This is Love (In Other News, Good Morning, Elysium)

Гарри не ожидал найти ее у своей квартиры. Он действительно думал, что поиск займет намного больше времени. Ну, или хотя бы немного усилий. Он ведь даже не планировал возвращаться к себе домой. Со вчерашнего утра Гарри постоянно слышал стук в дверь. Костяшки пальцев, стучащие по белому, гниющему дереву. Призраки прошлой жизни витают в этой комнате и взывают о его возвращении. Они хотят, чтобы он открыл эту дверь. Ему стоит открыть. Но Гарри совершенно не хочет ее открывать. Он был бы счастлив никогда не встречатся с теми ужасами, от которых его так сильно выворачивает наизнанку. Ему не хочется возвращаться в грязную квартиру. Из Мартинеза по-прежнему никаких вестей, и, похоже, капитан действительно начинает подумывать о том, чтобы отправить туда Гарри. Если телефон прозвенит, то Гарри хочет быть самым первым, кто возьмет трубку. Он хочет услышать голос Кима снова. Теперь он понимает, что редкие телефонные звонки, которыми он обменивался с Кимом, были его новым наркотиком. У него ломка. Жудит ели уговорила его пойти домой отдохнуть. Она действительно разыграла его, сказав, что он не сможет отправиться в Мартинез, если упадет в обморок от усталости. Он думает, что, вероятно, должен поблагодарить ее, когда находит молодую девушку, лежащую у его порога. Девушка проснулась от звука его шагов. “Как раз вовремя, мусор.” “Рад нашей встречи, Синди.” Синди плюнула на его ботинок и свернулась калачиком. Она была крепко завернута в свою огромную куртку, но от этого она только казалась маленькой и замерзшей. Гарри протянул руку, чтобы помочь ей подняться. Она холодно посмотрела на него, поднимаясь на ноги без посторонней помощи. Гарри начал спускаться по лестнице обратно на улицу. Когда он обернулся, Синди не двинулась с места. Это будет гораздо сложнее, чем он предполагал. “Чего ты ждешь?” “Куда ты пошел?” Они задали вопросы одновременно, начиная и останавливаясь совершенно синхронно. Синди закатила глаза и цокнула языком. Они молча смотрели друг на друга. Это сражение, которое она отказывается проигрывать. “Мы идем в участок. Я должен поспрашивать тебя о Мартинезе, и там найдется хорошее, теплое место, где ты сможешь остановиться.” Синди переступает с ноги на ногу, ее ноги напряжены. Гарри поднимает руки, чтобы подхватить ее, когда она несется вниз по лестнице. Из-за инерции и его нетвердой ноги они оба падают у подножия лестницы. Гарри вскакивает гораздо быстрее, чем это делает Синди. Он не обращает внимания на острую боль в бедре и опускается на колени рядом с девушкой. Колготки у нее порвались, и на колене появилась неприятная царапина. “Мы оба знаем, что я не могу тебя арестовать, но на данный момент участок – самое безопасное место для тебя.” На этот раз он помогает ей подняться, без сопротивлений, и позволяет ей опереться на него всем весом. Она не издает ни звука, ни когда встает, ни когда они вдвоем направляются к улице. Спустя минуту молчания она злобно смеется. “Ты не хочешь пускать меня в свою квартиру! Боишься, что кто-нибудь подумает, что ты мусор хуже, чем на самом деле?” Гарри чувствует, как его уши горят от стыда и обиды. Он молчит. Все, что он скажет, скорее всего, будет искажено до такой степени, что он сам никогда не поверит. Ему противна сама мысль об этом, но он знает, что она использует это только для того, чтобы вывести его из себя. Когда Гарри не отвечает, она вздыхает, и Гарри видит, как ее нижняя губка поджимается. “Не ссы, мусор. Я уверена, что никто не поверит, что ты хочешь кого-то кроме своего мелкого парня.” “Я не знаю о чем ты говоришь.” Гарри старается держаться отчужденно, но легкое заикание в его словах и походка выдают его волнение. Синди снова смеется тем пронзительным гнусавым смехом, который Гарри уже начал раздражать. К его удивлению и облегчению, она не произносит больше ни слова за все время их долгого пути в участок. Гарри начинает уставать от этого. Он медленно идет по улицам. Он подходит к кирпичному зданию, в котором находится 41-й участок. Он стучит ботинками по ступенькам, чтобы избавиться от тающего снега. Гарри выходит в холл и осматривается. В зале снова почти тихо. Повсюду офицеры, они сидят за столами или стоят возле старых принтеров. В это время суток большинство офицеров стараются как можно быстрее разобраться с бумажной работой, чтобы успеть вернуться домой до того, как ночная жизнь снова затянет их на улицы Джемрока. Жудит - одна из таких офицеров. Она склонилась над своим столом, вероятно, дописывая отчет о ликвидации пожара. Она поднимается сгорбившись и несколько раз разминает плечи. Гарри идет к ее столу. Она поднимает глаза, как и большинство офицеров в комнате, в ответ на шум. Ее взгляд первым делом останавливается на его лице, и он слышит ее стон, находясь на другом конце комнаты. “Гарри ну я же сказала—“ - она наконец заметила Синди, облокотившуюся на него. “Жудит, это Синди – зачинщица пожара. Готтлиб все еще на работе?” Жудит кивнула и встала по другую сторону Синди. Гарри не думает, что с коленом Синди все так плохо, но ему хочется вздохнуть с облегчением, когда он, наконец, сможет немного разгрузить больную ногу. Он решает позволить Жудит помочь, чтобы доставить их в медицинский кабинет. Внутри дверь закрывается, как будто щит. Им хочется остаться здесь навсегда. Здесь было бы легче. Здесь есть кровати – не самые удобные кушетки, просто чтобы вздремнуть, и лекарства, и вода, и он думает, что в одном из ящиков лежит упаковка батончиков мюсли. Гарри пытается отбросить странные мысли. Гарри не может остаться здесь навсегда; ему все еще нужно отправиться в Мартинез. Это комната, по крайней мере, хороша тем, что здесь Синди можно спокойно расспросить. Готлиб начинает с того, что вычищает неприятную царапину, а затем проверяет диапазон ее движений. Он издает недовольный звук. Мужчина роется в каких-то шкафчиках. “Что ты делаешь здесь, в Джемроке?” – спрашивает, наконец, Гарри, доставая блокнот. “Пытаюсь найти вдохновение для следующей масштабной картины. Я надеялась опять найти тебя подстреленным на улице, чтобы это зажгло что-то во мне.” Все в комнате замолчали. Гарри пристально смотрит на нее, надеясь, что равнодушный вид скроет его дискомфорт от напоминания о трибунале. Жудит становится немного не по себе от этой мысли, и она поворачивается, чтобы попытаться помочь Готтлибу. “Ну извини.” – говорит Синди, когда тишина становится слишком напряженной, - “Я искала тебя. В Мартинезе паршиво и я думала, что ты и твой парень придете помочь”. И она, и Гарри оборачиваются на звук короткого смешка, за которым следует сдавленное хихиканье. Жудит прижимает сжатую в кулак руку ко рту и притворяется, что кашляет. В глазах Готтлиба также мелькает искорка юмора, когда он перевязывает колено девушки. Вот вам и беспокойство при мысли о том, что Гарри могут подстрелить. “Извини...” - она замолкает, качая головой. ‘Просто интересно кто из.’ Гарри знает, о чем именно она думает. Он чувствует это по тому, как она морщит нос от беззвучного смеха. “Лейтенант Кицураги и лейтенант Викмар сейчас работают над этим делом в Мартинезе.” “Хорошо. Нам повезло, что именно я была одним из тех, кого пытались запугать ребята из Коалиции. Меня не взять этим дерьмом.” Она скрещивает руки на груди. Это должно выглядеть устрашающе. Это не так. “Силы Коалиции?” Гарри готовится записать слова, которые слетают с ее губ, но не может дышать. Как будто весь воздух высосали из комнаты. Он больше не может видеть трех человек в комнате, но может слышать приглушенный голос, который кажется, принадлежит Жудит. Воздух сменился запахом абрикосов и лаванды, и гвоздики, и абсента и соли, и пота, и кожи, и мяса и бензина, и железа, и озона. На смену ему пришла весенняя растительность, питающаяся питательными веществами разлагающихся тел. Белые каблуки шагают по деревянному полу. На Ней белое шелковое платье, предназначенное только для выхода с фабрики, а не для входа на нее. Она подходит к первому встречному, Маку Торсону. Его глаза слегка расширяются, когда он оглядывает это светящееся видение в белом, и он кланяется. Он отвешивает Ей поклон, хотя и слегка. Это вкрадчиво и дешево. И Она смеется. Это похоже на шипение и вспышку молнии - слишком ярко для участка, в котором Она находится. И Она говорит. Звук заставляет Гарри пасть на колени. Потом, Она произносит его имя. Она произносит его имя. Она произносит его имяОна произносит его имяОна произносит его имяОна произносит его имяОна произносит его имяОна произносит его имяОна произносит его имяОна произносит его имяОна произносит его имя