Только мой.

Санчез чувствовал себя плохо. После ухода Секби школа напоминала осиное гнездо, в которое сунули палку. Шепотки, косые взгляды, полиция, которая уже начала задавать вопросы. Альфедов, Пугод, Секби… трое людей ушли за три дня. Это уже не походило на случайность. Сам Санчез ходил мрачнее тучи. Он курил теперь в два раза больше, постоянно оглядываясь, и почти перестал спать. Единственным светлым пятном в его жизни оставался Джаст - его лучший друг с начальной школы, парень с вечным чувством юмора и полным отсутствием инстинкта самосохранения. Джаст был единственным, кто не боялся подходить к Санчезу после всего, хлопать его по плечу и говорить какие-то шутки. Именно Джаст и стал мишенью Квиста на четвертый день. Квист наблюдал за ними из-за угла столовой. Его пальцы нервно сжимали пластиковую вилку, ломая ее пополам. Джаст смеялся, запрокинув голову, и его рука лежала на плече Санчеза. Эта рука. Эта гребанная рука, которая касалась его Санчеза. Квист чувствовал, как кислотой разъедает внутренности. Он уже не просто ревновал - он ненавидел. Ненавидел каждого, кто дышал рядом с его возлюбленным. Джаст был другим. Не таким, как остальные. Если Альфедов был громким, Пугод - болваном, а Секби - просто неудачник-поэт, то Джаст был крепким орешком. Он занимался боксом, был широк в плечах и обладал быстрой реакцией. Квисту это даже нравилось. Скучно трогать беззащитных овец. Хотелось настоящей битвы. Вечером Джаст, как обычно, задержался после тренировки в школьном спортзале. Он шел по темной аллее, наушники в ушах, насвистывая какую-то херню. Он не слышал шагов за спиной. Первый удар пришелся по почкам - тупым, тяжелым предметом. Джаст рухнул на колени, выплюнув воздух из легких. Наушники вылетели, и в тишине раздался хрип. — Что за… - прохрипел он, пытаясь развернуться. Квист стоял перед ним, одетый во все черное, с монтировкой в руке. Его лицо скрывала балаклава, но глаза - безумные, горящие - были видны. — Ты слишком много смеешься, - сказал Квист тихо, почти ласково. — С Санчезом. Ты трогаешь его. Ты позволяешь себе дышать с ним одним воздухом. Джаст, несмотря на боль, усмехнулся, сплевывая кровь на асфальт. — А, так вот ты какой, ублюдок… псих конченный. Решил, что я буду стоять и смотреть? Он резко вскочил, игнорируя боль, и зарядил Квисту в челюсть. Удар был профессиональным, хлестким. Квист отшатнулся, почувствовав вкус крови на губах, но не упал. Вместо страха в нем вспыхнуло дикое, животное веселье. — Да! - заорал он. — Да! Сопротивляйся! Это делает вкус слаще! Джаст кинулся на него, пытаясь выбить монтировку. Началас. драка. Джаст был сильнее, но Квист был безумен. Он не чувствовал боли. Он вцепился зубами в руку Джаста, когда тот попытался его задушить, и вырвал кусок плоти. Джаст заорал, разжав хватку, и Квист тут же воспользовался моментом - ударил монтировкой по колену. Хруст. Джаст завалился на бок, матерясь сквозь стиснутые зубы. — Сука! Ты сломал мне ногу, тварь! — Это только начало, - прошептал Квист, нависая над ним. — Я хочу слышать, как ты молишь. Санчез не придет. Он тебя не спасет. Никто не спасет. Он не убил его сразу. Квист тащил Джаста по земле к старому гаражу за школой. Джаст, несмотря на сломанную ногу, царапался, кусался, плевался кровью. Он врезал Квисту локтем в переносицу. Кровь залила лицо Квиста, но тот лишь рассмеялся. В гараже Квист запер двери. Он достал нож - обычный кухонный, но острый как бритва. — Ты любил смеяться? Давай, посмейся теперь. Джаст, опершись спиной о стену, смотрел на него с ненавистью. — Ты труп, мудак. Мой брат - коп. Он найдет тебя и вырежет твою гребанную печень. — Он не найдет, - Квист наклонился, разрезая куртку Джаста. — Потому что тебя найдут в лесу. Или вообще не найдут. Джаст не молил. Он оскорблял Квиста последними словами, пока тот резал его. Сначала пальцы - Квист отрезал фаланги по одной, скармливая их крысам, которые жили в гараже. Потом начал сдирать кожу с груди. Джаст кричал так, что у Квиста закладывало уши, но тот не остановился. Он резал, ломал, выдирал сухожилия. Убийство Джаста длилось почти три часа. Квист хотел, чтобы тот страдал. Хотел, чтобы каждая секунда этой пытки отпечаталась в мозгу Санчеза, когда тот узнает. Когда увидит тело. Когда поймет, что все, кого он любит, умирают. В конце, когда Джаст был уже почти мертв, Квист вытащил его горячее сердце и сжал его в руке, чувствуя, как последние удары пульсируют на его ладони. Он бросил тело в сточную канаву, накрыв мусором, и ушел, напевая песенку, которая играла у Джаста в наушниках.