Глава 137
22 июня 2026 г., 22:11
— Не Сюань потерпел поражение?!
Услышав эту весть, Сыма Тэн едва не пришёл в ярость!
Это ведь был первый поход, который он отправил против хунну, и уже первое сражение закончилось таким поражением — причём сокрушительным! Как тут было не разгневаться и не потрястись от неожиданности?!
Ведь всего несколько дней назад из Лучэна донесли о победе. Разве не удалось тогда обратить вспять пять тысяч вражеских всадников? Почему же у Не Сюаня всё обернулось полным разгромом?
Посланник поспешно объяснил:
— Полководцы хунну оказались хитры. Они окружили лагерь генерала Не с трёх сторон, и тот не смог противостоять им в открытом бою. Генерал Не уже собрал остатки войска и намерен удерживать Янъи…
Удерживать Янъи? И что с того?!
Его целью было разбить центральные силы хунну, чтобы Цзиньянь оставался в безопасности. Какой толк от одного жалкого Янъи?!
Так вот оно что… Войска, отправленные ранее к Лучэну, наверняка были всего лишь уловкой хунну!
Изначально Лю Юань вовсе не собирался посылать лучших воинов на помощь Чэндускому князю. Он лишь сделал видимость, позволив Лян Фэну случайно добиться успеха. А он, Сыма Тэн, ошибочно решил, что хунну слабы, поверил самодовольным речам Не Сюаня — и в итоге получил сокрушительное поражение!
Проклятые варварские псы!
Сыма Тэн резко повернулся к советникам и громко спросил:
— Есть ли у вас какой-нибудь план?!
Услышав о поражении Не Сюаня, чиновники военной канцелярии тоже были потрясены. Старший секретарь Гао ненадолго задумался, а затем сказал:
— Господин князь, возможно, стоит попросить помощи у сяньбийцев. Племя Суото в Дайцзюне всегда подчинялось императорскому двору. Если нам удастся получить несколько тысяч воинов, они наверняка смогут одолеть хунну!
В то время Тоба Сяньби поддерживали хорошие отношения с Цзинь. Под «племенем Суото», о котором говорил Гао, подразумевалась одна из ветвей центральных сил Тоба Сяньби, жившая к северу от перевала Цаньхэ в Дайцзюне.
Их вождь Тоба Ии обладал немалыми талантами. За несколько лет он пересёк северные пустыни, покорил более тридцати племён и значительно укрепил могущество Суото. Кроме того, он назначил ханьца Вэй Цао своим помощником, поручив ему управление внутренними делами племени.
Такой варварский род, столь близкий к Цзинь, — попросить у него войска было не слишком трудно.
Услышав слова Гао, Сыма Тэн немедленно кивнул:
— Отправьте людей к Суото за войском! Пусть эти варварские псы увидят, насколько мы сильны!
Ранее Ван Цзюнь, взяв в долг войска у дуаньских сяньбийцев, смог разгромить многотысячную армию Чэндуского князя. Если же ему удастся получить помощь Тоба Сяньби, то он наверняка сможет разбить старого Лю Юаня и уничтожить его государство.
По сравнению с собственной безопасностью ненависть к варварам уже не казалась такой важной.
Немного подумав, Сыма Тэн снова сказал:
— Ныне Шандан можно считать относительно спокойным. Пусть Линху Куан возвращается с войсками в Цзиньянь. А У Лину передать его должность — пусть охраняет Хугуань и ближайшие проходы.
Такое распоряжение было несколько рискованным, но сейчас, после поражения Не Сюаня, ему отчаянно не хватало людей.
Линху Куан происходил из влиятельного рода в Бинчжоу, а его дядя Линху Шэн был старым военачальником. Если уж появилась такая возможность — стоило воспользоваться ею и поднять положение рода Линху.
Что же до Шандана — пока Лучэн и Хугуань будут удержаны, всё должно быть в порядке.
Хотя Сыма Тэн и не питал особой симпатии к Лян Цзыси, нельзя было отрицать: тот действительно был настоящим прославленным мужем слова. Если он находился там, Шандан наверняка оставался в безопасности.
Быстро приняв решение, Сыма Тэн отдал приказы. Два отряда посланников покинули Цзиньянь и отправились каждый выполнять свою задачу.
__________
— Генерал Линху отправляется на север, в Цзиньянь, а его место займёт генерал У?
Глядя на молодого мужчину перед собой, Лян Фэн не смог скрыть удивления.
— Князь Дунъин распорядился, и боюсь, уже завтра я должен буду покинуть вас. Генерал У тоже получил приказ — вскоре прибудет в Хугуань.
Получив известие из Цзиньяня, Линху Куан сразу же поспешил в Лучэн, чтобы объяснить ситуацию Лян Фэну.
Во-первых, их отношения действительно были хорошими. Во-вторых, оставался вопрос о будущем И Яня — и он был довольно сложным.
Сейчас И Янь формально числился его подчинённым и даже забрал с собой тысячу солдат. Естественно, это требовало серьёзного обсуждения.
Как Лян Фэн мог не понять скрытого смысла его слов?
Но тысяча воинов, которых он с таким трудом обучал, которые только что прошли через подавление разбойников и вкусили кровь настоящего боя, — как можно было просто отдать их?
А кроме того, был ещё И Янь!
Лян Фэн слегка улыбнулся:
— Теперь, когда генерал Не потерпел поражение, князю Дунъину, вероятно, придётся сильно рассчитывать на генерала Линху. Отправиться в Цзиньянь — тоже хорошее дело. Однако недавно в Нэсяне вспыхнуло восстание разбойников, а некоторые даже пытались вступить в сговор с мнимой Хань. Нам пришлось провести зачистку, и поэтому часть войск была потеряна…
Услышав смысл между строк, Линху Куан сразу всё понял.
Этот человек не собирался возвращать ему войско. Более того, он хотел обменять его на боевые заслуги.
В битве при Нэсяне ведь было уничтожено почти тысяча разбойников?
После недолгих размышлений Линху Куан кивнул:
— Шандан действительно пока нельзя назвать полностью спокойным. Я сам подам доклад князю Дунъину. Вероятно, ещё тысячу человек следует оставить здесь, чтобы охранять Хугуань. Только… неизвестно, хватит ли генералу У этих сил?
Так, незаметно прибавляя и убавляя, тысяча человек осталась в Хугуане. Но теперь эти солдаты фактически переходили под руку Лян Фэна. А согласится ли новый начальник У Лин — он пока не знал.
— Об этом генералу Линху не стоит беспокоиться. Генерал У всегда был со мной в хороших отношениях, он сможет удержать Хугуань. Если же войск не хватит — можно набрать людей среди беженцев.
Лян Фэн сразу согласился. В этом он был уверен.
У Лин был его старым знакомым. Они даже вместе делили добычу — и делали это весьма весело. Такая мелочь не могла стать проблемой.
К тому же в бою хуже всего — когда командование разделено между несколькими людьми. С Линху Куаном ему было не всегда удобно работать, а с У Лином таких трудностей не возникнет.
Услышав такую уверенность Лян Фэна, Линху Куан наконец вздохнул с облегчением.
— Тогда это лучший исход.
После того как вопрос с людьми был решён, Лян Фэн наконец успокоился:
— Отправляясь в Цзиньянь, генерал, скорее всего, столкнётся с тяжёлой битвой против хунну. Будьте осторожны.
Линху Куан давно слышал о просьбе занять войска у сяньбийцев, поэтому лишь улыбнулся:
— Об этом правителю округа беспокоиться не стоит. Князь Дунъин уже отправил посланников в Дайцзюнь. Скорее всего, он получит помощь Тоба. Железная конница сяньбийцев считается лучшей под небесами — даже хунну при встрече с ней будут вынуждены отступить.
__________
Проводив Линху Куана, Лян Фэн тихо вздохнул.
Даже если он плохо помнил этот период истории, он знал одно: императоры Северной Вэй носили фамилию Тоба.
Хотя он уже не помнил точно, когда именно Северная Вэй возникнет как государство, эти кочевники в итоге станут хозяевами севера после трёх столетий великой смуты.
Неужели сегодняшнее решение Сыма Тэна использовать Тоба Сяньби уже заложит основу будущего расцвета этого рода?
Но далёкие тревоги всё равно не могли сравниться с ближайшей угрозой. И для Сыма Тэна, правителя Бинчжоу, и для него самого, правителя Шандана, хунну были опасностью, стоящей прямо у ворот.
Оставалось лишь надеяться, что эта взятая в долг сильная армия сможет хоть немного стабилизировать положение в Бинчжоу.
Немного подумав, Лян Фэн сказал:
— Позовите военного командира И.
Вскоре И Янь широким шагом вошёл в кабинет.
— Господин, вы звали меня?
— Генерал Линху покидает Шандан.
Услышав это, И Янь сразу сжал кулаки. Он ведь числился офицером под началом Линху Куана. А что теперь будет с тысячей воинов?!
Лян Фэн улыбнулся и махнул рукой:
— Боюсь, тебе не о чем беспокоиться. Я уже всё обсудил с генералом Линху. Тысяча человек останется охранять Хугуань и поможет новому генералу У защищать Шандан. Кроме того, в следующем году мы ещё расширим армию и пополним гарнизон.
Услышав это, И Янь сразу понял. Господин специально заключил эту сделку ради него. А новым начальником после Линху Куана становился У Лин — человек, с которым было гораздо легче иметь дело.
Напряжение, державшееся в груди, постепенно исчезло. А вслед за этим появилась тёплая волна благодарности. Господин всегда выбирал для него лучший путь. Всегда оставлял его рядом.
Опустив голову, И Янь тихо сказал:
— Всё будет устроено так, как пожелает господин.
Не заметив этой мгновенной перемены в его мыслях, Лян Фэн продолжил:
— Этой зимой хунну, скорее всего, полностью сосредоточатся на борьбе с князем Дунъином. При помощи сяньбийцев Цзиньянь может и не проиграть. Это даст нам немного времени.
Нужно как можно быстрее обучить беженцев и усилить наши отряды. Когда генерал У прибудет, ты вместе с ним отправишься в Хугуань. Не только Хугуань — нужно привести в порядок и остальные проходы.
Помимо военного дела есть ещё народное хозяйство. Теперь он уже не был прежним наивным человеком. Всё время, которое можно было выиграть, нужно было вырвать. Любым способом. Нужно было сохранить этот маленький округ. Лишь когда появится возможность защитить себя — можно будет думать о чём-то ещё. Времени не было.
__________
В бамбуковой роще раздался тихий шелест. Какая-то фигура съёжилась и присела, пытаясь спрятаться ещё глубже. Но одежда на нём была совсем не предназначена для игр — полный императорский наряд с короной и церемониальным одеянием.
В таком виде, даже хорошо зная каждый уголок этого императорского сада, невозможно было избежать чужих взглядов.
Вскоре шумные шаги стали приближаться.
Солдаты заметили спрятавшегося среди бамбука Сына Неба и громко закричали. Не обращая внимания на то, как император цеплялся за ветви и умолял оставить его, они вытащили этого владыку Поднебесной из рощи и привели перед своего главнокомандующего.
Даже не слезая с коня, Чжан Фан недовольно махнул плетью:
— Ваше Величество, мир ныне погружён в смуту. Повсюду восстают варвары и разбойники. Во дворце слишком мало людей. Прошу вас последовать за мной в военный лагерь — там ваша безопасность будет лучше обеспечена.
Его тон был крайне груб. Даже этот средних лет мужчина с рассеянным выражением лица понял, что что-то не так, и тут же разразился плачем.
Но разве во дворце ещё оставалась охрана? После того как Чжан Фан вошёл в Лоян, он уже три месяца находился там. За эти три месяца, не говоря уже о богатствах города, даже могила рано умершей дочери Цзя Хоу — скорбящей императорской принцессы Айсянь — была полностью разграблена.
Перед этими жестокими, словно волки, солдатами и разбойниками кто осмелился бы выйти вперёд и защитить достоинство императора?
Наконец не выдержал стоявший рядом глава секретариата Лу Чжи:
— Ваше Величество, лучше последуйте словам правого генерала. Я бесполезен, но всё же сделаю всё возможное, чтобы охранять вас и не отходить от вас ни на шаг.
Будучи единственным человеком здесь, кто понимал происходящее, Лу Чжи прекрасно знал, чего хотел Чжан Фан.
Ранее губернатор Юйчжоу князь Фаньян и губернатор Сюйчжоу князь Дунпин совместно потребовали, чтобы Чжан Фан покинул Лоян и передал императора. Но князь Хэцзянь, едва заполучивший столь драгоценную добычу, конечно же, не желал отступать и категорически отказывался выводить войска.
Так они и зашли в тупик.
А затем братья князя Дунхая — князь Пинчан и князь Гаоми — начали подливать масла в огонь, ещё сильнее усложняя ситуацию.
Но солдаты Чжан Фана из Гуаньчжуна больше не могли терпеть. Даже если Лоян позволял им грабить, всё ценное уже давно было вынесено.
Погода становилась холоднее — кто захотел бы оставаться в этом одиноком городе?
Все начали требовать возвращения в Чанъань. В такой ситуации Чжан Фан прежде всего думал о настроении армии.
Раз уж их господин, князь Хэцзянь, больше всего дорожил этим императором в Лояне, разве не проще было просто перевезти его в Чанъань?
Так эта толпа военных и ворвалась во дворец, похитив Сына Неба. Перед таким жестоким безумцем разве был другой выход? Лу Чжи не мог его найти. Оставалось лишь временно подчиниться и отправиться в Чанъань.
Под непрерывными уговорами Лу Чжи плач императора постепенно стих.
Всхлипывая, он спросил:
— Могу ли я взять с собой дворцовых служанок и сокровища?
Чжан Фан удивлённо рассмеялся:
— Если будет императорский указ, то я конечно же, подчинюсь.
Увидев, как император с облегчением выдохнул, а всадник перед ним улыбнулся жадной улыбкой, Лу Чжи лишь закрыл глаза.
Но что теперь можно было изменить?
В тот же день император переселился в военный лагерь Чжан Фана. С ним не было ни торжественной свиты, ни церемоний — только двенадцать малых евнухов и один Лу Чжи.
А Чжан Фан, получив императорский указ, повёл войска во дворец.
Они грабили, хватали всё, что попадалось под руку, забирали дворцовые склады. Даже занавеси и кисти украшений срезали, чтобы подложить под сёдла.
Если бы Лу Чжи не умолял его изо всех сил, убеждая не уподобляться Дун Чжо, возможно, этот человек сжёг бы дворец и императорский храм.
Но даже если не сжёг — что изменилось? Накопленные двумя династиями Вэй и Цзинь богатства, четыре миллиона отрезов шёлка, сотни мер золота, серебра и драгоценностей — всё исчезло за один раз.
Через три дня Чжан Фан, с набитыми мешками, плачущими дворцовыми служанками и самим императором, а также князьями Чэнду, Юйчжан и другими, покинул столичный Лоян и направился обратно в Чанъань.
