Слепая зона

Девять с половиной часов пролетели в монотонном гуле турбин над спящим океаном. Работа шла как по маслу. Они безупречно обошли грозовой фронт у экватора, Лиам чётко вёл радиообмен, а Дэвид хладнокровно контролировал каждый шаг. Но за идеальной субординацией искрило так, что воздух казался электризованным. Каждый раз, когда Дэвид наклонялся к навигационному дисплею, Лиам чувствовал его дыхание на своей щеке. Они говорили только по делу, но взгляды, которыми они обменивались, были красноречивее любых слов. Рассвет застал их уже на подлёте к Бразилии. Лиам аккуратно притёр тяжёлый самолёт к полосе аэропорта Гуарульюс. — Хорошая посадка, — произнёс Дэвид, когда самолёт затормозил. — Освобождаем по правой. Вместе с экипажем они вышли из терминала и сели в прохладный микроавтобус, который повёз их в отель через утренние, залитые солнцем улицы Сан-Паулу. В автобусе они сидели на разных рядах. Лиам смотрел в окно, и в отражении стекла видел уставший профиль Дэвида, который задумчиво тёр переносицу. Лобби отеля встретило их прохладой кондиционера. Бортпроводницы устало щебетали у стойки регистрации, пока портье оформлял документы. Дэвид подошёл к стойке первым, забрал конверты с электронными ключами и повернулся к экипажу. — У нас сутки отдыха. Автобус до аэропорта прибудет завтра в восемь, — сообщил он своим привычным авторитетным тоном. — Всем хорошего отдыха. Бортпроводники начали разбирать ключи, прощаясь и направляясь к лифтам. Лиам медлил, делая вид, что проверяет что-то в телефоне. Наконец, у стойки они остались вдвоём, и Дэвид протянул ему пластиковую карту. — Твой номер 412. У меня 414… Идём. Они вместе направились к лифту, сохраняя между собой полшага дистанции. Лиам отчётливо слышал стук подошв их форменных туфель по полу лобби. Зайдя внутрь, Дэвид нажал кнопку четвёртого этажа, и зеркальные двери плавно захлопнулись, отрезая их от остального мира. Едва кабина тронулась, Дэвид поднял руку и плавным движением ослабил узел галстука, расстёгивая верхнюю пуговицу рубашки. Этот жест, такой будничный и в то же время интимный, мгновенно разрушил всю субординацию. Лиам сглотнул, не в силах отвести взгляд от его шеи. — Ближе к обеду можем прогуляться куда-нибудь, если хочешь, — предложил Дэвид. Молча кивнув, Лиам вышел из лифта вслед за капитаном и направился за ним по коридору, устланному мягким ковролином, который скрадывал звуки шагов. — Дай знать, как проснёшься, — Дэвид остановился у двери своего номера и приложил электронный ключ к замку. Раздался тихий щелчок, и зелёная лампочка моргнула, приглашая внутрь. Лиам замер у своей двери, расположенной прямо напротив, и бросил на капитана растерянный взгляд. Внутри него боролись два противоречивых чувства. Не то чтобы он планировал остаться с Дэвидом наедине в чьём-то номере… Но, с другой стороны, Лиам понимал, что не уснёт. Физически не сможет. После ночи в кабине, после целого месяца изнуряющей дистанции, когда они только и делали, что ждали этой встречи, просто разойтись по номерам казалось изощрённой пыткой. И Дэвид понял это без слов, наблюдая, как Лиам застыл с ключом в руке, не решаясь открыть свою дверь. Он повернулся к Лиаму, опираясь плечом о косяк. — Мы можем заселиться в один номер, — негромко предложил Дэвид. — Кровать двуспальная. У Лиама внутри всё оборвалось. Глаза округлились, и он мгновенно побледнел от одного только упоминания этой кровати. Одно дело — молча сгорать от напряжения в полумраке кабины, прикрываясь инструкциями и радиообменом, и совсем другое — услышать прямое, лишённое всяких метафор, предложение лечь в одну постель. Лиам сжал пальцы на ручке своего чемодана. Сердце колотилось где-то в горле, оглушая изнутри, но упрямый голод по этому человеку, копившийся весь май, оказался сильнее любого страха и растерянности. Сделав глубокий вдох, Лиам шагнул в сторону Дэвида, пересекая разделявшую их полосу коридора. Дэвид молча придержал дверь, пропуская его вперёд. Едва колёсики чемодана стукнулись о порог, дверь за их спинами захлопнулась. В голове набатом стучала одна и та же мысль о том, что Дэвид мог хотеть чего-то большего, чем просто спать в одной постели после рейса. И самое паршивое, это было бы абсолютно закономерно. Учитывая то, что между ними уже произошло. Лиам почувствовал себя загнанным в угол и, более того, он не был готов к чему-то подобному. Кабина самолёта давала безопасность в лице субординации, а здесь эти рамки стирались. Дэвид, казалось, либо не замечал его ступора, либо намеренно давал ему время прийти в себя. Он прошёл вглубь комнаты, скинул форменный пиджак на спинку стула и обернулся. — Приму душ, переоденусь, и можем выйти в город, если хочешь, — предложил Дэвид, расстёгивая манжеты рубашки. — Я спать не хочу, ты, судя по всему, тоже. Этот ровный, будничный тон немного сбил градус паники в груди Лиама. — Хорошо, — согласился он. Дверь ванной комнаты закрылась, и через пару секунд донёсся приглушённый шум воды. Чтобы хоть как-то отвлечься от мыслей, Лиам поднялся с кресла, подошёл к мини-бару и достал оттуда бутылку прохладной воды. Скрутив крышку, сделал несколько жадных глотков, чувствуя, как ледяная жидкость приятно холодит горло. Лиам вернулся к кровати и сел на край, продолжая держать бутылку в руках. Он смотрел в одну точку, слушая воду за стеной и пытаясь унять внутреннюю дрожь. Вскоре шум в ванной затих, и раздался щелчок замка. Дверь распахнулась, впуская в комнату облако тёплого пара. Дэвид вышел, одетый в белый отельный халат, завязанный узлом на талии. Влажные волосы были небрежно зачёсаны назад. От него веяло каким-то странным, сугубо мужским магнетизмом, и Лиам замер, не в силах шевельнуться и отвести взгляд. Капитан прошёл мимо застывшего на кровати Лоуренса, даже не взглянув на него, — спокойно, по-хозяйски, будто они делили эту комнату уже не первый год. Подойдя к встроенному шкафу, Дэвид достал вешалку и принялся развешивать свою форму. А Лиам продолжал смотреть на его широкую спину, обтянутую махровой тканью, и чувствовал, как внутри опять, с новой силой, начинает не хватать воздуха. — Ты пойдёшь? — спросил Дэвид, закрывая шкаф, и кивнул в сторону ванной комнаты. — Да… — среагировал Лиам, запоздало понимая, что всё ещё сидит на краю кровати с бутылкой воды и смотрит на него снизу вверх. Пытаясь стряхнуть с себя оцепенение, он ляпнул первое, что пришло в голову: — А там есть ещё халат? И полотенца? Боже, что за дичь он спрашивал? Запасные халат и полотенца были бы даже в самом дешёвом придорожном мотеле, не говоря уже о пятизвёздочном номере с огромной двуспальной кроватью. — Проверь, — хмыкнул Дэвид со слабой, едва заметной улыбкой. И когда уголок его рта дрогнул, обнажая эту непривычную, мягкую иронию, Лиам готов был поклясться, что вся его сущность в это мгновение превратилась в лужу. Вся его паника и страх перед этой комнатой испарились от одной короткой улыбки. Он судорожно сглотнул, поднялся с кровати и, стараясь не задеть Дэвида плечом, быстрым шагом направился в ванную. Сбросив с себя одежду и совершенно не заботясь о том, что рубашка помнётся, Лиам встал под прохладные струи душа. Ему нужно было срочно собрать мысли, которые после секундной улыбки капитана окончательно разлетелись вдребезги. Вода приятно остужала горящую кожу, но внутренний пожар потушить не удавалось. Лиам упёрся ладонями в кафельную стену, подставляя лицо под тяжёлые капли, и попытался заставить себя рассуждать здраво. Выключив воду, он потянулся к зеркалу, стёр ладонью плотный пар и посмотрел на своё потерянное выражение. Лиам обтёрся полотенцем и обнаружил на полке второй халат. Наспех накинув его, толкнул дверь, щёлкнув ручкой, и вернулся в комнату. Дэвид стоял на балконе, оперевшись ладонями о металлические перила, и курил. Над его головой в прозрачном воздухе таял тонкий сизый дым. Лиам приоткрыл раздвижную дверь и вышел к нему. Контраст между прохладой номера и улицей оказался мгновенным: бразильское солнце, поднявшееся уже высоко, начало ощутимо печь, обдавая кожу волной субтропического тепла. Лиам прищурился от яркого света, а когда открыл глаза, снова посмотрел на Дэвида. — У тебя есть мысли, почему я предложил тебе свой номер? — спросил Дэвид, не глядя на него, и затушил сигарету. — Нет, — пробормотал Лиам, уставившись на свои ноги в отельных тапочках. — Я думаю, у тебя всё же есть мысли на этот счёт, — отозвался Дэвид, поворачивая к нему голову, — и я хочу, чтобы ты озвучил их для меня. Лиам судорожно сглотнул и отвёл взгляд в сторону, на пёструю панораму бразильских крыш. Сказать это вслух? Да ни за что на свете. Сама мысль о том, что Дэвид мог хотеть от него чего-то более существенного, интимного и прямого, чем просто совместное времяпрепровождение, выбивала из колеи. Озвучить свой глупый страх перед ним Лиам и вовсе не решился бы. Дэвид тихо вздохнул, видя его ступор, и полностью развернулся к Лиаму. Его халат слегка распахнулся на груди. — Я позвал тебя для того, чтобы ты мог привыкнуть к моему присутствию, — обозначил Дэвид. — А не то, о чём ты мог подумать. Он сделал шаг ближе, заставляя Лиама всё-таки поднять на него глаза. — Меня возбуждает только взаимность, Лоуренс. И ничего больше. Пока ты сомневаешься, я и пальцем к тебе не притронусь. Лиам застыл, чувствуя, как по сердцу разливается странное, облегчающее тепло, пополам с лёгким уколом разочарования, в котором он ни за что бы себе не признался. — Не хочу вводить тебя в заблуждение или быть неправильно понятым, — Лиам поспешил объясниться, ломая затянувшееся молчание. — Но иначе будет вряд ли, ведь я и сам себя не понимаю. Всё это… — Он указал рукой на них обоих и беспомощно пожал плечами. — Я не понимаю, что происходит. Когда я рядом с тобой, я вообще ничего не понимаю… я просто хочу сказать, что… — Всё в порядке, — прервал его Дэвид. Он бросил окурок в пепельницу и шагнул к номеру. — Неужели тебя это не заботит? — спросил Лиам, останавливаясь в комнате и задвигая балконную дверь. — Мои предпочтения? — уточнил Дэвид. — Тебя смущает, что мы оба мужчины? Лиам кивнул, затаив дыхание. Этот вопрос мучил его весь май, выжигая изнутри чувством неправильности, вины и какого-то подросткового стыда. — Меня это не волнует, — ровно ответил Дэвид, будто говорил о прогнозе погоды на завтра. — У тебя уже было что-то подобное? — Лиам подался вперёд, ловя каждое изменение в его голосе. — Ммм, — промычал Дэвид и неопределённо повёл плечом, что можно было трактовать как «да». — Давно, в старшей школе. Лиам в полном оцепенении опустился на край кровати, неверяще оглядывая стоящего перед ним капитана. Человек, который управлял огромными лайнерами, у которого вся жизнь была расписана по строгим правилам и протоколам, сейчас ломал всю картину мира. — Что? — только и смог выдавить он. — Молодость, — равнодушно вздохнул Дэвид, направляясь к чемодану, чтобы взять свои гражданские вещи. Он говорил об этом так обыденно, будто пересказывал инструкцию к закрылкам. В парадигму Лиама, полную стыда и отцовского лая, это вообще не укладывалось. — Но ты говорил, что ты не гей… тогда, на озере, — напомнил Лиам, растерявшись. Ему отчаянно нужны были чёткие маркеры, хоть какая-то определённость. Дэвид остановился и посмотрел на него сверху вниз без тени раскаяния или неловкости. — Это не делает меня геем. В конце концов, я женат. На женщине. И до женитьбы у меня было изрядное их количество. Он развязал пояс и небрежным, будничным движением скинул белый халат, оставшись стоять спиной. Лиам затаил дыхание, не в силах отвести взгляд. Тренированная, широкая спина Дэвида, рельефные плечи и сильные руки, на которых под загорелой кожей перекатывались мышцы, по-настоящему завораживали. — Одевайся. Пройдёмся по городу, найдём какое-нибудь кафе и перекусим. — Ладно, — согласился Лиам, но с места не двинулся. Для него это было дико и странно. До встречи с Дэвидом мужские тела никогда не казались ему привлекательными, он даже не замечал их. Лиаму всегда нравились мягкие женские формы. Да и сейчас ничего не изменилось в глобальном плане, его не потянуло на других мужчин вокруг. Но Дэвид… Это просто был Дэвид — конкретный человек, который каким-то непостижимым образом взломал все его внутренние настройки и влиял на него так, что кружилась голова. Пока Лиам боролся с очередным когнитивным диссонансом, Дэвид достал из чемодана лёгкие спортивные шорты и футболку. Оделся он быстро, и теперь походил на европейского туриста. Лиам наконец заставил себя подняться и подошёл к своему багажу. Выудив оттуда вещи, он надел чёрные рваные джинсы и открытую майку.

~

Сан-Паулу врубил солнце на полную мощность. На выходе из отеля их сразу впечатало в липкую жару. Улицы гудели сотнями голосов и клаксонов. Лиам зажмурился от резкого света, дёрнул плечом и поправил лямку рюкзака, жалея, что не остался в номере. Дэвид на ходу огляделся по сторонам, оценивая поток пешеходов. — Ладно, давай свернём отсюда, — бросил он, указывая на более тихий переулок. Через два квартала шум немного стих. На углу обнаружилась полупустая ресторация: пара облезлых пластиковых столов на улице и сонная официантка у стойки внутри. Дэвид затормозил, доставая смартфон. — Может, сначала отзывы посмотрим? Лиам даже не повернул головы в сторону экрана. Он толкнул стеклянную дверь, ловя лицом слабый поток прохлады. — Да плевать уже, я есть хочу. Они заняли угловой стол у окна. Дешёвый пластиковый стул под Дэвидом предупреждающе скрипнул. Тот сразу перенёс вес вперёд, уперев локти в столешницу. Проверять прочность хлипкой спинки желания не было. Вскоре подошла официантка в застиранном фартуке, молча положила на стол два ламинированных меню и замерла с блокнотом. Лиам быстро пролистал страницы, остановившись на разделе с местной кухней. Палец упёрся в строчку с фейжоадой. Дэвид хмуро изучил португальские названия, вылавливая знакомые слова. Жир и лишние калории в его планы не входили. — Лосось на гриле и салат. Без заправки, — чётко произнёс он, глядя на девушку. Лиам захлопнул меню и поднял глаза на официантку: — Мне фейжоаду, пожалуйста. Официантка ушла, оставив на столе две салфетки. Дэвид лениво крутанул в пальцах зубочистку, глядя в окно на проезжающие мопеды. А Лиам смотрел на его руки. На чёткие вены, на костяшки пальцев. Ощущение его ладони на собственном члене до сих пор жгло кожу. — Над Атлантикой опять фронт. Пойдём по приборам, — подал голос Дэвид. — Я в курсе, — Лиам отвернулся к окну, борясь с желанием снова уставиться на него. Мимо окон, покачивая бёдрами, неторопливо прошла загорелая бразильянка в коротких шортах. Чисто на автомате Лиам проводил взглядом её задницу, цепляясь за последние крупицы нормальности. И Дэвид перехватил этот взгляд. — Я бы предпочёл, чтобы ты смотрел на меня, — ровно, с нарочитой серьёзностью произнёс он. В ту же секунду у стола выросла официантка с подносом. Лиам готов был поклясться, что услышал, как рушится его мир. В глазах девушки на мгновение мелькнуло разочарование, которое тут же сменилось пониманием. Она молча, с преувеличенной скоростью расставила тарелки с едой и сбежала обратно к стойке. Лиам почувствовал, как к горлу подступает жар. — Ты издеваешься? — процедил он сквозь зубы. И тогда Дэвид вкрадчиво улыбнулся. — Немного, — ответил он и пододвинул к себе салат. — В любом случае, мы не на свидании, — Лиам вонзил вилку в кусок свинины, и ноздри забил запах специй и чеснока. — Почему бы и нет, — парировал Дэвид. Лиам поднял глаза и в упор полоснул капитана уничижительным взглядом. Но Дэвид не принял вызов. Наоборот, его улыбка стала открытой, почти мальчишеской. Он поднял ладони вверх, капитулируя, но в глазах по-прежнему плясали искры. — Хочешь потом сходить на пляж? — Дэвид аккуратно подцепил вилкой лист салата. Лиам даже не поднял головы от тарелки, когда категорично отрезал: — Люди. Дэвид неторопливо прожевал, глядя на то, как Лиам расправляется со свининой. — И что тогда? Вернёмся в номер, сморит сон. — Он отложил приборы и откинулся на хлипкую спинку стула, которая снова опасно треснула. — Теперь уже нет смысла ложиться. Нужно продержаться до вечера, чтобы с утра быть в форме. Он был прав. Джетлаг следовал за ними по пятам. Стоило лечь на заправленную кровать, и нью-йоркский рейс превратится в ад. — В торговом центре на соседней улице видел кинотеатр… — Лиам отставил пустую тарелку и сделал глоток воды. — Может, есть сеансы на английском? Он не стал добавлять главного: в темноте кинозала не нужно было прятать взгляды. — Пусть будет кино… — Дэвид подался вперёд, понизив голос. — Темнота, последний ряд. Звучит как отличный план для тех, кто «не на свидании». Лиам едва не поперхнулся водой. Он со стуком опустил стакан и выразительно посмотрел на Дэвида, но ничего не сказал. Бросив на стол пару купюр с избытком, они вышли на улицу. Сан-Паулу снова ударил в лицо влажным, липким жаром. На светофоре шаг замедлился. Чуть впереди, прижавшись к бетонной стене магазина, стояли двое парней. Один что-то тихо шептал другому, а потом потянулся и открыто поцеловал его в губы. Лиам невольно замер. В Нью-Йорке он видел такое сотни раз, на каждом углу Бродвея, и никогда не обращал внимания. Ему было плевать. Это была чужая, параллельная жизнь, которая его никак не касалась. Но сейчас, когда плечо Дэвида почти задевало его собственное, Лиама наотмашь полоснуло по глазам. К горлу подкатила тошнота. Он отвернулся, чувствуя, как футболка мгновенно промокла от пота, а воздух в лёгких стал слишком густым. Светофор мигнул зелёным, и они шагнули на асфальт, вливаясь в плотный поток пешеходов. — Почему ты так реагируешь? — поинтересовался Дэвид. Он шёл вровень, иногда задевая Лиама плечом, но смотрел строго перед собой. Лиам не стал увиливать. Скрывать злость или притворяться циником больше не было смысла. — Если бы я знал… Под кожей набатом забилась старая, застрявшая в печёнках фраза. Голос отца, сухой и брезгливый, всплыл в памяти так чётко, будто тот стоял прямо за спиной:

«Уже года в три стало ясно, что пидором вырастешь.

Что-то в тебе было не так изначально. Размазня».

Лиам сжал зубы, ускоряя шаг. Солнце Сан-Паулу пекло макушку, пока его колотило от внутреннего холода. Ему казалось, что это клеймо сейчас горит у него прямо на лбу, и все вокруг — и эти целующиеся парни, и прохожие, и сам Дэвид — видят его насквозь. — Ты не задумывался об этом? — Дэвид не сбавлял шаг. — В этом просто не было необходимости, — Лиам повернул к нему голову, заставляя поймать свой взгляд. — Буду честен: мне тошно от того, что ты мужик. Думать об этом ещё хуже, чем вспоминать, что ты женат. И… я чувствую себя ужасно, когда пытаюсь всё это анализировать. Дэвид на секунду замер. Тень накрыла его лицо, скулы стали жёстче, но он быстро взял себя в руки. Тема семьи была для него минным полем, на которое он не решался ступить даже в самые тёмные часы. Мысль об Оливии, об их дочери, об этом гниющем внутри предательстве ударила наотмашь. — Не путай анализ с самокопанием, — отрезал Дэвид. — Особенно когда это касается того, что уже сделано.

~

В фойе кинотеатра вовсю пахло попкорном. Ближайших сеансов с английскими субтитрами не нашлось, и Дэвид молча протянул кассиру деньги, забрав два билета на местный боевик на португальском. У барной стойки Лиам притормозил, разглядывая меню. — Возьму большой, — он кивнул на ведро карамельного попкорна и посмотрел на Дэвида. — Тебе какой? — Я такое не ем. — Почему? Ты же в хорошей форме… —Поэтому и не ем, — отрезал Дэвид, косясь на гору глянцевой кукурузы. — А я ем, — Лиам с удовольствием перехватил тёплое ведро. — Молодость многое прощает, — хмыкнул Дэвид, увлекая его к нужному залу. — Посмотрим на тебя лет через пятнадцать. Лиам застыл посреди коридора. Лет через пятнадцать? Фраза, брошенная вскользь, обожгла сильнее пламени. Это было просто к слову? Или Дэвид всерьёз полагал, что это продлится так долго? В ушах зашумело, и к щекам прилил горячий румянец. Лиам уставился под ноги, пытаясь избежать взгляда. А Дэвид остановился чуть впереди, но шагнул обратно, сокращая дистанцию до опасного минимума. — Я знаю, за что ты зацепился, — тихо, почти на ухо произнёс он. — И мне бы правда хотелось думать, что так оно и будет.

~

Боевик был откровенным хламом. Экран взрывался дешёвыми спецэффектами, а португальская брань из динамиков окончательно слилась в белый шум. Ведро из-под попкорна опустело. Лиам откинулся на спинку кресла, глядя на мерцающие синие и красные отсветы, которые ложились на лицо Дэвида. Тот сидел неподвижно, сложив руки на груди. Внезапно Дэвид шевельнулся. Он подался вбок, сокращая расстояние между их креслами, и его дыхание коснулось уха Лиама. — Хочешь уйти? — спросил он шёпотом. Низкий, вибрирующий голос перечеркнул грохот экранной перестрелки. Позвоночник Лиама пробило током. Крупная, горячая волна мурашек мгновенно скатилась от затылка к лопаткам, заставив его до боли сжать пальцами пластиковые подлокотники. Он не повернул головы, боясь, что если сделает это, их губы окажутся слишком близко. Сердце заколотилось в горле, выдавая его с головой. На экране что-то с грохотом взлетело на воздух, на секунду осветив их лица ярким светом. — В номер? — Лиам едва узнал собственный голос. Дэвид не отстранился. Его плечо прижалось к плечу Лиама, заставляя чувствовать каждый сантиметр этого чужого, сильного тела сквозь тонкую ткань футболки. — Да, — ответил Дэвид. — Можем вернуться. Лиам сглотнул. Он понимал, что за порогом этого зала, в номере отеля, все их разговоры про «переждать джетлаг» разлетятся в щепки. Но сопротивляться уже не было сил. Он поднялся, прихватив пустое ведро, и, не дожидаясь Дэвида, быстро пошёл по тёмному проходу к светящейся табличке с надписью «Выход».

~

Вспышки уличных фонарей и долгий обходной путь через душные кварталы — всё смазалось, превратившись в рваный монтаж. Вся отстранённость выгорела дотла. Взгляды Дэвида, его невозмутимая, сводящая с ума близость сработали как детонатор. Лиам опомнился, только когда они, сшибая косяки и не разрывая объятий, ввалились в номер Дэвида. Лиам всегда ненавидел поцелуи. Считал их бесполезной, неудобной прелюдией, от которой только дыхание сбивается. Он предпочитал действие. Но то, что делал Дэвид, ломало все правила. Его губы, жёсткие и настойчивые, двигались в каком-то идеальном, гипнотическом ритме. Вкуса сигаретного дыма и ментола было слишком много. Разум отключился, оставив сумасшедший стук сердца в ушах и чужое, горячее тело, вжимающее его в стену. — Чёрт, притормози, — выдохнул Лиам. Он рванул в сторону, пытаясь отстраниться, и рухнул в глубокое кресло уже внутри номера. Дэвид не стал настаивать. Он дистанцировался моментально, сделав шаг назад. И именно эта лёгкость, этот чёртов, непрошибаемый контроль завели Лиама ещё сильнее. Внутри всё вспыхнуло от злости и азарта. Если бы можно было хоть раз выбить Дэвида из колеи… Как бы он вёл себя тогда? Лиам рядом с ним терял рассудок и горел заживо. Неужели ему это давалось так легко? Дэвид спокойно, без суеты стянул через голову футболку и сбросил с ног сланцы. Он явно собирался в душ. Перед тем как шагнуть в ванную, он обернулся у косяка, скользнув взглядом по разгорячённому лицу Лиама: — Хочешь присоединиться? Лиам шумно выдохнул через нос. Стоило им на секунду отстраниться, как Дэвид тут же включал ледяную невозмутимость, вынуждая его пятиться назад и сомневаться в каждом шаге. — Ладно, — сдался Лоуренс. Он медленно прошёлся взглядом по фигуре Дэвида, по чёткому рельефу мышц и полоске загорелой кожи. Лиам рывком стащил с себя шорты, избавился от остатков одежды и, стараясь дышать ровно, шагнул вслед за ним в душевую. Лиам впервые видел его полностью обнажённым. У него был крупный, налитый кровью член, покрытый сеткой вен. Дэвиду повезло с анатомией. Впрочем, на свою Лиам тоже никогда не жаловался. Он перевёл дыхание и шагнул под струи воды. Дэвид тут же перехватил его за подбородок, мокрыми пальцами приподнял лицо и снова впился в губы. Лиам зажмурился. За этот поцелуй он прямо сейчас продал бы душу дьяволу, не торгуясь. — Как далеко у тебя зашло с тем парнем… из старшей школы? — выдохнул Лиам, смахивая воду с ресниц и прижимаясь губами к горячей шее Дэвида. — Почему тебя это волнует сейчас? — Дэвид наклонил голову, глядя сверху вниз. — Не знаю… Они вернулись на кровать, забирая с собой запах влажной кожи и пара. Припухшие губы Лиама горели от поцелуев, и Дэвид не отрывал от них тяжёлого взгляда. Лиам лёг рядом, чувствуя, как его член коснулся бедра Дэвида. Внутри что-то щёлкнуло. Пересилив робость, Лиам опустил ладонь вниз и плотно обхватил горячую, пульсирующую эрекцию Дэвида. Тот ответил одобряющим кивком и тут же настойчиво толкнулся бёдрами ему в руку. Затем Дэвид перехватил его за талию, перекатился на спину и увлёк за собой, заставляя его оказаться сверху. Пах к паху, живот к животу. Дэвид потёрся своим возбуждением о его, заставляя Лиама шумно выдохнуть, провёл ладонью по его щеке и снова впился в губы. Не разрывая поцелуя, он опустил обе руки вниз, обхватил их члены вместе и задал ритмичный темп стимуляции. — Дэвид… — сорвалось на выдохе. — Блядь… Голова пошла кругом. Лиам застонал, теряя контроль. Дыхание перехватило, мышцы свело судорогой. Дикое, первобытное возбуждение затопило сознание, но сильнее всего с ума сводила реакция Дэвида, который прямо сейчас терял свой чёртов контроль вместе с ним. Дэвид кончил раньше. Лиам, затаив дыхание, видел, как густые белые капли выплеснулись на его рельефный пресс, медленно растекаясь по коже живота. Этого визуального толчка оказалось достаточно, чтобы окончательно потерять связь с реальностью. Лиам застонал, взрываясь и извергаясь в уже скользкие, испачканные ладони Дэвида. Когда всё закончилось, Лиам бессильно рухнул грудью на его плечо, пытаясь выровнять сбитое дыхание. Воздуха в лёгких катастрофически не хватало. Вдвоём они устроили куда больший беспорядок, чем в прошлый раз у пруда. — Тебя ведь не стошнит? — уточнил Дэвид. Его грудная клетка тяжело вздымалась. — Надеюсь, что нет, — пробормотал Лиам в его шею. С трудом заставив себя пошевелиться, он отстранился и перекатился на другую половину кровати, упав на спину. Вытянул руку, вслепую нащупал на тумбочке брошенное после душа полотенце и кое-как вытер свой живот. Затем, не глядя, швырнул ткань Дэвиду. Тот поймал её на лету и проделал то же самое. За окном сгущались бразильские сумерки. Жара на улице убавилась, время перевалило за вечер, и теперь джетлаг наконец-то позволял им лечь спать без риска сломать внутренние часы. Лиам упёрся локтями в матрас, собираясь подняться и уйти к себе, но ладонь Дэвида уверенно легла на его запястье, останавливая. — Я не… — начал было Лиам, собираясь сказать, что ни за что не уснёт, пока не останется один. — Я помню, — перебил его Дэвид, глядя снизу вверх. — Но побудь со мной ещё немного, пожалуйста. Если этот брутальный, привыкший отдавать команды голос и умел когда-либо звучать мягко и обезоруживающе, то сейчас был именно такой случай. Против этой непривычной уязвимости у Лиама не нашлось брони. Отказать он не смог. — Ладно, — согласился он. Лиам вернулся в исходное положение, лёг поудобнее и потянул за край хлопковую простыню, укрывая их обоих до груди. — Можно я обниму тебя? — спросил Дэвид, поворачиваясь к нему боком. Лиам возмущённо фыркнул, округлив глаза: — После всего, что только что было, ты спрашиваешь разрешения на объятия? Дэвид молча кивнул и придвинулся вплотную. Он лёг сзади, прижавшись всем телом к спине Лиама, и закинул тяжёлую руку ему на пояс. Лиам почувствовал, как Дэвид уткнулся носом в его затылок, вдыхая запах влажных после душа волос. Крупные пальцы Вэнса начали медленно, с неожиданной нежностью поглаживать его предплечья. — Я усну быстро, а дальше делай что хочешь, — глухо проговорил Дэвид в темноту комнаты. — Можешь уйти в свой номер. Но если тебе удастся уснуть со мной, я буду рад. Дэвид закрыл глаза, окончательно расслабляясь, и запечатлел короткий, невесомый поцелуй на макушке Лиама. Буквально через минуту его дыхание стало глубоким и ровным.

~

Эта ночь перевернула всё, что Дэвид знал о себе и о своей выверенной до мелочей жизни. Он просыпался несколько раз, и вместо привычной пустоты отельного номера его рука натыкалась на живое, чужое тепло. Дэвид всматривался в полумрак, переводил взгляд на парня рядом и каждый раз с облегчением выдыхал. Лоуренс был здесь. Не сбежал к себе в номер, а просто спал, уткнувшись лицом в край подушки. Под утро он снова проснулся первым. Сон ушёл легко, за несколько минут до того, как должен был зазвонить будильник. В комнате уже посветлело, и сквозь плотные шторы пробивались первые лучи бразильского солнца. Дэвид не шевелился, боясь нарушить эту хрупкую тишину. Теперь он мог в полной мере наблюдать за Лиамом. Смотреть, как подрагивают его длинные ресницы, как мерно и плавно вздымается грудная клетка под простынёй, как чуть приоткрыты пересохшие губы. Понимание обрушилось всей своей тяжестью, сокрушительно и прекрасно одновременно: Дэвид осознал, что мог бы и дальше жить совершенно спокойно, ничем не рискуя. Если бы только не встретил Лоуренса. Но сейчас, глядя на этого спящего парня и чувствуя, как внутри разливается странное, щемящее тепло, он не испытывал сожалений. Однако он понимал и то, что придёт время, и наступит расплата. Вскоре Дэвид аккуратно поднялся, высвобождаясь из-под навалившегося на него Лоуренса, и ушёл в ванную. Быстрый прохладный душ помог окончательно стряхнуть остатки сна и вернуть привычную собранность. Когда он вернулся в комнату, завязывая на ходу пояс халата, то не смог сдержать улыбки. Избавившись от чужого веса, Лиам времени зря не терял. Он развалился звездой прямо поперёк огромной постели, заняв собой абсолютно всё пространство. Дэвид бросил взгляд на экран телефона. До будильника оставалось всего пять минут. Нажав кнопку отмены, он протянул руку и ладонью коснулся тёплой щеки Лиама. — Пора просыпаться, — тихо произнёс он. Лиам глубоко, с неохотой вздохнул и медленно приоткрыл глаза, тут же зажмурившись от утреннего света. Спустя пару секунд его взгляд сфокусировался на сидящем рядом мужчине. Потребовалось мгновение, чтобы сонная дымка рассеялась. — Что ты тут делаешь? — хрипло спросил Лоуренс, натягивая простыню выше. — Вообще-то, это мой номер, — обозначил Дэвид. — Ты уснул у меня и проспал так всю ночь. Я не посмел тебя будить. Разве это не романтично? — Нет, — Лиам демонстративно закатил глаза. Он со стоном поднялся на локтях, разминая затёкшую шею, и перевёл взгляд на часы. — Нужно собираться, — подтвердил Дэвид, поднимаясь с кровати. Лиам молча кивнул, сбросил простыню и сел, свесив ноги на пол. Поднявшись с постели, он постарался не зацикливаться на силуэте Дэвида и сразу направился к ванной. — Сделать тебе кофе? — предложил Дэвид вдогонку. Лиам притормозил у двери и обернулся, посмотрев на журнальный столик. Там, рядом с чайником, сиротливо стояла плетёная корзинка с пакетиками чая и растворимого кофе. Пить эту заварную парашу не хотелось совершенно, но мысль о том, что Дэвид сделает это для него, принесла удовольствие. Это был всего лишь маленький бытовой жест, мелочь, но почему-то она глубже всего откликнулась в груди Лиама. — Да, спасибо, — ответил он и исчез за дверью душевой на десять минут. Когда Лиам вышел из ванной, Дэвид уже ждал его на балконе. Он сидел в низком кресле, вытянув босые ноги навстречу утреннему солнцу, и неторопливо курил. На стеклянном столике рядом дымились две чашки с пакетичным кофе. Лиам шагнул на балкон и сел в соседнее кресло. — Выспался? — поинтересовался Дэвид, стряхивая сигарету. Лиам неопределённо пожал плечами, взял чашку и сделал короткий глоток. — Удивительно, но да. Кофе никто из них допивать не стал. Напиток был откровенно паршивым. Негласно обозначив его бурдой, они оставили полные чашки на балконном столике, возвращаясь в прохладу номера, где их ждала отглаженная лётная форма. Сборы проходили в тишине и нарушались лишь шорохом вещей и щелчками замков на чемоданах. К огромному ужасу Лиама, Дэвид умудрялся выглядеть соблазнительно даже в таком рутинном процессе. На нём уже были форменные брюки, но рубашка оставалась полностью расстёгнутой, открывая вид на подтянутый торс и полоску волос, уходящую под ремень. Лиам стоял перед зеркалом, пытаясь завязать галстук, но пальцы, будто деревянные, не слушались. Он то и дело ловил себя на том, что сквозь отражение пялится на своего капитана. — Ты, кажется, забыл, как завязывать галстук, — не оборачиваясь, хмыкнул Дэвид. — Я мог бы тебе с этим помочь. — Ты мог бы мне помочь, если бы застегнул свою чёртову рубашку, — огрызнулся Лиам, затягивая узел на шее. — Ты выглядишь как актёр из порно. Ну, знаешь, эти дешёвые постановки… Дэвид обернулся, и на его губах заиграла довольная улыбка. — Гей-порно? — вкрадчиво уточнил он, прекрасно зная, как это подействует на Лоуренса. Удар попал точно в цель. Лиам шумно, с явным раздражением, выдохнул и отвернулся от зеркала, пряча вспыхнувшие уши. Дэвид, тихо посмеиваясь, подошёл к зеркалу и начал нарочито медленно, пуговица за пуговицей, застёгивать свою рубашку, продолжая краем глаза наблюдать за своим вторым пилотом. — Так что, я вычислил твой маленький фетиш, Лоуренс? — не унимался Дэвид, застёгивая манжеты. Его голос так и сквозил издёвкой. — Дэвид, — предостерегающе процедил Лиам, чувствуя, как внутри снова закипает опасная смесь непринятия и желания. — Как твой капитан, я просто не могу допустить, чтобы за штурвалом ты думал о чём-то подобном, — серьёзным тоном зачитал Дэвид, шагнув к нему вплотную. А затем, не меняя выражения лица, он опустился перед Лиамом на колени. — Да ты, блядь, издеваешься, — прошипел Лиам. Его дыхание мгновенно сбилось. Отрицать очевидное было глупо: его член был приподнят ещё с того момента, как он увидел Дэвида в расстёгнутой рубашке. Лиам, замерев, смотрел сверху вниз на то, как пальцы Дэвида расстёгивают его брюки и безжалостно стягивают вниз резинку боксеров. — Дэвид, я так не могу, — возразил Лиам, но протест вышел слабым. — Мне нужно время, чтобы… Он не успел договорить. Дэвид подался вперёд и до основания взял его член в рот. Вселенная вокруг Лиама мгновенно схлопнулась. — Боже… — выдохнул он, хватаясь пальцами за край комода. Ощущения были непередаваемыми. Горячий, влажный рот Дэвида сводил с ума. Лиам закинул голову назад, напрочь забывая о том, что через десять минут они должны стоять у ресепшена. — У тебя подозрительно хорошо получается… — простонал Лиам. — Я польщён, — отозвался Дэвид. Он на секунду отстранился, втянул воздух и плотно сжал основание его члена горячей ладонью, — потому что я делаю это впервые. Лиам зажмурился и запрокинул голову к потолку, дыша сквозь зубы. Рассудок плавился. Он понимал, что долго в таком темпе не выдержит. Всё было слишком интенсивно, слишком приятно — в этом был весь Дэвид и то, с какой пугающей скоростью тело Лиама отзывалось на каждое его прикосновение. — Я сейчас кончу, — на грани паники предупредил он, но Дэвид даже не подумал отстраниться, лишь глубже подался вперёд. — Ты оглох?! — простонал Лоуренс. В следующее мгновение Лиам сдался, кончая прямо в его рот. И Дэвид, не колеблясь ни секунды, проглотил всё до последней капли. Лиам тяжело дышал, уставившись на него сверху вниз абсолютно шокированным взглядом. Сердце колотилось как сумасшедшее. Он молча наблюдал за тем, как Дэвид невозмутимо поднялся во весь рост, тыльной стороной ладони вытер уголок губ и как ни в чём не бывало принялся поправлять свою безупречную рубашку. — Ты не можешь делать что-то подобное, а потом вести себя как обычно, — подал голос Лиам. Дэвид лишь пожал плечами. Он спокойно поправил свой всё ещё каменный член в брюках и подошёл к зеркалу, чтобы завязать галстук. — Мне точно потребуется сеанс психолога после этого рейса, — выдохнул Лиам, спешно приводя свою форму в порядок. — Твоя раскрепощённость вызывает вопросы. — Так задай их. Дэвид прошёл по комнате, взял со стола фуражку и надел её, поправляя козырёк. Под тёмной тканью форменных брюк его эрекция всё ещё отчётливо угадывалась. — А ты? — растерянно спросил Лиам, сделав шаг ближе и кивнув на его возбуждение. — Нет времени, — отрезал Дэвид, бросив быстрый взгляд на часы. — Выходим. Лиам быстро накинул пиджак, застёгивая пуговицы на ходу. Дэвид подхватил свой чемодан, а форменный китель небрежно повесил на согнутую руку, перекрывая им пах. Они вышли в коридор, и за ними с сухим щелчком захлопнулась дверь номера, оставляя внутри всё безумие этих бразильских суток.