Глава 4. Кролик и его тень
6 июня 2026 г., 18:40
После обеда Холли потащила Карага показывать школу. Спортзал — огромный, с высокими окнами, запах пота и резины въелся в стены, кажется, намертво. Под потолком висели канаты, в углу высилась шведская стенка. Библиотека — тихая, с креслами, обитыми тёмно-зелёной кожей. В такие кресла садишься и тонешь. Пахло старыми книгами, пылью и чуть-чуть — деревом от стеллажей. Музыкальный класс: пианино с потёртыми клавишами, несколько гитар у стены, барабанная установка под чехлом. Караг притормозил у двери, заглянул внутрь, но Холли потянула его за рукав.
— Всё успеешь, — бросила она через плечо. — Ты лучше запоминай, где что. А то заблудишься — попадёшь в медвежье крыло, а они чужаков не любят.
Они обошли ещё пару коридоров, заглянули в зимний сад — стеклянный купол, пальмы в кадках, влажный воздух, пахнущий землёй. Караг вдохнул и почувствовал, как пума внутри одобрительно принюхалась. Почти как дома. Почти.
В столовую они вернулись к раздаче посуды. Обед закончился, зал понемногу пустел. Караг взял поднос с грязными тарелками и уже собирался отнести его, когда заметил Нимбла.
Кролик стоял у стены, вжавшись в неё спиной так, будто хотел слиться с камнем. Перед ним полукольцом выстроились четверо: Джеффри, Клифф, Тикаани и Бо. Джеффри чуть наклонил голову, втянул носом воздух — принюхивался.
— Что, зайчик, страшно? — голос у него был мягкий, почти ласковый. Но от такой ласки мурашки бежали по коже. — Правильно, что боишься. Кролики должны бояться волков. Так природой заведено.
— Я… я не заяц. Я кролик, — голос Нимбла сорвался, он сглотнул, кадык дёрнулся.
— Да какая разница. Вкус-то, наверное, одинаковый. — Джеффри облизнулся, и стая снова загоготала.
Караг поставил поднос на ближайший стол. Звук вышел резким, металлическим — тарелки звякнули. Он подошёл.
— Отойдите от него.
Сказал ровно, но внутри всё полыхало. Пума поднялась на задние лапы, заходила ходуном, готовая рвануть.
Джеффри развернулся. Медленно, лениво, будто ему скучно. Глаза прошлись по Карагу сверху вниз, как по куску мяса.
— О, глядите. Кошатина в героя решила поиграть.
— Отойдите, — повторил Караг.
— Или что? — Джеффри шагнул к нему. Теперь они стояли лицом к лицу, так близко, что Караг чувствовал его дыхание — мясо и сигареты. — Поцарапаешь меня? Пошипишь, как котёнок?
— Попробуй — узнаешь.
На секунду всё замерло.
Джеффри принюхался — демонстративно, медленно, повёл носом от ключицы Карага к шее. Караг не шелохнулся. Только когти вышли из кончиков пальцев, вонзились в собственные ладони. Боль помогла не сорваться.
— Фу, — Джеффри поморщился. — Кошатиной за версту разит. Ты что, валерьянку хлещешь?
— А ты блохами не травился? — Караг смотрел ему прямо в глаза. — Судя по запаху — нет.
Клифф дёрнулся вперёд, сжав кулачищи. Джеффри остановил его, не глядя — просто выставил ладонь.
— Не надо. Я сам.
И в следующую секунду вцепился Карагу в шею.
Сначала — давление. Тяжёлое, как тиски. Потом — острая боль, клыки вошли в кожу, и Караг почувствовал, как по ключице потекло что-то горячее. Его собственная кровь. Во рту появился металлический привкус. Он не закричал, не отшатнулся. Просто стоял, сжав кулаки, и выдыхал сквозь зубы — раз, другой.
Джеффри отстранился. На губах у него алело. Он облизнулся, медленно, со вкусом.
— Теперь ты меченый, кошка. — Голос спокойный, почти будничный. — Запомни. Это моя территория. Моя стая. Мой «Кристалл». Ещё раз полезешь — в следующий раз откушу кусок побольше.
Развернулся и ушёл. Волки потянулись за ним — тени за телом.
Нимбл тихо всхлипывал у стены, сползая по ней вниз. Холли и Брэндон подлетели к Карагу.
— Ты в крови! — Холли схватилась за голову. — Скорее, к медсестре! Брэндон, помоги!
Караг поднял руку, коснулся шеи. Пальцы стали мокрыми и скользкими. Он посмотрел на кровь — тёмную, почти чёрную в тусклом свете столовой. Пума внутри выла, металась, требовала обернуться прямо здесь и сейчас. Но он сдержал её.
— Идём, — сказал он и сам удивился, каким ровным вышел голос.
