Глава 150
23 июня 2026 г., 14:33
— Генерал! Передовой лагерь пал под натиском врага! Усянь и Чжунду потеряны! Цзинлин разрушен, более двадцати тысяч человек перебиты!
Услышав этот доклад, тело Линху Куана качнулось, и он едва удержался на ногах.
Резня в городе! Хунну действительно устроили резню!
Цзинлин был небольшим городом, расположенным в Тайюаньском княжестве, недалеко от ставки правого крыла хунну — Цисяня. Ранее войска Тоба пришли на помощь и по пути вытеснили врага за пределы Тайюэня. Вместе с Цисянем они вернули шесть-семь городов.
Кто бы мог подумать, что всего за несколько месяцев эти варвары снова вернутся с армией — и полностью уничтожат Цзинлин?!
Это была месть? Или предупреждение другим?
Но теперь положение Цисяня стало крайне опасным.
После того как угроза резни нависла над городами, армия хунну очень скоро вернёт себе эту крепость, которую их роды создавали несколько поколений, а потеря Цисяня означала, что до Цзиньяна врагу останется меньше одного дня пути.
Как им теперь обороняться?
— Немедленно сниматься с лагеря! Главные силы идут со мной на помощь Цисяню! Остальные направляются к Далину и готовятся к обороне! Кроме того, срочно отправьте послание в Цзиньян — попросите Дунъинского гуна выслать подкрепление!
Времени на размышления не оставалось, и Линху Куан громко отдал приказ.
Однако этот приказ не получил поддержки среди воинов. Один из младших генералов тут же вышел вперёд:
— Генерал Линху, на этот раз хунну ведут пятьдесят тысяч воинов. Даже наш лагерь был разбит. Что могут сделать несколько тысяч наших солдат? Более того, мы прикрываем тыл. Большинство наших воинов — недавно набранные крестьяне, они даже оружием толком владеть не умеют. Как же им противостоять этим варварам? По мнению вашего подчинённого, лучше немедленно отступить в Янъи и соединиться с гарнизоном города.
Глядя на его серьёзное выражение лица, Линху Куан лишь почувствовал, как у него скрипят зубы от ярости.
— Они устроили резню в городе! Если позволить хунну продолжать наступление, вокруг Цзиньяна не останется ни одного места, способного удержать оборону! Цисянь нельзя потерять!
— Бросаться яйцом на камень — лишь бессмысленно губить войска. Прошу генерала ещё раз всё обдумать!
Младший генерал говорил громко и уверенно. Рядом с ним многие офицеры начали переглядываться. Большинство думали так же: никто не хотел оставаться в одиночном городе и лицом к лицу встречать армию хунну.
Глядя на этих военачальников — одних с прямыми лицами, других с уклончивыми взглядами, — Линху Куан почувствовал, как его сердце холодеет.
Не спасать Цисянь ещё можно было объяснить стратегией, но отказаться даже от Далина и спрятаться обратно в Янъи, где были склады с продовольствием и оружием, означало лишь одно — избежать битвы.
Эти сыновья знатных родов, когда вместе с сяньбийцами выступали в поход, один за другим хвастались своей доблестью, но когда пришло время самим встретиться с врагом — все стали осторожными и трусливыми.
Такой воин, как И Янь, действительно встречался лишь раз на многие годы… Но эта мысль промелькнула лишь на мгновение.
Линху Куан стиснул зубы:
— Я лично возьму две тысячи воинов и отправлюсь туда. Вы же ведите войска обратно в Янъи и ждите приказов Дунъинского гуна!
Этих бесполезных людей он больше использовать не мог. Но город всё равно нужно было попытаться удержать.
Раз уж он не может заставить их идти — он возьмёт своих людей.
Сказав это, он не стал ждать ответа и, резко развернувшись, вышел из военного шатра. Однако Линху Куан не ожидал, что ещё до того, как он достигнет Цисяня, знамя на городской стене уже сменилось.
Начальник Цисяня, испугавшись военной угрозы, ночью тайно бежал. Гарнизон тут же открыл ворота и сдал город.
Перед лицом такого маленького отряда хунну, разумеется, не собирались упускать возможность.Они отправили тысячу всадников, чтобы уничтожить их. Раздался гул тяжёлых копыт.
Линху Куан не осмелился медлить. Он быстро выстроил строй и приготовился встретить врага насмерть. Но эти конники были не тем противником, которого могли остановить всего две тысячи пеших воинов. Не прошло и четверти часа — строй был прорван, вся армия обратилась в бегство!
— Генерал, уходите! Если доберёмся до Янъи, ещё можно будет восстановить силы!
Среди грохота боя один из телохранителей отчаянно кричал. Лицо Линху Куана было залито кровью. От слишком долгого размахивания мечом его рука уже начала дрожать. Если бы у него было ещё две тысячи человек…
Даже если бы он не смог спасти Цисянь, он всё равно смог бы задержать эту конницу и спокойно отойти. Но были ли у него эти силы?!
Он повёл войска на помощь — и потерпел поражение, потеряв людей. Дунъинский гун не вспомнит ни о его усилиях, ни о его попытках. Он лишь решит, что тот бездарен и неспособен, что именно из-за него погиб тыл армии. Даже если благодаря фамилии Линху ему удастся сохранить жизнь… Этот титул генерала он наверняка потеряет.
Крепко сжав зубы, он закричал:
— Отступаем! Соберите оставшихся воинов! Возвращаемся в Янъи!
С сотней с лишним солдат Линху Куан вырвался из окружения и устремился прочь — к Янъи.
__________
— Что?! Лю Юань вернул Цисянь и уже стоит у стен Цзиньяна?!
Сыма Тэн резко вскочил. Казалось, его глаза готовы были вырваться из орбит.
Как всё могло дойти до такого?!
Когда раньше пришли войска Тоба, они ведь действительно вытеснили Лю Юаня из Тайюэня и даже вернули большую часть земель Западной Хэ.
Но всего за два месяца… Все города снова сменили знамёна. Теперь армия уже заняла Цисянь.
Сможет ли его Цзиньян вообще устоять?!
— Генерал, не стоит беспокоиться! — громко сказал Линху Шэн, седовласый военачальник. — Цзиньян — большой город. Сейчас в нём достаточно запасов зерна. Если мы будем крепко держать оборону и не выйдем наружу, то сможем выдержать нападение хунну. Кроме того, Янъи образует с нами взаимную поддержку. Если отправить отряд для удара по флангу врага, можно застать их врасплох!
Это был старый генерал Бинчжоу, человек из рода Линху, много лет проведший на поле боя. Такой план действительно не был лишён смысла.
Однако главный советник Гао возразил:
— Генерал Линху ошибается. Если хунну осадят город и одновременно будут перехватывать подкрепления, разве не истратим мы все силы Бинчжоу впустую? Сейчас Янъи ещё в наших руках. Но если Янъи падёт, дорога к Шандану будет отрезана. Тогда нам даже бежать будет некуда…
— Почему мы вообще должны бежать?! — яростно ответил Линху Шэн. — Генерал — правитель Бинчжоу, он охраняет эту землю по воле Сына Неба! Хунну — лишь мелкая болезнь. Как только двор придёт в себя, императорские войска будут отправлены сюда и сметут весь этот хаос!
— Сейчас Дунхайский князь поднял войска против Хэцзяньского князя. Откуда у него силы заниматься Бинчжоу? — резко сказал главный советник Гао. — Если продолжать тянуть время, мы лишь зря потеряем солдат и рассеем людские сердца!
То, о чём он говорил, происходило одновременно с восстанием Лю Юаня.
После полугода ожидания Дунхайский князь наконец не выдержал и вновь собрал коалицию, чтобы выступить против Чанъаня и вернуть императора. Но едва войска двинулись, как среди союзников нашлись те, кого переманил Хэцзяньский князь.
В Цзичжоу также вспыхнул мятеж бывших людей Чэндуского князя. Гунши Фань поднял восстание, захватил округа Янпин и Цзигуан, убил правителей и двинулся на Еду. Герцог Пинчан, охранявший Еду, оказался полностью занят внутренними проблемами.
Прошло уже два месяца. Союзная армия разваливалась и больше не представляла собой силы. Откуда же ждать подкрепления для Бинчжоу?
Но Линху Шэн думал иначе:
— Если Дунхайский князь прекратит поход, он вполне сможет отправить людей сюда. Разве это не выход?
Услышав это, Сыма Тэн наконец не выдержал. Он ударил ладонью по столу.
— Наглость!
— Дунхайский князь очищает Поднебесную от мятежников. Кто дал тебе право судить о его действиях?! Если бы твой племянник правильно командовал войсками, почему бы вообще нашему тылу терпеть поражение?!
В конце концов, он был младшим братом самого Сыма Юэ, Дунхайского князя. И, конечно, он не мог позволить кому-либо оскорблять своего брата.
Линху Шэн попал прямо под удар — как он мог не воспользоваться этим, чтобы выплеснуть гнев?
Услышав эти слова, старый генерал невольно залился краской. Но, желая возразить, он на мгновение не смог подобрать ответа.
Увидев эту ситуацию, главный советник Гао тут же сказал:
— Генерал абсолютно прав! Сейчас решающий момент — спасение императора. Если генерал сможет повести отдельный отряд, усилить славу Дунхайского князя и поддержать его силы, то непременно сможет переломить ситуацию и совершить деяние, которое войдёт в историю!
Теперь возразил уже не только Линху Шэн — остальные военачальники тоже резко поднялись:
— Нельзя!
Как они могли не понять истинный смысл слов Гао? Он явно предлагал Сыма Тэну отказаться от Бинчжоу! Неужели он собирался просто отдать огромную область в руки хунну?!
Видя такую реакцию генералов, Сыма Тэн тоже начал колебаться.
— Если я уведу войска… Цзиньян окажется в опасности.
Гао лишь улыбнулся:
— Государь, вы ошибаетесь. Разумеется, следует оставить несколько отрядов для защиты Цзиньяна. Когда дела при дворе будут решены, вы сможете вновь привести армию в Бинчжоу. Пока Шандан не потерян, ситуацию ещё можно исправить.
— Разве во времена прошлой великой смуты десятки тысяч хунну, цянских и мятежных солдат не прошли через Бинчжоу до самого Юнчжоу? И разве в конце концов двор не уничтожил их полностью?
Но тогда было тогда, а сейчас было сейчас. Эти события нельзя было сравнивать.
Несколько генералов снова хотели заговорить, но Гао быстро добавил:
— Цзиньян не похож на Еду. Если действительно запереться внутри и держать оборону… а вдруг ситуация окажется такой же, как у Чэндуского князя? Что тогда делать?
Эти слова заставили Сыма Тэна вздрогнуть.
Да… В прошлом Ван Цзюнь отправил племя Дуань из сяньбийцев атаковать Еду. Всего восемь тысяч всадников заставили город оказаться на грани падения.
Чэндускому князю хватило лишь мгновения колебания, чтобы в итоге бежать на одной повозке — даже без собственной охраны.
А он? Ему предстояло столкнуться с десятками тысяч хунну! Если дорога к Шандану будет потеряна, возможно, ему даже не удастся спастись. Но если оставить в стороне хаос в Бинчжоу и отправиться помогать старшему брату, поднять его престиж… Может быть, удастся одним ударом разбить Хэцзяньского князя и вернуть императора.
Тогда будут и заслуги, и слава, а с угрозой хунну можно будет разобраться позже. Когда положение стабилизируется и двор сможет выделить людей, он вновь приведёт войска обратно. Разве это не лучший выход?
Подумав об этом, Сыма Тэн махнул рукой:
— Главный советник Гао прав! Сейчас император находится в руках Хэцзяньского князя. Именно в такой момент подданные должны проявить верность. Как мы можем уклоняться от своего долга?! Немедленно выбрать двадцать тысяч воинов! Я поведу их к лагерю союзной армии и помогу моему брату!
Он повернулся к генералам.
— Этот путь опасен. Поэтому Бинчжоу я поручаю вам. Пока Цзиньян не падёт, пока Янъи остаётся в наших руках — смею надеяться, эти презренные рабы-хунну ничего не смогут сделать!
Услышав это, свет в глазах Линху Шэна внезапно погас. Даже губернатор собирается бежать. Сможет ли тогда устоять Цзиньян? Сможет ли устоять весь Бинчжоу?
А главный советник Гао, напротив, с облегчением выдохнул.
Стоило Дунъинскому князю принять решение — и им, чиновникам при нём, оставалось лишь спокойно выбраться из Цзиньяна. По сравнению с бессмысленной обороной это было гораздо выгоднее для них. Бежать. Главное — выбраться из этого моря огня. Тогда ещё будет шанс начать всё заново.
__________
С того момента, как хунну выступили в поход, Лян Фэн оказался по уши занят. С одной стороны, ему нужно было сохранить порядок в Шандане. С другой — организовать людей и доставку запасов продовольствия.
Это был приказ Дунъинского князя, и Лян Фэн не стал ни на мгновение уклоняться. В конце концов, Цзиньян был сердцем Бинчжоу.
Если можно было победить хунну, то даже если его собственным людям придётся затянуть пояса потуже — они должны были поддержать армию. Кроме того, всё больше беженцев начало двигаться на юг.
Особенно представители знати из нескольких округов — всем им нужно было пройти через перевал Шандан, чтобы бежать в Сы-чжоу и Яньчжоу.
Таким образом, забот у Лян Фэна стало ещё больше.
Нужно было не только безопасно отправить этих людей дальше, но и попытаться отобрать среди беженцев тех, кто обладал смелостью и волей сопротивляться, чтобы как можно сильнее укрепить силы Шандана.
Из-за войны даже У Лин, стоявший во главе гарнизона Хугуань, усилил набор солдат. Подготовкой новобранцев полностью занялся И Янь. Всего за два месяца он превратил тысячу защитников в пять тысяч.
Наконец появилась хоть какая-то опора.
Однако когда наступило время сбора осеннего урожая, пришла весть о резне, устроенной хунну. И прежде чем кто-либо успел осознать ситуацию, дорога снабжения к Цзиньяну уже была перерезана.
Казалось, хунну усилили наступление и собирались напрямую сокрушить город.
— Сейчас как раз идёт осенняя жатва. В Цзиньяне должно быть достаточно запасов. Пока Дунъинский гун удерживает крепкую крепость, город не падёт, — предположил Дуань Цинь.
— Если Цзиньян не будет взят, хунну, скорее всего, повернут на Шандан, — голос И Яня был холодным.
За эти дни хунну больше не предпринимали походов против Шандана. Но положение Шандана говорило само за себя.
Рано или поздно этот край всё равно столкнётся с вражеским клинком.
— Пока перед нами стоит Цзиньян, даже если они нападут на Шандан, их силы вряд ли будут слишком велики. С нынешним количеством новобранцев мы ещё сможем справиться, — задумчиво сказал Лян Фэн.
— Только вот после нескольких поражений подряд… и после такого примера, как резня в городе… неизвестно, сможет ли Янъи удержаться.
Янъи и Цзиньян образовывали взаимную поддержку. Если один из них падёт — второму будет гораздо тяжелее.
Никто не мог ответить на этот вопрос.
Лян Фэн тихо вздохнул:
— Всё же отправьте ещё несколько разведывательных отрядов. Осенний урожай нужно собрать как можно быстрее. Всем уездам перейти в состояние боевой готовности!
Другого выхода не было. Оставалось лишь надеяться, что Цзиньян сможет выдержать натиск хунну.
Однако неожиданно для всех через несколько дней в Лучэн доставили срочное донесение.
— Что ты сказал?! Дунъинский гун выступил в поход против мятежников и скоро прибудет в Шандан?!
