Глава 170
24 июня 2026 г., 09:18
Третий месяц поздней весны — время, когда трава зеленеет, иволги поют, а люди выходят наслаждаться природой.
В сравнении с линией Чанъань — Лоян, где в это время кипели жестокие сражения, Шандан выглядел почти невероятно спокойным. Здесь сохранялась редкая атмосфера безмятежности, и ежегодное празднество у реки в день Шаньсы, как и прежде, состоялось.
Пережив опаснейшую зиму и потрудившись больше месяца на весенних полях, жители Лучэна особенно ждали этот праздник. Ещё до рассвета множество людей покинуло городские стены и направилось к берегам Чжочжан.
Знатные семьи ехали в повозках с ширмами, разбивали лагеря у тихих вод, среди густой зелени и свежей травы, расстилали ковры и ждали прибытия благородных гостей, чтобы очиститься от дурного и встретить весну.
Такой праздник — разве могла обойти его сторона тайшоу?
Как и прежде, место выбрали на живописном участке верхнего течения реки. Слуги резиденции тайшоу ещё заранее начали устанавливать шатры. В этом году празднество было куда масштабнее прежних, поэтому всё требовало тщательной подготовки.
Повозка оставила тракт и заскрипела колёсами по жёлтой земле. Особый запах речной сырости смешивался с голосами смеющихся людей и весенним ветром, проникая внутрь.
Сидя на мягкой кушетке, Лян Жун маленькими руками держал колени. Казалось, он одновременно пытался удержать и собственное нетерпение, стараясь изо всех сил выглядеть маленьким взрослым — серьёзным и воспитанным.
Увидев, что у мальчика уши едва ли не поворачиваются вслед за каждым звуком снаружи, Лян Фэн, удобно откинувшись на подушку, улыбнулся:
— Если хочешь посмотреть — смотри. Мы редко выбираемся на природу. Не нужно так сдерживаться.
Эти слова лишь усилили внутреннюю борьбу ребёнка.
Это был его первый праздник Шаньсы, и впервые он присутствовал здесь рядом с отцом. Сегодня все чиновники тайшоуской резиденции должны были прийти, сюда же прибыли представители знатных родов и ученики окружной школы. Это было важное место для общения.
А если он случайно опозорится?
Словно угадав мысли сына, Лян Фэн усмехнулся и велел Цинмэй поднять занавес на окне повозки. Лян Жун и так едва сдерживался — теперь он не выдержал. Он перебрался ближе к окну и выглянул наружу.
Здесь уже не было такого скопления людей, но вдоль берега всё равно стояло множество разноцветных шатров и повозок. Сквозь тёплый ветер доносился звонкий смех.
Людей действительно было много!
А сама река Чжочжан тянулась вдаль, словно гладкое сияющее покрывало, расстеленное по земле. В воде плавали и кружились птицы, их голоса не смолкали.
Лян Жун с интересом всё рассматривал, когда вдруг медленно ехавшая повозка неожиданно остановилась.
Снаружи раздался голос слуги:
— Господин, впереди сломалась воловья повозка. Несколько человек перегородили дорогу и просят помощи.
Прежде чем Лян Фэн успел ответить, десять с лишним охранников вокруг повозки уже пришли в движение. Кони сомкнули строй вокруг экипажа, несколько воинов вытащили мечи.
У окна раздался низкий голос:
— Господин, не выходите. Я прикажу людям проверить.
Даже после повышения до окружного дуэя, И Янь всё равно сопровождал Лян Фэна как личный охранник и отвечал за его безопасность.
На дороге внезапно возникла такая ситуация — и первым делом он подумал не о спасении людей, а о возможной засаде.
Услышав это, лицо Лян Жуна побледнело. Он тут же подвинулся ближе к отцу, словно хотел прикрыть его собой.
Лян Фэн едва не рассмеялся от умиления.
Это была не какая-то глухая дорога. Даже если бы нашлись убийцы, они вряд ли выбрали бы такое место для нападения. Но раз И Янь уже отдал приказ, он не стал возражать.
Ласково погладив сына по голове, он откинул занавес и посмотрел наружу.
В пятистах шагах впереди действительно стояла воловья повозка, перекосившись поперёк дороги. Судя по всему, сломалась ось — тянущий её бык беспокойно мычал.
Рядом стояли несколько служанок с тревожными лицами. Похоже, они испугались вида вооружённых воинов и теперь робко что-то объясняли, время от времени поглядывая сюда.
Лян Фэн ехал на настоящей повозке тайшоу — по одному виду было понятно, кто находится внутри. Неужели они действительно рассчитывали, что он сам подойдёт?
Вскоре разведчики вернулись. И Янь тщательно расспросил их обо всём, лишь затем сообщил:
— Ось сломалась, быстро починить не получится. В повозке находятся женщины из семьи Сюэ.
Семья Сюэ имела деловые отношения с резиденцией Ляна, а после того как было подтверждено отсутствие засады, И Янь лишь тогда позволил себе доложить.
Сюэ?
Лян Фэн слегка поднял бровь.
— Там девушка или замужняя женщина?
— Девушка.
— Прикажите убрать дорогу и отправьте людей уведомить дом Се. Мы продолжим путь.
Лян Фэн отдал приказ спокойно. Это полностью совпадало с намерением И Яня. Не раздумывая, он быстро передал распоряжения.
Воловья повозка была тяжёлой, но в руках этих воинов она почти ничего не значила. Очень скоро дорогу освободили.
Кортеж тайшоу не остановился, не стал обмениваться приветствиями и просто проехал дальше с достоинством и без лишнего внимания.
Глядя вслед удаляющейся процессии, служанка, всё это время стоявшая у дороги, открыла рот от удивления, затем уныло опустила голову и забралась обратно в повозку.
— Госпожа, господин Лян уехал.
Внутри сидела девушка с красивыми, тонкими чертами лица и модной причёской цзицзы. Услышав это, она сердито сжала в руках шёлковый платок.
— Тогда чего мы ждём? Быстро чините повозку и догоняйте их!
Кто мог предположить, что всё выйдет именно так? По плану всё должно было произойти иначе.
Сегодня праздник Шаньсы. На берегах собралось множество знатных людей. Если бы Лян тайшоу увидел одинокую незамужнюю девушку в сломанной повозке и лично помог ей добраться до места праздника — разве можно было бы упустить такую возможность?
После «спасения красавицы» остальное уже было бы проще. Но, как ни старалась просчитать всё заранее, Пятая госпожа Сюэ не ожидала одного — что этот господин Лян окажется настолько прямолинейным.
Увидев сломанную повозку, он не подошёл спросить, что случилось, а вместо этого построил охрану и вытащил оружие, так что к ним никто не осмелился приблизиться.
Узнав, что это люди семьи Сюэ, он не только не предложил помощь, но даже отправил кого-то искать её родственников. Это была не помощь. Это было явное желание держаться подальше!
Но именно такой холодный поступок невозможно было ни в чём обвинить. Перед незамужней девушкой сохранять дистанцию было вполне разумно. Никто не сказал бы, что Лян тайшоу бессердечен. Наоборот, все решили бы лишь, что он человек строгих правил.
Хороший план даже не получил возможности начаться — и был разрушен полностью. Это было сделано намеренно? Или Лян тайшоу действительно настолько благороден?
После первого раздражения Сюэ Уня постепенно начала понимать.
Верно… У него ведь была слава «Будды», и о его любовных похождениях почти ничего не слышали. В его резиденции даже не было наложниц.
Возможно, он действительно плохо понимает женщин. Что ж, это тоже неплохо. В конце концов, праздник ещё не закончился. Возможностей будет достаточно.
С этой мыслью Сюэ Уня быстро поправила рукава.
— Ладно, не догоняем. Вернёмся в лагерь и придумаем другой способ.
Затем она немного помолчала и тихо спросила у своей личной служанки:
— Цяо Цянь, ты видела лицо господина Ляна?
Служанка слегка покраснела.
— Занавес не был опущен, рабыня лишь мельком увидела его… Но внешность господина действительно превосходит слухи.
Услышав это, Сюэ Уня облегчённо выдохнула.
— Тогда всё хорошо.
То, что произошло сегодня, действительно вышло за пределы её ожиданий. Ведь изначально отец собирался выдать её замуж за Лян тайшоу как вторую жену.
О положении Лян Цзыси в Бинчжоу она знала лучше многих. Её отец давно сотрудничал с резиденцией Ляна, и никто не понимал основы его богатства лучше неё.
Один только белый фарфор приносил ежегодный доход, словно нескончаемый поток воды. А кроме того, были стекло, бумага и другие источники прибыли.
Если так продолжится, через несколько лет он вполне мог стать богачом уровня Ши Чуна. К тому же он имел титул, занимал должность, а по слухам ещё и обладал редкой красотой. Даже если стать второй женой — это не было бы унижением.
Но едва она успела взвесить все плюсы и минусы, как пришла весть: дочь рода Ван собираются выдать за него.
До этого Сюэ Уня ещё могла терпеть. Но когда стало ясно, что она уже не подходит ему по статусу, её гордость вспыхнула, а затем мать ещё предложила ей войти в дом Ляна как наложнице!
Род Лян — не род Пэй. Почему она, молодая знатная девушка, должна становиться наложницей человека, который лишь недавно поднялся?
Однако после нескольких дней наставлений матери она постепенно изменила мнение.
Причина была проста. Человек, который смог одной силой одного округа отбить нападение двадцатитысячной армии хунну, действительно был достоин внимания.
В смутные времена богатство и положение — ещё не всё. Главное — иметь армию.
Кроме того, одно из слов матери особенно задело её: если она первой займёт место рядом с ним, то вдруг род Ван рассердится и откажется выдавать дочь?
А если девушка рода Ван рано умрёт — разве у неё не появится шанс стать главной женой?
После таких уговоров Сюэ Уня наконец решилась рискнуть и попробовать завоевать Лян тайшоу. И вот результат — она даже не успела встретиться с ним и уже получила холодный отказ. Но характер у неё был такой: чем сильнее сопротивление, тем больше желание победить. Если этот Лян-господин действительно так красив, как говорят… Немного усилий — разве это что-то значит?
Успокоившись, Сюэ Уня больше не торопилась. Она не стала обращать внимания на слуг, чинящих повозку, закрыла глаза и начала спокойно продумывать следующий шаг.
__________
— Отец, разве мы не должны помочь той девушке Сюэ? — спросил Лян Жун, глядя, как сломанная повозка всё дальше остаётся позади.
— Я уже приказал найти её родственников. Кто-нибудь придёт за ней, — спокойно ответил Лян Фэн.
— Но…
Мальчик хотел продолжить, но Лян Фэн уже улыбнулся и погладил его по голове.
— Жун-эр, не переживай. Это не пустынное место. Их лагерь наверняка неподалёку. Как только семья узнает, они её заберут.
Лян Жун не мог понять, а вот Лян Фэн всё видел ясно. Ну конечно.
Праздник Шаньсы — это день семейного отдыха и встреч. Как могла повозка незамужней девушки оказаться совсем без сопровождения?
Сломалась повозка — бывает. Но тогда нужно сразу отправить человека за родственниками. Зачем же стоять у дороги и останавливать чужие экипажи? Разве она не знала о приличиях?
В конечном счёте это была всего лишь уловка. Похоже, Сюэ Жэнь всё ещё не отказался от идеи продать ему свою дочь, но Лян Фэн не собирался играть по этим правилам.
Ухаживание за кем-то — одно дело, а вот оказаться добычей самому — совсем другое.
Выбросив этот маленький эпизод из головы, повозка продолжила путь.
Вскоре они прибыли к месту праздника.
Среди окруживших его чиновников Лян Фэн вышел из экипажа, затем обернулся и протянул руки, снимая с повозки Лян Жуна.
Мальчик не ожидал, что отец всё ещё будет помнить о нём, и его маленькое лицо мгновенно покраснело.
Он быстро встал, немного поколебался… а затем взял отца за руку.
Увидев, что напряжение исчезло из глаз сына, Лян Фэн улыбнулся. Он повёл его вперёд — навстречу приветствующим гостям.
