Глава 7
24 мая 2026 г., 17:11
Они ушли ещё дальше от места своего прошлого привала. Тропа становилась всё менее различимой: мох покрывал землю сплошным ковром, корни выпирали из‑под него, словно щупальца неведомых существ.
Гермиона шла чуть позади Драко, палочка была зажата в правой руке, готовая в любой момент атаковать. Драко шёл, периодически останавливаясь, чтобы прислушаться или проверить землю заклинанием. Его движения были плавными, но чёткими. Когда они прошли через очередную, кустовую преграду, Гермиона оставила Драко рукой.
— Смотри… — прошептала Гермиона, указывая вперёд.
Впереди, между деревьями, скользили тени. Они не касались земли — просто плыли, меняя форму, то вытягиваясь в длинные полосы, то сжимаясь в сгустки мрака. Существа двигались бесшумно, не замечая путников. Их очертания были размыты, но от них веяло чем‑то тревожным — не столько угрозой, сколько чуждостью.
Драко сделал шаг в сторону и мягко, но решительно завёл Гермиону за свою спину. Его палочка уже была направлена вперёд, пальцы сжались на древке.
— Что это? — тихо спросила Гермиона, стараясь не выдать волнения.
— Понятия не имею, — так же тихо ответил Драко. — Но мне они не нравятся.
— Нужно «Lumos Patronum», — прошептала Гермиона.
— Тогда действуй, — бросил Драко. — Я им не владею.
Гермиона почувствовала, как внутри всё сжалось. Эти слова значили больше, чем просто отсутствие, потому что заклинание требовал яркого, светлого воспоминания — того, что разгоняет мрак не только снаружи, но и внутри. Того, что у Драко, видимо, не было.
Она на мгновение замерла, потом мягко сжала его плечо:
— Всё будет хорошо, — сказала она негромко.— Просто будь наготове.
Драко коротко кивнул, не оборачиваясь. Его поза оставалась напряжённой, палочка — направленной вперёд.
Гермиона глубоко вдохнула, вышла чуть вперед и закрыла глаза на мгновение, вспоминая.
Перед глазами вспыхнуло: первый день в Хогвартсе, когда она впервые увидела замок — огромный, величественный, полный тайн и возможностей. Тот восторг, то ощущение, что она наконец‑то дома. Тепло разлилось по груди, и она чётко произнесла:
—Lumos Patronum!
Из кончика её палочки вырвался поток серебристого света,— не резкий, а мягкий, но всепроникающий. «Выдра» окутала тени, проникая в них, и те сначала замерли, затем задрожали, теряя форму, и наконец распались на отдельные клочья тьмы, которые растаяли в воздухе без следа.
Гермиона выдохнула, чувствуя, как напряжение покидает тело.
Она улыбнулась:
— Получилось.
Драко опустил палочку, но не сразу расслабился. Он ещё несколько секунд всматривался в пространство перед ними, будто ожидая подвоха.
Затем повернулся к Гермионе:
— Неплохо, — произнёс он, и в голосе прозвучало неподдельное уважение. — Очень неплохо.
Они продолжили путь. Шли долго, час, два или даже три. Ноги начали заметно гудеть. Но они упорно шли дальше.
Гермиона шла следом за Драко, внимательно наблюдая за ним. Сначала она не придала значения тому, что его шаги стали короче и резче, а плечи — напряжённее.
Но вскоре стало очевидно: Драко терял самообладание. Он то замедлял шаг, то почти переходил на бег, нервно оглядывался, сжимал и разжимал пальцы на рукояти палочки.
Наконец, не выдержав, Драко с силой пнул попавшееся на пути бревно. Оно откатилось в сторону, подняв облако серой пыли.
— Какого хуя этот блядский лес не кончается?! — выкрикнул он, голос дрожал от сдерживаемого раздражения. — Мы ходим кругами, Грейнджер! Или это какая‑то шутка этого ебучего зеркала — держать нас здесь, пока мы не сойдём с ума?!
Гермиона сделала осторожный шаг вперёд, стараясь говорить мягко и ровно:
— Драко, послушай… Мы продвигаемся. Да, медленно, но продвигаемся. Мы не ходим кругами. Давай сделаем привал, передохнём немного.
— Не надо! — он резко обернулся к ней, глаза горели холодным огнём, лицо исказилось от ярости. — Не надо меня успокаивать, Грейнджер! Твои сладкие речи тут не помогут!
Он сделал шаг ближе, нависая над ней, голос сорвался на крик:
— Ты понимаешь вообще, что мы тут застряли?! Что нет никакого выхода?! Что всё это бессмысленно?! Я устал, Грейнджер, я больше не могу!
Гермиона не отступила, но внутри всё сжалось от его вспышки.
Она подняла руки в успокаивающем жесте:
— Я понимаю, что ты устал. Правда понимаю. Но если мы сдадимся сейчас, то всё, что мы прошли, окажется напрасным. Мы должны держаться. Вместе.
— Вместе?! — Драко горько рассмеялся. — Какое «вместе», Грейнджер? Ты и я? Это блять шутка? Мы никогда не были «вместе» и никогда не будем! Ты — гриффиндорка до мозга костей, а я… я — Пожиратель, тот, кого все ненавидят. Тот, кто сделал слишком много плохого. И даже, если случится чудо и мы выберемся, меня заавадит Воландеморт, за не выполненное задание, либо твой Орден...
Его голос дрогнул, и на мгновение ярость в глазах сменилась чем‑то другим — болью, отчаянием, безысходностью.
Но он тут же сжал кулаки, пытаясь взять себя в руки.
— Ты не такой, — тихо сказала Гермиона, глядя ему прямо в глаза. — То, что ты сделал в прошлом, не определяет, кто ты сейчас. Мы... Мы все совершаем ошибки. Главное уметь признать их. Ты ведь мог бросить меня там, в на озере, в расщелене. Мог оставить умирать. Но ты не бросил. Ты идёшь со мной через этот лес, защищаешь меня. Это говорит о многом.
Драко замер, словно её слова ударили его физически.
Он открыл рот, будто хотел что‑то сказать, но вместо этого резко отвернулся, провёл рукой по волосам, сжал переносицу пальцами.
И молча пошел вперёд. Гермиона понимала, что он прав. Они по разные стороны и когда они вернуться, им придётся сражаться друг с другом. И эта мысль приносила такую сильную, тупую боль.
***
Они шли вперёд и вперёд, но лес не кончался.
Деревья по‑прежнему стояли плотной стеной, их ветви переплетались над головой, закрывая небо. Воздух был тяжёлым, пропитанным запахом сырости и чего‑то древнего, забытого.
Гермиона уже не чувствовала ног.
Каждый шаг давался с трудом, мышцы ныли, спина болела от многодневного напряжения. Она посмотрела на Драко — он тоже был бледен, шёл медленно, чуть пошатываясь. Его волосы спутались, по вескам шёл пот, а под глазами залегли тёмные круги.
— Надо остановиться, — тихо сказала Гермиона, едва держась на ногах. — Отдохнуть, поспать. И… ты тоже устал.
-Да, ты права.. — Кивнул Драко.
Его движения были замедленными, будто каждое усилие давалось с трудом. Он молча принялся накладывать защитные чары — сложные, многоуровневые, с сигнальными контурами. Пальцы дрожали, но он упорно повторял заклинания, проверяя каждый контур.
Гермиона в это время насобирала сухих веток, нашла небольшое углубление в земле, сложила туда хворост:
— Incendio.
Пламя вспыхнуло, отбрасывая тёплые отблески на их измученные лица.
Гермиона достала фляжку, отпила немного воды, вытерла рот рукавом мантии. Руки дрожали — она и не замечала, насколько устала.
Драко снял мантию и разложил её рядом с огнём. Гермиона последовала его примеру — сняла свою мантию, чтобы укрыться ею во время сна. Они легли неподалёку от костра, прижавшись друг к другу ради тепла. Драко почти сразу закрыл глаза, дыхание стало ровным, но каким‑то прерывистым. Гермиона внимательно осмотрела его: лицо было ещё бледнее, чем раньше, по виску стекала струйка пота, его пальцы сжимались и разжимались.
Гермиона осторожно протянула руку ко лбу Драко — и тут же отдёрнула: жар был сильным, почти обжигающим.
Она быстро оторвала кусок от мантии, которую они использовали как одеяло, намочила его водой из фляги и начала аккуратно обтирать лицо Драко. Он резко раскрыл глаза. Взгляд был расфокусированным, почти безумным. Он схватил Гермиону за руку с неожиданной силой, пальцы впились в кожу.
— Всё хорошо, — зашептала Гермиона, стараясь говорить как можно спокойнее. — Ты в безопасности. Всё позади. Ты не один.
Она свободной рукой осторожно погладила его по волосам, стараясь передать хоть каплю спокойствия.
Драко на мгновение замер, начал вглядываться в её лицо и затем притянул Гермиону к себе — не грубо, но настойчиво. он медленно коснулся её губ поцелуем: сперва аккуратным, неуверенным, будто проверяя почву. Затем жарким, требовательным, настойчивым.
Поцелуй был почти отчаянным — в нём читались и благодарность, и страх, и что‑то ещё, невысказанное, глубоко спрятанное.
Гермиона на мгновение замерла, но затем приоткрыла рот, позволяя поцелую стать глубже. Драко скользнул языком внутрь, углубляя и его руки задвигались по её телу через ткань одежды — сначала уверенно, потом чуть мягче. Пальцы скользнули вдоль спины, талии и слегка сжал ее, прижимая её ближе. Гермиона мягко отстранилась. Её дыхание сбилось, щёки пылали. Она положила ладонь на грудь Драко, чуть надавив, и тихо произнесла:
— Тише, Драко. Всё хорошо. Ты в безопасности.
Драко замер, затем медленно прикрыл глаза и медленно опустился на живот Гермионы. Его грудь вздымалась от неровного дыхания, лоб покрывала испарина. Он выглядел измождённым — не только физически, но и эмоционально.
Гермиона села поудобнее, оперлась на дерево позади. Взяла квсок мантии, снова намочила его водой из фляги и аккуратно приложила ко лбу Драко.
— Вот так, — прошептала Гермиона, осторожно протирая его лоб и висок. — Отдыхай. Я рядом.
Она продолжала аккуратно обтирать его лицо, стараясь снять остатки жара.
Драко не открывал глаз, но его дыхание постепенно выравнивалось — становилось глубже, спокойнее. Пальцы, ещё недавно сжимавшие её талию, теперь безвольно лежали на земле. Гермиона намочила ткань еще раз и аккуратно расправила её на лоб, начала медленно водить рукой по его волосам. И незаметно уснула. Усталость взяла своё — веки отяжелели, дыхание стало ровным, а рука, всё ещё лежавшая на волосах Драко, безвольно опустилась.
***
Сквозь сон она почувствовала лёгкое, почти невесомое прикосновение — Драко нежно провёл рукой по её лицу. Гермиона медленно открыла глаза. Он тут же отвёл руку и резко убрал её, будто его поймали за чем‑то запретным.
— У тебя...ресничка была, — неловко пояснил он, слегка отводя взгляд.
Гермиона улыбнулась, потирая лицо:
— Как ты себя чувствуешь? Мне кажется, стоит задержаться ещё ненадолго. Я могу поискать целебные цветы или травы — здесь где‑то должны быть растения, которые помогут сбить температуру.
Драко помолчал, потом достал флягу, отпил несколько глотков и плотно закрутил крышку.
— Нет, — твёрдо сказал он. — Надо идти дальше. Чем дольше мы здесь задерживаемся, тем сложнее будет выбраться. Я в порядке. Жар почти спал, голова ясная. Просто… просто нужно двигаться.
Гермиона внимательно посмотрела на него, потом кивнула:
— Хорошо. Тогда пойдём.
Она поднялась, взяла палочку и аккуратно направила её на угасающий костёр:
— Extinguo, — произнесла она тихо.
Языки пламени дрогнули и погасли, оставив после себя лишь дымящиеся угли и лёгкий запах пепла. Гермиона ещё на мгновение задержалась, глядя на место их короткого привала, а затем повернулась к Драко.
Он уже стоял на ногах, проверил палочку, окинул взглядом лес впереди.
— Готова? — спросил он.
— Да, — ответила Гермиона.
Они двинулись дальше. Гермиона шла чуть впереди, осторожно раздвигая ветки и проверяя тропу. Драко следовал за ней, время от времени бросая взгляды по сторонам.
Лес понемногу менялся: деревья стояли не так плотно, кроны уже не смыкались над головой сплошным навесом. Воздух стал свежее, в нём чувствовалась лёгкая влажность.
Некоторое время они шли молча. Тишину нарушали только хруст веток под ногами и редкие крики лесных птиц.
Наконец Драко слегка замедлил шаг и, поколебавшись, произнёс:
— Насчёт того… что было раньше… Я хотел бы…
Гермиона сразу поняла, о чём он говорит. Не дав ему закончить, она мягко перебила:
— Я знаю, что ты хочешь сказать... Я понимаю ты был в бреду, у тебя был жар. Это ничего не значит. Я не надумала себе ничего.. Можешь не переживать.
Драко на мгновение замер, потом слишком резко, холодно сказал:
— Я рад, что ты поняла это правильно—и не дожидаясь ответа, быстро пошёл вперёд, чуть ли не срываясь на бег.
Гермиона осталась на месте на пару секунд, удивлённо глядя ему вслед.
Она не поняла его реакции — то ли он разозлился, то ли смутился, то ли что‑то ещё. В его голосе прозвучала какая‑то резкость, почти обида, хотя она старалась сказать всё максимально тактично. Разве не это, он собирался ей сказать?
Она вздохнула и поспешила следом, догоняя Драко. Тот шёл, не оборачиваясь, с прямой спиной и чуть напряжёнными плечами.
