Когда Гарри обижается...

Выручай-комната встретила их тишиной, полумраком и знакомой кроватью, которая уже не пугала, а лишь вызывала смех. Гарри зашел первым, швырнул сумку на пол, рухнул на покрывало спиной, закрыл устало глаза. День вымотал его до пустоты. Трансфигурация, Чары, Зелья, а между ними еще и Снейп, который дважды проходил мимо и оба раза смотрел так, будто Гарри был грязью на его ботинках. Но прикапываться ему было не к чему, что было хорошим знаком. Хотя он все равно бесил до одури. При Снейпе Гарри никогда не было спокойно, даже казалось, что реальность разрушается в два раза быстрее. Драко зашел следом, закрыл дверь, повесил сумку на спинку кровати, предварительно добыв из нее учебник. Движения у него были спокойные, размеренные. Гарри слышал, как стукнули набойки снятых туфель по полу. Потом кровать прогнулась. Драко забрался на покрывало, пристроил голову на животе Гарри и раскрыл учебник по Зельям. Гарри приподнялся на локтях. – Ты охренел? – Удобно же, – Драко потерся затылком, но даже не поднял взгляд на него. – Лежи спокойно, ты теперь подушка. – Я тебе не подставка под твою дурную голову. – Ты мой парень, которому я назначил новую функцию, так что придется терпеть. Гарри фыркнул, но откинулся обратно, подложив валик под собственный затылок. Пальцы сами потянулись к распущенным волосам Драко – длинным, светлым, разметавшимся по его груди и животу. Он тронул пряди, провел до самых кончиков, запутываясь пальцами. Волосы Драко были тонкие и мягкие. Притягательные. – У тебя волосы, как шерсть у породистой псины, – хихикнул Гарри. Драко лишь цокнул языком и промолчал. – Зачем ты их отращиваешь? Они у тебя длиннее, чем у Панси уже. – У Панси каре, которое она держит в полном ажуре. – Драко перевернул страницу. – А я не стригся уже три года, только кончики равнял. – Заметно. Ты так похож на свою мать. Драко оторвался от книги, повернул голову в сторону лица Гарри. – Я на мать похож, потому что у меня длинные волосы? Серьезно, придурок? Это твой аргумент? – Это не аргумент, а факт! Ты сидишь с этой гривой на уроках, как чертов эльф из магловских сказок. Тебе кто-нибудь говорил, что это странно? – Мне говорили, что это красиво. – Кто? – Панси. – Панси не считается. – Почему? – Потому что она в тебя влюблена. – Она не влюблена в меня. – Влюблена еще как, просто ты слепой. Драко захлопнул книгу. Сел, скрестив ноги, развернулся к Гарри. – Ты ревновал меня к Панси? Сейчас, когда я лежал у тебя на животе и читал чертов учебник? – Я не ревную, я просто говорю, что она в тебя влюблена. Это же очевидно! – Пэнс прикрывает меня перед отцом, потому что мы друзья. Чтобы не выглядеть слишком подозрительно в таком возрасте без отношений в принципе. Я как-то не готов сознаться семье, что я гей. Гарри резко сел и уставился Драко в лицо. – А ты гей, Малфой? Самый натуральный? Драко закатил глаза, поднял учебник и замахнулся – Гарри перехватил его запястье. – Не надо книгой, тебе ее еще в библиотеку сдавать. Бей сразу кулаком. – Ты идиот, Поттер. – А ты гей, Малфой. – Мы оба, блин, геи, мы встречаемся! Логика у тебя кошмарная. Отпусти руку. Гарри отпустил. Драко отложил книгу на покрывало и вздохнул. – Ладно. Я хотел быть красивым, поэтому отрастил волосы. – Да, конечно, чтобы быть красивым, а не гейским геем. – А тебе разве не нравятся мои волосы? Гарри посмотрел на него. На длинные светлые пряди, падающие на плечи. На то, как они чуть подвивались на концах, когда лежали в беспорядке, и отливали в свете камина серебром. Драко нравился Гарри абсолютно весь, даже с этой гейской гривой. Особенно с этой гейской гривой. Гарри сглотнул. – Нравятся, еще как нравятся, – ответил он. – Я просто спросил, потому что до третьего курса ты был стриженный. – Ты задаешь тупые вопросы. – Это не тупой вопрос. Я хочу знать, зачем ты их отращиваешь. Ты раньше стригся коротко, как все нормальные люди. – Нормальные люди – это кто? Ты что ли, недоразумение без вкуса? – Драко выгнул бровь и потрепал Гарри по голове. – У тебя на башке вообще воронье гнездо. Выглядит ужасно! – У меня естественная текстура. – У тебя естественный бардак. Ты вообще причесываешься? – Причесываюсь. – Когда это было в крайний раз? В прошлом году? – Сегодня утром. – И сколько раз ты трогал голову с тех пор? Гарри убрал руку от волос, которые судорожно пригладил после того, как Драко их растрепал, а потом сам же провел против роста, снова приводя в полный беспорядок. Драко усмехнулся. – Вот именно. Ты трогаешь их постоянно. Это нервное, между прочим. – Я не нервный! – Ты самый нервный человек в этой школе, Поттер. У тебя стихийная магия бурлит от косого взгляда. – При тебе не бурлит, – проворчал Гарри чуть слышно. Но Драко был прав. – И при этом ты все равно мой парень, – добавил Гарри, улыбнувшись. Драко не ответил. Его пальцы, гладящие обложку книги, замерли. Потом он коротко выдохнул. Кажется, Драко и самому было до сих пор непривычно это слышать. Гарри уж точно. Но звучало слишком вкусно, Гарри очень любил повторять это словосочетание наедине с собой, когда вспоминал их тайные встречи. Драко склонил голову набок, отчего его волосы легли красивым полотном по плечу. Гарри откровенно любовался, не скрывая легкой улыбки. В груди покалывало нежностью и предвкушением. – Ладно. Спроси еще что-нибудь, – прервал молчание Драко. – Что? – Ты же хотел поговорить, когда заводил эту тему с волосами? Ну и говори, пока я не передумал и снова не залег за учебу. Эти чертовы зелья меня беспокоят сильнее, чем когда бы то ни было. Гарри молча выбрался из объятий кровати и полез шариться в сумку, брошенную на полу. – Не хочу разговаривать, хочу развлекаться! Мне скучно, когда ты учишься. У нас тут свидание между прочим, нахрен твои книжки, ботан. Давай сыграем в магловские карты. – В карты? – В подкидного дурака. Я научу, если не умеешь. Драко моргнул. Потом его глаза сузились. – У нас Блейз всех научил играть. Тебе такой уровень мастерства и не снился! – Серьезно? Тогда мы можем сыграть нормально, со ставками! – Да я ж тебя обдеру как липку, ты в своем уме? – Проверим? – Гарри вытащил из сумки старую колоду. – Играем на раздевание. – О, – Драко выгнул бровь. – Это интересно, я в деле. – Проигравший трусы... – Гарри сделал паузу, сглотнул взволнованно, – проигрывает и девственность. В позиции снизу. Драко молчал несколько секунд. – Ты серьезно? – Абсолютно. Если я выиграю – ты снизу. Если ты – я. Идет? – Ты предлагаешь мне разыграть нашу первую ночь в подкидного дурака. – А что, ссышь? – Я Малфой, за кого ты меня держишь? – Драко закатил глаза, а потом выдохнул: – Нет, не ссу, а опасаюсь за твое психическое состояние после проигрыша! – Тогда сдавай. Драко взял колоду из его рук, перемешал ловко, привычно. Гарри снова устроился на кровати и следил за его пальцами. – Ты тасуешь как шулер, – заметил он. – Я тасую как человек с прямыми руками. Ты, наверное, как в детском садике перекладываешь по кучкам. – Сдавай уже. Драко сдал по шесть карт. Гарри взял веер, пробежался глазами. Выпало паршиво, но терпимо. Но каким-то чудом Гарри выкрутился и выиграл. Драко реально умел играть в магловские карты, четко, жестко, высчитывая ходы и забавно шевеля губами, прикидывая, какую карту выгоднее отдать. Удивительно. – Ты держишь карты как лошара, – сказал Драко. – А ты играешь как магл, – парировал Гарри. – Слизеринская стратегия где? Один кон, и ты уже проиграл. – Я не проиграл. Я изучал твою манеру. Ты скинул восьмерку треф в первом кону, идиот. – Это был тактический ход. – Это было сливание карты. – Заткнись и ходи. Драко нелогично скинул галстук – зеленый шелк скользнул на пол. И расстегнул верхние пуговицы рубашки, открывая ключицы. Кадык его судорожно дернулся, когда он сглотнул. Гарри не удержался – потянулся, провел по открывшейся ямке пальцами. Драко шлепнул по шалящей руке. Он снова раздавал как проигравший. – Ты отвлекаешься, – сказал Драко, улыбаясь слишком мягко для недовольного тона. – Нет. Я просто проверяю. – Что проверяешь? – Твой пульс, он зашкаливает. Ты волнуешься? – С хуя ли? Бери карты. Второй кон выиграл снова Гарри. Драко остался без мантии. Пока он стягивал ее с плеч, Гарри подался вперед, прижался губами к его ключице – коротко, сухо, тут же отстранился. Драко замер на секунду, потом выдохнул. – Ты специально меня отвлекаешь? – Это тактика, и она работает! Я так тебя натяну подчистую. – Мухлюешь значит, мистер Несдержанность. – Я не мухлюю. Я просто хочу тебя трогать. Имею право, между прочим… как твой парень. Драко посмотрел на него. В серых глазах мелькнуло что-то хитрое. Гарри ощущал, что ходит по какому-то странному острию между флиртом и игрой. Он сам не знал, что именно хочет спровоцировать и зачем это делает. Но он знал, что карты его начинают интересовать все меньше, чем те же манящие губы Драко, его чертовы ключицы, его тонкие пальцы, тасующие снова колоду так мастерски. – Как озабоченный парень. Трогай, конечно, где и как хочешь, но потом не жалуйся, что проиграл. В третьем кону Драко отыгрался. Гарри стянул свитер через голову, волосы встали дыбом. Драко тут же запустил руку в его шевелюру, взъерошил еще больше. – Твоя башка, – сказал он, жестко проходясь пальцами по коже головы, то ли гладя, то ли царапая, то ли дергая за прядки, – выглядит так, будто ты сунул палец в розетку. – Твои патлы, – парировал Гарри, перехватывая его ладонь и целуя запястье, – выглядят так, будто ты тратишь на них миллион времени. – Это так и есть, – хмыкнул Драко, вздрагивая от того, что Гарри прикусывает каждый палец по очереди за подушечки. – А еще миллион денег. Драко вздохнул и отобрал руку, а потом бросил колоду в Гарри, и та разлетелась на половину кровати. Пока Поттер матерился и ползал по покрывалу – Драко открывался прекрасный вид на спину, обтянутую футболкой. Гарри это знал, он буквально чувствовал чужой внимательный взгляд. И Гарри дразнил его специально, растягивая момент. Четвертый кон снова выиграл Драко. Гарри снял футболку. Драко задержал взгляд на его плечах, судорожно вздохнул, а потом резко придвинулся. Он наклонился и коснулся языком ключицы влажно, чуть прикусил сначала, а потом зализал. Сверху припечатал губами. Гарри перехватил его за подбородок, притянул к себе, поцеловал в губы чуть жестко, коротко, тут же отпустил, не давая самому себе углубиться и увлечься. Хоть и очень хотелось. Руки Драко провели по голым бокам, вызывая волну мурашек и возбуждения. Гарри готов был захлебнуться в этих ощущениях, утонуть полностью. Его вело. Но голос разума еще был в досягаемости, поэтому он убрал чужие руки со своего тела, чуть отодвинулся и произнес, глядя в стальные глаза: – Я сдаю, не мешай. Драко лишь заулыбался чарующе, потерся носом о подвернувшуюся ладонь и отодвинулся сам. Теперь можно продолжать. Пятый кон остался за Гарри. Драко остался без носков. Удивленно пошевелил пальцами ноги, откинулся назад на руки и поставил стопу на голую грудь Гарри. Тот ласково забрался под край брюк, ощупывая тонкие косточки. Драко прикрыл глаза. – Ощущается странно. – Но приятно? Парировать глупыми шуточками уже не хотелось. Атмосфера свернула в сторону совсем напряженной, почти грозовой. Слишком сексуальной. Драко в целом был одна большая сексуальность. Гарри поймал себя на мысли, что сейчас было бы так удобно столкнуть с себя чужую стопу, резко податься вперед и вжаться в тело Драко. Поза у того была открытой и уязвимой, соблазнительной. И Драко бы сразу рухнул под его весом, обмяк, и Гарри бы его поцеловал так глубоко, как только мог. Гарри тряхнул головой, понимая, что Драко слишком внимательно за ним наблюдает. – Продолжаем. Сдавай, – чуть хрипло произнес Гарри, продолжая гладить ногу Драко. Тот подобрался и сел снова нормально. Шестой кон выиграл Драко. Гарри чертыхнулся, расстегнул ремень, вытянул из петель джинсов. Это был честный обмен на галстук. Драко проводил ремень взглядом немного разочарованно – новых перспектив это не открывало. Гарри перехватил запястье Драко, когда тот уже потянулся к его животу, чтобы снова запечатлеть касание. Гарри был раздражен. – Продолжаем, я хочу, чтобы ты снял рубашку. – Тогда побеждай. В седьмом кону Гарри проиграл носки, но в восьмом все же смог победить. Драко медленно расстегнул рубашку, видя, как напряженно Гарри следит за каждым его движением. Постепенно открылась полностью бледная кожа, острые ключицы, светлая полоска волос, уходящая под ремень брюк. Гарри не выдержал – притянул его к себе, провел ладонями по голым плечам, по лопаткам, по позвоночнику до поясницы. Драко выдохнул ему в шею, и его пальцы сжались на бедрах Гарри. В штанах было уже слишком тесно, а губы пересыхали каждую минуту и приходилось их постоянно облизывать. – Мы никогда не доиграем, если сейчас сорвемся, – сказал Драко. – Мне плевать, хочу тебя. – А я хочу выиграть! Они с трудом оторвались друг от друга. Договор был дороже желания. В девятом кону Гарри проиграл джинсы и остался в одних трусах. Драко смотрел на него и не мог ровно дышать. Потом наклонился, поцеловал его плечо, провел губами по шее, за ухом. Гарри чувствовал злость и отчаяние. Даже пытался увернуться от настойчивых ласк. – Ты на грани, Поттер. – Заткнись. – Ты прекрасен, когда проигрываешь. – Заткнись. Дай мне сдать. – Ты грубый мужлан. – А ты самодовольный придурок. Десятый кон оказался фатальным. Гарри взял карты. Шестерки червей и пик. Десятка бубен. Восьмерка пик. Дама пик. Король червей. Козырная масть – трефы. Он ходил первым. Ему казалось, что он вел. Драко выложил на стол козырную даму. Гарри смотрел на карту. У него не было козырей. Ни одного. Он скинул шестерку, потом восьмерку, потом десятку. Драко подкидывал одну за другой, и у него были только козыри. – Ты блефовал, весь кон, – пробормотал Гарри обиженно. – У тебя были одни козыри. Если бы я сам не сдавал, то сказал бы, что ты шулер! – Я просто Малфой. Чертовски везучий сегодня. Ты проиграл. Гарри откинулся на подушки, уставился в потолок. В груди клокотало бурей эмоций, но мир вокруг стоял крепко. Он проиграл свою первую ночь, как идиот. Его обыграл в магловские карты волшебник, который и играть-то научился наверное с год, не больше. Это было обидно до одури. И так же страшно. – Ты расстроен. Драко лег рядом, вытянулся вдоль тела Гарри. В его голосе не было торжества, скорее сочувствие. Он ласково погладил Гарри по ребрам. Сексуальная напряженная атмосфера растворилась в этом проигрыше, схлынула, дала возможность свободно дышать. Гарри повернул голову и посмотрел на Драко. В его зеленых глазах мелькнул отголосок боли. – Я не расстроен. Мне просто стремно. – Прекрасно понимаю, мне было бы так же. Драко виновато улыбался и легко водил пальцами по грудине, по ключицам, задевал соски. В этих движениях не было приставания и намерения, только исследование. И, возможно, желание успокоить. Гарри немного расслабился, он начал привыкать к мысли, что его первый опыт будет снизу. – Я не люблю проигрывать. И я не люблю, когда... когда не я все решаю. – Я знаю, сам такой же. Мы не обязаны спешить и делать все сегодня. Сегодня я сам не готов дойти до конца. Драко лежал на боку и смотрел на него без усмешки. Его лицо было спокойным, открытым, и веснушки на скулах проступили ярче. Он был прекрасен до дрожи. И Гарри снова потянулся к нему, коснулся пальцами скулы. Драко прильнул к ладони, потерся щекой. Внутри Гарри снова начала разрастаться волна возбуждения. Он понял, что так и не снял трусы, хотя их проиграл. – Дай мне время, – сказал Гарри. – Просто дай немного форы. Драко лишь кивнул и прикрыл глаза. Его стояк упирался Гарри в бедро горячим намеком на обстоятельства. Гарри развернулся и обнял Драко обеими руками, зажал в тиски. Тот ойкнул и засмеялся. – За что? – голос Драко звучал немного обиженно, но больше озорно. – Ты ведь специально копил козыри весь десятый кон. Ты знал, что у меня нет ни одного. – Конечно знал, – ворчливо отозвался Драко. – Ты играешь как открытая книга, Поттер. – А ты играешь как мошенник. – Я играю как истинный Малфой, без жалости ко всяким неудачникам. Гарри вздохнул. Теперь они лежали лицом к лицу. – Ладно, – сказал он. – Я проиграл. Я признаю. Но... – Но? – Я хочу, чтобы ты снял брюки. И чтобы я пока оставил свои трусы при себе. Драко смотрел на него долго. На тонких губах играла легкая улыбка. – Хорошо, – ответил он наконец. – Снимешь их, когда будешь готов. Мы никуда не спешим. – Ты не злишься? Ты выиграл, а я... – Поттер. Я выиграл право быть первым. Не обязанность. Это разные вещи. Я хочу, чтобы ты тоже хотел меня. Иначе это не имеет смысла, потому что будет насилием. Гарри выдохнул. Долго, прерывисто. Прижался лбом к его лбу. – Спасибо, – сказал он. – За что? – За то, что не давишь. – Я все равно возьму свое. Не сейчас, так завтра или через неделю, или через две. Как получится. Гарри фыркнул. – Ты тоже собственник. – Конечно. Я хочу своего парня целиком, это логично. – Я тоже хочу тебя всего, но не сегодня. Гарри отстранился, посмотрел на него. Драко ласково разглядывал его лицо. Каждую черточку, пристально и внимательно. Гарри ощущал, как этот взгляд проходится везде, и от него вспыхивает кожа. – Ты странный, – сказал Гарри. – Ты выиграл, ты мог бы требовать, а ты... – А я хочу, чтобы ты сам пришел ко мне, когда будешь готов. Потому что если я надавлю, ты сломаешься. А мне не нужен сломанный Гарри Поттер. Мне нужен целый, лично одна штука в одни руки. Гарри засмеялся, обнимая Драко крепче. Сердце заходилось как сумасшедшее. Он так сильно любил его. И не знал, как об этом сказать. И даже проигрывать было не страшно. – Так, я снимаю штаны! Ты заебал с этим размазыванием соплей! У нас еще есть время полапаться! Драко утянул его в глубокий поцелуй, и Гарри не имел ничего против. Он знал, что сегодня большего с него и не требуется.