Тени забытой магии

Кэтрин сидела в своей комнате, поджав колени к груди, и смотрела на стену. То, чего она так долго боялась, то, о чём они с Драко спорили, от чего она отмахивалась, убеждая себя, что не готова случилось. Она перебирала в голове их последние ночи, ласки, шёпот, разорванную юбку на кухне. Вспомнила, как Драко закидывал её на плечо и нёс в спальню, как они смеялись и падали на кровать. И вдруг её пронзила холодная мысль: она не пила таблетки. Внутри всё сжалось. Ей было страшно — не только от того, что беременна. А от того, что теперь за ней охотятся вампиры, что Деймон, который отпустил её, может в любой момент передумать. Как ей уберечь себя? Как уберечь ребёнка? Она обошла комнату вдоль и поперёк от двери к окну, от окна к кровати. Коснулась шеи, кулона матери не было. Чёрт. Она обронила его, когда сбегала из подвала, или когда падала из рук великана, или когда ныряла в портал. Последняя ниточка, связывающая её с прошлым, с мамой, с Сириусом исчезла. Кэтрин села на пол, прижалась спиной к кровати и разрыдалась. Беззвучно, сотрясаясь плечами, пряча лицо в коленях. Горечь накрыла её с головой. Винни бесшумно появился через минуту, с подносом в руках. Поставил на тумбочку стакан воды, а рядом тарелку с нарезанными фруктами. — Госпоже не стоит нервничать, — пропищал он, и в его больших глазах светилась тревога. — Это вредит маленькому хозяину. Или маленькой хозяйке. Пейте воду, она с успокоительными травами. Кэтрин взяла стакан, отпила. Вода была сладковатой, с привкусом мяты и мелиссы. Она выпила всё до дна, поставила стакан на поднос и закрыла лицо руками. «Что делать дальше? Бежать. Но они теперь с неё глаз не спустят. И она снова в клетке как и хотел Драко, ради её безопасности. Но теперь у неё есть магия. Она может себя защитить. Нужно найти третий источник». Кэтрин вытерла слёзы, встала и одёрнула платье. Она спокойно спустилась в библиотеку Малфоев — огромную, двухсветную, с лестницами, уходящими вверх, с портретами предков на стенах. Взяла с полки несколько книг по истории древней магии, села на диван у окна, откуда открывался вид на сад. В окне виднелась белая беседка. та самая, где когда-то Тео мучил её Круциатусом. Теперь это воспоминание казалось почти забавным, тогда он был врагом, а стал другом. Она читала до самого вечера. Нарцисса приносила еду, бульон, тосты, зелёный салат, и Кэтрин каждый раз благодарила её, чувствуя себя неловко от этой неожиданной заботы. Через три книги она ничего не нашла. Только общие упоминания о великой битве, без дат, без мест. Отчаяние подступало снова. В дверях появился Люциус. Он прошёл в библиотеку, остановился рядом с диваном, заложив руки за спину. — Что ты ищешь? — спросил он, и в его голосе не было привычного холода. — Может быть, я смогу помочь. Эту библиотеку собирали поколения Малфоев. Здесь есть всё. Кэтрин удивилась. Забота Люциуса, вот чего она точно не ожидала. Она подняла на него глаза, всё ещё красные от слёз. — Я хочу найти историю о древнем сражении. Люциус посмотрел на неё долго, пристально. Потом кивнул. — Битва при Камлане, — сказал он. — 537 год. Меровинги против армии тьмы. Погибло больше магов, чем за все последующие века. Говорят, земля там до сих пор светится по ночам. — Он взмахнул палочкой, и тяжёлый фолиант в кожаном переплёте рухнул на столик перед Кэтрин. — Здесь всё, что известно о том сражении. Надеюсь, ты найдёшь то, что ищешь. Он развернулся и вышел, оставив её одну. Кэтрин смотрела на книгу, на потрёпанный корешок, на золотые буквы названия. Она открыла фолиант и погрузилась в чтение, чувствуя, как древняя магия внутри неё отзывается на каждую строчку. Читать она закончила уже за полночь. Свечи догорали, отбрасывая дрожащие тени на высокие книжные шкафы. Винни несколько раз заходил, кланялся, переминался с ноги на ногу, умолял госпожу лечь спать. «Маленькому хозяину нужен хороший сон», — пищал он, и Кэтрин, устало улыбнувшись, кивала. Она сделала несколько пометок на пергаменте: координаты, руны, названия, сложила листок в карман и поднялась. Ей надо было выспаться перед тем, как покинуть дом. Кто знает, удастся ли ей снова поспать после того, что произойдёт. Утром она проснулась рано, солнце ещё не взошло, но за окном уже серело. Кэтрин натянула на себя старое пальто, которое нашла в шкафу, и, не сказав никому ни слова, выскользнула во двор. Холодный воздух обжег щёки, и она, зажмурившись, напрягла всё тело, вспоминая уроки трансгрессии. Раз — ничего. Два — только ветер. Три — земля под ногами дрогнула, но она осталась на месте. — Кэтрин? — раздался сзади голос, от которого кровь застыла в жилах. Она обернулась. Драко стоял в нескольких шагах, бледный, с впалыми щеками и тёмными кругами под глазами. Он смотрел на неё так, будто увидел привидение. Кэтрин испуганно отшатнулась. Сейчас он её прибьёт. Она сделала шаг назад, споткнулась о камень и в тот же миг мир сжался в тугую пружину. Трансгрессия удалась. Она вывалилась на пустыре, окружённом густым лесом. Не тем, где её держали в заточении, другим, более древним, пахнущим грибами и стоячей водой. Артефакта с ней не было, но внутри всё кипело и звало её куда-то. Кэтрин поднялась, отряхнула колени и пошла на зов. Она шла долго, продираясь сквозь кусты, перепрыгивая через корни, пока лес не расступился, открывая вид на руины. Обломки зданий, поросшие мхом, остовы башен, устремлённые в небо, как каменные пальцы. Раньше здесь был замок или очень богатое поместье, теперь лишь тень былого величия. Кэтрин напрягла всё тело, чувствуя, как древняя магия отзывается на её призыв. Земля дрогнула, камни раздвинулись, открывая чёрный зев подземелья. Её безумно тянуло туда, в эту тьму, из которой сочился едва уловимый золотистый свет. Она уже шагнула к порогу, когда за спиной раздался громкий хлопок трансгрессии. Кэтрин обернулась и увидела мужа. Разъярённого, с горящими глазами, с палочкой наготове. Он мчался к ней, и она, не раздумывая, нырнула в подземелье, захлопнув за собой тяжелую каменную дверь. — Открой по-хорошему! — крикнул Драко с той стороны, и его голос гремел в тишине. — Ты ведь знаешь, я могу просто взорвать её! Кэтрин прижалась спиной к холодному камню, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. — Пока я у двери, ты её не тронешь! — крикнула она в ответ. — Потому что будешь бояться задеть меня! — Кэтрин, это уже не смешно! — Драко ударил кулаком в дверь. — Открой немедленно! Нам нужно поговорить! — Нет, не открою! Уходи! Беги прочь, пока тебя не заметили! — Кэтрин, я тебя не оставлю! Он колотил в дверь, она держала её, упираясь плечом. Так прошло двадцать минут. Потом Драко сдался. Она услышала, как он тяжело опустился на землю по ту сторону, прислонился спиной к двери. — Ты ведь знаешь, я не уйду, — сказал он тихо, почти спокойно. — Пока ты мне всё не объяснишь. Кэтрин опустилась на корточки, прижалась щекой к холодному камню. Ей безумно хотелось открыть дверь, обнять мужа, поцеловать, вдохнуть его запах. Но она не могла. Будет только хуже. — Открой… прошу… — шепнул он, и в его голосе не было ни гнева, ни ярости, только боль и отчаяние. Кэтрин сдалась. Она отошла от двери, та поддалась, и Драко, шагнув внутрь, замер в темноте, освещённый только слабым светом, сочащимся из глубины подземелья. Минуту он смотрел на неё молча и в его глазах было всё: ярость, печаль, страх, любовь, облегчение. А потом он притянул её к себе и обнял так крепко, что затрещали рёбра, уткнулся носом в её волосы, вдыхая, будто боялся, что она исчезнет. — Дура, — прошептал он. — Какая же ты… Поттер… Вы в семье все такие безумные. Кэтрин опустила взгляд, чувствуя, как слёзы подступают к горлу. — Я доверилась одному вампиру, — сказала она. — Он обещал вернуть мне магию. Драко усмехнулся, отстранился, осматривая её лицо, её руки, ища раны. — Так ты же вернула её. — Да. Но теперь меня ищут они. Мне удалось сбежать, но вряд ли это надолго. Против вампиров магия бесполезна. Драко притянул её снова, поцеловал страстно, жадно, как в последний раз. Кэтрин растаяла, вцепившись пальцами в его пальто, чувствуя, как всё внутри переворачивается от нежности и отчаяния. — Мне нужно тебя наказать, — прошептал он ей на ухо и укусил за мочку. — Но не сейчас. Сейчас мы вернёмся домой. Кэтрин отстранилась, покачала головой. — Нет. Мне нужно завершить дело. — Какое дело? — Источник древней магии там, внизу. — Она кивнула в темноту, откуда тянуло золотистым светом. — Я должна его забрать. Это третий облом. Он даст мне силу, чтобы защитить себя. Драко вздохнул, провёл рукой по лицу. — Одну я тебя не отпущу. — Идём, — сказала она, взяла его за руку и повела вниз, в темноту, откуда сочился древний, манящий свет. Драко сжал её пальцы и не отпускал. Они спускались вниз, и каждый шаг гулким эхом отзывался в каменных стенах. Воздух становился плотнее, тяжелее, пахло древней пылью и чем-то сладковатым, похожим на сухие лилии. Драко шёл впереди, прикрывая Кэтрин плечом, и через несколько ступеней спросил: — Как ты вообще видишь? Здесь хоть глаз выколи. Он достал палочку, взмахнул: «Люмос». Кончик вспыхнул ярким светом, выхватив из темноты неровные стены, покрытые рунами, и узкий проход, уходящий вглубь. — Я вижу, — сказала она. — Древняя магия освещает мне путь. Драко непонимающе нахмурился, но ничего не сказал. Они двинулись дальше, и вскоре проход расширился, открывая небольшой зал — круглый, с куполообразным потолком, где в центре пульсировал золотистый свет. Облом. Кэтрин остановилась, повернулась к мужу, взяла его за руку. — Ты только не пугайся, хорошо? Так должно быть. — О чём ты? — Драко напрягся, его пальцы сжались на её ладони. Она не ответила. Подошла к стене, где в камне виднелось углубление, точный отпечаток человеческой ладони, и приложила свою руку. Мир взорвался. Боль была острее, чем в прошлые разы, она пронзила всё тело, от макушки до пят, заставив Кэтрин вскрикнуть. Словно тысячи игл вонзились в каждую клетку, словно древняя сила, копившаяся веками, рвалась в неё, разрывая, перекраивая, сжигая всё лишнее. Кэтрин упала на колени, сжимая зубы, и из её груди вырвался крик, нечеловеческий, полный боли и восторга. — Кэтрин! — Драко бросился к ней, схватил за плечи, пытаясь поднять. Но она оттолкнула его не рукой, а магией. Золотистая волна ударила в грудь, и Драко отлетел к стене, ударившись спиной. Драко замер, прижавшись к камням, не в силах пошевелиться. Он смотрел, как жена корчится на полу, как по её телу пробегают золотистые искры, как свет облома пульсирует, переливаясь в неё. Боль не утихала, она нарастала, достигая пика, и Кэтрин казалось, что она сейчас рассыплется на атомы, растворится в этом свете, исчезнет навсегда. Но где-то глубоко, в самом сердце, теплилась маленькая жизнь, её ребёнок, её надежда, её якорь. Кэтрин вцепилась в это тепло, держалась за него, как за спасательный круг. — Не трогай меня! — закричала Кэтрин, и это был не её голос — древний, многоголосый, полный силы и гнева. А потом боль стихла. Резко, как обрубленная струна. Кэтрин опустила руку, обмякла, упала на четвереньки, тяжело дыша, кашляя, вытирая пот с лица. Золотистые искры всё ещё мерцали на её коже, но постепенно угасали, впитываясь в поры. Драко осторожно подошёл, опустился рядом, коснулся её плеча. Она не оттолкнула. Он помог ей встать, подхватил под локоть, и, не говоря ни слова, трансгрессировал. Они оказались в спальне, их спальне, в доме на площади Гриммо. Тёплой, знакомой, пахнущей лавандой и Драко. Кэтрин рухнула на кровать, не в силах держаться на ногах. Драко сел рядом, протёр её лоб влажным полотенцем, убрал прилипшие ко лбу волосы. — Что ты сделала? — прошептал он, и в его голосе смешались ужас, восхищение и бесконечная нежность. Кэтрин открыла глаза, зелёные, усталые, но светящиеся изнутри. — Я забрала своё, — ответила она, и в голосе её звучала спокойная, нерушимая уверенность. И она провалилась в сон.

***

Кэтрин проснулась совсем скоро — тело больше не ныло, не горело, не напоминало о пережитых унижениях. Внутри разливалась лёгкость, словно после долгого, глубокого очищения. Магия бурлила в венах, перекатывалась под кожей, требовала выхода, танца, полёта. Давно забытое чувство, пустота исчезла, сменившись полнотой и силой. Кэтрин улыбнулась, натянула халат и босиком выбежала из спальни. Сейчас она всё расскажет Драко. О ребёнке, о своей новой силе, о том, что теперь они смогут защитить свою семью. Но улыбка медленно сползла с её лица, когда она спустилась в гостиную. Все были там. Драко, Гарри, Джинни с округлившимся животом, Гермиона, Рон, Фред и Джордж. Они сидели на диванах и креслах, уставшие, с красными глазами, явно не спали всю ночь. Кэтрин замерла в дверях. Вот сейчас что будет? Она помнила, как в Омуте Пэнси показывала их лица, поверившие лжи. Но вместо того, чтобы наброситься с упрёками, Гарри встал и шагнул к ней. Обнял крепко, до хруста, как обнимают после долгой разлуки, после того, как уже почти простились с надеждой найти. — Сестра, — выдохнул он в её волосы. Потом Гермиона — с мокрыми щеками, обняла её, потом Рон, который шмыгал носом и бормотал: «Вечно ты влипаешь, Поттер». Кэтрин подошла к Джинни, погладила её живот, и они обнялись. — Кэтрин, ты где пропадала? — Фред подбоченился. — Мы уж думали, ты решила побить рекорд Гарри по самовольным отлучкам. — Решила его переплюнуть, — добавил Джордж. — Но у тебя неплохо получилось. Целых две недели от людей пряталась. Кэтрин улыбнулась сквозь слёзы, и они тоже обняли её, с двух сторон, как тогда, после войны. — Мы искали тебя долго, — сказал Рон, прижимая к себе Гермиону, которая всё ещё всхлипывала. — Драко тут весь Лондон перевернул, все инстанции поднял. Чуть сам в Азкабан не угодил за самоуправство. Кэтрин посмотрела на Драко. Он стоял у камина, скрестив руки на груди, и нервно тряс ногой. В глазах усталость, облегчение и ещё что-то, от чего у неё защемило сердце. Она подошла, обняла его со спины, прижалась щекой к лопаткам. Он медленно обернулся и притянул её к себе так крепко, что она едва могла дышать. — Я думала, вы поверили Пэнси, — прошептала Кэтрин в его свитер. — Мы сделали вид, — ответил Гарри. — Не могла же Паркинсон так просто заявиться и нести этот бред. Мы сразу поняли, что ей нельзя верить. — Не могла же ты связаться с вампирами, — добавил Фред. Кэтрин замерла. Потом виновато подняла глаза. — Связалась, — тихо сказала она. — Но меня обманули. Те голоса, что я слышала… они внушали мне, что без магии я никто. Что я обуза. Что все меня презирают. — Ты не никто, — твёрдо сказала Джинни. — Ты наша Кэтрин. — Зато я вернула магию! — Кэтрин взмахнула рукой, и все свечи в комнате вспыхнули разом, заставив друзей ахнуть. Гарри обнял сестру снова, от радости, от гордости. — Но у меня есть ещё одна новость! — начала Кэтрин, чувствуя, как сердце замирает от волнения. В дверь позвонили. Джордж пошёл открывать. — Я сейчас, — бросил он. Через минуту он вернулся бледный, с глазами, полными ужаса. За ним, положив руку ему на шею, шёл Деймон. Кэтрин закричала: — ОН ВАМПИР! Берегитесь! В комнате мгновенно вскинулись палочки. Гарри, Рон, Гермиона, Драко, Фред и Джинни — даже беременная Джинни выставила палочку вперёд. — Один укус, — спокойно сказал Деймон, обнажая клыки, — и ваш друг труп. Я пришёл за Кэтрин Поттер. — Не подходи, — голос Драко был ледяным. — Со всеми нами тебе не справиться, — добавил Гарри, шагнув вперёд. Деймон усмехнулся и кивнул. Из-за его спины в гостиную вплыли три фигуры — те самые вампиры, которых Кэтрин видела в доме Пэнси. Бледные, с горящими глазами, с клыками наготове. — Справимся, — ответил Деймон и отпустил Джорджа, толкнув его в комнату. Вспышки заклятий раскрасили гостиную в зелёный и алый. Гарри дрался с одним из вампиров, уворачиваясь от его рук-клешней, выкрикивая оглушающие заклятия, но вампиры падали, поднимались снова, магия не брала их. Драко бился с Деймоном, палочка в одной руке, кинжал в другой. Деймон смеялся, ловя заклинания грудью, отбрасывая их, как надоедливых мух. — Ты не сможешь меня убить, Малфой! — крикнул он. — Я уже мёртв! Фред и Джордж действовали слаженно — один отвлекал, второй набрасывал сети из магических верёвок, но вампиры рвали их, как паутину. Рон прикрывал Гермиону, а она пыталась наложить на вампиров стазис — бесполезно. Кэтрин чувствовала, как древняя магия внутри неё кипит, рвётся наружу, ища выход. — Джинни, за мной! — крикнула она, схватила подругу за руку и побежала к двери. Один из вампиров преградил путь, оскалился. Кэтрин выбросила вперёд руки, и золотистая волна ударила вампира в грудь, отбросив к стене. Он взвыл, но поднялся. — Бежим! — Кэтрин вытолкнула Джинни на крыльцо, прикрыла дверь собой. Сзади раздался треск — вампир пробивал стену. Древняя магия взметнулась, возводя барьер — хрупкий, временный, но спасительный. Кэтрин спрятала Джинни в той самой кофейне, где часто встречалась с Маргарет. Усадила её за дальний столик, велела не выходить и трансгрессировала обратно, даже не попрощавшись. В доме на площади Гриммо было тихо, страшной, звенящей тишиной, которая бывает только после боя. Все сидели на полу, прислонившись к стенам, уставшие, с пустыми глазами. Гермиона перевязывала порезанную руку Рона, Фред и Джордж отряхивали магические сети, Гарри держался за плечо, которое вывихнул один из вампиров. — Где Драко? — крикнула Кэтрин, обводя всех глазами. Гарри поднял голову, и в его взгляде была боль. — Они забрали его. Сказали, что ты должна прийти в какой-то дом. Где Джинни? — Я её спрятала, — ответила Кэтрин, уже отступая к выходу. — В кафе за углом. Заберите её, пожалуйста. — Кэтрин, постой! — Гарри встал, шагнул к ней, но она покачала головой. — Не надо, Гарри. Это моя война. Я не хочу, чтобы вы снова рисковали. Она трансгрессировала так же быстро, как и появилась, оставив друзей в разбитой гостиной. Её встретил великан. Тот самый, Грогнар, стоял на опушке леса, прислонившись к огромному дубу, и проводил Кэтрин тяжёлым, равнодушным взглядом. Она прошла мимо, не замедляя шага. Раз уж вампирам она не могла причинить вреда, то Пэнси точно получит по заслугам. Дом встретил её тишиной, гнилой, скрипучей тишиной заброшенного места. Дверь была открыта настежь, будто её ждали. Кэтрин шагнула внутрь, прошла по тёмному коридору и толкнула дверь в большую комнату. Их было трое. Пэнси стояла в центре, в чёрном платье, с длинными распущенными волосами, с палочкой в руке. Деймон — по правую руку от неё, с когтями, впившимися в плечо Драко. Сам Драко был бледен, с разбитой губой и синяком под глазом, но держался прямо, не показывая страха. — Отпусти его, — сказала Кэтрин, и её голос прозвучал холоднее, чем она ожидала. Пэнси усмехнулась. — Ты бы знала, чего мне стоило тебя найти. Кэтрин, бежать нет смысла. Это произойдёт рано или поздно, ОН должен вернуться. Драко повернул голову к Пэнси, и в его серых глазах горела ненависть. — Зачем тебе это, Пэнси? Пэнси посмотрела на него — долгим, странным взглядом, в котором смешались боль и безумие. — Вы бы знали, что я пережила в Азкабане, — сказала она, и голос её задрожал. — Я все семь лет мечтала отомстить вам двоим. Ты бросил меня, Драко. Выбрал её, выбрал эту… А она забрала то, что должно было принадлежать мне. — Ты идиотка, — Кэтрин шагнула вперёд, и древняя магия внутри неё загудела, как растревоженный улей. — Ты даже не понимаешь, какую заварушку устроила. После того, как я повалю тебя на землю, ты будешь гнить в тюрьме до конца своих дней. Пэнси закричала, и в её крике слышалось безумие: — ОН наградит меня! Я стану его правой рукой, когда верну его к жизни! Ты — сосуд ЕГО магии, Кэтрин! Он вернётся, вот увидишь! — Это невозможно, дура! — крикнула Кэтрин. — Ничего от него не осталось! Гарри убил его! Но Пэнси уже не слушала. Она подняла палочку к потолку и начала читать заклинание на древнем языке, гортанном, шипящем, от которого воздух в комнате сгустился и стал тяжёлым, как свинец. Из палочки Пэнси вырвался чёрный дым, он потянулся к Кэтрин, обвил её, как змея, пытаясь проникнуть внутрь. Кэтрин почувствовала, как древняя магия внутри неё отозвалась не страхом, а гневом. Она выставила руки вперёд, и золотистый свет ударил в чёрный дым, рассеивая его, отбрасывая назад. Пэнси пошатнулась, но не упала. — Твоя магия против меня бессильна! — закричала Пэнси. — Я знаю твои слабые места, Кэтрин Поттер! Я знаю, что ты боишься! — А я знаю, что ты — ничтожество, — ответила Кэтрин. Она шагнула вперёд, и золотистый свет вокруг неё разгорелся ярче. Пэнси отступила, но продолжила читать заклинание, и чёрный дым снова потянулся к Кэтрин. — Деймон! — крикнула Пэнси. — Убей его! Деймон не двинулся. Он смотрел на Кэтрин и в его ярко-голубых глазах было что-то, чего Кэтрин не могла понять. Колебание. Сомнение. — Деймон! — повторила Пэнси, но вампир медленно убрал когти от шеи Драко. — Нет, — сказал он. — Хватит. — Что? — Пэнси обернулась, и на её лице отразился ужас. — Я не буду убивать его. И не буду помогать тебе. — Деймон отступил на шаг. — Ты обещала мне голос в Министерстве, Пэнси. Но я вижу, что ты просто одержима местью. А я… я устал. Кэтрин воспользовалась моментом. Она выбросила вперёд обе руки, и золотистая волна ударила прямо в грудь Пэнси. Та отлетела к стене, палочка выпала из её руки и покатилась по полу. Драко, освободившись, рванул к Кэтрин, схватил её за руку. Она подошла к Деймону, посмотрела в его ярко-голубые глаза. — Ты помог мне. Зачем? — Потому что ты не заслуживаешь смерти, — ответил он. — И потому что я… я вспомнил, каково это быть человеком. — Что ты будешь делать теперь? — Исчезну. Найду другой дом. Другую жизнь. — Он усмехнулся. — А ты — живи, Кэтрин. Ради себя. Ради него. Ради… — он кивнул на её живот, и Кэтрин поняла — он знает. — Ради них. Она подняла палочку Пэнси, сломала её о колено, а затем они трансгрессировали, оставив позади разбитые стены, безумную женщину и вампира, который выбрал свободу.