Формула нашей скорости: Ice Spice

2028 год. Февраль-Март. Брэкли. Команда, отвечающая за успехи Кими Антонелли на трассе, наконец-то смогла выдохнуть — с весны 2027 года это было впервые. Итальянец стал спокойнее, к нему даже вернулась та мальчишеская игривость, задорная улыбка, которую все помнили по его первым сезонам. Брифинги с разбором результатов проходили спокойно, а главное — тихо. Боно и Рози были полностью довольны проведённой Тото «шоковой терапией». Лили научилась слышать, Кими — слушать. К Гран-при Австралии первые расчётные стратегии были готовы, и команда собиралась начать новый сезон с новыми силами и с полной уверенностью, что сезон 2028 года будет за ними. 2028 год. Март. Австралия. Первые официальные свободные практики прошли по стандартному сценарию: треть пелотона либо не стартовала вовсе, либо проехала пару кругов и заглохла. Вторая треть закончила сессии в гравии, а вот третья обкатывала новые болиды — как на максимальную скорость, так и на длинные серии. По результатам практик Кими не вошёл в топ-3 по времени, заняв лишь четвёртую строчку, уступая Пиастри, Леклеру и Расселу. Однако претензий не было: две из трёх практик они провели на длинных сериях, тогда как Рассел работал на максимальную скорость. Погода на квалификацию была благосклонна к стилю пилотирования именно пилотов Mercedes. Не палящая жара, но достаточно тепло, хоть и немного пасмурно. Кими квалифицировался вторым, уступая своему напарнику и действующему чемпиону мира Джорджу Расселу. Позади них расположился Ландо Норрис. Спустя пару часов после квалификации Кими поднялся в моторхоум на брифинг с разбором результатов по трём сессиям практик. В переговорной — только Лили и Боно. Быстрое согласование настроек, лёгкий спор, но без агрессии — скорее с профессиональной выдержанностью. И все разошлись. «Боже, неужели я дожил до этого момента», — пронеслось в голове у Боно. Гоночный день. Лили с восьми утра в моторхоуме. Два брифинга: общий — по погоде, по шинам, по возможным командным тактикам; второй — с пилотом, около двенадцати, где она фактически разжёвывала первый брифинг, доносила изменения по инженерной части и объясняла предполагаемые тактики других команд. Дальше все разошлись: Кими — на медийные мероприятия, Лили — к стратегам и аналитикам, Боно — в боксы проверять готовность оборудования. До старта оставалось около получаса. Машины расположились на своих местах, механики готовили всё к началу гонки. Стратеги заняли свои позиции на стратегическом мостике, проверяя аппаратуру и синхронизируясь с данными в боксах. Всё было готово. Гонка началась. Старт для Кими прошёл неудачно — он потерял три позиции и откатился на пятую. Рассел же выполнил всё чисто и лидировал в гонке. Теперь перед Кими были Рассел, Норрис, Ферстаппен и Леклер. На шестом круге Кими прошёл Леклера по внутренней траектории, буквально в миллиметре. На седьмом круге он установил лучшее время. На пятнадцатом круге вторая Ferrari Бермана просто остановилась, вызвав жёлтые флаги. Норрис и Ферстаппен приняли решение остаться на трассе, Кими и Джордж заехали на бесплатный пит-стоп, переходя с медиума на харды. Норрис по радио выражал недовольство тем, что его не позвали на пит-стоп. К двадцать первому кругу оба Mercedes вернулись на третью и четвёртую позиции. На свежей резине они к двадцать четвёртому кругу обогнали Макса, а к двадцать девятому заняли первую и вторую позиции. Оставалась половина гонки. Рассел понемногу начал беречь шины, позволяя Кими приблизиться к себе. За двенадцать кругов до финиша Лили сообщила Боно, что Антонелли нужно позвать на вторую остановку и поставить софты — Рассел и Шон решили остаться на хардах до конца. Кими сменил колёса и вернулся на трассу. Впереди снова оказались Норрис и Макс. На свежем софте Кими без труда обошёл их и снова начал сокращать отставание от Джорджа. За восемь кругов до конца — 3.5 секунды, за семь — 2.8, за шесть — 2.2, за пять — 1.6, за четыре — 0.9. И вот Кими в зоне овертейка. Обгон разрешён. На более свежем софте, чем хард у Рассела, Кими обошёл напарника на прямой, становясь лидером гонки. Итальянец нарастил отрыв и стал победителем Гран-при Австралии. У Mercedes — двойной подиум. Команда стояла внизу и праздновала, пока Кими получал трофей. Лили не пошла в толпу, а осталась позади, ожидая награждения. Кими поднял кубок и указал им в сторону девушки, показывая, что её стратегия принесла эту победу. Она лишь закатила глаза и улыбнулась. В послегоночном интервью гонщик хвалил сегодняшнюю стратегию команды и инженерную работу, но, конечно, выделил именно стратегию. 2028 год. Март. Китай. Лили ненавидела, когда гонки ставили с разницей в неделю. К тому же в Китае была двойная работа — основная гонка и спринт. Это означало, что о нормальном сне она могла только мечтать, а весь её рацион состоял из кофе: горького, кислого, дешёвого, растворимого, молотого — любого, который оказывался в зоне досягаемости. Антонелли же, наоборот, радовался возможности гоняться в реальности, а не на симуляторе, и ждал начала с нетерпением. В первой практике Кими показал второй результат, как и в квалификации к спринту. Первую попытку в Q3 он запорол в самом конце — перетормозил и немного стёр шины, отчего финальная попытка вышла не самой идеальной. Лишь второе время. Спринт. Боже, Лили тут поседела не меньше. Потеря позиций на старте и контакт с Берманом в конце первого круга, обернувшийся для итальянца десятью секундами штрафа. Ни одна стратегия не помогла бы вернуться на подиум. Конечно, несколько позиций удалось отыграть андеркатом, но Кими финишировал лишь пятым. Квалификация вышла чистой. Кими — первый. «Одной проблемой меньше, — подумала Лили. — Не запорит завтра старт — и победа обеспечена». Девушка знала, что защищаться у Кими получается лучше, чем атаковать, поэтому P1 была для стратега как манна небесная. На утреннем общем брифинге перед гонкой было решено посадить Кими и Джорджа на медиум. Старт. Кими пропустил вперёд Леклера и Макса, но уже ко второму повороту вернул вторую позицию. На пятом круге за счёт мощности машины он обошёл Шарля на прямой и стал лидером гонки, наращивая отрыв. Когда разрыв между ним и остальным пелотоном составил почти восемь секунд, была дана команда заехать в боксы. Кими пересадили на хард, поставив основную задачу — держать темп, не слишком быстрый, чтобы сохранить шины до самого конца. В чистом воздушном потоке Антонелли доехал до финиша. Гран-при Китая снова в кармане у итальянца. 2028 год. Март. Япония. Япония заставила весь пелотон и каждого стратега понервничать. Начало складывалось хорошо — сухая прохладная погода на практиках и квалификации, хотя несколько туч маячили над трассой всё время. Кими квалифицировался вторым, уступив только Пиастри. Сидя на вечернем брифинге в моторхоуме, Лили обратила внимание на покапывающий дождик. Конечно, план был готов и к такому развитию событий — за неделю синоптики предупредили о возможном дожде. Вот только они не уточнили, что этот «дождик» окажется нескончаемым ливнем. За пару часов до начала гонки в боксах царило напряжение. Это была катастрофа: асфальт был не просто мокрым, он походил на океан. Поговаривали, что старт могут вовсе отменить. FIA выступила с официальным заявлением о переносе старта почти на три часа. И работа Лили пошла насмарку — всю ночь она пересчитывала стратегию для настоящего водного поло на болидах. Если старт перенесут, трасса успеет подсохнуть, и придётся всё пересчитывать заново. Старт гонки снова перенесли — еще на десять минут. Гонщики начали заезд под сейфти-каром. Дождь, который за три часа стал мельче, снова усилился, превращая трассу в подобие бурной реки. В трансляции уже шутили: «По крайней мере, Антонелли хорошо стартовал» — с намёком на две предыдущие гонки, где итальянец проваливал старты. Все гонщики жаловались по радио на огромные лужи, которые делали трассу практически непроходимой. Сейфти-кар уехал, и началась более-менее нормальная гонка — насколько вообще можно назвать нормальным то, что происходило на трассе. Сзади — развороты. Норрис при попытке обогнать Бермана закрутился и закончил гонку в отбойнике. Через пару кругов и сам Берман слетел с поворота, не справившись с аквапланированием. Рассел, пытаясь удержать машину на мокрой трассе, ошибся на входе в шикану и последовал за своими соотечественниками, оказавшись вне трассы. Пит-стопы превратились в хаос. Пилотов то и дело загоняли в боксы, и стратегам Mercedes пришлось трижды менять планы по смене шин на лету, потому что ситуация на трассе была слишком непредсказуемой. Ещё два сейфти-кара — каждый раз, когда кто-то из гонщиков не справлялся с управлением, машина безопасности выезжала на трассу, чтобы собрать пелотон и дать маршалам время убрать обломки. К тридцатому кругу на трассе случился красный флаг — Сайнз и Бортолетто столкнулись на обгоне, заблокировав трассу и разбросав по асфальту обломки углепластика. Пиастри всё ещё оставался первым, хотя сам пару раз чуть не закрутился, вылетая на мокрые поребрики. Все заехали на пит-лейн. Кими вылез из болида и направился к боксам; стратеги тоже переместились туда. — Я вот не знаю, что делать в такой ситуации, — Лили в отчаянии провела рукой по волосам, однако голос ее выражал стальное спокойствие. — Мы ТАКОЕ на симуляциях не рассчитывали. Боно, есть какие-то варианты? — Решение одно, — ответил Боно, глядя на мокрую трассу. — Просто аккуратно довезти машину, не рисковать. Ты второй, это восемнадцать очков. Будешь напирать на Пиастри — оба столкнётесь, и такими темпами какой-нибудь Стролл на подиум заедет. У нас одна возможность привезти сегодня очки. Поэтому спокойно едем к финишу. — Принято, — коротко ответил Кими, но в его глазах Лили заметила тот самый огонёк, который она уже научилась распознавать. Он не собирался просто довозить. Дождь тем временем утихал, и за время остановки сессии трассу успели подсушить специальные машины, инновационная японская разработка. Большинство команд приняло решение пересесть снова на промежуточные шины. До снятия красных флагов оставалось пара минут. Стратеги начали возвращаться на стратегический мостик. Лили задержалась на секунду, глядя на Рози. — Вот чувствую, что Антонелли какую-то дикость сотворит, — сказала она, и в голосе её слышалась искренняя уверенность. Рози понимающе кивнула. Сессия была возобновлена. Однако рестарта с места не было — все машины стартовали с пит-лейн под сейфти-каром, осторожно выезжая на мокрую трассу. Вода даже после осушения стояла на асфальте и гонщики держали дистанцию, боясь потерять контроль над машинами. Проехав пять кругов за сейфти-каром, машина безопасности наконец уехала. Пиастри рванул вперёд, Антонелли за ним. Остальной пелотон растянулся, стараясь не рисковать в условиях, когда каждый поворот мог стать последним. В голове Кими пульсировало: «Вести машину аккуратно, не рисковать». Но маленькие чертики внутри скреблись и требовали победы. На поворотах обгонять было слишком рискованно: машина была практически неуправляема в воде, и любое резкое движение могло стоить ему гонки. Единственный вариант — атаковать на прямой. Кими уже готовился к атаке, когда на стратегическом мостике Лили зацепилась глазами за погодную карту. Она смотрела на визуализацию, которая показывала новую надвигающуюся полосу дождя. — Боно, — твёрдо позвала Лили инженера в командное радио, — нам нужно менять шины. — Зачем? — переспросил Боно, не веря своим ушам. — Мы только что поставили промежуточные на красных флагах. Пиастри на них, все на них. — Посмотри на погодную. Через пять минут здесь будет опять стена воды. У Оскара шины начнут скользить, он потеряет сцепление, McLaren не спешит его переобувать. А у Кими будут свежие дождевые, и он сможет атаковать, когда снова начнется ливень, в то время как Пиастри будет бороться за выживание. Боно замолчал, вглядываясь в данные. Потом кивнул. — Рискованно, — сказал он. — Рискованно, — согласилась Лили. — Но это наш единственный шанс на победу. И это лучше, чем Кими начнёт обгонять сейчас, а он начнёт, он уже готовится, посмотри на онборд. Если мы сейчас это сделаем, то безопасно сможем дать ему первую позицию. — Ладно. Я вызываю его. — Бокс, бокс, — голос Боно раздался в ухе Кими. — Сейчас? — переспросил Кими, не веря своим ушам. — Резина же свежая. — Так решили стратеги, заезжай. Кими чертыхнулся, но послушался. Он заехал в боксы, и механики сменили ему шины на дождевые. Кими выехал с пит-лейн, не потеряв ни одной позиции, и потихоньку начал сокращать расстояние до австралийца. Дождь, который стихал перед рестартом, снова начал набирать силу, и уже через несколько кругов трасса снова стала похожа на океан. Через семь кругов Антонелли уже видел Пиастри прямо перед собой. Он дышал в спину австралийцу, сокращая отрыв метр за метром. На главной прямой он вышел из тени болида Пиастри и поравнялся с ним. Австралиец агрессивно защищался, но его промежуточные шины уже не держали трассу так, как раньше — заносы стали чаще, машина слушалась хуже. Кими прошёл Пиастри на стартовой прямой — чисто, без контакта, на грани возможного. Однако всё равно вильнул задними колёсами, выходя на мокрый поребрик, но удержал машину. Он стал лидером Гран-при Японии. — Есть! — тихо проговорила Лили и сжала кулак в победном жесте. Пиастри не решился атаковать до конца — на промежуточных было слишком опасно, а в боксы его позвали слишком поздно, когда Кими уже оторвался слишком далеко. Гонка завершилась. Кими — первый, Пиастри — второй, Ферстаппен — третий. После награждения Кими спустился на фотографии с командой. Пока все собирались и готовились снова облить его шампанским, итальянец стоял в стороне и разговаривал с Лили. — Дождевые значит. Твоя идея? — спросил он, и в голосе его слышалась лёгкая усмешка. — А у тебя есть другие стратеги? — парировала она, приподнимая бровь. — Мне стоит беспокоиться за своё место в команде? Кими закатил глаза, но на губах его заиграла та самая тёплая улыбка. Их окликнул один из механиков, готовивший всех к командной фотографии. — Иди, чемпион, — сказала Лили и коснулась кончиками пальцев его плеча, подталкивая вперёд, в сторону механиков. — Пора праздновать. Все встали на свои места, сделали общую фотографию команды. А потом Кими сорвался с места и побежал. Несколько механиков рванули за ним, пытаясь догнать и облить шампанским с ног до головы. Им это удалось. Кими стоял мокрый, дорожки игристого стекали по лицу, засыхая и оставляя заметные следы на щеках. Итальянец попросил у одного из механиков бутылку, в которой ещё оставалось немного шампанского. Оператор из медиа-отдела заметил, что Антонелли что-то задумал, и включил камеру. Лили стояла и разговаривала с Рози после общей фотографии, спиной к итальянцу. Буквально за одно мгновение парень оказался сзади, а уже в следующую секунду по спине блондинки стекла сладкая, бурлящая и довольно холодная жидкость. Оператор поймал этот момент. Фотография с шокированным стратегом, которого обливают шампанским, и смеющимся на фоне Антонелли стала главной в подборке фотографий с Гран-при Японии. MOTORSPORT.COM – 26 марта 2028 «Антонелли возвращается: третья победа в чемпионате подряд» Кими Антонелли одержал третью победу подряд в сезоне 2028 года, уверенно выиграв Гран-при Японии в сложнейших погодных условиях. Итальянец, который в прошлом году часто терял очки из-за ошибок и нестабильности, в этом сезоне демонстрирует впечатляющую форму, напоминая болельщикам о своих лучших годах. Решающим моментом гонки стало своевременное решение стратега перейти на дождевые шины, что позволило Антонелли обогнать Пиастри на мокрой трассе и удержать лидерство до финиша. Сам пилот после гонки отметил, что «машина наконец-то слушается», а команда работает «как единый механизм». Теперь в активе Кими 79 очков, и он возглавляет личный зачёт чемпионата. THE RACE – 26 марта 2028 «Ice Spice: профессиональная химия, приносящая победы» После трёх побед подряд хештег #IceSpice вновь набирает обороты, а внимание фанатов всё чаще приковано к взаимодействию Кими Антонелли и его стратега Лили Новак. Инсайдеры в Mercedes отмечают, что пилот и его стратег наконец-то нашли общий язык, и в команде воцарилась та профессиональная атмосфера, которой так не хватало в прошлом сезоне. «Они научились слышать и слушать друг друга, и это сразу отразилось на результатах», — сообщил источник, близкий к команде. Руководство команды довольно их взаимодействием, которое приносит стабильные победы, а сам Антонелли после гонок всё чаще публично благодарит Новак за стратегию. Интересно, что на фоне этого успеха Леона Браун, девушка Кими, не появилась ни на одном из трёх последних Гран-при, что только подогревает слухи о переменах в личной жизни итальянца. CORRIERE DELLA SERA – 27 марта 2028 «Леона Браун исчезла с Гранд-при: разрыв с Антонелли?» Модель Леона Браун, которая обычно сопровождала Кими Антонелли на всех этапах, не появилась ни в Австралии, ни в Китае, ни в Японии, что вызвало волну слухов о возможном расставании пары. Источники, близкие к команде, сообщают, что девушку не видели в окружении пилота уже больше месяца, а её соцсети, где раньше часто публиковались фото с Антонелли, в последнее время хранят молчание. На прямой вопрос журналистов о личной жизни после победы в Судзуке Антонелли ответил коротко: «Я здесь, чтобы говорить о гонках», не подтвердив и не опровергнув слухи. Сама Браун не комментирует ситуацию, что лишь подогревает интерес прессы и фанатов. Будет ли она присутствовать на ближайших этапах в Бахрейне и Саудовской Аравии — пока остаётся загадкой, но её отсутствие уже стало одной из главных тем в паддоке. 2028 год. Апрель. Ближний Восток. Формула-1 прибыла на Ближний Восток. Пелотон ожидали две гонки: в Бахрейне и Саудовской Аравии. Для Mercedes гонки на Ближнем Востоке были своеобразно домашними — главными спонсорами и совладельцами команды выступали компании Saudi Aramco и INEOS. А значит, помимо Гран-при, главных медийных лиц Mercedes ожидали несколько имиджевых и маркетинговых мероприятий. Одним из таких стало представление нового электрокара Mercedes-Benz. Кими Антонелли, Джордж Рассел и Тото Вольфф были обязаны присутствовать на мероприятии как главные двигатели концерна в медиаполе. Вместе с ними прибыли их партнёры по жизни — Сьюзи Вольфф и Кармен Конте. Однако кое-что стало неожиданностью. После нескольких слитых в сеть кадров Кими и Лили, а также видео, где итальянец обливает своего стратега шампанским, об #IceSpice заговорили с новой силой. Боссы Mercedes из основного концерна настояли, а если быть точным — просто потребовали, чтобы Лили Новак тоже прибыла на официальную презентацию их новой машины. Контента с Антонелли должно было стать больше — их лица стали узнаваемыми для новой молодой аудитории. Из Бахрейна в Джидду компания из шести человек летела на частном самолёте Тото Вольффа. Лили смотрела в окно, нервно поправляя то костюм, то причёску, то ещё что-то. Она волновалась. Официальное мероприятие Mercedes, и её пригласили не как «хвост четы Вольффов», а как Лили Новак. Видя некоторую растерянность девушки, к ней подсела Сьюзи. — Перестань теребить пиджак, останутся следы — будет некрасиво, — мягко сказала она. — Расслабься, это же просто презентация автомобиля. Постоишь, поулыбаешься, проедешь хотлап, тебя поснимают. — Стоп-стоп-стоп, — Лили резко повернулась к ней. — Хотлап? В смысле — хотлап? Это обязательно, Сьюзи? — Конечно обязательно, — Сьюзи улыбнулась её реакции. — Всё мероприятие затевается, чтобы Джордж и Кими покатали всех на новой машине на большой скорости. Сначала катают медийных личностей бренда — Тото, меня, тебя, Кармен. Потом уже знаменитостей. А что не так? — Да нет, всё нормально, — соврала Лили, и её челюсти сжались. На самой презентации Лили держалась увереннее, чем в прошлом году на подобных мероприятиях. Аккуратно спрашивала у Сьюзи, как зовут того или иного спонсора, чтобы не выглядеть невеждой. Кими и Джордж были нарасхват — автографы, вопросы, фотографии. Чемпионы мира, и никак иначе. К ним также присоединялся Тото, отвечая на вопросы о новом электрокаре. Спустя час после начала объявили, что начинаются хотлапы. Боссы из Mercedes настояли на определённых составах: Джордж (водитель) — Кими — Тото; Кими (водитель) — Джордж — Тото; Тото (водитель) — Сьюзи; Кими (водитель) — Лили; Джордж (водитель) — Кармен. Остальные — по желанию и согласованию. Пока пилоты и руководитель обкатывали новую машину, а гости были заняты созданием эксклюзивного контента, Лили стояла в стороне в одиночестве, рассматривая пейзажи Джидды и пытаясь успокоиться перед предстоящим хотлапом. Её одиночество продлилось недолго — знакомый голос окликнул её, заставив обернуться. — Мистер Романо, вы тоже здесь, — Лили протянула руку для рукопожатия, коротко улыбнувшись. — Приятная встреча. — Лили, мне казалось, в прошлый раз мы договорились, — он пожал её руку и чуть задержал её пальцы в своих. — Лукас. И на «ты». — Прости, Лукас, — Лили коснулась пальцами головы, показывая жест, будто эта информация испарилась из её памяти. — Ты как тут? Хотя, наверное, глупый вопрос. Как тебе презентация? — Неплохо, но организация довольно отвратительная, — признался он. — Персонал абсолютно не в курсе своих обязанностей. Мужчина поджал губы, но быстро встрепенулся и сменил тему. — Смотрел последние этапы, — сказал он, и в голосе послышалась лёгкая похвала. — Твоя стратегия в Австралии и Японии — ты спасла этого мальчишку от поражения. Не понимаю, почему фанаты считают, что вы бы подошли друг другу. Как по мне, ты слишком разумна для его бесшабашности. — Ну, во-первых, я бы не сказала, что принесла ему какую-то глобальную помощь, — ответила Лили, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Он бы и так завершил на подиуме. Я просто помогла доехать на P1. Моя работа в этом и заключается — помогать ему стать лучше. А во-вторых, за любовь фанатов мы не в ответе. Если они считают так, переубеждать их не имеет смысла. — А вообще ты что думаешь на этот счёт? — В плане того, как я отношусь к Ice Spice? — Лили усмехнулась. — Если честно — мне всё равно. Раньше меня напрягало, что меня и Кими сводят в интернете, пишут фанфики, делают эдиты. Сейчас — плевать. Делают и делают. Это же неправда. Последнее предложение она почему-то сказала с неуверенностью и глуповато улыбнулась, но Лукас не заметил. — Понятно, — сказал он, и в его голосе послышалась лёгкая задумчивость. — Но мне кажется, ты слишком преувеличиваешь его таланты. Лили, не будем о нём. Как тебе Джидда? Ближний Восток в целом? Насколько мне известно, это твоё первое посещение. Для Лили посещение Саудовской Аравии действительно было впервые. Девушка даже не придала значения, откуда Лукас знает об этом, вспомнив, как на гала-ужине он чуть ли не зачитал всё её резюме. С Бахрейном она познакомилась на предсезонных тестах. — Не особо много я успела посмотреть, — призналась она. — В Джидде я нахожусь… — Лили перевела взгляд на часы, — примерно пару часов. Всё, что я смогла увидеть, — это огни ночного города из иллюминатора частного самолёта Тото. — Печально, однако, — Лукас задумался на мгновение. — Знаешь, Лили, мы тут с партнёрами собираемся на пустынное сафари. Тото и Сьюзи тоже приглашены. Не хотела бы ты присоединиться? Он спросил это с настойчивостью во взгляде, но голос выдавал лёгкую неуверенность. — Лукас, мне нужно будет уточнить несколько моментов у Тото, — ответила Лили осторожно, — но не буду тебя обнадёживать. Бахрейн и Саудовская Аравия — этапы с разницей в неделю, а моя начальница спустит с меня три шкуры, если я не доделаю отчёты и стратегии к дедлайнам. Мне бы правда хотелось покататься по пустыне, но и место в команде терять не хочется. Прости. В его взгляде не появилось и капли печали — выточенная строгость взяла своё. — Хорошо, Лили, — кивнул он. — Предложу что-нибудь такое, когда перерыв будет составлять две недели или больше. А пока запомню, что тебе бы хотелось на пустынное сафари. Мужчина подмигнул, заставив Лили немного смутиться. Кими как раз закончил хотлап с Тото и Джорджем, и настало время тестировать машину с Лили. Антонелли начал искать девушку взглядом среди гостей и заметил её с тем самым незнакомцем, что и на церемонии награждения в 2027 году. — Тото, — кивнул он в сторону Лили, — что за мужчина крутится вокруг неё уже не в первый раз? — А к чему вопрос? — спросил железный канцлер, проследив за его взглядом. — Лукас Романо. Инвестор. Электроэнергетика, все дела. И ему, кажется, понравилась Лили. Неплохой вариант, кстати. Если не сложится у неё в карьере — как бы печально это ни было, — брак с таким человеком стал бы для неё хорошим золотым билетом. Хотя Лукас, он… Но Кими уже не слушал. Он окрикнул Лили, сказав, что пришла их очередь. Девушка кратко извинилась перед мужчиной и побежала к новому электрокару Mercedes — к дико быстрому новому электрокару. Блондинка расположилась на пассажирском сидении. Человек, ответственный за социальные сети, проверил, что запись в машине ведётся — важна именно реакция пассажиров на новую машину, именно она соберёт миллионные просмотры. Закончив с проверкой, он захлопнул дверь, и в машине остались только двое: пассажир и водитель, пилот и стратег, Кими и Лили. Ice и Spice. Девушка нервно пристегнулась и довольно крепко сжала ручку на боковой дверце. На её лице читался почти панический страх. Кими провёл руками по новому рулю, вдохнул запах свежего салона и развернул машину на новый круг. Перевёл взгляд на Лили, ухмыльнулся и нажал на газ. В отличие от бензинового двигателя, звук электронного мотора был не похож на стандартный рев — скорее на футуристический звук из какого-то фантастического фильма. Лили закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на дыхании, в то время как Кими только сильнее зажимал педаль газа, разгоняя автомобиль почти до двухсот километров в час. — Боже, Кими, медленнее! — прокричала Лили, когда её взгляд скользнул на спидометр, показывавший 232 км/ч. — Мы же разобьёмся к чёрту! Кими оторвался от дороги и задержал взгляд на девушке, вызвав в ней новую волну паники, а в себе — волну озорства. — Антонелли, мать твою, верни взгляд на дорогу и снизь скорость! — причитала Лили, всё сильнее сжимая ручку на двери. — Мы точно разобьёмся! — Вот так, да? — Кими нажал на педаль газа, заставив машину разогнаться ещё быстрее, и облизнулся от ощущения скорости. — Ой, кажется, я педали перепутал. Он улыбнулся той самой лисьей улыбкой, в то время как Лили просто пыталась вспомнить хоть какие-то молитвы. Кими взял рацию и сообщил, что они прокатятся чуть больше одного круга. На другом конце послышалось "принято". — Как тебе, Новак? — спросил он, не сводя с неё глаз. — Ты стратег Формулы-1, считаешь мои траектории, когда я еду под 350 км/ч, а сама боишься скорости? Мне кажется, это как-то лицемерно с твоей стороны. Он специально не сбросил скорость в повороте, заставив девушку по полной ощутить центробежную силу. — То есть я на трассе должен слушать твои советы по движению, когда обгонять, как входить в поворот, должен рисковать жизнью, — протянул он, — а ты сидишь на пит-уолл и просто смотришь в полной безопасности? Нет, так не пойдёт... Он снова ударил по газам, заставив электрический мотор зарычать почти как бензиновый. — Я доверяю тебе свою жизнь на треке, — сказал он, и голос его стал серьёзнее. — Доверь и ты мне свою. Лили, открой глаза и посмотри на меня. Лили качала головой, сильнее зажмурившись. — Пока ты не посмотришь на меня, я не остановлю машину, — сказал он, и в голосе его появилась сталь. — Мы будем кататься ровно до того момента, пока батарея не сядет и я буду выжимать из машины максимальную скорость. И, возможно, я не удержу руль в один момент. Он специально чуть вильнул машиной, вызвав в Лили новую волну леденящего ужаса. Она потихоньку открыла глаза. Её взгляд встретился с его. Он не смотрел на дорогу — только на неё. В машине воцарилась тишина, нарушаемая лишь внеземными звуками мотора новой машины. Атмосфера стала почти интимной. — Вот, так-то лучше, — сказал он мягче. — Тото сказал, что за последний месяц мы научились слышать и слушать. Но между нами всё ещё существует некоторое недоверие. Значит, нам нужно научиться доверять друг другу. Хорошо? — Да, — почти жалобно проговорила Лили. Кими на секунду вернул взгляд на дорогу, входя в поворот, а затем снова посмотрел на неё. — Окей, — сказал он. — Смотри на меня и просто дыши. Я контролирую машину полностью. Тебе нечего бояться. Она смотрела в его глаза, чувствуя, как скорость заставляет сердце биться быстрее, и понимала, что возможно это не только от страха. Ритмичный гул электрического мотора, тесное пространство салона, его близость — всё это смешивалось в коктейль, от которого перехватывало дыхание. Она сглотнула и согласно кивнула. Кими улыбнулся — той улыбкой, которую она видела всё чаще в последнее время - тёплой, почти нежной. — Я держу руль, — сказал он, и его голос был ровным, уверенным, но в нём появилась та низкая вибрация, от которой у любой девушки побежали бы мурашки. — Я все контролирую. Всё будет хорошо. Лили сделала глубокий вдох, чувствуя, как его слова успокаивают её, но при этом каждая клетка тела вибрировала от его интонации. Она всё ещё сжимала ручку на двери, но страх начал отступать. — Ты специально издеваешься надо мной? — спросила она, и голос её все еще дрожал. — Немного, — признался он, и в его голосе послышалась лёгкая усмешка. — Полезно иногда пощекотать твои ледяные нервишки. Лили хотела ответить колкостью, но не смогла произнести ни слова. Она просто смотрела на него, чувствуя, как между ними растёт что-то новое — доверие, робкое и хрупкое, но настоящее. Кими смотрел на неё так, будто в этом тесном салоне, на этой сумасшедшей скорости, они были единственными людьми во всей вселенной. Антонелли вернул взгляд на дорогу, убедившись что она полностью успокоилась. Кими плавно сбросил скорость, входя на финишную прямую, и машина мягко остановилась у стартовой точки. Но он не спешил выходить. Он повернулся к ней, и его глаза снова встретились с её глазами. Тишина в салоне стала почти осязаемой. — Ну что, Новак? — спросил он, и голос его был низким, почти липким, с итальянским акцентом. — Ещё разок? — Нет! — ответила она слишком быстро, и он рассмеялся. — Я знал, что ты скажешь это. Он вышел из машины, обошёл её и открыл пассажирскую дверь, протягивая руку. Лили смотрела на его ладонь, чувствуя, как её сердце всё ещё колотится, и понимала, что это больше не страх. Его пальцы сжались вокруг её — тёплые, уверенные, и когда она коснулась его кожи, электрический разряд пробежал от пальцев до самой груди. Она была почти уверена, что он тоже это почувствовал. Когда она встала на ноги, он не отпустил её сразу. Задержался на мгновение, глядя в глаза, и его взгляд скользнул по её губам — на мгновение задержался, а затем снова вернулся к её глазам. Заметив взгляд других людей итальянец отпустил руку девушки. Пара направилась к чете Вольффов, Расселу и Кармен. Из толпы послышался голос оператора: «Отличный кадр! Вы двое — просто огонь!» И когда они отошли в сторону, Лили заметила, что Лукас смотрит на них с лёгким недоумением и плохо скрываемым любопытством. Она перевела взгляд на Кими, который шёл рядом, и не могла сдержать улыбку. Она знала, что что-то между ними изменилось. Что-то, что они не могли объяснить, но оба почувствовали.