Горячий шоколад без сливок

Соня думала, что худшее позади. Она ошиблась. Утро началось с того, что она не смогла поднять левую руку. Не то чтобы совсем - пальцы шевелились, но рука висела плетью, тяжёлая, чужая, как будто кто-то пришил её к плечу во сне. Соня лежала и смотрела на неё, не в силах пошевелиться. "Это пройдёт,- сказала она себе.- Просто устала". Но не прошло. К обеду поднялась температура - сначала 37,2, потом 38,5, потом 39, и жар скрутил её, заставил дрожать под больничным одеялом, хотя батареи работали на всю мощность. Пришла медсестра, поставила укол, покачала головой. -Позовём врача,- сказала она и ушла. Доктор пришёл через час. Смотрел анализы, хмурился, слушал лёгкие - холодная трубка стетоскопа на спине. Соня вздрагивала от каждого прикосновения. -Волчанка прогрессирует,- сказал он наконец.- Быстрее, чем мы думали. -Я чувствую,- ответила девушка. Голос был чужим, слабым. -Вы остаётесь в больнице. Неделю. Может быть, две. Дальше - посмотрим. -У меня работа. -Работа подождёт. Здоровье - нет. Он ушёл. Соня осталась одна. Телефон лежал на тумбочке - она видела его, но не могла дотянуться. Левая рука не слушалась, правда дрожала. "Вот так и умирают,- подумала девушка.- Не от болезни. От одиночества". Она закрыла глаза и провалилась в тяжёлый, липкий сон - без снов, только чернота и тишина.

***

Девушку перевели в отдельную палату на втором этаже. Маленькую, с высоким окном, выходящим на серую стену соседнего корпуса. В палате было два окна - одно занавешено, другое выходило во двор. Соня выбрала то, что к стене - там не было солнца. Соседка слева - пожилая женщина с артритом, пальцы скрючены, как корни старых деревьев. Соседка справа - девушка с волчанкой, в лёгкой форме, болтает без умолку по телефону. Соня слушала и завидовала - не зло, просто устало. Той, кто может смеяться. К ней приходила медсестра - добрая, с усталыми глазами и мягкими руками. Она проверяла давление, ставила капельницы, иногда поправляла подушку. -Вы молодая,- сказала она.- Выкарабкаетесь. -Спасибо.- ответила Соня. Но она не верила. Варя приезжала каждый день, как только заканчивала со своими делами. Привозила чай - мятный, свой, иногда с бергамотом, который Соня пила с брезгливым любопытством. Приносила новости - с "Битвы", из мира, из жизни. Соня слушала, кивала, иногда отвечала. Она заметила, что Петрович изменилась. Не внешне - внутри. Стала чаще отводить взгляд, дольше задерживаться у окна, сжимать в кармане что-то невидимое. Говорила тише обычного, и в её голосе появилась нота, которую Соня не слышала раньше. Усталость? Страх? Или что-то другое, чему она не знала названия. -Что с тобой?- спросила Соня в один из вечеров. -Ничего.- Варя поправила плед на её ногах. -Врёшь. Ты какая-то не такая. Всю неделю. -Просто устала. -На съёмках? -Да. -Варя,- Соня взяла её за руку.- Я лежу здесь, у меня полно времени. И я вижу, что ты врёшь. Не надо. Шаманка замерла. Она стояла у окна, спиной к Соне, и молчала так, что Соня уже подумала - сейчас уйдёт, не попрощавшись. Но Варя не ушла. -Анзор,- сказала она глухо.- Он потребовал, чтобы меня убрали из проекта. Сказал продюсерам, что я отвлекаюсь, что у меня проблемы с концентрацией, что я непрофессиональна. -Что?- Соня приподнялась на локте - голова закружилась, но она сжала зубы. -Он сказал, что ты - моя слабость. Что ты тянешь меня вниз. Что я должна выбирать - проект или... тебя. -А продюсеры? -Они не убрали. Но предупредили: что если буду опаздывать - меня сольют. -Ты опаздывала из-за меня. -Да. -Сколько? -Три. Варя обернулась. В её глаза была усталость - такая глубокая, что Соня почувствовала, как у неё самой сжимается сердце. -Три раза,- повторила Соня.- Ты опоздала несколько раз, а я не знала. -Я не хотела тебя волновать. -А я не хочу быть идиоткой, которая не знает, что её девушку травят. -Ты не идиотка. -А я чувствую себя идиоткой. Петрович подошла к койке, села на край. Взяла Соню за руку. -Прости,- сказала она. -Не извиняйся. Просто в следующий раз скажи. -Договорились. Они сидели молча. За окном темнело. Где-то в коридоре зазвучали шаги - медсестра, наверное. -Варя.- сказала Соня. -Мм? -Я.. иногда мне кажется, что я тебе мешаю. -Не мешаешь. -Тяну тебя вниз. -Не тянешь. -А что тогда? -Ты - моя жизнь, Соня. Просто жизнь. Со всем, что в ней есть. -Даже с больницей? -Даже с больницей? Соня не ответила. Она закрыла глаза и почувствовала, как по щеке скатилась слеза - одна, потом вторая. Петрович сжала её руку крепче. -Не плачь,- сжала она. -Я не плачу. -Тогда влажность в палате. -Да. Влажность.

***

Ночью Соня не спала. Она лежала на спине, смотрела в потолок и слушала своё дыхание - хриплое, прерывистое. Девушка думала о Варе. О том, что она одна, а против неё - Анзор, продюсеры, вся эта "Битва", которая высасывает силы. Она хотела помочь, но не знала как. Телефон зажужжал - уведомление в соцсетях. Соня открыла глаза, взяла гаджет - с трудом, правой рукой. Сообщение от незнакомой девушки: "Здравствуйте. Я случайно наткнулась на ваши рисунки. Я тоже болею. Тоже лежу в больнице. Тоже не могу иногда рисовать. Спасибо, что показываете, что я не одна". Соня смотрела на экран и чувствовала, как внутри неё что-то переворачивается. Она не вела блог. У неё была только страница с портфолио - для заказчиков. Но туда писали. Не клиенты. Не заказчики. Обычное люди. Те, кто находил её рисунки и видел в них себя. Девушка ответила: "Держись. Я тоже иногда не могу. Но мы справляемся". Ответ пришёл через минуту: "Спасибо, вы даёте мне надежду". Соня пролистала чат. Там было двадцать семь непрочитанных сообщений. За неделю, пока она лежала в палате и почти не заходила в телефон. "Спасибо", "Ваши рисунки спасают", "Я тоже болею, вы не одна", "Можно мне использовать вашу работу как обои?", "Вы сильная". Она не чувствовала себя сильной. Она чувствовала себя разбитой, уставшей, почти мёртвой. Но эти люди - они видели в ней что-то другое. Девушка открыла новый пост. Написала с койки, больной рукой, с трудом: "Сегодня плохой день. Не могу встать. Рука не слушается. Но я знаю, что завтра может стать легче. Не потому, что я верю в чудо. А потому, что я верю в тех, кто рядом. И в тех, кто пишет мне. Вы - моё лекарство. Спасибо". Приложила фотографию - вид из окна: серая стена, голые ветки, кусочек ночного неба. И отправила. Лайки посыпались через минуту. Комментарии через две: "Я с тобой", "И я", "Держись", "Ты не одна", "Твои слова греют", "Мы вместе". Соня отложила телефон. Закрыла глаза. Она всё ещё была больна. Всё ещё лежала в больнице. Всё ещё не могла рисовать. Но внутри неё что-то изменилось - не в теле, в душе. Девушка перестала чувствовать себя одинокой.

***

Варя пришла утром. Она выглядела уставшей - под глазами залегла глубокая тень, волосы спутались, куртка расстёгнута. Но когда Соня протянула ей телефон, Петрович прочитала пост, комментарии - и улыбнулась. -Это ты написала?- спросила она. -Да. -Ты ведёшь блог? -С этой ночи - да. Шаманка села на край кровати. -Ты молодец.- сказала она. -Не надо меня хвалить. -Надо. Ты помогаешь людям. Даже когда сама лежишь в больнице. -Это просто слова. -Это не просто слова. Это ты.- Варя помолчала.- Кехно говорит, что ты сильная. -Кехно ворчливый старик. -Он говорит правду. -Иногда. Они замолчали. Петрович посмотрела на Соню. -Как ты?- спросила она. -Лучше. Вчера было хуже. -А сегодня? -Сегодня...- Соня посмотрела в окно. За стеклом серело,- Сегодня, кажется, я могу дышать. -Это хорошо. -Да. Петрович хотела сказать что-то ещё, но не стала. Она поправила плед, проверила капельницу, придвинулась ближе. -Варя,- сказала Соня. -Мм? -Спасибо, что не бросила. -Не за что. -Есть за что. Соня закрыла глаза. Дыхание её выровнялось, плечи расслабились. Кехно внутри Вари молчал. Но это было доброе молчание.