The Great Majority

Взлёт всегда наполнял Гарри странной дрожью во всём теле. Заклинание было длинным и сложным, с замысловатыми словами и точными движениями, которые каждый член экипажа должен был идеально согласовать с остальными. Технически заклинание могли выполнить и трое, но традиция требовала участия всех шестерых: так магическая нагрузка распределялась равномернее. Они стояли в комнате управления, образовав свободный круг, подняв палочки. Слева от Гарри была Джинни, справа — Симус. Напротив стоял Малфой. Магия громко потрескивала в воздухе, и заклинание достигло своей кульминации. В глазах Драко Гарри увидел электрический разряд, который отражал его собственное волнение, и чуть не потерял концентрацию. Неуверенный, Гарри отвёл взгляд. Команда закончила заклинание без сучка и задоринки, и в следующее мгновение всех их одновременно захлестнуло неприятное ощущение смещения, неизбежное при аппарации на огромные расстояния. Когда корабль наконец стабилизировался вокруг них, Гарри накрыла волна тошноты. Он начал дышать медленно и размеренно, и постепенно ощущение отступило. Симусу повезло меньше — он пулей рванул к туалетам. — Так! — Джинни хрустнула шеей. — Взлёт прошёл довольно гладко. План знаете: сутки сидим здесь, приходим в себя после перехода. Крам — подтверди наше местоположение; только бы мы не оказались рядом с поясом астероидов. Поттер — идёшь со мной на диагностику корабля; Финниган, похоже, надолго выбыл из строя. Стандартный протокол заключался в том, чтобы сначала аппарировать в относительно безлюдное место Солнечной системы, подзарядиться на день, а уже потом совершать более длинный скачок к конечной точке назначения. Аппарация с Земли в космос переносилась куда тяжелее, чем перемещения между различными точками в открытом космическом пространстве. Гарри мысленно вздохнул. В его должностные обязанности первого помощника действительно входило подменять остальных по мере необходимости. Именно эта универсальность ему обычно и нравилась в работе. Однако прямо сейчас он предпочёл бы выпить чаю и присоединиться к непонятной игре, в которую играли Малфой с Луной — хотя, зная Полумну, правила там могли как существовать, так и полностью отсутствовать. ”Феникс VII” был изящным и компактным — ромбовидный корабль с тремя уровнями. На верхнем этаже располагалась рубка управления со стеклянным куполом, а нижний служил исключительно складским помещением и шлюзовым отсеком. На Земле махина выглядела неправдоподобно — одни лишь четыре выдвижные опоры не давали ей накрениться, — и от неё было мало толку ни на суше, ни на море. Зато в космосе она была идеальной. Корабль достаточно просторный, чтобы в нём могли комфортно разместиться шесть членов экипажа, и при этом достаточно маленький, чтобы его можно было аппарировать в бескрайнее космическое пространство. Герметичный, отлично изолированный. Кухни и кладовые были оснащены припасами и зачарованы незримым расширением. Шестеро дисциплинированных членов экипажа могли прожить на борту очень, очень долго.

***

К тому моменту, как Гарри и Джинни закончили длиннющий список профилактических проверок, остальные уже собрались в общей зоне и готовили что-то вроде ужина. Луна накладывала последние штрихи на неожиданно нормальное картофельное пюре. Малфоя же, судя по всему, сослали мыть посуду. Он сосредоточенно настраивал чистящие заклинания. Гарри, должно быть, пялился на него, но ничего не мог с собой поделать. Он не видел Малфоя с тех пор, как им было по восемнадцать лет, и оба учились в школе. Тот стал старше — в этом нет ничего удивительного, — но когда Малфой успел растерять всю свою колючесть? Симус — судя по всему, окончательно оправившийся — дружески хлопнул Гарри по плечу и рассмеялся: — Не смотри так удивлённо. За столько лет даже Малфой, наверное, научился мыть тарелки. — Он продолжил более спокойно: — Полагаю, раз Джинни выбрала тебя для этой миссии, значит, считает, что ты более-менее оставил войну позади. Иначе в такой тесноте всем было бы слегка… неуютно. Хотя, должен признать, я рад, что мне не придётся делить с ним каюту. Гарри не был уверен, как на это реагировать. Война была тем, что он никак не мог забыть. И всё же... в какой-то момент казалось, что весь его гнев улетучился без остатка, и теперь он не понимал, что пришло ему на смену.

***

Только позже до Гарри дошло, что если Симус не делит каюту с Малфоем, значит, делить её придётся ему. Для экипажа было предусмотрено три комнаты — в каждой по двухъярусной кровати. То, что Луна и Джинни были парой, автоматически делало их очевидным вариантом соседства. А Симус с Крамом, похоже, втихаря поселились в одной каюте. Так что последняя осталась Гарри и Малфою. Дело было не в том, что Гарри не доверял Драко, но сама мысль делить жилое пространство со своим заклятым врагом детства казалась… странной. Он неловко замер в дверях. Малфой сидел на нижней койке, подтянув колени к груди. Со вздохом он поднялся на ноги. — Слушай… если тебе настолько не по себе из-за этого, я могу спать на диване в общей зоне. Гарри уставился на него в искреннем недоумении. Малфой продолжил несколько воинственным тоном: — Если захочешь, ты вполне можешь добиться, чтобы меня сняли с миссии. Даже без Грейнджер в Глобальном Министерстве. — Немного поздновато для этого, тебе не кажется? Особенно теперь, когда мы уже в космосе? — Гарри попытался задать вопрос беспечно, но что-то в его тоне, казалось, не попало в цель. Он поспешил продолжить: — В любом случае, я не собираюсь устраивать проблемы. Помедлив, Поттер спросил: — Мне тогда занять верхнюю койку? Малфой кивнул. Выражение его лица оставалось совершенно нечитаемым. После долгого дня оба слишком устали, чтобы разговаривать. Они молча готовились ко сну, и когда свет уже был выключен, а Гарри начал проваливаться в дремоту, Малфой вдруг тихо произнёс: — Будь в курсе — тебе позволено таить обиды. — Спокойной ночи, Малфой. Тот прошептал что-то себе под нос, что подозрительно походило на ”Святой Поттер”, а затем уже громче добавил, поправив: — Драко. Спустя короткую паузу Гарри повторил: — Спокойной ночи, Драко. Если Драко и сказал что-то в ответ, Гарри этого не расслышал. Он уже погрузился в глубокий сон.

***

На следующее утро они завершили долгую аппарацию к рукаву Персея. Переход вышел тяжёлым — даже Джинни после него ощутимо мутило. Остаток дня отвели под отдых и восстановление, и на этот раз у Гарри наконец появилась возможность научиться карточной игре Луны. Играли все шестеро, и настроение у них было отличное. Сам Гарри чувствовал то редкое спокойствие, которое испытывал только в космосе. Земля со всеми её бесконечными сложностями осталась где-то далеко-далеко. Были только он и неизвестность. Фырканье Драко отвлекло Гарри от его мыслей. Казалось, эта игра не была его сильной стороной, хотя он воспринимал свои поражения с большим юмором, чем ожидал Поттер; конечно, Малфой непрерывно жаловался, но Гарри было очевидно, что самом деле тот вовсе не злится. Напротив, ему явно весело. И взгляд Гарри то и дело притягивает прядь волос, падавшая на глаза Драко. Ну, что ж. Похоже, не все сложности остались на Земле.

***

— Насколько точным был прыжок? — сразу перешла к делу Джинни. Крам возился с главной панелью управления корабля. — Нормально, — ответил он, как всегда, лаконично. — Тогда выводи нас на орбиту, — сказала Джинни, и Виктор снова сосредоточился на управлении. В идеале дальняя аппарация должна была сразу выводить корабль на орбиту нужной планеты, чтобы минимизировать использование сложных и дорогостоящих двигателей. В пределах Солнечной системы так обычно и происходило. Но чем больше было расстояние, тем выше становилась погрешность аппарации. Прыжок до Луны мог быть точен до нескольких футов, а вот перелёт в другой рукав галактики давал ошибку уже в тысячи километров — достаточно, чтобы вместо орбиты оказаться прямо в ядре планеты. Астрономы и астрологи Всемирного Союза и Глобального Министерства выявили в этом секторе двадцать семь планет и спутников, представляющих интерес, — разбросанных по четырнадцати звёздным системам. За следующие четыре месяца экипаж должен был посетить их все и проверить на наличие любых форм жизни. Если находили примитивную жизнь — брали образцы, собирали данные и двигались дальше. Разумеется, спонсоры миссии не тратили такие деньги ради поиска бактерий. Члены экипажа почти не осмеливались озвучить истинную цель этой экспедиции вслух, но посыл и так звучал отовсюду — из новостей, популярных передач и даже вполне серьёзных изданий. Это действительно был поиск разумной жизни. На Земле наконец наступил мир, и теперь многие считали, что человечеству пора искать другие миры. Другие формы жизни — если их удастся найти. Это была не первая миссия с подобной целью. Первая состоялась ещё в 2115 году, семь лет назад. Технически она прошла идеально — и всё же окончилась провалом. Тогда исследовали двенадцать планет в зоне Златовласки в местном рукаве галактики. На одной обнаружились примитивные прокариоты, похожие на земные. Остальные оказались полностью безжизненными. Гарри в той экспедиции не участвовал, зато Джинни тогда была первым помощником капитана. ”Феникс VII” аппарировал на достаточно большом расстоянии от первой планеты исследования, после чего корабль должен был выйти на орбиту уже с помощью скоростных двигателей. До прибытия оставался час или два. Финниган приступил к полной проверке систем. Что касается Гарри, то ему почти нечего было делать. Крам, Джинни и Симус полностью держали под контролем навигацию и состояние корабля. Луна ушла в лабораторию готовиться к возможным биологическим образцам — по мнению Гарри, довольно оптимистичный настрой. Сам он отправился на кухню за чаем. Драко тоже был там — листал какую-то книгу. — Чаю? — спросил Гарри чуть резче, чем собирался. — Нет, спасибо, — ответил Драко, но всё же отложил книгу и поднялся посмотреть, как Гарри кипятит воду. — Ты всегда завариваешь чай по-магловски? — спросил он, и в голосе прозвучала какая-то неуверенность. — Так вкуснее, — ответил Гарри, возможно, немного оборонительно. Драко кивнул и не стал ему перечить. Примерно через минуту он снова взял книгу и сел за кухонный стол. Когда чай был заварен, Гарри присоединился к нему, и некоторое время они оба сидели в уютном, дружеском молчании.