Чертог Врат

Он просто очень сильно соскучился. Бо стоял у двери собственного дома. Он знал, что внутри пусто. Мать, наверное, снова в больнице. Отец рядом с ней. Они не оставляли его тело ни на час. И Бо хотел увидеть их. Просто увидеть. Прикоснуться взглядом к их лицам, услышать их голоса, почувствовать, что они всё ещё здесь, даже если он не может до них дотянуться. Он переместился в больницу. В коридоре пахло лекарствами и тишиной. Бо подошёл к палате и остановился у окна, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. Он не мог войти, он знал, что они не увидят его. Но он мог смотреть через окно, выходящее в коридор. Мать сидела на стуле рядом с его кроватью. Отец стоял у окна, глядя в пустоту. Рядом с ними стоял врач, держа в руках какие-то бумаги. — Мы сделали всё, что могли, — сказал врач, и голос его звучал устало, но ровно. — Его состояние не улучшается. Если вы решите подписать документы на отключение от аппаратов... никто не осудит вас. Вы имеете право отпустить его. Бо замер. Слова врача ударили его, как пощёчина. Он смотрел на родителей, чувствуя, как внутри всё сжимается. Мать подняла голову. Её глаза были красными, но голос звучал твёрдо: — Нет. Мы не подпишем. Мы будем ждать. Сколько нужно. Даже если это займёт годы. Отец повернулся от окна, и в его глазах блеснула та же стальная решимость, которую Бо помнил с детства. — Мы не отключим его, — сказал он. — Он вернётся. Я знаю. Бо отступил от двери, чувствуя, как по щекам текут слёзы. Он хотел войти, обнять их, сказать, что он здесь, что он борется. Но он не мог. Он просто стоял в коридоре и чувствовал, как внутри разрастается тоска по их теплу, по их голосам, по тому, чтобы просто быть рядом. Он повернулся и пошёл по коридору, не зная куда. В какой-то момент он поднял голову и увидел дверь палаты, из которой выходили двое жнецов в белых одеждах. За ними шёл мальчик лет тринадцати, с опущенной головой и дрожащими плечами. Он плакал. Жнецы не держали его: они шли впереди, спокойные и уверенные, потому что все души уже готовы уйти. Мальчик просто следовал за ними, как за своей судьбой. — Этот отдел Вэй Ина только мешает нашей работе, — сказал один из жнецов другому. — Они вечно лезут туда, куда не нужно. — Да, ходят слухи, что они даже пытаются спасать души, которые почти ушли, — ответил второй. — Но это не наше дело. Наше дело — провожать. Мальчик вдруг поднял голову и оглянулся. Его взгляд встретился с глазами Бо. Он замер на мгновение, а потом рванул в сторону, вырываясь из невидимой линии сопровождения. — Стой! — крикнул один из жнецов, но мальчик уже бежал к Бо, хватая его за рукав куртки. — Вы… вы из отдела этого Вэй Ина? — спросил он, заглядывая в глаза Бо с такой надеждой, что у Бо перехватило дыхание. — Мне нужно спасти моего отца! Он остался один, и он хочет покончить с собой! Я не знаю, как ему помочь! Бо смотрел на него и чувствовал, как внутри поднимается то самое чувство, которое он испытал, когда впервые встретил команду Вэй Ина. Надежда. Он знал, что должен помочь.

***

Вэй Ин стоял на крыше Чертога Врат, сжимая перила так, что костяшки белели. Он только что вспомнил всё. Их первую встречу. Красную ленту. Свадьбу. Клятвы. Смерть. Он чувствовал, как воспоминания разрывают его изнутри, и в то же время он не мог дышать, потому что понял, кого он потерял. Кого искал все эти годы. — Ты здесь, — раздался голос сзади. Вэй Ин медленно обернулся. Лань Ванцзи стоял в нескольких шагах от него. Его белый плащ развевался на ветру, лицо было спокойным, но в глазах, которые Вэй Ин наконец узнал, была боль. Такая же глубокая, как его собственная. — Вэй Ин, — произнёс Ванцзи, и в этом имени было всё: годы разлуки, годы поиска, годы молчания. Они сделали шаг друг к другу. Второй шаг. Почти коснулись, когда оба телефона издали резкий сигнал. Тревога. Уровень «красный». Прямо сейчас, в эту самую секунду, кто-то сбежал и кто-то хотел умереть. Вэй Ин замер, глядя в глаза Ванцзи. — Прости, — прошептал он. — Прости, — ответил Ванцзи. Они исчезли одновременно.

***

Лань Ванцзи оказался в коридоре больницы. Белые стены, запах лекарств, гул голосов, капанье капельниц — всё это было привычным, но внутри него всё ещё звучало имя, которое он произнёс на крыше. Он сделал шаг вперёд и увидел своих подчинённых, двух жнецов, стоявших с растерянным видом. — Где душа? — спросил он, и голос его был холоднее обычного. — Она… сбежала, — ответил один из них, опуская глаза. — Мальчик. Он просто взял и побежал. Мы не успели. Ванцзи перевёл взгляд на пустой коридор, чувствуя, как внутри поднимается раздражение. Но в то же время он знал: если душа сбежала, значит, у неё была причина. Он шагнул вперёд, следуя за едва уловимым следом. Вэй Ин появился во дворе больницы. Холодный ветер ударил в лицо, и он сразу увидел Бо, стоявшего посреди двора с растерянным видом. — Бо, — голос Вэй Ина был резче, чем обычно. — Что ты здесь делаешь? Бо вздрогнул, обернулся и попытался что-то сказать, но Вэй Ин уже шагнул к нему. — Ты знаешь, что тебе запрещено приходить сюда. Ты — баг, и каждый раз, когда ты приближаешься к своему телу, ты рискуешь исчезнуть навсегда. Я не для того тебя учил останавливать время, чтобы ты снова проверял границы. — Я просто хотел увидеть родителей, — тихо ответил Бо. — Я понимаю, — голос Вэй Ина стал мягче, но в нём всё ещё чувствовалась сталь. — Но это не оправдание. Если ты хочешь помогать, делай это по правилам. Иначе ты не поможешь никому, даже себе. Он сделал паузу и спросил: — Что здесь произошло? Почему сработала тревога? Бо начал рассказывать о мальчике, который сбежал от жнецов, о его отце и о том, как он хотел помочь. В этот момент во дворе появились Сюэ Ян и Вэнь Нин. — Вы тоже здесь? — удивился Вэй Ин. — Тревога была громкой, — ответил Сюэ Ян, оглядываясь по сторонам. — Мы подумали, что нужна помощь. — Душа мальчика сбежала от сопровождения, — объяснил Бо. — Я хотел помочь, но он исчез. Вэй Ин нахмурился. — Тогда разделяемся. Мы должны найти его до того, как его найдут жнецы из отдела поиска. Если они его поймают, его сразу отправят на суд, и мы уже не сможем ему помочь. Они разошлись в разные стороны. Бо подумал, что хочет оказаться там, где находится душа мальчика, и оказался в парке, где часто гуляла сестра Вэнь Нина. Он сел на скамейку у пруда и начал бросать камешки в воду, чувствуя, как внутри разрастается отчаяние. — Ты не можешь мне помочь, да? — раздался голос рядом. Бо повернул голову. Рядом с ним сидел тот самый мальчик. Он смотрел на воду, и в его глазах была та же тоска, которую Бо чувствовал в себе. — Я не знаю, как тебе помочь, — честно ответил Бо. — Я не жнец, я просто баг. Я не могу дать тебе обещание. — Но ты хочешь помочь, — сказал мальчик, поворачиваясь к нему. — Я это вижу. Ты такой же, как я, потерянный. В этот момент из-за деревьев появился Сюэ Ян. Он подошёл к ним и сел на корточки. — Ты что, решил устроить здесь тайную встречу? — спросил он с лёгкой усмешкой. — Ладно, баг, есть идея. Здесь неподалёку у меня когда-то была квартира. Маленькая, пустая, о которой никто не знает. Мы можем спрятать его там, пока не решим, что делать дальше. — А как же те, которые его уже ищут? — спросил Бо. — Мы быстрее, — ответил Сюэ Ян, поднимаясь. — Пошли. Они быстро переместились в старую квартиру, где когда-то жил Сюэ Ян. Пыль, старые газеты и тишина. Мальчик огляделся и тихо сказал: — Здесь спокойно. — Здесь безопасно, — ответил Сюэ Ян. — Ненадолго. Они убрались в квартирке, Бо сгонял в магазин, купил попить и шоколадок для Яна и мальчика. Всё было хорошо, как вдруг раздался телефонный звонок, и в этот момент на улице послышались шаги. Сюэ Ян выглянул в окно и увидел жнецов в чёрных одеждах. Отряд поиска. — Они уже здесь, — сказал он, оборачиваясь к Бо. — Хватай пацана и беги к Вэй Ину. Я задержу их. — Но… — Беги, Бо! — рявкнул Сюэ Ян. — Я справлюсь. Бо схватил мальчика за руку и исчез, оставляя Сюэ Яна одного перед отрядом поиска.

***

Сюэ Ян стоял в центре старой комнаты, чувствуя, как за дверью приближаются шаги. Чёрные одежды жнецов поискового отряда мелькнули за окном. Их было четверо. Они двигались слаженно, как стая волков. — Ты не спрячешься, — раздался голос из коридора. — Отдай душу, и мы не тронем тебя. Сюэ Ян усмехнулся. Он медленно развязал галстук, снял пиджак и аккуратно повесил его на спинку старого стула. — Не тронете? — повторил он. — Как мило. Но я не из тех, кто сдаётся. Дверь слетела с петель. В комнату ворвались четверо высокие, молчаливые, одетые в чёрное. Их глаза горели холодным светом. Сюэ Ян не двинулся с места. Когда первый жнец бросился на него, он словно растворился в воздухе и в следующее мгновение уже стоял за его спиной, схватив того за ворот и швырнув в стену. — Один, — тихо сказал он. Второй и третий атаковали одновременно. Сюэ Ян уклонился от удара, поднырнул и резко выпрямился, ударив одного локтем в челюсть. Третий попытался схватить его, но Сюэ Ян развернулся, перехватил его руку и сломал её с хрустом, который эхом разнёсся по комнате. — Два, — сказал он, отпуская жнеца, который рухнул на колени. Четвёртый замер на мгновение. Его взгляд был острым, но в нём появилась неуверенность. Сюэ Ян шагнул к нему, и тот попятился. Он не ожидал, что жнец из другого отдела окажется настолько быстрым. — Ты не из поискового отряда, — сказал четвёртый, пытаясь выиграть время. — Я из того, который вы ненавидите, — ответил Сюэ Ян, нанося точный удар в солнечное сплетение. — И я не оставляю свидетелей. Последний жнец упал. Сюэ Ян стоял в центре комнаты, слегка запыхавшись, но его глаза горели той же яростью, что и в прошлой жизни. Он не хотел убивать, но он знал: если эти тени найдут мальчика, то Бо и его надежда исчезнут. Он перешагнул через поверженные тела, подошёл к окну и посмотрел вниз. Вдали, в парке, он видел две фигуры — Бо и мальчика, — которые быстро исчезали в тени деревьев. Сюэ Ян улыбнулся, поправил воротник рубашки и бесшумно исчез, оставляя после себя только тишину и пыль, медленно оседающую на полу.

***

Они стояли в отделе Бо, Сюэ Ян и мальчик. Вэй Ин и Вэнь Нин слушали историю, которая заставляла даже стены Чертога Врат сжиматься от боли. — Меня зовут Чэнь А-Чэн, — сказал мальчик, и голос его дрожал. — Мой отец — Чэнь Вэй. Мама ушла, когда мне было пять. Она снова вышла замуж, я ей был не нужен. Но папа… папа был всем. Мы делали всё вместе. Он научил меня плавать, играть в шахматы, читать по ночам. В тот вечер она позвонила, сказала, что ей плохо. Мы не могли не поехать, даже ночью, под дождём. Грузовик просто вылетел из темноты… я даже не понял, что случилось. Он замолчал, сжав руки. — Я знаю, что папа будет винить себя. Он жил ради меня. И когда он поймёт, что меня нет… он убьёт себя. Я не хочу этого. Пожалуйста, спасите его. В этот момент в комнате раздался сигнал тревоги. Вэй Ин посмотрел на экран и увидел: больница. Десятый этаж. Мужчина стоит на лестничном пролёте, готовый прыгнуть. — Это он, — сказал А-Чэн. — Это мой папа. Он исчез.

***

Все переместились в больницу. Они снова разделились, чтобы быстрее найти отца и сына. Больница была огромной, и в какой стороне и где именно находился этот Чень Вэй, было неизвестно. Лестничный пролёт был огромным. Серая плитка, холодный свет, пустота в центре. Чэнь Вэй стоял на краю, держась за перила, и смотрел вниз. Его тело дрожало, по щекам текли слёзы. — А-Чэн, — шептал он. — Прости меня. Я не уберёг тебя. Рядом с ним стоял мальчик. Он протягивал руки, пытаясь обнять отца, но его пальцы проходили сквозь него. — Папа, пожалуйста, не надо! — кричал он, но голос его был тише шёпота. — Я здесь! Я с тобой! Вэй Ин выбежал на площадку. — Чэнь Вэй! Не делайте этого! — крикнул он, и голос его был твёрже, чем он чувствовал себя внутри. Мужчина вздрогнул. Он повернул голову, увидел Вэй Ина — незнакомца, но того, кто смотрел с такой болью, что слова застревали. — Вы не понимаете! — крикнул Чэнь Вэй. — Он был всем, что у меня было! Я убил своего сына! — Нет! — Вэй Ин шагнул ближе. — Вы не убивали его. Это был несчастный случай. Вы были рядом. Вы сделали всё, что могли. Чэнь Вэй покачал головой. — Я не могу жить без него… Он отпустил перила. Всё произошло мгновенно. Вэй Ин рванул вперёд и схватил Чэнь Вэя за руку в тот момент, когда тело мужчины уже накренилось в пустоту. Весь вес повис на одной руке. Вэй Ин вцепился в перила свободной рукой, чувствуя, как каждый мускул натянут до предела. — Держитесь! — крикнул он. А-Чэн стоял рядом, закрыв рот руками, не в силах ничего сделать. Мысль пришла мгновенно. Вэй Ин не колебался. Он знал, что это нарушение. Самое большое нарушение из всех. Он перевёл взгляд на мужчину, который смотрел в пустоту, готовый умереть. И тут он услышал голос: — Вэй Ин. Не делай этого. Ты не имеешь права. Ванцзи стоял в проходе, глядя на него холодным, непроницаемым взглядом. — Это нарушение всех правил, — сказал он. — Ты не можешь показывать душу живому человеку. Отпусти его. Мы сделаем всё по правилам. Вэй Ин посмотрел на него, чувствуя, как внутри поднимается то самое упрямство, которое он не мог победить. — Нет, — ответил он. — Ты нарушишь правила, — повторил Ванцзи. В этот момент из тени появились Сюэ Ян и Вэнь Нин. Они растерянно смотрели то на своего босса, то на Лань Ванцзи, не понимая, что происходит. Ванцзи посмотрел на них, затем на Вэй Ина. — В таком случае, — сказал он ровным голосом, — ты будешь вынужден подписать Гарантийное обязательство жнеца. — Нет! — крикнули одновременно Сюэ Ян и Вэнь Нин. Но Ванцзи тут же их обездвижил. Вэй Ин усмехнулся. Он посмотрел на мальчика, на отца, на Ванцзи и щёлкнул пальцами. Мгновение — и мальчик стал видимым. А-Чэн шагнул к отцу. Сюэ Ян и Вэнь Нин, прислонившись к стене, медленно спустились по ней на пол, закрывая руками свои лица. Они знали, что это значит. — Папа! Я здесь! Чэнь Вэй поднял голову. Он увидел своего сына, живого, стоящего на краю, протягивающего к нему руки. — А-Чэн? — прошептал он. — Я люблю тебя, папа, — сказал мальчик. — Ты не виноват. Ты — самый лучший отец в мире. Ты ещё молодой. Ты снова полюбишь, у тебя будет ещё один сын. И это снова буду я. Мы будем вместе. Я обещаю. В этот момент подбежал Бо. Он перехватил руку мужчины и вместе с Вэй Ином вытащил его на площадку. Чэнь Вэй упал на колени, рыдая так громко, что эхо разносилось по всему этажу. В проходе появились жнецы из отдела сопровождения. Они подошли к мальчику и взяли его за руки. А-Чэн обернулся к отцу и улыбнулся в последний раз. — Я люблю тебя, папа, — прошептал он. И исчез. Ванцзи стоял неподвижно. Его лицо было каменным, но в глазах мелькнула боль. — За мной, — сказал Ванцзи ровным, холодным голосом. Вэй Ин кивнул, чувствуя, как внутри всё сжимается. Он знал, что за этим последует. Вэй Ин перевёл взгляд на Сюэ Яна и Вэнь Нина, которые всё ещё сидели на полу, закрыв лица руками. Он не сказал ни слова. Просто исчез вслед за Ванцзи. — А куда это он? — Бо непонимающе посмотрел на двоих, сидевших у стены.

***

Тишина здесь была плотной, как вода. Ванцзи стоял у стола, спиной к Вэй Ину. Он не обернулся, когда тот появился. — Ты знаешь, что это значит, — сказал он, и голос его звучал ровно, без эмоций. — Знаю, — ответил Вэй Ин. Ванцзи открыл ящик стола. Достал лист бумаги тонкий, с печатью Чертога Врат. Он подошёл к Вэй Ину и протянул ему бумагу, не глядя в глаза. — Подпиши, — сказал он холодно. Вэй Ин взял ручку, лежавшую на столе, и подписал. — Готово, — сказал он, возвращая бумагу. Ванцзи забрал документ и холодно сказал: — Теперь ты знаешь, что я могу потребовать от тебя полного подчинения в любой момент. Ты больше не свободен. Вэй Ин посмотрел на него, в его глазах было понимание, но не сожаление. Он смотрел на него ещё мгновение, но Ванцзи так и не поднял глаз. Тогда Вэй Ин исчез. В кабинете остался только Ванцзи. Он стоял неподвижно, сжимая лист в руках. Потом медленно подошёл к столу, аккуратно положил бумагу в ящик, закрыл его и только тогда позволил себе опуститься в кресло. Он обхватил голову руками, и по его телу пробежала дрожь. Глухие, сдавленные рыдания сотрясали его плечи. Он не плакал громко, он плакал так, как умеют только те, кто всю жизнь держал всё в себе. Ванцзи думал о том мгновении, когда там на крыше они с Вэй Ином были на одной волне, ещё один шаг… и вот сейчас вернулись в их личную пустошь.

***

Бо, Сюэ Ян и Вэнь Нин проводили Чэнь Вэя в палату. Мужчина лежал на койке, глядя в потолок. Он больше не плакал. Он просто смотрел и молчал. — Он справится, — тихо сказал Вэнь Нин. — Он должен справиться, — ответил Бо. Они вышли в коридор. Сюэ Ян оглянулся на дверь палаты, и в его глазах мелькнуло что-то. — Пусть только попробует не справиться… Они исчезли, оставляя за собой только тишину и свет, пробивающийся сквозь больничные окна.