Глава 11
25 мая 2026 г., 14:13
Гермиона проснулась спустя пару минут — она обнаружила, что лежит на плече Драко. Он сидел абсолютно неподвижно, прямо, словно статуя, и, казалось, боялся даже громко дышать, чтобы не потревожить её сон. Лёгкий ветерок шевелил пряди его светлых волос, а на лице застыло непривычно мягкое выражение.
Гермиона подняла голову, слегка растерянно моргнула и сказала:
— Прости, что‑то меня разморило…после сытного обеда..
Драко улыбнулся уголком губ — улыбка вышла тёплой, почти домашней:
— Всё нормально. Теперь можем идти.
Он встал и протянул руку Гермионе, помогая подняться. Она приняла помощь, слегка улыбнулась в ответ и встала на ноги. Пальцы на мгновение задержались в его ладони — тёплые, чуть шершавые. Затем он потушил костёр коротким заклинанием и языки пламени послушно угасли, оставив после себя лишь лёгкий дымок и тёплые угли, которые ещё несколько секунд мерцали, прежде чем окончательно погаснуть.
И после этого, они вышли из лесочка обратно на дорогу и двинулись вперёд.
Шли долго. Солнце пекло всё сильнее, его лучи будто пригвождали к земле, заставляя идти медленнее. Пот стекал по вискам, мантия липла к спине, а воздух дрожал от жары. В какой‑то момент Гермиона остановилась, прищурилась на небо и задумчиво произнесла:
— Драко, ты не находишь это странным?
— Что именно? — он тоже остановился, окинул взглядом окрестности. Его взгляд скользнул по неровной линии горизонта, по деревьям, чьи тени не менялись уже который час.
— Солнце. Оно стоит на одном месте. Мы достаточно долго провели в лесу, а тут… оно как будто постоянно в зените.
Драко поднял взгляд к небу, нахмурился. Его пальцы непроизвольно сжали рукоять палочки.
— Ты права. Но здесь странно всё. Бесконечность-бесконечности.
Они продолжили путь. Дорога тянулась вперёд, словно бесконечная лента, а солнце по‑прежнему висело в зените, не сдвинувшись ни на градус. Тишина вокруг казалась почти осязаемой — ни птичьих трелей, ни шороха листьев. Только их шаги да тяжёлое дыхание нарушали этот странный, застывший мир.
В какой‑то момент впереди показалось озеро — небольшое, но оно перекрывало дорогу на всю ширину: обойти его было невозможно, нужно было переплыть.
Вода отливала странным серебристым блеском, словно в ней растворили мельчайшие частицы лунного света. Поверхность озера казалась гладкой, как зеркало, без малейшей ряби, будто сама природа затаила дыхание.
— А давай на спор? — сказала Гермиона с озорной искрой в глазах. — Кто первый доплывёт до того берега — тот и победил.
Драко на мгновение замер, затем усмехнулся.
— Хорошо, Грейнджер. Но не жалуйся, когда я окажусь на том берегу первым.
— Посмотрим, Малфой, — она лукаво подмигнула и начала стягивать мантию.
Вода оказалась удивительно тёплой. Гермиона оттолкнулась от берега и рванула вперёд, делая широкие, уверенные гребки. Драко не отставал — его сильные руки рассекали воду с безупречной техникой, капли сверкали на коже, как россыпь бриллиантов.
Они плыли почти наравне, борясь с невидимым соперничеством. Гермиона чувствовала, как мышцы наполняются силой, как вода обтекает тело, создавая ощущение невесомости.
Вдалеке уже виднелся противоположный берег — полоска тёмной земли, манящая своей безопасностью. Но внезапно острая боль пронзила икру — ногу свело судорогой. Гермиона, начала терять контроль над движениями и начала идти вниз. Вода сомкнулась над головой, приглушая звуки, мир вокруг потемнел.
Гермиона почувствовала сильные руки на талии, которые вытащили её наверх:
— Держись за меня. Всё будет хорошо.
Гермиона вцепилась в его руку, чувствуя, как паника сдавливает грудь. Драко развернул её к себе, осторожно опустил руку к сведённой мышце и начал разминать. Его пальцы были сильными и тёплыми — они уверенно скользили по коже, разминая напряжённую мышцу круговыми движениями. Каждое прикосновение приносило облегчение, боль постепенно отступала, сменяясь приятной расслабленностью.
— Так лучше? — тихо спросил он, не прекращая разминать ногу. Его голос звучал непривычно мягко, почти нежно.
— Да… да, уже лучше, — выдохнула Гермиона, чувствуя, как напряжение покидает мышцу. Она подняла глаза и встретилась с его взглядом, он смотрел на неё серьёзно, с ноткой паники.
— Хорошо... держись крепче, — Драко обхватил её за талию, прижимая к себе, и поплыл к берегу одной рукой.
Гермиона невольно прижалась к нему, ощущая биение его сердца сквозь мокрую ткань рубашки. Его рука на талии была надёжной опорой — он уверенно греб свободной рукой, направляясь к берегу. Вода вокруг бурлила, но Драко двигался уверенно, не теряя темпа. Его дыхание стало чуть чаще, но он не показывал усталости.
Выбравшись на сушу, Драко осторожно опустил Гермиону на землю, не сразу отпуская руку с её талии. Он присел рядом, внимательно вглядываясь в её лицо: капли воды стекали по его щеке, подчёркивая чёткие черты.
— Ну, как ты? Нога в порядке?
— Да, спасибо, — Гермиона слегка покраснела, осознавая, насколько близко они находятся друг к другу. Капли воды блестели на ресницах, а волосы прилипли к шее. — Ты… ты очень вовремя подоспел.
— Просто не мог позволить, чтобы лучшая ведьма утонула посреди какого‑то озера, — усмехнулся Драко, но в его голосе не было привычной насмешки, только искренняя забота.
Она подняла глаза и встретилась с его взглядом. В этот момент всё вокруг будто исчезло — остановившееся солнце, странное озеро, неведомые опасности. Остался только он: серьёзный, внимательный, неожиданно близкий. Гермиона хитро прищурилась:
—Иак ты признаешь, что я лучшая ведьма?
—Ой прости, это вилимо от усталости —притворно протянул он, улыбаясь.
Гермиона в шутку толкнула его в плечо.
—Пошли уже.
Драко взмахнул палочкой, тихо произнёс:
— Экссуггио — и от его одежды начали подниматься струйки пара.
Ткань быстро высыхала, разглаживалась, а капли воды испарялись, не оставляя следов. Гермиона последовала его примеру, направив палочку на свою мантию:
— Экссуггио— повторила она, и вскоре её одежда тоже стала сухой и тёплой.
— Ну что, идём дальше? — спросила Гермиона, поправляя рукав.
— Да, — кивнул Драко. — Чем быстрее мы найдём выход из этого места, тем лучше.
Они двинулись вперёд, оставляя озеро позади.
Путь снова превратился в монотонную череду шагов. Дорога, вымощенная неровными каменными плитами, уходила вдаль, теряясь где‑то за горизонтом. По обеим сторонам раскинулись широкие поля, покрытые высокой золотистой травой, которая колыхалась на ветру, словно море колосьев. Вдалеке, то тут, то там, виднелись небольшие лески — тёмные, густые, с кронами деревьев, отливающими изумрудным оттенком.
Гермиона шла чуть впереди, Они шли и шли, уже собирались сделать привал — ноги гудели от долгой дороги, а плечи отяжелели от напряжения, — как вдруг Гермиона, осматриваясь по сторонам, заметила что‑то странное. Вдалеке, за кромкой небольшого леска, мерцал яркий свет — не солнечный, а какой‑то иной, пронзительный, почти магический.
— Драко, — тихо произнесла она, указывая вперёд. — Смотри. Там что‑то блестит.
— Где? — он прищурился, вглядываясь в даль.
— За тем леском. Давай проверим?
Они ускорили шаг, почти побежали, переходя за лесок — и замерли.
Перед ними стояло зеркало. То самое зеркало....
Его поверхность мерцала, будто живая, и манила к себе.
Гермиона рассмеялась — сначала тихо, потом всё громче, пока смех не превратился в радостный, почти истеричный всплеск облегчения. Она бросилась к Драко и обняла его, не сдерживая эмоций:
— Мы… мы нашли выход! Драко, мы можем вернуться!
Драко улыбнулся уголком губ, но лицо его оставалось каменным, холодным, будто маска. Гермиона почувствовала это и отстранилась, внимательно вглядываясь в его глаза.
— Драко? Что такое?
Он медленно выдохнул, отвёл взгляд в сторону, потом снова посмотрел на неё — и в этом взгляде читалась боль, которую он так пытался скрыть.
—Ты же понимаешь.... Мы вернёмся, и всё встанет на свои круги. Я — пожиратель. А ты — величайшая ведьма в Ордене сопротивления. Мы на разных сторонах, Гермиона. Мы всегда были на разных сторонах. Здесь, в этом странном мире, мы могли быть просто двумя людьми, которые помогают друг другу. Но там… там мы снова станем врагами.
— Но почему? — она шагнула к нему, схватила за руку. — Почему мы не можем просто… остаться такими, какими были здесь? Почему не можем выбрать что‑то другое?
— Потому что у нас нет выбора, — он горько усмехнулся. — Там, за этим зеркалом, у нас есть роли. У меня — служить Тёмному Лорду. У тебя — сражаться против него. И если мы вернёмся… рано или поздно нам придётся встретиться на поле боя. Возможно, даже лицом к лицу.
Гермиона покачала головой, её глаза наполнились слезами:
— Должен быть другой путь. Мы можем договориться, найти способ…
— И что? — он резко перебил её. — Ты предложишь мне предать свою семью? Свою кровь? Или, может, ты готова отказаться от своих принципов, от друзей, от всего, во что веришь?
Он сделал шаг назад, и Гермиона почувствовала, как между ними возникает невидимая пропасть — та, что существовала всегда, но которую они так старательно пытались не замечать.
— Я не хочу этого, — прошептала она. — Я не хочу сражаться с тобой.
— А у нас нет выбора... — тихо ответил Драко. — Если придётся… если приказ будет отдан… я должен буду выполнить его. Как и ты.
Драко медленно поднял взгляд на зеркало — оно мерцало, переливалось, манило к себе, обещая возвращение в знакомый мир.
Его губы дрогнули, словно он хотел сказать что‑то ещё, но не смог. В глазах на долю секунды вспыхнула безумная, почти животная боль — глубокая, всепоглощающая.
Но он тут же спрятал это чувство — резко, почти судорожно, как прячут раненную руку. Маска вернулась на лицо: холодная, отстранённая, привычно‑высокомерная. Только едва заметная дрожь в пальцах выдавала, что внутри бушует буря.
— Пора, — произнёс он хрипло, не глядя на Гермиону. — Чем дольше мы здесь, тем больше рискуем застрять навсегда.—и добавил тише, но Гермиона слышала— Нам не нужно было сближаться... Было бы не так больно...
Не дожидаясь ответа, он сделал шаг вперёд — и вошёл в серебристое сияние зеркала. На мгновение его силуэт замерцал, исказился, словно растворяясь в потоке света, а затем исчез.
Гермиона застыла на месте, сердце сжалось от острой, почти физической боли.
Она смотрела на то место, где только что стоял Драко.
Она глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь в руках. Страх, тревога — всё смешалось в один клубок.
Гермиона закрыла глаза, сделала шаг вперёд — и шагнула в сияние.
В тот же миг мир вокруг взорвался вихрем красок и звуков. Ощущение твёрдой земли под ногами пропало — она будто падала в бездну, кружилась в водовороте магии, теряла ощущение времени и пространства. Холод, жар, невесомость, тяжесть — всё сменялось с головокружительной скоростью.
А затем…
Тьма.
