его к моей машине. Его нельзя оставить здесь, — голос был непривычно высоким. Грейс нервно дернулась от сказанного. — Какой… твоей… машине? — сипло спросила она. И полное непонимание. — Грейс, — он вздохнул, — Это не Эмили. Это Леон. Она застыла. — А у тебя неплохое чувство юмора, — предположила она. Леон поднял одну бровь. Это был первый и единственный комплимент его юмору, но, к огромнейшему сожалению, он был очень не к месту. Грейс всхохотнула. Также нервно, как и делала всё остальное. — Да ладно. Её глаз начал дёргаться. Леон вздохнул устало. — Нам сейчас не до шуток, Эмили, — отрезала она. — Вот тут согласен. Грейс отпрянула как ошпаренная. — Нет, — протянула она, — да быть не может. И… ты видишь?.. Грейс подорвалась на ноги и тут же присела к нему. Это было необычное ощущение — оказаться настолько ниже. Но не видеть — вот это было бы уже критично. — А не должен? — напрягся Леон. Грейс провела рукой перед его лицом, и глаза невольно сфокусировались на её ладони. — Не должен, — больше слов у девушки не нашлось. Леон поджал губы. — Что ж, славно, что это не так, — вздохнул он с облегчением. Грейс глядела на него, как на слона в комнате, но всё же, спустя время, согласилась. Похоже, она ещё долго будет переваривать эту информацию. — Будем надеяться, что Эмили там, — Леон легонько пнул собственное тело голой ступнёй и деловито глянул на Грейс. Если Грейс — аналитик из ФБР, быть может, она разберётся, что за херня с ним случилась. Видок у Грейс был, конечно, явно не расположенный к аналитике. — Век бы не разбирался в том, какие еще эксперименты ставят мудаки, вроде Виктора, но... что ты знаешь об Эмили? — уточнил Леон. Грейс посмотрела на тело Леона, а потом вновь на него самого. — Я не представляю, как это случилось… Как такое вообще возможно? Справедливо. Но так уж вышло, что даже по меркам затяжной карьеры Леона, это было слегка ненормально. И здесь определенно нужны сведения об экспериментах над той девочкой, с которой он попал в эту передрягу. — И всё-таки. Что ты знаешь об Эмили? Грейс подняла глаза к потолку. Леону не нужна стройная теория, хотя это бы, конечно, не помешало. Ему бы хоть зацепку, хоть додумку — но Грейс, кажется, не особенно это осознавала. Она пыталась понять всё. — Мне всё равно, как это работает. Мне нужно понять, через пять минут я останусь таким или нет, Грейс. За той дверью нас ждут куча зомби, а сможем ли мы быстро найти второй выход с этой станции — неясно, — он потрепал её по плечу, — нам нужно отсюда выйти живыми. И желательно бы тело моё тоже оттащить. Я не представляю пока, как. Грейс опустила глаза на его тело и снова посмотрела на Леона. Похоже, у неё была идея. — Я думаю, надо поискать что-то вроде тележки. Если, конечно, ты не против… И смотрела так, будто у них были какие-то варианты. — Извини, я передвигаюсь только на кортеже с мигалками. Грейс приподняла одну бровь, и наконец перестала трястись. Если такие глупые шутки помогут ей осознать весь абсурд ситуации и её бессмысленных опасений, то Леон готов шутить по каждому поводу. Не то, чтобы это отличалось от его обычного поведения. Возможно, он просто напрашивался на вторую похвалу его шуток.

***

Пока Грейс отошла осматривать окрестности в поисках чего-то на колёсах, Леон вытащил из собственного уха гарнитуру и принялся прилаживать его к своему новому — маленькому и совершенно неподходящему. Еще и приемопередатчик, когда он попытался заткнуть его за пояс светлых панталон, проскочил за резинку и жалко повис в широкой штанине. — Потрясающе. На том конце раздался шум. — Шерри, это ты? — тут же спросил Леон. В его карьере не раз его канал связи с координатором перехватывали какие-нибудь маразматики. Но обычно они тут же хвастались своим достижением. И вдруг тишина. А и чёрт с ним. Пусть слушают. — Шерри, нужна карта станции очистки воды. Сбрось мне на телефон, — попросил Леон. — Тебе на телефон?.. — раздалось с другого конца как-то хрипло. Но это всё ещё была их Шерри. Так вот в чём дело. Голос. — Долго объяснять. Это Леон. И мне нужна карта. Связь снова затихла — и у Леона была догадка, почему, но переживать ещё одно объяснение он был не готов. Сначала — экипировка, обеспечение безопасности, поиск способа доставить его тело с, предположительно, Эмили. А потом уже можно выслушать всю серию шуток Шерри о его новеньких панталонах. Как хорошо, что она его не видит. Леон тем временем вытащил из своего кармана телефон, быстро посетовал, что разблокировка лицом не работает, и ввёл пароль — сто лет не вводил. Карта была первым, что он увидел. — Спасибо, Шерри, — отрапортовал он по привычке. — Ну… не за что, — послышалось с того конца. При попытке снять с себя кобуру и переодеть на новое тело, оказалось, что она всё равно не затянется настолько, насколько требуется и продолжит по-дурацки болтаться. Это никуда не годилось. Куда класть оружие и патроны? Грейс вошла ровно в тот момент, когда Леон снимал ремень со своего тела, чтобы хоть как-то прикрепить приемопередатчик и подсумки к себе. Его босая нога была на собственной же груди, так как навешанные на ремень крепления не давали нормально вытащить его из штанов, и приходилось придерживать тело. Грейс катила тачку на одном колесе, и лицо её было говорящим — что-то её явно смущало. Возможно, она беспокоилась, что на нём висели гранаты, но Леон же их предупредительно снял. Возможно, она просто переживает. Всё-таки, не каждый день сотруднице ФБР приходится иметь дело с зомби. Кажется, Крис говорил, что в такие моменты ему, как более опытному, следует поднять мотивацию — например, похвалить. К тому же, Грейс и правда хорошо справляется. — Отличная работа, — сказал Леон, переворачивая бессознательное тело, чтобы вытащить конец ремня, на котором помимо сумок висело и крепление для топора, удерживающее чертову стропу. — С-спасибо, — сказала она с сомнением и поставила тачку, — Эм-м-м... тебе не нужна помощь? Леон обернулся к девушке и посмотрел на тачку еще раз. Теперь тачка была высоковата для его роста. — Думаю, да. Подкати поближе, будем затаскивать. Он наконец вытащил пояс и начал крепить на себя. Фастекс позволял подогнать размер вровень под новое тело, и рация повисла как родная. — Другое дело, — сообщил Леон, вешая на пояс гранаты и подсумки — к сожалению, крепление для топора было слишком широким и плоским, чтобы добавить и его. Грейс смотрела на всё это с недоверием, и явно хотела что-то сказать, но молчала. — Давай-ка поспешим, — кивнул он девушке, — поднимай насчет три. Грейс взяла тело под руки, и Леону ничего не оставалось, как взяться под колени. Не очень удобно с новым ростом, но не так уж тяжело. Грейс уложила его плечи в тачку, и тело повернулось — ноги теперь торчали из тачки прямо перед его лицом. Леон их оттолкнул в сторону, раздраженный, что они закрывают обзор. — Выход — за той заслонкой, — продолжал Леон, указывая пистолетом вглубь здания, — Шерри сказала, что мы выйдем с другой стороны Роудс Хилл, так что до моей машины будет недалеко. Но возможно придется катить в горку. Справишься? Грейс кивнула. Леон заправил пистолет под пояс и закинул реквием с портупеей и топором в тачку — их крепить было некуда. Но это пока. Грейс на его поспешные действия наоборот, замерла. Леон проследил за её ошалелым взглядом до тачки, но не понял, что ж не так-то. — Ты только что положил топор на себя, — наконец сказала Грейс. Леон поднял одну бровь. — Лезвием вверх, — указал он. Грейс посмотрела на топор ещё раз и вдохнула, хмурясь. — Поехали, — поторопил Леон.

***

Первым же препятствием было нагромождение всякого хлама, которое не давало проехать на многострадальной тачке к единственному выходу. Леон принялся двигать. Он навалился плечами, — и в голове движение выглядело очень убедительно, — а в реальности сдвинулся только сам Леон. — Твою мать. Грейс смотрела на его страдания с лёгким недоумением. — Я забыл, что вешу килограммов двадцать. Грейс отставила тачку и тоже налегла — короб наконец поехал. Леон отпрянул и отряхнул руки, поглядывая на то, как спутница вернулась к тачке с его телом. — Если тебе станет легче, то я могу сделать вид, что одна бы не сдвинула. Леон усмехнулся, вытаскивая пистолет и выходя вперёд. — Боюсь, даже с тачкой, я бы в этом теле не вытащил себя и свою тушу наружу, — признался Леон. Грейс вдруг остановилась. — Что случилось? — выпалил Леон, оборачиваясь. Она смотрела в сторону лестницы наверх, что вела к злосчастной двери наружу. — Нет, — её лицо скорчилось. Леон поджал губы. — Ты уверен, что нам надо туда? — она упёрла руки в бока. Леон кивнул. — Если есть самый неудобный выход, то нам в него, — заявил он с авторитетным видом. Грейс это не понравилось. — Ну а еще у меня есть карта. Он вытащил из тачки смартфон, и Грейс нависла над его плечом, вглядываясь. — Ладно. Нам правда туда, — вздохнула она, — но как ты планируешь поднимать это всё наверх? Грейс посмотрела на его бесхитростное выражение лица. — Ты думаешь, я смогу это всё поднять? — догадалась она. Она подтянула тело в тачке за плечи, примеряясь к весу. — Да даже без тачки… чёрт возьми, это тело здорового мужика, Леон! — Спасибо. — Это не комплимент! — А прозвучало как комплимент. Грейс сожмурилась изо всех сил. — Но тачку всё равно придётся поднять, — прибавил он. Грейс открыла глаза и посмотрела на него ошалело. — Отсюда до моей машины тащиться метров так пятьсот, — пришлось пояснить Леону. Грейс хотелось взвыть.

***

Грейс вся взмокла, и ко всем прочим несчастьям, как только она прислонила тело Леона к стене у выхода, оно свалилось носом вниз. Эмили, перекинув тачку над головой, медленно карабкалась к ним. Ручки тачки закрывали обзор, беленькие босые ножки ступали почти наощупь, локти цеплялись за перила, и Грейс видела, как тряслись её колени. Совесть нашёптывала подойти и помочь… Но у Грейс была проблема посерьёзнее. Толстенная металлическая заслонка, что отделяла их от свободы, была заперта. Щиток рядом горел красным. Никакого управления на нём и в помине не было. Возможно, следовало проверить её сразу. Эмили, доковыляв до неё, кое-как перевернула тачку обратно на колесо и опору, и очень тяжело вздохнула, опираясь о перила. — Дай «реквием», — попросила она и протянула руку. — Что? — Револьвер, — девочка подошла ближе. — Ты дал ему имя? — удивилась Грейс, но потянулась за оружием. Как только револьвер оказался в руках малышки, ствол тут же клюнул вниз. Эмили перехватила оружие второй рукой, и пальцы привычным движением отщелкнули барабан. — Если ты намерен застрелиться… — выпалила Грейс. От грохота выстрела и чудовищного эха у неё заложило уши. Первое, что увидела Грейс — как Эмили от отдачи отлетела назад, ударяясь о перила и падая на задницу. Грейс обернулась на место, куда пришёлся выстрел. На месте электрики было искрящееся месиво. — Ты сломал щиток! — в панике выкрикнула Грейс. Но дверь вдруг начала открываться. В просвете между полом и заслонкой блеснуло рассветное солнце. Свобода. Господи. Они выбрались! От облегчения Грейс отступила назад, хватаясь за перила, и поняла, что всё это время была напряжена как струна. — Не говори, что ты намеревалась искать очередные предохранители, генераторы и всю эту ерунду, — Эмили протянула ей револьвер рукоятью вперёд. Грейс неловко приняла его. — А если бы оно наглухо закрылось без электричества? — она засунула револьвер за пояс. — Это была бы проблема будущего Леона, — пожала плечами девочка.

***

Тачка Грейс дребезжала на каждой кочке, металл звенел об борты. Она спускала их ношу с холма, пока Леон осматривал окрестности на случай, если зомби пробрались и сюда. Солнце уже встало, и деревья чуть шелестели — весь этот шум мешал прислушиваться. — Слушай… Леон, — его имя звучало от Грейс с сомнением, — Эмили и то существо, которое напало на меня в лечебнице — они к одному эксперименту относятся. Леон коротко глянул на Грейс и продолжил осматривать периметр. — Думаешь, это тело тоже обратится в нечто похожее? Грейс покачала головой. — Скорее нет, чем да. Но регенерация… у того монстра тоже была жуткая регенерация. Прямо как твоя рана. Леон опустил взгляд на свой новый живот — под пятном засохшей крови виднелся бледненький детский пупок. — А вот это славно. Выходит, если его случайно зацепит, тело девочки не получит вреда. А возможно, регенерация была одноразовой акцией — тогда подставляться не стоит. Со звоном тачка спустилась с холма, и Грейс поспешила нагнать его. — Куда теперь? — спросила она. У Леона была пара идей, но план он выдумывал на ходу. — Моя машина за углом. Думаю, придется заскочить кое-куда, а потом… Леон бросил взгляд на свое лицо. Настоящее лицо. Пятно заразы разрослось и на щеку — дело плохо. — А потом? — переспросила Грейс, не выдержав долгой паузы. Виктор и его подельники были крайне заинтересованы скрыть что-то в Раккун Сити. Вполне вероятно, что это его менее легальное рабочее место, и там может быть куда больше полезной информации. Как минимум, после раскрытия происходящего в Роудс Хилл, следовало бы скрыть следы более страшных преступлений — Виктор отправится туда. Как максимум — бежать в другое безопасное место. И для Виктора это тоже Раккун Сити. — Ну конечно, куда ж, блядь, ещё, — выругался Леон вслух. Ебучий город-призрак, обнесенный частоколом, блокпостами и продлённым карантином, чтобы всякие проходимцы, вроде Леона, не пришли поностальгировать. Да вот только Леон не хотел возвращаться туда даже мысленно! Но кому было, блядь, дело до его желаний. Грейс замедлила ход, подбирая слова, явно озадаченная нелестным комментарием Леона. Нет никакого смысла тянуть с ответом. — А потом поеду в Раккун Сити. Думаю, у нас немного времени. Сюда. Они вышли из пролеска на тротуар. Было очень рано, и людей Леон не заметил, но кто знает, что будет через минуту. Следует поторопиться.

***

Босые девичьи ноги на раскрошенном асфальте то и дело мельтешили перед взглядом Грейс. Они шли вдоль забора Роудс Хилл, и всё внутри Грейс просило как можно скорее отсюда убраться. Это ведь лишь дело времени, когда зомби выберутся наружу, и Грейс не смогла бы защитить их — девочку, себя и тело агента в отключке. Леон заткнул пистолет за поясок и принялся тыкать в свою рацию, что-то спокойно объясняя своему координатору. Грейс особенно не вслушивалась, но обрывки долетали до её ушей. — …да, это тело девочки из Роудс Хилл. Нет, моё пока не просыпалось. Нет, я знаю, что ты хочешь поглазеть, а не помочь. Да, лучше проверь документы, что я тебе выслал… И в какой только Раккун Сити они собрались?.. — …хорошо, я вышлю тебе селфи. Да, так я и поверил, что это для твоего расследования о девочке. В этот момент перед ними показался мужчина с собакой. Он сразу заметил их. — Л-леон, долго еще? — выпалила Грейс, дергая за рукав беленькой сорочки. — За тем забором, — указал он на путь отхода, и тут же посмотрел на мужчину, кладя ладонь на рукоять пистолета, — выглядит нормальным. Не думаю, что он заражен. У Грейс началось нервное заикание. — Да он же в-видит нас с н-неживым телом в тележке! Он точно вызовет п-полицию! А человек с собакой и правда заинтересовался их процессией. — Пускай вызывает, у меня при себе удостоверение ООБ. Грейс схватилась за рукав сильнее. — Я напоминаю, что на удостоверении ООБ фотография тела, которое я везу в тележке! — прошипела она. Леон обернулся и поставил руки в бока. — Вообще-то это тачка. Грейс была готова закричать от дурацких комментариев Кеннеди. Шаги сзади приближались — и от тревоги Грейс со всех сил зажмурилась. — Какие-то проблемы, сэр? — Леон резко развернулся к прохожему. Грейс в панике посмотрела на них обоих, будто была готова, что агент выкинет что-нибудь, что усугубит и без того ужасную ситуацию. Прохожий посмотрел на пистолет за поясом девочки и взгляд его забегал. Грейс бы тоже испугалась, увидев, что вмешивается в дела вооруженных людей, и попыталась бы слиться. Вот и прохожий выдумывал, как это сделать. — Это ваш отец, должно быть… Леон посмотрел на тележку. Потом на него. — Именно. Советую укрыться в доме. Здесь опасно, сэр. Прохожий не нашелся с ответом. Грейс тоже глядела на Леона, остановившись посреди улицы. — Не тормози. Нам еще в военторг, — огорошил он её.

***

Леон снял машину с сигнализации и тут же открыл дверь заднего сидения, как Грейс остановилась. Они торчали в подозрительно тихом саду у входа в лечебницу, и Леон постоянно поглядывал на окна и кусты — оттуда мог вывалиться кто угодно. Медлить было нельзя. — У меня нет прав, — выдала она. Леон посмотрел на неё с сомнением. Он надеялся, что это была шутка, чтобы разрядить обстановку. — У меня теперь тоже. Поднимай, — указал он на мужские плечи, подхватывая с другой стороны, — на счёт три: раз, два!.. После приземления голова съехала с сиденья, и тело накренилось. Леон тут же всунул коленку, подтянул тело вглубь, а потом спрыгнул на асфальт с таким видом, будто занимался чем-то подобным каждый день. Затолкнув свисающие ноги, он захлопнул дверь, деловито отряхивая руки. — Мне так и так прилетит штраф, — вздохнул Леон. «Как будто в первый раз», — прыснула Шерри на том конце. Грейс сочувствующе поджала губы в подобии улыбки. Леон тем временем сел на водительское и вставил телефон в крепление. Ноги, конечно, никуда не дотягивались. Как кресло не регулируй. Он перевёл взгляд на Грейс, пристегивающую себя ремнём. Её напуганный взгляд ожидал худшего. — Новый план. Сегодня у тебя уроки вождения. Грейс отпустила ремень, и тот, ударившись о стекло, вернулся на место. «Мне её уже жаль», — прокомментировала Шерри. — Т-ты уверен?.. — уточнила Грейс. Леон посмотрел на неё внимательно, будто она видела кого-то еще, кто мог вести машину. — Если сможешь разбудить Эмили, то тогда она поведёт. Грейс закрыла глаза и сглотнула. — Это не смешно. Я могу врезаться. Леон поднял одну бровь. — Тогда не врезайся. На лице Грейс проступило смирение.

***

Огромный орёл над дверьми выглядел достаточно кричащим, чтобы Грейс никогда в своей жизни не явилась в это место. У полок ходили мужчины, рассматривая оружие, кобуры и жилеты с множеством карманов. Кажется, этот вопрос Грейс уже задавала. — Нам точно сюда надо? — спросила Грейс у девочки перед ней, что целенаправленно пересекала парковку к этому оплоту республиканцев. Босыми ножками. — Тебе — нет, — непривычно серьезно для детского голоса выдала она, — Но боюсь, мои новенькие панталоны уже вышли из моды в Раккун Сити. Девочка обернулась на неё и посмотрела внимательно, нажав что-то на своём наушнике. Это было такое естественное движение и одновременно такое неожиданное для ребенка, что у Грейс помутнелось в голове. — Ты можешь ехать домой, Грейс, — сказала она совершенно серьезно. Грейс смотрела на девочку перед собой и не разрывалась между двумя ужасными вариантами. — Н-но ты… Как ты доберешься… Зачем тебе вообще в Раккун Сити? Подбоченившись, девочка вздохнула. — Всё ведёт туда, Грейс. Виктор ищет какой-то Элпис, и судя по всему, это находится там. — Но как ты справишься, Леон? Девочка поджала губы. — Как обычно. Ну, с поправкой на убойную отдачу. Вариантов у меня немного. Ты видела то стрёмное пятно на моём лице? Это т-вирус, и это смертельно. Виктор изучал эту болезнь. Если где-то есть зацепки, как это остановить — то только в его документах. Я не один такой, и должен разобраться, пока не умер кто-то ещё. Девочка развернулась и зашагала ко входу. Грейс прибавила ходу, чтобы нагнать. — Я тоже занималась этими смертями. И... я не могу тебя отпустить, — отрезала она, но тут же какого-то чёрта сама назвала аргумент, по которой её не нужно брать, — Я знаю, я буду мешаться… Девочка остановилась и посмотрела на неё внимательно. — Не будешь. Тебя искали не просто так, а для того, чтобы достать Элпис. Тебе не нужно быть там. Грейс сглотнула. — Ты знаешь, что такое Элпис? Девочка пожала плечами. — А ты? Грейс покачала головой. — Но у меня есть одна мысль, — выпалила Грейс вполголоса. Девочка подняла одну бровь. — Ну? Смотреть на её лицо было сложно. — Я думаю, это что-то, что может управлять сознанием человека. Или его памятью. Последнее исследование Озвелла Спенсера было о передаче памяти через кровь, и… Девочка побледнела. — И Эмили была частью этого проекта, так? Она сделала шаг к Грейс и взяла её за предплечье. — Виктор пытался воспроизвести последние эксперименты своего наставника. Возможно, он почему-то думал, что я — удачный эксперимент… но делал свои… Девочка отпустила её руку и сделала шаг назад, потирая переносицу. — И поэтому вы с Эмили так похожи, — закончила девочка за Грейс и тут же выдала откровение. — Выходит, что в этом теле только моя память. Девочка посмотрела в землю, на свои босые ноги. — Тогда я тем более еду в Раккун Сити, — наконец сказала она. — Я тоже… — как только Грейс начала говорить, то обнаружила, что её голос слишком слабый, и замолкла. Девочка нахмурилась. — Нет, Грейс. Теперь Грейс не понимала, почему Леон её отсылает. Теперь, когда ясно, что она нужна для Элписа, когда ясно, что это возможность вернуть Леона и спасти Эмили, почему она должна сидеть и ждать, отсиживаться за спиной у… …ребенка? Чей бы разум не был внутри. Как он вообще представляет себе это — бросить ребенка? Как после такого она сможет спать по ночам? — Леон, я поеду с тобой. Чего бы это не стоило. Я не хочу больше сожалеть, и не хочу больше быть причиной!.. — она почти задохнулась от возмущения, — И мне совершенно не нравится одна только мысль, что ты поедешь в уничтоженный город один, еще и в этом детском теле! Она бы закричала, если бы у неё были силы. Но была только вина, стыд и чёрт знает что, которые сожрут её по кусочкам, если она оставит всё так, как есть. Потому Грейс вывалила всё. — Я уже в этом, — почти выплюнула она, — А ты — уже в теле Эмили. Я забрала её из лечебницы, чтобы защитить, но я же и допустила, что её смертельно ранили. И теперь, если отпущу тебя в её теле в заброшенный город к тем, кто издевался над Эмили с рождения, то как смогу смотреть ей в глаза?.. Я-я должна вернуть вас обратно. Я всё испортила, и я всё починю! Сомнение во взгляде подстегнуло Грейс судорожно схватиться за первое, что пришло на ум. И Грейс вдруг вытащила из кармана ключи от его машины. Она подняла в полуметре над макушкой девочки, сжимая в ладони. — И ты не сможешь меня отправить, Леон, — покачала она головой. Это была угроза. Девочка перед ней усмехнулась со вселенской усталостью. — Отправить я тебя точно не смогу, — усмехнулась она в такой неестестсвенной телу отцовской манере. Грейс сглотнула дискомфорт от когнитивного диссонанса, вставший поперёк горла. Леон кивнул на вход в республиканскую обитель. О, Грейс знала, что их ждёт — десяток мужиков, которые будут объяснять ей, с какой стороны стреляет пистолет, и продавец, который сначала спросит, где её отец.

***

— Тактические ботинки, крепкие карго и что-то наверх, чтобы было побольше отделений для патронов. Размер… — перечисляла девочка в белом платьице у прилавка, и затем, задумавшись, приставила руку к подбородку, — Самый маленький размер. Продавец улыбнулся ей снисходительно. — Что-нибудь еще? — спросил он с издевкой. — Да. Девочка кивнула на Грейс. — Ей всё то же самое, — девочка требовательно протянула руку к ней, и Грейс передала кобуру от реквиема, — и нужно перекрутить это на портупею для неё. Продавец замер, улыбка с его лица исчезла, и он наконец потянулся за блокнотом. — Крепления на топор есть? Сзади к ним подошел еще один мужчина, и, судя по довольному лицу, ему ужасно не терпелось высказаться. — Детский отдел в двух кварталах на запад, малышка. Леон выдержал паузу, надеясь, что эта тупая шутка ему послышалась. — Так у вас есть магнитные крепления на топор?

***

Он вытаскивал из собственного кармана деньги так, будто обворовывал своё бессознательное тело. Забавное чувство. Если бы Шерри это увидела, то точно сфоткала. Сзади раздался голос Грейс. — Ты уверен? — мялась она. Леон слез с заднего сиденья, констатируя, что с ростом метр в прыжке даже привычное действие было унизительным. — Наклонись, — попросил он. Грейс присела, и Леон закатал рукава её новой фланелевой рубашки. Она была длинновата для неё, но в женском отделе шили впритык, как будто дамы заходят в военторг не за удобством. Леон просто указал, что купил бы на себя, а Грейс просто взяла и выбрала её. Впрочем, заправленная в брюки рубашка выглядела очень даже ничего. А теперь рукав мешаться не будет. — Вот теперь отлично, — Леон взял револьвер, бесцеремонно затолкнул ногу, соскользнувшую с сидения, захлопнул дверь машины и вложил реквием в кобуру у бока девушки, — Поторопимся-ка в детский отдел. Мне нужна обувь. И нормальные штаны. Панталоны, похоже, не зря вышли из моды. Грейс нервно усмехнулась. Леон протянул ей наличные. — Оплати, что им там надо. И возьми патронов побольше. — У меня нет с собой удостоверения личности. Они не продадут. Леон вздохнул, снова открыл заднюю дверь и вытащил из кармана штанов своё удостоверение ООБ. Нога снова вывалилась наружу. — Да сколько можно! — выругался Леон. Он затолкал её внутрь и раздраженно захлопнул дверь. — Закрой лицо пальцами, — посоветовал он. По лицу Грейс было видно, насколько сомнительным казался ей этот совет. «А ты меня обсмеял, когда я пыталась купить пиво по твоему айдишнику», — между делом вставила Шерри. — Смешно было исключительно потому, что твой дурацкий план сработал, — напомнил Леон. «Я училась у лучших в дурацких планах, — парировала Шерри, — а на Грейс вполне могут вызвать полицию». Леон резко развернулся к дверям. «Не переживай ты так, — вздохнула Шерри, — я уже сделала заказ от имени ООБ, и сообщила, что его заберет другой сотрудник по твоему удостоверению». Леон остановился, глядя через витрину на то, как Грейс выдают дробовик. — О, мой любимый. «Так что ж ты свой с собой не взял?» — Я не помню, где его оставил. Кажется, это было в Китае.

***

У Грейс тряслись руки. Дорога на Раккун Сити выходила на склон, и в своей голове она уже рисовала, как она не вырулит с этого склона, и они покатятся к чёртовой матери. — Твою мать, Грейс, ты сейчас отключишься, если продолжишь себя накручивать, — Леон с пассажирского сидения вцепился в руль мертвой хваткой, доворачивая поворот за неё. Он не стал говорить, что из-за угла по встречке на них могли десять раз вылететь. Пересечение двойной сплошной по трассе на уничтоженный город — не самое серьезное нарушение правил дорожного движения за сегодня. Где-то на втором повороте, кажется, его тело грохнулось на пол. Надо бы проверить, не свернуло ли ему шею… Но пока Грейс так трясется, лучше не давать ей понять, что она могла ненароком его убить. — Н-наверное, стоило оставить твое т-тело в мотеле по дороге… Леон тоже думал о таком варианте. Рука скользнула на передачу — и снова на руль, не давая Грейс выехать с дороги на очередном повороте. — Я не знаю, как эта штука работает. Если в какой-то момент всё вернётся как было, тебе придется защищать Эмили, а мне нужно будет как можно скорее добраться до вас. И лучше бы мне быть поближе. Руки Грейс дрогнули на руле. — Но не ф-факт, что мы с-сможем добраться на м-машине до этого Э-элписа. Я-я не представляю, где вход! Леон убрал руку с руля. Шерри тоже пока не нашла ничего дельного. Но когда было легко? — Я думаю, Виктор нас сам приведёт, куда требуется. Грейс поморщилась. — Не переживай, — вздохнул он, выдумывая, как умерить тревогу Грейс, пока они не улетели в кювет, — В этот раз он хотя бы не сможет приставать. Я теперь не его типаж. Шерри истерично рассмеялась на том конце. Грейс только хмыкнула. — П-понятия не имею, что в г-голове у Виктора. «Если ты ему приглянулся даже в своём стареньком теле, то в новом — тем более! — просмеявшись, ответила Шерри, — У тебя теперь такие щечки, я бы сама соблазнилась!» Леон знал, что пожалеет о высланном селфи. — С тем, как тебя соблазняют дети, я надеюсь, ты не заведешь своих, Шерри. Из Грейс вырвался смешок, и она тут же заткнула рот ладошкой. «Я бы на твоем месте не давала таких рекомендаций тому, кто удочерит тебя в случае, если ты там и останешься». — Это месть за попугая? «Нет. Просто я уже полчаса разглядываю фотографии твоих клонов, — напомнила она, — и мне везде запрещают доступ. Но я прощаю вас с Клэр за попугая, и готова взять на себя ответственность за такую милую девочку, как ты». Леон по-доброму усмехнулся. — Спасибо, Шерри. Я всегда знал, что могу на тебя рассчитывать. Она, видимо, засмущалась, потому что наушник замолчал.

***

Грейс пыталась сдвинуть машину, чтобы они могли проехать чуть дальше, но то ли радиоактивный пепел, то ли ещё какая срань, накопившаяся за двадцать восемь лет, не давала сдвинуть фургон. У него даже не спустило шины — поразительное везение, казалось бы. Но если Грейс не может сдвинуть, то они не проедут дальше. И поэтому девчонка изо всех сил пыталась. — Осмотримся, — кинул ей Леон, — Надо понять, будет ли дальше какая-то нормальная дорога. Может, вообще нет пути. Грейс отошла от злосчастного фургона, тяжело дыша, и принялась отряхивать руки. — А как мы повезём твое тело? Леон поджал губы. — Если не выйдет расчистить путь для машины, то когда всё вернется, как было, мне придется побегать, — после того, как Шерри сообщила, что ей приказали закрыть дело, никакой подмоги они не получат. Грейс явно этот вариант не нравился — она нахмурилась так, будто ей стало больно. Но обсудить была не судьба — в этот момент послышался шум вертолёта. — Как минимум, теперь мы знаем, что идём в правильную сторону, — прокомментировал это Леон. — Не спорю. Это успокаивает, — Грейс вытащила пистолет из кобуры, проверяя магазин, чтобы чем-то занять руки. Она явно хотела что-то сказать. — Но? — Но остается вопрос доставки твоего тела, — напомнила Грейс. Ох уж это чёртово тело. — Сначала осмотримся, — возразил Леон, — Не заботься об этом раньше времени. Тебе не придётся всё делать самой, мы что-нибудь придумаем. Грейс тяжело вздохнула. — Я уже заметила, какие у тебя планы. «Грейс, придется тебе поднимать моё тяжеленное тело по чёртовой лестнице» и «Грейс, сегодня у тебя уроки вождения»! Леон отвёл глаза. Он пытался припомнить хотя бы один нормальный план в своей жизни, но всегда всё шло по пизде. — И что ты предлагаешь? — наконец спросил он. Грейс посмотрела в небо. — Я подумываю угнать вертолёт, — сообщила она. В наушнике послышался смех Шерри. — Ты придумала, как это сделать? — удивился Леон, — Так чего мы тут делаем? Грейс вытащила из нагрудного кармана на его детской рубашке телефон и тут же врубила звук будильника на полную. Она что, пытается привлечь вертолёт? Но звук лопастей становился всё тише. — Да, надо было раньше, — огорчился Леон. Грейс вернула телефон, принимая, что вертолёт уже слишком далеко. — Честно говоря, если Виктору так нравится твоё настоящее тело, думаю, я бы не пережила перевозки в одной кабине с… этим, — попыталась смягчить разочарование она. Судя по её лицу, перспектива добровольно запереться с Виктором и его объектом интереса в одной кабине её совершенно не вдохновляла. — Я думал, это наш козырь. — Ты настолько не веришь в наши силы? — поразилась Грейс. Леон оглянулся на Грейс и посмотрел снизу вверх. — Он меня придушил в коридоре, связал и домогался, — сообщил Леон как ни в чём ни бывало. И Грейс, кажется, представила это в красках. — О, боже, — её лицо скорчилось от отвращения, как вдруг она что-то осознала, — Подожди. Он всех душит? Леон пожал плечами. — Похоже, это его способ общения.

***

Пауку понравилась мелодия его будильника, иначе никак не объяснить, как в целом городе он нашёл именно их. Грейс передёрнула затвор дробовика. Леон просто не справлялся с отдачей чего угодно тяжелее пистолета, и его беспомощность усиливалась необходимостью следить за безопасностью Грейс. Паук снова выбрался из-за стены, и только шестое чувство подсказало Леону схватить Грейс за штанину и дёрнуть на себя, пока её не зацепило. Грейс неловко отшатнулась, роняя и его. Паук беспорядочно шерудил, пытаясь наощупь найти своих жертв. — Какого чёрта мы тебе сделали, блядь! — сплюнул Леон. Грейс помогла ему подняться. — Э-эм, кажется, я знаю... — пробормотала она, бросаясь бежать дальше. — Говори уже! — Леон едва поспевал за ней, и это его раздражало. — Мы только что расстреляли его потомство… Паук выпрыгнул сверху. Леон выхватил с пояса Грейс топор, пытаясь отвести удар от них — и это удалось только чудом, но его самого откинуло в стенку. — Предлагаю расстрелять и его, — сипло ответил Леон, кое-как поднимаясь на ноги, — больше не хочу участвовать в круговороте кровной мести. У него были сбиты колени, руки отвратительно дрожали от непривычной нагрузки, и радовало только одно — кажется, тревожность Грейс в такие моменты была полезной. Она в этом безумии вела себя так, будто всю жизнь ожидала, что ей придется драться в ядерной пустоши с пауком-мутантом. Как минимум, она быстро нашла его слабое место — волдырь на паучьей заднице. — Я не п-попадаю в этот чёртов нарост! Нам надо задержать его как-то! Жирный и живучий паук постоянно перемещался, не давая обойти себя со спины. Как вариант — завалить обломками стены. Здесь везде всё держится на соплях и честном слове. Но здание тоже может обрушиться на них. Или… — На улицу. — Что? — выпалила Грейс, параллельно перезаряжая дробовик. — За мной. Я его задержу, а ты — высаживай всю обойму «реквиема», — наказал Леон. Он бежал со всех ног, намеренный обогнать Грейс, но кажется, у него изначально не было шансов. Паук не терял их следа. Выпрыгнув на улицу, чудовище быстро сократило расстояние с ними, и только удачный выстрел Грейс сумел задержать его на пару секунд. Леон бросился к машине. Грейс на мгновение опешила. — Ты с ума сошёл?! — выпалила она. Леон кинул топор на пассажирское, а сам, не садясь, зажал газ и вывернул руль на монстра. — Ты, блядь, сошёл с ума! — прокричала Грейс, вытаскивая револьвер и тут же снимая с предохранителя. Паук влетел в стену на всей скорости, и бампер вжал его внутрь. Уродливый волдырь торчал в какой-то паре метров от неё, и все пять выстрелов пришлись в слабое место. С отвратительным звуком нарост лопнул, но чудовище какого-то чёрта не прекратило борьбы. — А-а-а теперь что?! — Грейс всовывала патроны в барабан, когда Леон выпрыгнул с водительского сидения с топором и тут же кинул его в место, покрытое слизью от лопнувшего волдыря. Но вместо добивющего или хотя бы задержки для Грейс, топор оцарапал хитиновый покров и упал на асфальт с жалким бряцаньем. — Вот это план, Леон! — выплюнула Грейс, тут же стреляя в паука из револьвера и подхватывая топор второй рукой. — А теперь бежим! — приказал Леон, хватая Грейс за штанину, но она даже не сдвинулась. Она высадила всю обойму, а потом — и половину дробовика, прежде чем чудовище окончательно затихло. — Ну или так, — отпустил её Леон, сглатывая. Грейс прицепила его топор к себе, и только магнит не позволил ему тут же отвалиться. Её руки страшно дрожали. Она заставила себя выдохнуть. — Ты хотел бросить своё тело с э-этим ч-чудовищем, — констатировала она. Леон посмотрел на искорёженный бампер, а потом на тело на заднем сидении. Он так-то не рассчитывал, что тварь переживет аварию, две обоймы реквиема, дробь и неудачный бросок топора. — Он был слишком живучий, — попытался оправдаться Леон. Грейс всунула перезаряженный револьвер в кобуру. — И всё равно. Надо о-отогнать машину, — сглотнула она комок в горле. Леон отошёл в сторону, открывая ей путь к дверям. — Значит, разбить — это пожалуйста, но припарковать — м-мне? — За последний день ты была самым аккуратным водителем этого автомобиля. Грейс кое-как закрыла покорёженную ударом дверцу, и потерянно осмотрела передачи. «Я надеюсь, вы не засветились ни на какой камере, — бросила Шерри, — потому что в этот раз твою заявку на страховой случай могут послать». — Поражаюсь, как тебе это удаётся, Шерри, — прокомментировал Леон, и тут же подсказал Грейс, — Назад. Грейс бросила на него недовольный взгляд, машина дрогнула, сначала поехала вперёд, а потом, с мерзким хлюпом отлипнув от тела чудовища, попятилась к прежней стоянке. Огромное паучье тело перед ними рухнуло, его ноги разъехались, и какая-то жижа потекла на асфальт. — Та-ак. Это ещё «плохое обращение с животными» или уже квалифицируется как «осквернение трупа»? — уточнила Грейс. — А это мы узнаем, когда я буду писать отчёт, — скривился Леон, как вдруг его проняло осознанием, — Может, напишешь его за меня? «У тебя нет совести, Леон». Грейс кое-как захлопнула дверцу и тут же полезла проверять тело Леона на заднем сидении. — Единственное, почему тебе нельзя вменить «причинение тяжких телесных повреждений», это потому что тело здесь — твоё, — вместо ответа заявила Грейс. Шерри рассмеялась. «Чёрт возьми, наконец-то не я одна это тебе говорю!» Грейс принялась затаскивать его на сиденья, потому что тело опять лежало между кресел. Кажется, Грейс была единственной за всё время, кто так беспокоился о его неудобстве. Леону стало даже как-то неловко. — Грейс, не стоит. Ему там нравится больше. Оно и так почти всё время там. Грейс отпустила руки, и тело снова соскользнуло между сидений. Она нахмурилась от бесполезности своих стараний. — Знаешь, — выдохнула Грейс и отошла, прикрыв дверцу, — так даже и не видно, что оно внутри. Безопаснее? Леон кивнул. — Именно.