Глава 129
22 июня 2026 г., 16:17
На следующее утро к самым городским воротам прибыл посланник и потребовал открыть город.
Услышав его слова, Лян Фэн едва не рассмеялся от злости.
Помочь Чэндускому князю? Эти лёгкие всадники вполне могли бы обойти через Хуанхэ. Зачем им непременно идти через проход Байсин? Он должен был полностью потерять разум, чтобы открыть горный проход и впустить врага!
Однако вскоре Лян Фэну стало совсем не до смеха. Стоя на городской стене, он с мрачным выражением лица смотрел вниз. Вдалеке появилась плотная масса конницы. Около трёх тысяч всадников, совершенно не обращая внимания на оборону города, остановились менее чем в трёх ли от стен и начали разбивать лагерь.
Ржание коней, блеск оружия — даже издалека их присутствие внушало сильное давление. Любой человек, разбирающийся в военном деле, знал: кавалерия не предназначена для штурма городов. Даже хунну не стали бы без необходимости бросать такую отборную конницу прямо под стены Лучэна.
Но на этот раз прибыли не только всадники. Вдали всё новые и новые конные отряды гнали перед собой людей к лагерю. Эти люди, спотыкаясь, плача и крича, были вовсе не солдатами. Это были крестьяне в изорванной одежде!
— Господин, они начали грабить ближайшие деревни. Среди них также много хунну, — зрение И Яня было превосходным, и он сразу заметил, что часть людей одета иначе.
Даже несмотря на то, что заранее были отправлены предупреждения и все города по дороге усилили оборону, многие деревни всё равно не могли защититься. Тем более на пути находилось несколько поселений хунну. Набрать там людей было делом совсем простым.
Враг явно собирался использовать этих людей как передовой отряд для атаки на центр округа.
Лян Фэн сжал кулаки. Он был абсолютно уверен, что сможет удержать Лучэн. Но как быть с людьми за стенами? Разве он мог просто позволить врагу использовать жителей его земель для нападения на его же город?!
И Янь прекрасно почувствовал гнев рядом с собой. Даже ему самому было тяжело это вынести. Если бы у него была тысяча всадников, он немедленно вывел бы их за стены и застал противника врасплох, но сейчас в Лучэне было меньше пятисот защитников.
Кроме как держать оборону, другого выбора не оставалось. Глубоко вдохнув, он тихо сказал:
— Господин, спуститесь со стены. Они скоро начнут штурм.
Враг совершил стремительный марш, затем начал грабить население. Он не станет терять время и вскоре обязательно организует пробную атаку, а когда начнётся бой, оружие не различает людей.
И Янь не мог позволить господину рисковать жизнью на стене. По логике, в такой момент Лян Фэн должен был стоять наверху и поднимать боевой дух. Однако тот лишь взглянул на происходящее внизу и сказал:
— Я отправлю на стены больше крепких молодых мужчин. Вам не нужно сражаться слишком яростно. Обманите врага и постарайтесь сохранить силы.
Этот приказ звучал не слишком разумно, но И Янь слишком хорошо знал своего господина. Раз он так сказал — значит, у него наверняка был план.
— Господин, можете не беспокоиться.
Лян Фэн больше не задерживался. Он быстро спустился со стены. Даже не взглянув на стоящую рядом повозку, он вскочил на коня и громко приказал:
— На западную сторону города!
__________
— Господин, посланника прогнали обратно. Лучэн не собирается открывать ворота.
Услышав это, Лю Вэй ничуть не удивился. Тот, кто осмелился уничтожить пятьсот отборных всадников хунну, определённо не был трусом. Защищать город было самым правильным решением. Но что с того?
Если они будут давить три дня, Хугуань всё равно будет вынужден отправить помощь. Сейчас в государстве Цзинь почти не осталось настоящих окружных войск. Большинство городов были настолько слабо защищены, что их можно было взять без особого труда.
Даже если этот тайшоу был достаточно стойким, долго он не продержится.
Легко взмахнув плетью, Лю Вэй сказал:
— Через полчаса начинаем штурм.
Без подвоза продовольствия и тыла даже награбленные запасы не позволят им продержаться долго. Нужно было как можно скорее взять город.
Через полчаса под угрозами вооружённых до зубов всадников крестьяне, которых захватили в плен, понесли на спинах тяжёлые мешки с песком и дрожащими ногами направились к стенам.
Насыпать землю и строить осадную насыпь было грубым и медленным способом. К тому же люди, переносившие землю и камни, были совершенно беззащитны перед стенами, поэтому потери среди них были огромными.
Но сегодня всё было иначе. Молодые мужчины, стоявшие на стенах, просто не могли заставить себя стрелять. Почему? Потому что впереди шли жители окрестностей Лучэна.
Некоторые из них даже были знакомы защитникам. В такой ситуации кто мог без колебаний убивать? Тем более что за спинами этих людей стоял настоящий враг — конница.
Хунну разделили свои силы на несколько отрядов и начали атаки волнами. Это были лучшие из лучших. Их мастерство стрельбы с коня естественно было выдающимся.
Разогнав коней до скорости менее чем в ста шагах от стены, они натянули луки. Стрелы, словно стая саранчи, обрушились сверху и ударили по стенам. На стенах было много простых жителей. Кто из них видел подобное раньше?
К счастью, И Янь мгновенно среагировал и громко приказал:
— Щиты вверх!
Ряд воинов семьи Лян поднял щиты и с трудом прикрыл остальных от дождя стрел. Однако едва одна волна закончилась — за ней последовала следующая!
Под прикрытием конницы носильщики подошли к стенам, поспешно сбросили мешки и развернулись назад, а за ними уже двигалась вторая группа.
Одних только захваченных жителей, которых заставили таскать землю, было несколько сотен. Если позволить им продолжать, неважно, смогут ли они насыпать вал. Боевой дух защитников уже мог рухнуть.
Чтобы запутать врага, нельзя было лишь пассивно избегать боя. Когда поток стрел немного ослаб, И Янь немедленно приказал:
— Приготовить катящиеся брёвна! Ждать моего сигнала!
Не обращая внимания на остальных, он быстро подошёл к огромному арбалету, установленному на углу стены. На стене стояло всего шесть таких тяжёлых арбалетов. Все они уже были натянуты и готовы к выстрелу. До этого момента их ещё не использовали.
И Янь навёл арбалет на приближающуюся конницу и громко крикнул:
— Бросайте брёвна!
С этими словами он резко нажал на спуск.
Только и раздался свист — «шух!» — и похожая на копьё арбалетная стрела сорвалась с тетивы. Этот арбалет мог пробить цель на расстоянии в четыреста шагов, и сейчас его болт угодил прямо в конный строй, насквозь прошив сразу двух лошадей, превратив их в окровавленные мешки.
Пользуясь мгновением замешательства среди всадников, крепкие молодые мужчины на стене подхватили заранее приготовленные брёвна и сбросили их вниз.
Снизу тут же раздались несколько душераздирающих криков. Брёвна покалечили нескольких человек и заставили остальных из числа работных людей остановиться. Но за их спинами всё ещё стояли хуннские всадники. Если пойти вперёд — был шанс выжить, а если попытаться бежать — смерть была неминуема. Никто не осмеливался остановиться.
В конце концов, это была отборная хуннская конница. Хотя внезапный удар городского арбалета на миг привёл их в замешательство, они быстро пришли в себя и снова бросились к стенам. Передовой отряд как раз и предназначался для того, чтобы выяснить расположение сил на укреплении. Если бы враг не отвечал, им было бы даже сложнее подготовить настоящее наступление.
Так продолжалось около получаса: атака сменялась обороной, и наконец один из конных командиров подъехал с докладом:
— Генерал, на стенах всего шесть больших арбалетов. Лучников — примерно больше тридцати.
Число почти совпадало с его ожиданиями. Лю Вэй посмотрел на редкие стрелы, падавшие со стены, и холодно усмехнулся:
— Засеките время, за которое городские арбалеты снова натягиваются. Атакуйте волнами, чередуя отряды. Стрелы беречь, пусть эти работники идут впереди. Если они будут держать натиск весь сегодняшний день, завтра у них уже не останется сил обороняться. А если не хотят, чтобы город пал, им придётся просить помощи у Хугуаня.
Лю Вэй никогда и не рассчитывал, что из одних лишь этих простолюдинов удастся сложить настоящую осадную насыпь. Такой приём был лишь уловкой против воли защитников.
Очевидно, обороняющиеся не были достаточно жестокими, чтобы безжалостно бросать людей на смерть, но и позволить ему захватить город они тоже не могли. Такая изнурительная оборона не продлится и дня — вскоре они будут полностью вымотаны. А когда человек истощён и охвачен страхом, он неизбежно допускает ошибку. Тогда победа сама упадёт в руки.
Уверившись, что выяснил силы противника, Лю Вэй немедленно приказал разделить конницу на двенадцать отрядов и по очереди отправлять их в атаку, чтобы сберечь силы лошадей.
Глядя на хуннских всадников, которые начали спешиваться и отдыхать у подножия стены, в лазурных глазах И Яня вспыхнул холодный убийственный блеск.
Значит, они решили сыграть с ними в войну на истощение? Что ж. Он будет сопровождать их до конца.
— Вражеская конница ослабила бдительность, временно они не смогут ворваться на стены. Всем собраться! Убить как можно больше хуннов!
Под крики И Яня молодые воины постепенно обрели уверенность и начали кое-как организовывать оборону. Обе стороны вынашивали свои замыслы — и битва медленно превращалась в борьбу на изматывание.
__________
— Правитель округа, что вы здесь делаете?
Увидев Лян Фэна, прибывшего верхом, Гэ Хун был действительно поражён. Что могло заставить этого человека так спешно явиться сюда?
— Отборная хуннская конница уже у стен города. Мне нужен порох, чтобы отбиться от врага! — Лян Фэн сразу перешёл к делу.
— Порохом можно отбиваться от врага?
Гэ Хун вздрогнул. Он не ожидал, что хунны подойдут настолько быстро. Но как порох поможет против конницы? По своей убойной силе он ведь всё ещё уступал лукам и арбалетам!
В прошлый раз взрыв печи действительно был устрашающим. Однако больше цзиня пороховой смеси лишь раскололи медную печь, оставив в ней трещину.
Если рассчитать, то сотни цзиней пороха, заложенные под стеной, действительно могли бы разрушить укрепление. Но всадники — не стена. Они двигаются!
Неужели нужно прорыть подкоп прямо под их лагерем? Даже если удастся сделать это незаметно, имеющегося у него количества пороха всё равно не хватит.
— Я не собираюсь использовать порох, чтобы напрямую убивать врагов, — пояснил Лян Фэн. — Мне нужно нечто, что создаст громкий звук и вспышку света. Как петарда, только в сотню раз сильнее!
Лян Фэн лучше всех понимал настоящее назначение пороха. Но сейчас он не мог изготовить ни длинные копья, ни пушки. Не говоря уже о качестве ковки — сама мощность смеси была ещё слишком мала. Поэтому использовать можно было лишь его самое древнее применение.
— А! Правитель округа хочет применить хитрость? — Гэ Хун, имевший военный опыт и читавший трактаты о стратегии, мгновенно понял его замысел.
Лян Фэн холодно улыбнулся:
— Именно. Если бы ты смог заставить вспышку пороха менять цвет — например, становиться синей или белой — было бы ещё лучше.
— Есть несколько лекарственных составов, которые можно попробовать.
Гэ Хун без колебаний развернулся и направился в алхимическую комнату.
Лян Фэн же повернулся к охране:
— Отправляйтесь в мастерскую и найдите двух самых искусных мастеров. Лучше всего — тех, кто хорошо разбирается в изготовлении луков и стрел. Ещё принесите бамбуковые палки и бумагу из конопли!
Неважно, поняли ли они полностью его приказ, Лян Фэн всё равно последовал за Гэ Хуном и вошёл в маленькую комнату.
Стражник не осмелился медлить и бросился выполнять приказ. Вскоре маленькая даосская обитель у подножия горы, прежде такая тихая и уединённая, больше не была похожа на себя.
__________
Угасающее солнце медленно склонилось к западу. И Янь стоял на городской стене и смотрел на лагерь хуннской конницы, разбитый неподалёку. Он тяжело выдохнул, выпуская накопившееся раздражение.
За весь этот день они убили меньше сотни всадников. И то лишь благодаря городским арбалетам и ручным арбалетам удалось немного потрепать противника.
Рабочих людей, которых враг гнал перед собой, тоже погибло несколько десятков — большинство от ударов сброшенных брёвен, остальные были намеренно поражены его стрелами среди хуннской пехоты.
Но даже так враг нисколько не потерял боеспособности. А вот за его спиной молодые бойцы уже сменились двумя партиями. Даже новобранцы из резерва были полностью брошены в бой. Лишь основные силы он удерживал, сохраняя их для решающего момента.
Такая битва была настолько мучительной, что от злости хотелось скрежетать зубами.
Если бы на его месте оказался горячий и нетерпеливый командир, тот, вероятно, уже не выдержал бы и приказал провести мощную контратаку.
Но И Янь не дрогнул ни на мгновение. Не только потому, что так велел господин. Он и сам ясно понимал: перед лицом такой атаки даже самая яростная ответная атака ничего не изменит.
Чтобы разбить врага, оставался лишь один путь — сражение в открытом поле! Но как именно пробить их лагерь?
Противник был настоящим мастером. Даже разбив лагерь, они не оставили ни единой очевидной слабости. Даже ночной рейд, скорее всего, не даст большого результата.
Позади раздался тихий голос воина:
— Командир И, правитель округа зовёт вас.
И Янь ещё раз взглянул на далёкий вражеский лагерь, затем развернулся и направился вниз, к городским воротам.
