Глава 178
24 июня 2026 г., 23:02
— Посланник из Ючжоуского княжества Ван Пэнцзу хочет встретиться со мной для тайной беседы.
Лян Фэн передал письмо в руки Дуаню Циню.
Это послание пришло совершенно неожиданно. Едва завершились похороны покойного императора, как страна уже оказалась перед лицом ситуации с двумя правителями. В столице царил полный хаос. Сам Лян Фэн пока не предпринимал никаких действий — с его нынешним положением и статусом он вполне мог остаться в стороне. Никто не ожидал от маленького начальника округа какого-либо решительного выбора стороны.
Но он молчал — а кто-то сам пришёл к нему. Причём это был не кто-нибудь, а могущественный наместник Ючжоу. Такое не могло не насторожить.
Ведь в двух предыдущих войнах Ван Цзюнь неизменно стоял на стороне Дунхайского князя Сыма Юэ. Причина была проста: он и Чэндуский князь давно были врагами. Когда-то Сыма Ин послал Хэ Яня убить его, и Ван Цзюнь едва не погиб. Люди, между которыми существовала такая непримиримая вражда, не могли внезапно объединиться лишь из-за борьбы за трон. Тогда зачем же Ван Цзюнь искал встречи с ним?
Дуань Цинь быстро пробежал глазами письмо и тихо покачал головой.
— Похоже, в Ючжоу назревают перемены.
Противостояние двух императоров принесло не только политические потрясения — оно изменило и настроение людей. А недавнее небесное явление, когда солнце стало красным, словно окровавленным, ещё сильнее омрачило восшествие нового правителя в Лояне.
В такой смуте люди, обладающие силой, постепенно начинали терять терпение.
Ван Цзюнь никогда не был добрым человеком. Уже одного его союза с сяньбийцами было достаточно, чтобы понять его амбиции. А бесконечные походы и грабежи лишь растили аппетит этого хищника. Человек такого склада не станет искать встречи с господином ради пустых разговоров.
— Он тоже происходит из рода Тайюаньских Ванов, — спокойно сказал Лян Фэн.
Даже если Ван Цзюнь давно обосновался в Ючжоу, в конце концов он всё равно оставался выходцем из главной ветви Тайюаньского клана Ван. А теперь Лян Фэн собирался породниться с этим родом. Такое приглашение было слишком важным, чтобы просто отказаться.
— Но Ван Дуюй был всего лишь приёмным наследником из побочной ветви и уже десятилетиями живёт в Ючжоу. Его отношения с Тайюанем, вероятно, не слишком близки, — заметил Дуань Цинь.
— Однако сейчас у Тайюаньских Ванов нет особенно выдающихся людей. Если Ван Пэнцзу захочет вмешаться, думаешь, они станут ему отказывать? — спросил Лян Фэн.
Именно в этом и заключалась сложность больших родов.
Никто не мог знать, какая ветвь через несколько поколений возвысится, а какая угаснет. Но все они носили одну фамилию и происходили от одного предка. Поэтому в конце концов были обязаны поддерживать друг друга.
Такие переплетённые связи были самым трудным для понимания.
Спустя некоторое время Лян Фэн покачал головой:
— Что ж. Раз человек прислал приглашение, встретимся с ним.
— Господин! — Дуань Цинь нахмурился. — А если у него дурные намерения?
— Даже если разговор ни к чему не приведёт, большой беды не случится, — ответил Лян Фэн. — Сейчас между нами и Ючжоу нет прямого столкновения интересов. Если он не хочет потерять потенциального союзника, то не станет необдуманно разрывать отношения. А вот прямой отказ был бы неразумным.
Это письмо действительно показывало искренность.
Его написал не кто-нибудь, а сын Ван Цзюня — Ван Бинь. Более того, он предложил встретиться в Лэпине. Это не была территория ни одной из сторон, но она находилась рядом с Шанданем и далеко от Ючжоу — то есть риск для людей Ван Цзюня был даже выше.
А женщина, на которой собирался жениться Лян Фэн, была племянницей Ван Вэня. Получалось, что он и Ван Бинь занимали примерно одинаковое положение по поколению.
При том что статус собеседника был выше, тот всё равно проявил достаточно уважения. Дуань Цинь, конечно, понимал это. После долгого раздумья он сказал:
— Тогда я отправлюсь вместе с господином.
— Не нужно, — Лян Фэн махнул рукой. — Теперь у нас появился ещё один уезд, дел много. Мы всего лишь встретимся и поговорим, зачем так волноваться? Возьму несколько сотен охраны.
— Тогда хотя бы пусть едет Боюань! — поспешно сказал Дуань Цинь.
На этот раз Лян Фэн не стал спорить. Ведь И Янь уже вернулся из Лэпина, и как раз мог сопровождать его вместе с личной охраной.
Но сама встреча была лишь частью дела. Гораздо важнее было понять, какую позицию займёт Шандан в будущем.
Чем больше становилось людей с амбициями, тем яснее было: власть рода Сыма слабеет. А нынешние силы Шандана всё ещё были слишком малы. Одного лишь давления со стороны губернатора Бинчжоу хватало, чтобы ограничивать его развитие.
Как поступить дальше — действительно было непросто. Даже государственный траур не смог пройти спокойно. Кто знает, во что ещё превратится этот мир?
__________
— Госпожа, из Ючжоу пришло письмо…
Когда А-Си получила послание, она сама не поверила своим глазам.
Тот господин Чжан действительно ответил? Неужели он не понимает, какое сейчас положение?
Но она получила от него слишком много подарков, а госпожа из-за переживаний даже заболела. Как бы ни было тяжело держать это письмо в руках, не отдавать его было невозможно.
Служанка долго сомневалась, однако Ван Цинянне колебалась ни мгновения. Она тут же поднялась с ложа:
— Быстро дай сюда!
Тонкий лист бумаги оказался у неё в руках.
Ван Цинян жадно пробежала глазами по строкам. Через некоторое время тревога на её лице исчезла, и она тихо рассмеялась:
— Я знала! Чжан Лан всё-таки найдёт способ!
А-Си растерялась:
— Госпожа, даже если свадьбу отложили из-за траура, новая дата уже назначена! В июне из Шандана должны приехать за вами…
— Хм! — Ван Цинян гордо вскинула подбородок. — Чжан-лан умён. Если он сказал, что у него есть способ, значит, он обязательно есть! Я ему верю!
Кроме того, он уже не простой человек без положения. Он служит у моего двоюродного деда. Может быть, в будущем станет генералом и сам приедет за мной.
Девушка говорила с такой уверенностью, что А-Си лишь тяжело вздохнула про себя.
Какой ещё генерал? Служить под рукой у побочного сына рода Ванов — разве это сравнимо с известным правителем округа?
Всё из-за неё самой. Когда-то она сама не уследила, и этот Чжан сумел похитить сердце госпожи.
Но внезапно Ван Цинян нахмурилась:
— А-Си, никому не говори об этом. Если кто-нибудь узнает… я прикажу наказать тебя палками.
Служанка тут же опустилась на колени:
— Рабыня принадлежит госпоже. Как она посмеет говорить лишнее?
Верно. Она уже ступила на этот путь. Если об этом узнает глава семьи, первой погибнет именно она. Как она могла бы разболтать всё кому-то ещё?
Увидев её покорность, Ван Цинян немного успокоилась:
— Хорошо. Тогда принеси лекарство. Мне нужно скорее поправиться!
Недавние тревоги и обиды действительно сильно подкосили её здоровье, но теперь у неё появилась надежда — а значит, нужно беречь себя. Когда Чжан-лан придёт за ней, он должен получить в жёны красивую и здоровую девушку.
Глядя на её беззаботное лицо, А-Си лишь стиснула зубы. Что ж. Теперь уже поздно что-либо менять. Оставалось только посмотреть, что сможет сделать этот господин Чжан.
И если говорить честно… он действительно был красив. Может быть, после свадьбы он и её не забудет. Отбросив тревожные мысли, А-Си встала и отправилась за лекарством.
__________
Обе стороны передавали сообщения быстрыми конями, поэтому ещё до окончания траура встреча Лян Фэна и Ван Биня была назначена.
Местом выбрали район неподалёку от Шанъая. Там было мало людей, и даже несколько сотен всадников не привлекли бы особого внимания.
Поскольку это была тайная встреча, Лян Фэн не взял с собой большой обоз. И Янь повёл лишь двести всадников.
И Янь явно был недоволен:
— Господин, хотя разбойники в Лэпине уничтожены, отправляться с таким малым числом людей всё же опасно. Кроме того, вы только недавно оправились. Если снова заболеете — что тогда?
— Всего лишь два-три дня верхом. С чего мне болеть? — усмехнулся Лян Фэн. — В карете мне даже хуже.
Его здоровье уже сильно улучшилось. Он больше не был тем слабым человеком, которым когда-то выглядел. А вот склонность к укачиванию так и не исчезла. На горных дорогах верховая езда действительно была удобнее.
— Но двухсот человек всё равно слишком мало…
И Янь не сдавался.
Лян Фэн лишь махнул рукой:
— Я еду говорить, а не показывать силу. Кроме того, сяньбийская конница Ючжоу слишком сильна. Показывать им наши настоящие возможности сейчас невыгодно.
На этот раз он не собирался вступать в союз с Ван Цзюнем. Если раскрыть силу слишком рано, можно лишь заставить другую сторону насторожиться.
Иногда нужно показать слабость. Иногда — уступить. Главное — сохранить пространство для манёвра. Тем более Лян Фэну действительно хотелось узнать, чего именно добивается Ван Цзюнь.
Разобраться в его замыслах было полезно для будущего Шандана.
И Янь прекрасно понимал: господин кажется мягким, но внутри у него железная воля. Спорить было бесполезно. Поэтому он лишь до зубов вооружил эту небольшую группу охраны. Даже подготовил двух дополнительных лошадей с необходимыми вещами.
Такое путешествие нельзя было устраивать как обычный визит с прислугой. Нужно было обеспечить господину удобство.
После всех приготовлений они тихо покинули Шандан и направились в сторону Лэпина. Днём двигались, ночью ночевали под открытым небом. Не шли большими дорогами, а выбирали отдалённые тропы.
Под постоянным наблюдением И Яня они добрались до места встречи лишь через три дня. Среди пустоши уже стояли шатры.
Как сын наместника Ючжоу, Ван Бинь тоже не привёл большую армию — всего триста сяньбийских всадников. И выглядели они совершенно спокойно. Если бы не знать причины встречи, можно было подумать, что они просто приехали проведать родственников.
Такая расстановка действительно не напоминала ловушку. Даже И Янь незаметно расслабился.
Лян Фэн же не стал тратить время. Подъехав к лагерю, он спешился — и тут же увидел группу людей, вышедших ему навстречу.
Во главе стоял мужчина около тридцати лет в военном одеянии. Увидев Лян Фэна, он улыбнулся и сложил руки:
— Не ожидал, что господин округа окажется ещё более впечатляющим, чем о нём говорят. Я Ван Вэньхуань. Прибыл по приказу отца поприветствовать вас.
Лян Фэн ответил поклоном:
— Господин Ван слишком любезен. Я давно слышал о славе вашего отца. Сегодня мне удалось увидеть лишь отблеск его величия.
Хотя Ван Бинь был лишь сыном побочной ветви, первые три жены Ван Цзюня не смогли родить наследника. А нынешний законный сын был ещё слишком мал. Поэтому именно взрослые побочные сыновья служили рядом с отцом.
Среди них Ван Бинь пользовался наибольшим доверием. Сейчас он занимал должность начальника ухуаньской конницы и имел ранг даже выше Лян Фэна.
Эти слова были сказаны настолько ловко, что Ван Бинь рассмеялся:
— Мы ведь теперь родственники. Зачем такая формальность? Я четвёртый сын в семье. Зови меня просто четвёртым братом.
Лян Фэн лишь улыбнулся и позволил ему взять себя за руку, вместе войдя в шатёр.
А позади них пара холодных глаз на мгновение скользнула по спине Лян Фэна — и тут же исчезла среди улыбок и приветствий.
