Глава 6. Война или перемирие
6 июня 2026 г., 18:42
Караг шёл в комнату медленно. Голова гудела после спиртового ожога, шея дёргала при каждом повороте, но пума внутри лежала спокойно. Даже довольно. Она ввязалась в драку — и не проиграла.
Холли семенила рядом, то и дело забегая вперёд и заглядывая ему в лицо.
— Ты как вообще? Нормально?
— Жить буду.
— Джеффри — идиот, — выпалила она с такой убеждённостью, будто это был научный факт. — Но он сильный, Караг. И хитрый. Не суйся к нему один на один. Обещаешь?
— Ладно.
Холли сузила глаза. Не поверила. Но развивать тему не стала.
У двери в комнату она затормозила, сунула руки в карманы шорт.
— Если что — стучи. Я этажом выше, двадцать вторая. Брэндон через стенку от меня. Мы рядом, понял?
— Понял. Спасибо. Ты правда хороший друг.
— А то, — она улыбнулась, махнула рукой и убежала, цокая кедами по каменному полу.
Караг толкнул дверь.
И замер на пороге.
На соседней кровати лежал Джеффри.
Без футболки. Закинув руки за голову, глаза закрыты. Грудь вздымалась и опускалась — широкие рёбра, мышцы, перекатывающиеся под кожей, светлая полоска волос, уходящая за пояс джинсов. Дышал он ровно, но не спал. Караг определил это сразу — по ритму, по тому, как чуть подрагивали веки.
— Ты, — выдохнул Караг.
— Я, — Джеффри открыл глаза. Повернул голову и уставился на него. — Удивился, кошатина?
— Какого хрена ты здесь делаешь?
— Живу. — Он говорил лениво, растягивая слова. — Лисса лично распорядилась. Сказала, тебе нужен присмотр.
— Мне нужен покой.
— А мне насрать. — Джеффри сел, свесил босые ноги на пол. — Давай без концертов. Я к тебе не лезу, ты ко мне — тоже. Договорились?
Караг тронул повязку на шее.
— После того, что ты сделал?
— А что я сделал? Укусил? — Джеффри изогнул бровь. — Не нравится — откуси в ответ.
Он ухмыльнулся. В тусклом свете настольной лампы его глаза казались почти чёрными. Смотрел с вызовом, но не только. Там было что-то ещё. Любопытство, кажется.
— Я не кусаюсь, — сказал Караг.
— А зря. У тебя клыки — загляденье.
Джеффри поднялся. Неторопливо пересёк разделявшее их пространство и встал перед Карагом — вплотную, так что снова запахло мясом, сигаретами и мускусом.
— Слушай сюда, кошатина. Я вымотан. У меня в шесть утра была тренировка, я хочу жрать и спать. Так что рот на замок. Делай что угодно — хоть на люстре виси, хоть в ладоши хлопай. Но тихо.
Он развернулся, рухнул на кровать лицом к стене. Через минуту дыхание выровнялось.
Караг стоял посреди комнаты. Кулаки сжимались и разжимались сами собой. В комнате теперь пахло иначе — к его запаху примешался волчий. Мускус, хвоя, злость. И ещё что-то, чему он пока не мог подобрать названия.
Он лёг на свою кровать. Не раздеваясь. Не закрывая глаз.
Смотрел в потолок и слушал, как через полтора метра от него дышит враг.
И думал о том, что ненависть — странная штука.
На вкус как кровь на губах.
