На шаг впереди

Дождь наконец-то прекратился, оставив после себя тяжелый, удушливый туман, который наползал на Бухту Приключений со стороны океана. В секретном ангаре портовых доков пахло сыростью, смазочным маслом и палеными проводами. Зума сидел на корточках перед разложенными на полу элементами механических крыльев Скай, его лицо было испачкано в мазуте, а свет от переносной лампы выхватывал из темноты его взъерошенные светлые волосы. — Тепловые радары наемников портовой службы — это тебе не музейные игрушки Рокки, Скай, — Зума поднялся, вытирая руки о старую ветошь, и серьезно посмотрел на подругу. — Это армейский комплекс «Глаз шторма». Любой объект, чья температура выше температуры окружающего воздуха хотя бы на пять градусов, подсвечивается на мониторах охраны как новогодняя елка. Твои мини-турбины выдают факел в триста градусов. Тебя собьют еще на подлете к корме. Скай стояла у верстака, проверяя крепления тактического пояса. Ее взгляд был прикован к экрану ноутбука, где вращалась трехмерная модель роскошной трехпалубной яхты «Альбатрос». На ней уже завтра должен был решиться исход их затянувшейся игры. — И какой у нас план, Зума? — Скай повернулась к парню, убирая золотистые пряди за уши. — Плыть туда в гидрокостюме? На палубе три десятка вооруженных людей. Если я зайду со стороны воды, меня пристрелят на первой же шторм-трапе. Зума хитро улыбнулся, и в его глазах на мгновение промелькнул тот самый прежний, азартный огонек парня, который когда-то не боялся никаких штормов. Он подошел к большому ящику, накрытому брезентом, и сдернул ткань. Под ней оказался компактный, обтекаемый подводный буксировщик черного цвета, к которому были примотаны два странных баллона. — Мы скомбинируем стихии, — пояснил Зума, похлопав по пластиковому корпусу аппарата. — Ты пойдешь под водой на этом буксировщике до мертвой зоны радаров — прямо под днище яхты. Я модернизировал твои крылья. Мы поставили систему криогенного охлаждения жидким азотом на контуры турбин. Когда ты поднимешься из воды с помощью лебедки на кормовой пилон, ты активируешь азотный контур. Он на три минуты полностью скроет тепловой след двигателей. Ты будешь для их радаров летящим куском льда. Скай подошла ближе, рассматривая модификацию. Глаза девушки блеснули восхищением. — Три минуты — это мало, Зума. — Это все, что я могу выжать без риска обморожения твоих собственных рук, Скай, — парень посерьезнел, его голос стал тихим и жестким. — И помни: Чейз будет там. Он идет на катере Патруля вместе с Рокки. Если он увидит тебя... Если ты попадешь в его прицел, криогенный контур тебя не спасет от его пули. Он настроен серьезно. Скай опустила голову, ее пальцы непроизвольно сжались на рукоятке подводного буксировщика. — Я знаю, Зума. Я знаю это лучше, чем кто-либо.

***

На следующий день, за два часа до заката, Чейз стоял на причале закрытой базы Патруля. Катер «Быстрый» мерно покачивался на темной воде, его мощные спаренные моторы глухо урчали на холостых оборотах. Рокки внутри рубки заканчивал проверку навигационных систем и скрытых сканеров частот. Чейз затягивал ремни бронежилета скрытого ношения под своим неизменным темно-синим плащом. Его движения были механическими, выверенными. В голове до сих пор стоял туман, но детективный азарт постепенно вытеснял ночные сомнения. Сегодня он найдет ответы. На яхте начальника порта будет либо Сокол, либо разгадка всей этой грязной схемы Хамдингера. — Чейз! — раздался сзади звонкий, чистый голос. Детектив обернулся. По деревянному настилу причала к нему быстро шла Скай. На ней была легкая ветровка авиатора и облегающие темные брюки. Ее волосы слегка растрепал свежий морской бриз, а в руках она держала портативную рацию Патруля. На ее лице читалось явное, неподдельное волнение — и в этот раз Чейзу не нужно было быть экспертом по допросам, чтобы понять: она действительно боялась за него. — Скай? Что ты здесь делаешь? — Чейз сделал шаг навстречу, его суровое лицо заметно смягчилось. — Я же просил тебя оставаться на базе и координировать нас через спутник. Канал связи зашифрован, Рокки все настроил. Скай остановилась прямо перед ним, едва не врезавшись в его широкую грудь. Она снизу вверх посмотрела в его карие глаза, и в этот момент между ними словно исчезли все маски, все роли и дерзкие шуточки последних дней. Остались только они — двое взрослых людей, чьи судьбы были связаны слишком крепко. — Ты думаешь, я смогу спокойно сидеть на базе и пить кофе, пока ты лезешь в самое логове этих бандитов? — ее голос дрогнул, в нем прорвалась настоящая, глубокая забота. Она протянула руку и крепко схватила его за лацкан плаща, заставляя Чейза смотреть только на нее. — Чейз, портовая служба — это не обычные воришки. У них на яхте будут наемники из частных военных компаний. Хамдингер дал им карт-бланш. Если они поймут, что ты копаешь под них без официального ордера... они просто сбросят тебя в залив с бетоном на ногах. И никто ничего не докажет. Чейз молчал, глядя на то, как ее пальцы судорожно сжимают ткань его одежды. Внутри него поднялась мощная волна тепла, смешанная с горькой, щемящей нежностью. Он медленно накрыл ее ладонь своей широкой, горячей ладонью, мягко, но крепко сжимая ее пальцы. — Скай, послушай меня, — его голос зазвучал низко, ровно, успокаивающе. — Я занимаюсь этим делом не потому, что мне скучно. Если мы не вскроем этот нарыв сегодня, завтра Хамдингер уничтожит Патруль и посадит Райдера. Я не могу этого допустить. И я не боюсь их наемников. Скай сделала еще полшага вперед, фактически утыкаясь лбом в его плечо. Чейз почувствовал, как она судорожно вздохнула. — Обещай мне, — прошептала она в ткань его плаща. — Обещай, что ты не будешь строить из себя героя, Чейз. Если станет слишком опасно — уходи. Плевать на чип, плевать на Хамдингера. Твоя жизнь дороже всего этого. Пожалуйста. Чейз замер. В ее словах, в ее интонации снова промелькнуло то самое скрытое отчаяние, которое он почувствовал у сейфа в музее. Тень подозрения на секунду снова коснулась его разума, но он безжалостно раздавил ее. Сейчас, когда она была так близко, такая хрупкая и настоящая, он просто хотел защитить ее. Он плавно приподнял ее лицо за подбородок, заставляя Скай посмотреть на него. Его дерзкая, фирменная усмешка вернулась на губы, но в глазах горела абсолютная, романтичная искренность. — Я обещаю тебе, Скай, что вернусь, — тихо, но с железной уверенностью сказал он, его большой палец нежно провел по ее щеке. — Великие детективы так просто не умирают. К тому же, кто-то же должен будет арестовать Сокола, когда она решит сделать глупость. И вообще... у нас с тобой еще осталось одно незавершенное свидание у стены, помнишь? Я не привык оставлять дела незаконченными. Скай судорожно сглотнула, ее щеки мгновенно вспыхнули ярким румянцем, но она не отстранилась. Она лишь грустно, но дерзко улыбнулась в ответ, легонько стукнув его кулаком в грудь. — Дурак ты, Чейз. Иди уже. Рокки тебя заждался. Чейз подмигнул ей, плавно отпустил ее руку и легко запрыгнул на борт катера. Катер Патруля медленно отошел от причала, разворачиваясь носом к выходу из бухты. Скай стояла на краю деревянного настила, провожая его взглядом, пока черное судно полностью не растворилось в наползающем вечернем тумане. Когда катер скрылся из виду, Скай медленно опустила голову. Ее лицо мгновенно стало холодным, решительным. Вся девчоночья мягкость исчезла. — Прости меня, Чейз, — тихо прошептала она в пустую темноту залива. — Но сегодня я нарушу твое обещание. Потому что я и есть та самая воровка, которая спасет нас всех.

***

Час спустя. Черные воды залива Бухты Приключений были холодными и спокойными, словно жидкое стекло. Яхта «Альбатрос» сияла огнями в трех милях от берега, напоминая огромный праздничный торт, плывущий во тьме. На палубах гремела приглушенная джазовая музыка, смешиваясь со смехом подвыпивших чиновников и звоном бокалов с дорогим шампанским. По периметру бортов медленно прохаживались мужчины в глухих черных костюмах с рациями в ушах и едва заметными выступами подмышками — охрана была начеку. Под водой, на глубине четырех метров, было темно и тихо. Скай, полностью облаченная в свой черный тактический костюм Сокола, крепко сжимала рукоятки подводного буксировщика Зумы. Зеркальный визор маски работал в режиме гидро-локации, подсвечивая синим цветом массивный стальной киль яхты прямо над ней. — Скай, ты в слепой зоне их радаров, — раздался в наушнике напряженный голос Зумы. Парень сидел в ангаре, контролируя параметры буксировщика. — Поднимайся у правого борта, ближе к кормовым пилонам. Там наименьшая плотность патрулей охраны. И помни про криогенный контур. У тебя ровно три минуты, как только турбины оторвутся от воды. — Поняла, Зума, — глухо отозвался измененный модулятор голоса Скай. Она отключила двигатель буксировщика, зафиксировала его на якорной цепи яхты и плавно пошла вверх, к разделяющей две стихии границе. Как только ее голова в углепластиковом шлеме показалась над черной зеркальной поверхностью воды у самого борта судна, Скай вскинула руку. Из наручного крепления бесшумно вырвался магнитный трос, намертво впившись в металлическую обшивку верхней палубы. Лебедка мгновенно потянула ее тело вверх. Скай активировала ручные контроллеры крыльев. — Включаю криогенный контур, — прошептала она. Из специальных форсунок на шарнирах ее механических крыльев с тихим, шипящим звуком вырвались струи белого пара — жидкий азот мгновенно окутал металл и композитные перья, сбивая их температуру до глубокого минуса. На экранах тепловых радаров наемников в этот момент не изменилось абсолютно ничего. Для электроники Сокол оставалась лишь невидимой частью ночного тумана. Она плавно перевалилась через леера верхней палубы, приземляясь на мягкое ковровое покрытие в абсолютно темной, не освещенной зоне возле капитанской рубки. Бой начался. Она была внутри логова врага, а где-то внизу, в трюмах этой же яхты, Чейз уже взводил свой капкан.