Глава 165
23 июня 2026 г., 22:28
— В городе Янъи сгорело более сотни домов. Кроме того, там осталось больше тысячи пленных — в основном это бывшие солдаты Цзинь, которые ранее сдались.
Всего через два дня И Янь вернулся с отрядом и привёл с собой пленных.
Гэ Хун же с тысячей воинов остался в Янъи, чтобы охранять город.
— Среди пленных есть командиры? — Лян Фэн нахмурился.
Ранее он уже слышал от Линху Куана, что среди сдавшихся были несколько военачальников из знатных родов. Если оставить таких людей, которые сегодня склоняются в одну сторону, а завтра в другую, это легко может привести к неприятностям.
— Перед штурмом в Янъи произошёл мятеж. Эти люди все были перебиты хунну.
Это был самый официальный вариант ответа. На деле же это было совместное решение Гэ Хуна и И Яня.
Обычных солдат можно было оставить, но сдавшимся командирам доверять нельзя. Если при следующем столкновении с врагом они снова решат открыть ворота — тогда уже никакая оборона не поможет.
Услышав это, Лян Фэн сразу понял, что за этим скрывается настоящая причина и немного расслабился.
— Тогда хорошо.
Он задумался.
— Только вот Янъи сейчас всё равно не слишком легко защищать. Хватит ли там запасов продовольствия?
Сейчас Янъи находился глубоко на территории врага. Хотя под его властью всё ещё оставался один уезд, заниматься земледелием прямо перед глазами противника было почти невозможно. Оставалось только жить на запасах.
Настоящее восстановление управления могло начаться лишь после того, как хунну отступят.
— Во время боя часть запасов сгорела, но в целом их всё ещё достаточно, — ответил И Янь.
— Хорошо.
Лян Фэн немного подумал и обратился к Дуань Циню:
— Позже отправь генерала Линху в Цзиньян. Нужно как можно быстрее открыть путь и установить связь с городом.
Это было самым срочным вопросом.
Даже если Сыма Тэн покинул Бинчжоу, административный центр и главный военный лагерь провинции всё ещё находились в Цзиньяне. Только восстановив сеть связи с гарнизоном города, можно было планировать дальнейшие действия. И для такой задачи не было никого лучше Линху Куана — человека из влиятельного рода Бинчжоу.
Дуань Цинь сразу всё понял и кивнул:
— Господин может быть спокоен. Сейчас в Цзиньяне как раз стоит дядя генерала Линху, но тогда придётся также сообщить о победе князю Дунъин.
Такое важное событие невозможно было скрыть. Лян Фэн усмехнулся:
— Разве такую великую победу можно не объявить двору? Только вот в Чанъане сейчас идут тяжёлые бои. Князь Дунъин может и не вернуться в Бинчжоу.
Одна победа ещё ничего не решала. Кто знает, какие испытания ждут впереди?
Даже если Сыма Тэн станет смелее в несколько раз, он всё равно может не решиться вернуться.
Но одна победа — это одно. А что если побед будет несколько?
Как только Бинчжоу стабилизируется, обязательно найдутся люди, которые прибегут разделить плоды.
Это была почти неразрешимая дилемма: спереди — волк, сзади — тигр.
Лю Юань, конечно, был врагом, но и род Сыма не обязательно был союзником, а после такого необычного случая с солнечным затмением его положение, вероятно, станет ещё тяжелее.
Но дело уже было сделано. Лян Фэн не собирался сейчас тратить силы на сожаления. Важнее было другое: достигла ли эта битва своей цели?
— Кроме первого подкрепления, отправляли ли хунну ещё войска? — спросил он.
— Нет, — И Янь ответил сразу. — Приходили только несколько разведывательных групп. Даже большая армия, которая раньше приближалась, отступила на десять ли. Думаю, они больше не станут атаковать город.
Солнечное затмение. Падение грома. Такое могло заставить отступить любого человека, сохранившего рассудок.
Именно этого Лян Фэн и добивался.
— Очень хорошо. Скоро наступит начало весны. Прикажите десяти уездам провести обряд встречи весны и начать пахоту. В этом году дождей было мало. Нужно внимательно следить за засухой. А уничтожение саранчи необходимо начать как можно раньше.
Это время он буквально вырвал из рук хунну. В этом году урожай должен быть больше. Хотя бы на несколько мер зерна.
— С весенней пахотой проблем не будет, — сказал Дуань Цинь. — Но теперь военная система Шандана тоже должна измениться.
Его беспокоило не только земледелие. Состав войск Шандана сейчас был слишком сложным.
Личные воины дома Лян в большом количестве влились в гарнизоны и государственную армию. Это принесло не только рост боевой силы. Это создало путаницу в системе.
Воины Лянской усадьбы пользовались системой освобождения от налогов и военных наделов, а государственные офицеры получали жалование.
Как уравновесить эти две системы? Вот был настоящий вопрос.
Кроме того, с ростом армии изменилось и количество войск. Начиная с эпохи Троецарствия звания генералов стали слишком широко распространяться. А к эпохе Цзинь полный состав одного военного подразделения насчитывал всего около полутора тысяч человек.
Но после нескольких расширений созданные Лян Фэном лагеря уже вернулись к структуре Восточной Хань — по тысяче человек в подразделении. Если расширять дальше, придётся создавать полноценные армии.
— Во время весенних работ провести реорганизацию. Ввести систему гарнизонных поселенцев и освобождения от повинностей. А что касается солдат двора под командованием И Яня, нужно найти способ включить их в общую систему.
После долгого размышления Лян Фэн наконец принял решение. Мирное время как раз подходило для реформы армии. В будущем его силы будут только расти. Нельзя больше управлять ими по-старому.
Кроме того… Ранее его сделали волостным князем. Теперь после новой победы, вероятно, повысят до князя уезда. Количество его личных воинов тоже можно будет увеличить ещё на десятую часть.
С формальной стороны, даже если Сыма Тэн будет недоволен, ему всё равно придётся сделать видимость признания. Иначе, когда его самого нет в Бинчжоу, как он сможет использовать людей для войны?
— Подчинённый понял, — ответил Дуань Цинь.
Лян Фэн слегка постучал пальцем по столу. Затем поднялся.
— Иди и займись этим. Эти несколько месяцев восстановления должны быть использованы максимально.
Оставалось лишь надеяться, что эти люди из рода Сыма будут сражаться друг с другом как можно яростнее. Чтобы у них не осталось времени мешать ему.
__________
— Великая победа в Шандане… и они ещё вернули Янъи?
Увидев донесение, Сыма Тэн просто не мог поверить своим глазам. Когда он бежал из Бинчжоу, он своими глазами видел, насколько страшна армия хунну.
Как же Лян Цзыси всего за полгода смог дважды победить?!
Теперь даже официальный доклад о награде уже лежал перед ним. Такую победу нельзя было не вознаградить. Но как же ему было смириться с этим?
Он ещё раз внимательно перечитал донесение. Лицо Сыма Тэна стало ещё мрачнее.
Они действительно подняли войска в первый день года… И вдобавок встретили солнечное затмение. Как это могло быть добрым знаком?
Увидев выражение лица господина, главный секретарь Гао поспешно сказал:
— Господин, это великая победа. Если не наградить войско, невозможно будет сохранить боевой дух!
Именно это больше всего раздражало Сыма Тэна. Он холодно усмехнулся:
— Разумеется, наградить! Повышение, титулы, деньги и зерно! Пусть тайшоу Лян хорошо держит Шандан!
Скрытый смысл этих слов Гао понял сразу. Очевидно, Сыма Тэн хотел заставить Лян Цзыси перейти к обороне.
Не позволить ему дальше самостоятельно участвовать в войнах против хунну. Такой способ ограничить способного чиновника был возможен. Но время выбрано было не самое удачное.
Гао немного поколебался. Но всё же не стал возражать. Лишь сказал:
— В Шандане мало войск. Разумнее всего сейчас укреплять оборону. Когда мятежники в Чанъане будут уничтожены, князь Дунъин сможет вернуться в Бинчжоу и лично управлять ситуацией.
Эти слова были именно тем, что Сыма Тэн хотел услышать. Его выражение немного смягчилось.
— Несколько дней назад князь Хэцзянь прислал голову Чжан Фана и попросил мира, но старший брат отказался принять её. Чанъань долго не продержится.
Эта ситуация напрямую касалась и его самого. Хотя Сыма Тэн в панике покинул Бинчжоу, он ушёл не один — он вывел с собой войска. И именно эти силы позволили лагерю князя Дунхая, который уже почти развалился, вновь обрести опору.
После этого разные стороны продолжили борьбу: то сражались, то плели интриги. Война длилась несколько месяцев. И постепенно войска князя Хэцзяня начали показывать признаки распада.
Изначально под его командованием находилось ещё около ста тысяч воинов Гуаньчжуна, но князь Хэцзянь, испугавшись опасности, упустил лучший момент для решающей битвы.
Он приказал Чжан Фану лишь удерживать оборону у Башана. Это дало князю Дунхаю прекрасную возможность. А вдобавок Ван Цзюнь отправил несколько тысяч всадников сяньби на помощь.
Один удар за другим — и в итоге князь Хэцзянь начал испытывать страх. Причиной всего этого было лишь одно. Чжан Фан самовольно привёл императора в Чанъань.
Сам Чжан Фан был человеком жестоким и своевольным. Теперь его власть значительно выросла, и контролировать его стало невозможно. А появившееся в первый день года солнечное затмение ещё больше усилило страх князя Хэцзяня. Поэтому он решил идти до конца.
Он отправил Цзи Фу — человека, который когда-то был благодетелем Чжан Фана — в его лагерь. И тот забрал голову этого свирепого чудовища.
Уложив отрубленную голову в драгоценный ларец, он преподнёс её князю Дунхая и попросил мира. Но кто мог ожидать, что другая сторона вовсе не собиралась соглашаться?
Вместо этого она приказала всем войскам двигаться на запад, в Гуаньчжун. Теперь князь Хэцзянь потерял своего главного военачальника. И не получил взамен ни прощения, ни мира. Его положение стало крайне опасным.
Для Сыма Тэна это, конечно, было отличной новостью. С его заслугами в этой войне титул князя был почти гарантирован. Если в последней битве за Чанъань он приложит все силы, возможно, ему удастся получить первенство.
А когда старший брат вернёт императора… у него появятся силы, чтобы разобраться с теми волками и тиграми из Бинчжоу — хунну.
Подумав об этом, Сыма Тэн сказал:
— Раз Янъи возвращён, прикажите Сыма Юю, Чжоу Ляну, Ши Сяню и другим частям, стоящим в Цзиньяне, снова атаковать Лиши! Если удастся взять Лиши, старый Лю Юань больше не сможет устраивать беспорядки! А что касается Шандана — он обязан обеспечивать армию продовольствием!
Этот приказ был крайне хитрым. Он одновременно не позволял Лян Цзыси получать новые военные заслуги и заставлял его отвечать за снабжение армии.
Дело было далеко не почётное, но Гао понимал: это уже был результат того, что Сыма Тэн много раз сдерживал себя.
Кто виноват, что Лян Цзыси победил так легко? Разве это не выглядело как насмешка над князем Дунъином, который бросил провинцию и бежал?
Однако, если подумать… Битва за Чанъань, скорее всего, долго не продлится. Даже если он поступит так с Лян Цзыси, большой ошибки нет.
Когда князь Дунхай вернёт императора, его младший брат — князь Дунъин — тоже получит больше власти. Получается, что даже отступление из Бинчжоу оказалось выгодным.
Что касается двух побед в Шандане… В конце концов, это лишь результат того, что князь Дунъин умел выбирать талантливых людей.
Разве это плохо?
Так или иначе, всё складывалось так, что выгода доставалась ему. Не решаясь медлить, Гао взял кисть и быстро начал писать приказ.
Этот документ должен был пройти через десятки тысяч воинов под командованием князя Дунхая… и отправиться прямо в Шандан.
