Чернила из будущего

Всю ночь Гермиона не сомкнула глаз. Строчка «А кто сказал, что это не я?» горела перед её мысленным взором, лишая способности здраво рассуждать. Внутри бушевал ураган из шока, неверия и нарастающего возмущения. Если это Малфой, то зачем весь этот глупый, затянувшийся карнавал? Зачем признаваться в любви через заколдованный пергамент и одновременно строить из себя джентльмена в министерском буфете? Он играет с ней? Проводит какой-то жестокий эксперимент? К восьми утра от её привычной рассудительности не осталось и следа. Едва переступив порог Министерства, Гермиона решительно проигнорировала собственный этаж и поднялась на уровень Департамента международного магического сотрудничества. Она без стука распахнула тяжелую дубовую дверь кабинета Малфоя. Драко сидел за столом, просматривая утреннюю почту. От резкого звука он поднял голову, и в его глазах промелькнуло удивление, которое тут же сменилось мягкой улыбкой. — Грейнджер? Доброе утро. Ты какая-то бледная, всё в порядке?.. — В какие игры ты играешь, Малфой?! — с порога выпалила она, тяжело дыша. Голос её дрожал от гнева и усталости. — Чего именно ты хочешь добиться? Поразвлечься решил? Посмотреть, как ловко ты сможешь обвести меня вокруг пальца? Драко медленно отложил перо. Улыбка исчезла с его лица, уступив место полнейшему недоумению. — Грейнджер, о чём ты говоришь? Какая муха тебя укусила с утра пораньше? — Не делай из меня дуру! — Гермиона сделала несколько быстрых шагов к его столу и с силой бросила на полированное дерево сложенный лист пергамента. — Твои письма! Твои ночные записки! То ты ревнуешь, то пишешь, что это ты и есть! А днем приносишь кофе и заглядываешь в глаза. Хватит, Малфой! Мне надоели эти загадки! Драко перевел взгляд на чистый лист бумаги, затем снова на Гермиону. На его лице отразилось искреннее, неподдельное замешательство. — Письма? Гермиона, клянусь Мерлином, я не понимаю, о чём ты. Я не писал тебе никаких писем. Единственное, что я сделал — это пригласил тебя на вино и принес кофе. Всё. — Ложь! — воскликнула она, хватая со стола перо, обмакивая его в чернильницу Драко и яростно выводя на пергаменте прямо перед его лицом: «Хватит врать! Я сейчас прямо перед тобой Малфой и лучше тебе мне не врать!» Драко нахмурился, вставая со стула и облокачиваясь на стол, чтобы лучше видеть. На его глазах написанные строчки впитались в бумагу. Несколько секунд ничего не происходило. Малфой уже открыл рот, чтобы сказать, что она сошла с ума, как вдруг на чистой поверхности начали стремительно проступать новые буквы. Драко замер, его зрачки расширились от шока. Он физически видел, что никто не касается пера, но текст появлялся. Гермиона лихорадочно читала проступающие слова: «Он не врет, Гермиона. Он действительно ничего не знает. Обернись и посмотри на него — в его глазах сейчас только искреннее непонимание. Он — это твое настоящее. А я — твое будущее. Точнее, один из его вариантов». У Гермионы подкосились ноги. Она едва удержалась за край стола. Драко рядом с ней тяжело дышал, не отрывая взгляда от пергамента. — Что это за чертовщина?.. — прошептал он, и его голос впервые со школьных времен прозвучал испуганно. Гермиона, с трудом попадая по бумаге дрожащими пальцами, быстро дописала ниже: «Я ничего не понимаю. Объясни.». Ответ пошел длинным, сплошным потоком, словно отправитель на том конце магии так долго ждал этого момента, что теперь буквы едва успевали складываться в предложения: «Я пишу тебе через хронологический карман пергамента из будущего. Из времени, где со дня твоего утреннего собрания в Министерстве прошло ровно пять лет. В моем времени, Гермиона... через две недели ты выходишь замуж за другого человека. Не за Уизли, нет. За хорошего, достойного мага. А я... я сижу в своем пустом кабинете, смотрю на пригласительную открытку с твоим именем и сгораю от застарелой, невыносимой боли. Потому что в моем прошлом — в твоем настоящем — я так и не набрался смелости подойти к тебе в коридоре после того собрания. Я испугался, промолчал, спрятался за маской безразличия и упустил тебя навсегда. Я совершил самую страшную ошибку в своей жизни. И это единственное, что я по-настоящему хотел исправить. Я заколдовал этот пергамент и отправил его в прошлое не для того, чтобы запутать тебя. А для того, чтобы подтолкнуть самого себя. Чтобы заставить его — Драко из твоего времени — сделать тот первый шаг, на который я сам когда-то не решился. Посмотри на него, Гермиона. Он любит тебя уже сейчас. Просто боится признаться. Дай ему шанс изменить мое будущее». Буквы вспыхнули слабым золотистым светом и начали медленно, навсегда исчезать, оставляя пергамент абсолютно чистым. Волшебство кармана времени иссякло, выполнив свою задачу. В кабинете повисла оглушительная, звенящая тишина. Было слышно только, как за окном шумит лондонский дождь. Гермиона стояла, не в силах поднять глаз, чувствуя, как по щеке катится горячая слеза. Вся эта история... все эти письма были криком души человека, который потерял её в будущем и попытался спасти в прошлом. Она медленно повернула голову и посмотрела на реального Драко. Малфой стоял бледный как смерть. Он переводил взгляд с опустевшего пергамента на Гермиону, и в его серых глазах больше не было масок. В них отражалось всё то, о чём только что написал его будущий двойник: глубокое, ошеломляющее осознание, страх упустить её и... та самая любовь, которую он так тщательно прятал все эти годы.