Возвращение

Прошел час, и в комнате Стин наконец-то что-то изменилось. Глаза директора медленно открылись. Сначала взгляд был рассеянным, но постепенно он сфокусировался на знакомом силуэте, лежащем рядом. Элис что-то тихо бормотала себе под нос — то ли молитву, то ли просто слова утешения, которые она повторяла снова и снова, чтобы успокоить себя. Стин попыталась привстать, но тело её было тяжёлым, словно налитым свинцом. Она едва шевельнулась, как Элис мгновенно подскочила, почувствовав движение. — Ты очнулась! — воскликнула наставница, и в голосе её звучала такая радость, что она почти не узнала себя. Но радость тут же сменилась волной тревоги и гнева. — Зачем ты это сделала, Стин?! Зачем ты использовала всю свою силу?! Ты могла умереть! Ты могла потерять всё! Что ты вообще думала?! Элис села, нахмурившись, и её голос звучал резко, почти строго. Она ругала подругу, будто та была непослушной ученицей, а не директором академии. В её глазах горела злость, смешанная с облегчением, и она жестикулировала, выражая всё своё возмущение. — Я не могла просто сидеть и смотреть, как ты попадаешь в ловушку, — тихо сказала Стин, и голос её был слабым, но в нём звучала твёрдость. — Я не могла позволить себе просто наблюдать. Ты бы сделала то же самое для меня. Элис замерла на мгновение, её гнев начал угасать. Она хотела что-то сказать, но слова застряли в горле. Она поняла, что Стин была права. Она бы сделала то же самое. И осознание этого заставило её замереть. — Я знаю, — тихо сказала Элис, опуская взгляд. — Но я не хочу тебя терять. Стин слабо улыбнулась и протянула руку, чтобы коснуться ладони подруги. Элис переплела их пальцы, чувствуя, как тепло разливается по телу. Элис вздохнула, пытаясь успокоиться, и легла обратно рядом с Стин, уткнувшись лицом в её плечо. — Просто... не делай так больше, — сказала она, и голос её прозвучал мягко, почти умоляюще. — Пожалуйста. Если с тобой что-то случится, я не переживу этого. — Я постараюсь, — шепнула Стин, и в голосе её слышалась лёгкая хрипотца. Она обняла Элис, прижимая её ближе. — Но я всегда буду защищать тебя. — И я тебя, — ответила Элис, чувствуя, как слёзы снова наворачиваются на глаза, но на этот раз — от облегчения. Они лежали так, обнимая друг друга, и в этот момент в комнате царила такая тишина и тепло, что никакие слова не были нужны. Они были живы, они были вместе, и этого было достаточно. — Ты хоть представляешь, как я испугалась? — тихо сказала Элис, всё ещё лежа в объятиях подруги. — Когда я увидела тебя без сознания... у меня сердце остановилось. Я думала, что потеряю тебя. — Прости, — прошептала Стин, поглаживая Элис по волосам. — Но я не могла поступить иначе. Ты была там, в ловушке Джека, и я чувствовала, что если не помогу, то ты можешь не вернуться. — Я бы вернулась, — уверенно сказала Элис. — Я обещала тебе, что вернусь. — Я знаю, — ответила Стин с лёгкой улыбкой. — Но я слишком сильно люблю тебя, чтобы рисковать. Элис замерла на мгновение, подняв голову и глядя на подругу с удивлением. — Что ты сказала? — переспросила она, и голос её дрогнул. Стин глубоко вздохнула, чувствуя, как сердце забилось быстрее. Она смотрела в глаза Элис, и в них светилось что-то тёплое, но в то же время уязвимое. — Я сказала, что люблю тебя, — произнесла она тихо, но отчётливо. — Я давно хотела тебе это сказать. Ещё с тех пор, как мы учились в академии. Я думала, что это пройдёт, что это просто сильная дружба... но каждый год мои чувства становились только сильнее. И теперь я не хочу больше скрывать их. Элис смотрела на неё, не веря своим ушам. Её глаза расширились, и она приподнялась на локте, чтобы видеть лицо Стин. — Ты... ты серьёзно? — прошептала она. — Все эти годы? — Все эти годы, — подтвердила Стин, и в её голосе звучала искренность. — Я любила тебя, когда мы прятались на крышах и смотрели на звёзды. Я любила тебя, когда мы разошлись по разным академиям. Я любила тебя, когда мы снова встретились. И когда ты вошла в портал, я поняла, что больше не могу молчать. Элис почувствовала, как слёзы наворачиваются на глаза. Она молчала несколько мгновений, пытаясь переварить услышанное. — Почему ты ничего не говорила? — наконец спросила она, её голос был тихим и дрожащим. — Боялась, — честно призналась Стин. — Боялась, что ты не чувствуешь того же. Боялась, что это разрушит нашу дружбу. Но теперь, когда я могла потерять тебя, я поняла, что сожалеть буду лишь о том, что не сказала. Элис не выдержала. Она наклонилась и крепко обняла Стин, пряча лицо в её плече. — Глупая, — прошептала она сквозь слёзы. — Ты даже не представляешь, как долго я ждала этих слов. Стин замерла, чувствуя, как сердце пропустило удар. — Ты... тоже? — осторожно спросила она. — Я тоже, — ответила Элис, поднимая голову и глядя на неё с тёплой, влажной улыбкой. — Я думала, что ты никогда не узнаешь. Я боялась, что наши отношения испортятся, что ты перестанешь быть моей подругой. Но теперь... Она не договорила. Стин нежно прикоснулась к её щеке, вытирая слезу, и прошептала: — Теперь нам нечего бояться. Они снова обнялись, и тепло их объятий казалось самым правильным и важным в мире. Они молчали, но это молчание было красноречивее любых слов. Всё, что они скрывали друг от друга годами, теперь было сказано. И они были готовы к тому, что ждало их впереди. — Иди сюда, — тихо сказала Стин, притягивая Элис к себе ближе. Их глаза встретились, и в этом взгляде было столько тепла, столько любви, которую они так долго прятали, что слова стали просто не нужны. Стин медленно наклонилась, и их губы встретились — мягко, невесомо, будто первый раз, хотя они ждали этого бесконечно долго. Поцелуй был наполнен всеми теми годами, что они провели рядом, всеми теми моментами, что они делили, всеми теми чувствами, что так долго держали в себе. Элис почувствовала, как внутри разливается тепло, как всё вокруг исчезает, остаются только они — и этот миг, который казался вечностью. Она прижалась ближе, обвивая руками шею Стин, и поцелуй стал глубже, словно они хотели наверстать всё упущенное время. Когда они отстранились, Стин мягко улыбнулась и провела рукой по щеке Элис. — Я так долго ждала этого, — прошептала она. — Я тоже, — ответила Элис, чувствуя, как слёзы радости снова подступают к глазам. Элис, не раздумывая, залезла под одеяло к Стин. Она прижалась к подруге, чувствуя, как тепло её тела согревает, успокаивает, возвращает к жизни. Она обняла Стин и положила голову ей на плечо. — Знаешь, — тихо заговорила Элис, — ты иногда бываешь такой резковатой. Особенно когда ругаешься на учеников или на наставников. Строишь из себя такого строгого начальника. — А кто сказал, что я не строгая? — с лёгкой улыбкой ответила Стин, обнимая её в ответ. — Я — директор. Я должна быть строгой. — Да, — засмеялась Элис, — но когда ты ругаешься, ты выглядишь очень мило. — Мило? — подняла бровь Стин, но в глазах её заплясали искры смеха. — Я не уверена, что это комплимент. — Это самый лучший комплимент, — сказала Элис, поднимая голову и глядя на неё. — Потому что я знаю, что под этой строгостью скрывается самый добрый человек, которого я когда-либо встречала. Стин не выдержала и снова поцеловала её — нежно, но в этом поцелуе было столько обещаний, столько тепла и веры в их общее будущее. — Я люблю тебя, — прошептала она, касаясь губами её лба. — Я люблю тебя, — ответила Элис, зарываясь носом в её плечо и чувствуя, как где-то внутри разливается счастье, которого она так долго ждала. Они лежали так, обнявшись, слушая тишину и чувствуя, как бьются их сердца в унисон. Они знали, что впереди их ждёт много нового, много трудностей, но теперь они были вместе. И это было самым важным. Они лежали в объятиях друг друга, и тишина, наполненная теплом и нежностью, окутывала их, словно мягкое одеяло. Стин чувствовала, как дыхание Элис становится ровным и спокойным, а её рука, лежащая на талии подруги, слегка поглаживает её через тонкую ткань. Элис улыбнулась, чувствуя, как внутри разливается спокойствие, которого ей так не хватало все эти годы. — Мы справились, — тихо сказала она, поднимая голову и глядя на Стин. — Мы сделали это. Мы спасли Ленор. — Мы, — ответила Стин, и в её голосе звучала гордость. — Это было непросто. Но мы не сдались. И теперь всё будет хорошо. Элис слегка приподнялась, опираясь на локоть, и посмотрела на подругу с лёгким сомнением. — А если Джек вернётся? Что, если он продолжит охотиться на других призраков? Мы не сможем быть уверены, что это конец. Стин покачала головой, проводя рукой по волосам Элис. — Мы знаем, где он теперь. Мы знаем, как с ним бороться. И мы не позволим ему снова навредить тем, кто нам дорог. Элис на мгновение задумалась, а затем мягко сказала: — Ты всегда знаешь, что сказать, чтобы успокоить меня. Мне кажется, это твой талант. — Мой талант — это быть рядом с тобой, — с лёгкой улыбкой сказала Стин. — Всё остальное — просто приятный бонус. Они снова замолчали, но в их молчании не было неловкости. Наоборот, оно было наполнено теплом и взаимопониманием, которое они выстроили за долгие годы. — Интересно, что сейчас делает Ленор, — сказала Элис, меняя тему. — Думаю, она с друзьями, — предположила Стин. — Они очень по ней скучали. — Да, — согласилась Элис. — Это было тяжело для всех. Стин перевернулась на бок, чтобы лучше видеть лицо Элис. — Но теперь всё позади. Она вернулась, мы вместе, и скоро всё наладится. Элис вздохнула, чувствуя, как усталость медленно отпускает её. Она снова прижалась к Стин, положив голову ей на плечо. — Я так рада, что ты здесь, — прошептала она. — Я не знаю, что бы я делала без тебя. — Ты бы справилась, — сказала Стин. — Ты самая сильная женщина, которую я знаю. Но я рада, что тебе не пришлось проходить через это одной. Элис почувствовала, как её глаза начинают слипаться. Она боролась со сном, но усталость брала своё. — Знаешь, — пробормотала она, — я никогда не думала, что мой день закончится вот так. После того как я спасла ученицу, я думала, что просто упаду в кровать и усну. Но вместо этого... — Вместо этого, — перебила Стин, улыбаясь, — ты лежишь в объятиях своего начальника и обсуждаешь, как сделать мир лучше. — У меня странная жизнь, — тихо засмеялась Элис. — Но она никогда не бывает скучной, — добавила Стин. Они снова замолчали, и Элис почувствовала, как сон окутывает её всё сильнее. Она хотела ещё что-то сказать, но слова не находились. — Спи, — прошептала Стин, целуя её в макушку. — Я буду здесь, когда ты проснёшься. Спокойствие и тепло объятий Стин окутали Элис, и она наконец позволила себе расслабиться, зная, что её любимый человек рядом, а позади остались все тревоги и страхи. За окнами академии Невермор начинался новый день, и хотя впереди ещё было много дел, в эту минуту у них было самое главное — они были вместе. Элис провалилась в сон, уткнувшись в плечо Стин, и её сознание медленно поплыло в потоке воспоминаний. Это было похоже на старое, тёплое кино, которое крутили у неё в голове — кадры сменяли друг друга, плавно перетекая из одного в другой, и каждый из них был наполнен тем светом, который она так долго хранила в сердце. --- Всё началось с того дня, когда она впервые переступила порог академии Фортоллайфа. Холл был огромным, залитым серебристым светом, и среди множества незнакомых лиц она вдруг увидела её. Высокую девушку с короткими светлыми волосами, которая стояла у окна и рассматривала статую в центре зала. Элис подошла к ней, чувствуя, как сердце бьётся быстрее от волнения. — Привет! — сказала она, улыбнувшись. — Я Элис. Ты тоже из группы 1А? Девушка обернулась, и в её глазах мелькнул тёплый интерес. Она улыбнулась в ответ, и эта улыбка сразу согрела Элис. — Да, — ответила она. — Меня зовут Стин. Приятно познакомиться. — Мне сказали, что есть свободные комнаты с видом на сад. Может, выберем их вместе? — предложила Элис, чувствуя, как между ними возникает та самая искра, которая бывает только у людей, которым суждено стать близкими. — С удовольствием, — сказала Стин. Они вместе пошли по коридорам академии, их голоса смешивались в лёгком смехе, и именно тогда Элис поняла, что этот день станет началом чего-то важного. Они выбрали комнату с большим окном, и с того дня вечерами часто сидели на подоконнике, обсуждая книги, мечты и то, каким будет их будущее. --- Прошли дни, и их дружба стала крепче. Они проводили вечера в библиотеке, склонившись над книгами с магическими символами. Иногда Стин поправляла Элис, когда та ошибалась, и делала это с такой терпеливой мягкостью, что Элис невольно ловила себя на мысли, что ей нравится, когда её ругают. А когда они занимались практической магией, Элис часто смеялась над тем, как Стин сосредоточенно хмурится, пытаясь идеально выполнить заклинание. — Ты слишком серьёзная, — говорила она, подходя ближе. — Расслабься, у тебя всё получится. — А ты слишком беззаботная, — отвечала Стин, но в её голосе слышалась теплота. — Но вместе мы непобедимы. Их занятия заканчивались лишь тогда, когда библиотекарь выгоняла их под предлогом закрытия, и они шли к себе, обсуждая всё на свете. --- Они часто убегали от комендантского часа, и их лучшим местом была старая башня на крыше академии. Они сидели на холодных камнях, глядя в бесконечное небо, усыпанное звёздами. Элис чувствовала, как ветер играет с её волосами, и поворачивалась к Стин, чтобы что-то сказать, но вдруг замечала, как та смотрит на неё. Смотрит так, что у Элис внутри всё замирало. — Смотри, — сказала она однажды, показывая на падающую звезду. — Загадай желание. — Я уже загадала, — ответила Стин, и в её голосе была такая нежность, что Элис невольно смутилась. — И какое же? — спросила она, стараясь говорить легко. — Чтобы этот момент никогда не кончался, — сказала Стин, и её слова повисли в воздухе. Они сидели молча, глядя на звёзды, и в этот момент Элис поняла, что их дружба значит гораздо больше, чем она себе это представляла. --- Позже они часто бегали от коменданта по ночным коридорам, смеясь и прячась в нишах, а сердце Элис колотилось не только от страха быть пойманной, но и от того, что она снова и снова чувствовала, как рука Стин сжимает её ладонь. Каждый побег, каждое украденное мгновение — всё это было частью их маленького мира, в котором они были только вдвоём. — Если бы нас поймали, — прошептала однажды Элис, прижимаясь спиной к стене, — нас бы точно выгнали. — Но не поймали же, — ответила Стин, стоя так близко, что Элис чувствовала её дыхание. — И ты знаешь, я бы не пожалела. Я была бы там же, где и ты. С тобой. Элис смотрела в её глаза, и ей казалось, что в этот момент остановилось всё вокруг. Но она отшутилась, стараясь спрятать то, что начинало зарождаться в её душе. --- Их пути разошлись на три года. Три долгих года писем, которые были слишком короткими для того, чтобы передать всё, что накопилось в душе. Элис писала о своих учениках, о сложных заклинаниях, о том, как иногда скучает по ночным башням. Стин отвечала ей редко, но в каждом её слове чувствовалась та самая теплота. Когда они снова встретились в холле академии, Элис думала, что её сердце разорвётся от радости. Она стояла и смотрела, как Стин идёт к ней, и ей казалось, что время снова остановилось. — Ты вернулась, — сказала Стин, и её голос дрогнул. — Я вернулась, — ответила Элис, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. Они шагнули друг к другу, обнимаясь так крепко, как будто боялись снова потеряться. И в этом объятии было всё — и годы разлуки, и скука, и надежда, что всё это время они ждали друг друга. — Я так скучала по тебе, — прошептала Стин, пряча лицо в волосах Элис. — Я тоже, — ответила та, сжимая её в объятиях. — Теперь мы больше никогда не расстанемся. --- Элис вздохнула во сне, прижимаясь ближе к Стин. Все эти моменты — их встреча, их занятия, их бегство от коменданта, их ночи под звёздами и долгожданное возвращение друг к другу — всё это было цепью событий, которые привели их сюда. И теперь, когда прошлое плавно перетекало в настоящее, Элис чувствовала, что всё было правильно. Каждое мгновение, каждое слово, каждая секунда, проведённая рядом с Стин, были частью их общей истории, которая продолжалась прямо сейчас. Она спала в объятиях той, кого любила, и её сны были наполнены теплом и светом их прошлого, которое навсегда останется с ними. Пока Элис видела сны о прошлом, в академии уже начал пробуждаться новый день. Друзья Ленор, как и обещали, вернулись сразу после занятий. Мил, Севети, Дроу, Ждени и Баил вошли в медпункт — и с ними была Аннабель. Она шла немного позади, слегка нервничая и теребя край своей одежды. Её сердце колотилось от волнения, когда она увидела Ленор, сидящую на кушетке. Ленор подняла голову, и их взгляды встретились. В этот момент весь мир перестал существовать для них — только тишина и этот взгляд, полный любви, разлуки и надежды. Аннабель сорвалась с места и бросилась в объятия Ленор, прижимаясь к ней так крепко, словно боялась снова её потерять. Она уткнулась в плечо подруги и почувствовала, как слёзы радости текут по её щекам. — Ты вернулась, — прошептала Аннабель, и её голос дрожал от счастья и облегчения. — Я так боялась, что не увижу тебя снова. Что ты останешься там навсегда... — Я здесь, — тихо ответила Ленор, прижимая её к себе и гладя по волосам. — Я вернулась. И я никуда не уйду. Аннабель подняла голову и посмотрела в глаза Ленор. Её лицо было мокрым от слёз, но улыбка была такой тёплой и искренней, что у всех, кто был рядом, защемило сердце. — Я так по тебе скучала, — сказала она, шмыгая носом. — Ты даже не представляешь. — Представляю, — ответила Ленор, сжимая её ладонь в своей. — Я тоже скучала. Каждую секунду. Дроу стоял у двери и молчал, как всегда. Но в его взгляде, устремлённом на Ленор, читалась такая глубокая радость, что говорить было и не нужно. Он просто смотрел на неё, слегка кивая, и его тихое присутствие говорило больше любых слов. — Дроу, может, скажешь хоть слово? — усмехнулась Севети, толкая его в плечо. Дроу чуть заметно улыбнулся и тихо произнёс: — Рад, что ты вернулась. Это были всего два слова, но в них было столько тепла, что Ленор улыбнулась ему в ответ. — Спасибо, Дроу, — сказала она. — Я знала, что ты переживаешь, даже если молчишь. — Он всегда переживает! — засмеялась Ждени. — Он просто молчаливый. — И это его главная фишка, — добавил Мил с улыбкой. Баил, стоящий у стены, нахмурился и проворчал: — Я тоже переживал. Но я хотя бы книгу свою хочу вернуть. — Какую книгу? — удивилась Ленор. — Ну, ту, что ты у меня взяла перед испытанием, — сказал Баил, пытаясь сохранить серьёзность, но его глаза смеялись. — А, эту, — улыбнулась Ленор. — Она у меня в комнате. Я верну, как только встану. — Ладно, — коротко сказал Баил и отвернулся, чтобы скрыть улыбку. Аннабель тем временем всё ещё держала Ленор за руку, и они обменивались взглядами, которые говорили больше, чем любые слова. Друзья заметили это и переглянулись. — Ой, вы только посмотрите на них, — прошептала Севети. — Кажется, они забыли, что мы здесь. — Пусть забывают, — тихо сказал Дроу, и его голос звучал мягко, почти по-дружески. — Главное, что она вернулась. Друзья заулыбались, чувствуя, как тепло разливается по комнате. Аннабель отпустила руку Ленор и шагнула назад, улыбаясь. — Вы невыносимые, — сказала она, но в её голосе звучала благодарность. — Но я люблю вас всех. — Мы тоже, — ответил Мил, подходя к ним. — Теперь мы все вместе. И это самое главное. Дроу молча кивнул, и его тихое присутствие наполнило комнату спокойствием. Он подошёл к кровати Ленор и коротко коснулся её плеча — без лишних слов, но с искренней теплотой. Это был его способ сказать, что он рад, что она здесь, что она в безопасности. И Ленор поняла это без объяснений. Она ответила ему лёгкой улыбкой и тихим «спасибо», которую услышали только они двое. Через пару дней Ленор наконец выписали из медпункта. Долли, осмотрев её в последний раз, кивнула с довольным видом и сказала: — Всё в порядке. Ты полностью восстановилась. Можешь идти, но без подвигов, хорошо? — Хорошо, — улыбнулась Ленор, чувствуя, как приятно снова чувствовать себя здоровой. Друзья ждали её у дверей медпункта. Когда она вышла, Мил, Севети, Дроу, Ждени и Баил окружили её. Аннабель тоже была рядом, её глаза сияли от счастья. — Ну что, идём в твою комнату? — спросил Мил. — Да, — ответила Ленор. — Я так соскучилась по своей кровати. — Там уже всё проветрили, — сказала Севети. — Мы позаботились. Друзья двинулись по коридорам академии. Ленор шла в окружении своих близких, и каждый шаг дарил ей ощущение свободы. Но когда они вышли в главный коридор, где обычно было много учеников, вокруг воцарилась странная тишина. Ученики Невермора замирали на месте, увидев Ленор. Их глаза расширялись, шепот пробегал по рядам, и все смотрели на неё с таким удивлением, будто увидели призрака. — Это Ленор? — прошептал кто-то из учеников. — Она же была почти мертва! Как она могла очнуться? — спросил другой. — Кто её спас? — раздался голос из толпы. Ленор чувствовала на себе сотни взглядов, но шла спокойно, не обращая на них внимания. Её друзья тоже держались уверенно, словно защищая её от всех этих любопытных глаз. — Они что, не знают? — тихо спросила Севети, наклоняясь к Милу. — Похоже, никто никому не рассказывал, — ответил он. — И правильно, — добавил Баил. — Нечего им знать все подробности. Одна из учениц Невермора, девушка с тёмными волосами, остановилась прямо перед ними и уставилась на Ленор с недоверием. — Ленор? Это действительно ты? — спросила она, запинаясь. — Но ты же... ты же была в коме! Никто не знал, сможешь ли ты прийти в себя. Мисс Попет сказала, что это чудо... — Похоже, так и есть, — спокойно ответила Ленор. — Но как? — не унималась ученица. — Мы слышали, что даже наставники не знали, что делать. Кто-то из внешнего мира помог? Или это была какая-то магия? Ленор переглянулась с друзьями, и Мил мягко улыбнулся. — Пусть это останется нашей маленькой тайной, — сказал он. Девушка хотела ещё что-то спросить, но Ленор уже пошла дальше. Её примеру последовали и остальные. Следом за ученицей раздались другие голоса, но уже не с вопросами, а с восхищением. — Она какая-то другая, — сказал один парень своему товарищу. — Будто стала сильнее. — Или просто наша Ленор умеет выкручиваться из любых ситуаций, — ответил тот с улыбкой. Ленор улыбнулась, но ничего не сказала. Ей не нужно было объяснять всем, что произошло. Главное, что она вернулась, что её друзья рядом, а впереди их ждёт ещё много дней вместе. Когда они подошли к её комнате, Аннабель задержалась перед дверью, сжимая руку Ленор. — Ты уверена, что хочешь побыть одна? — спросила она. — А ты хочешь зайти? — в ответ спросила Ленор, и её глаза засияли. Аннабель залилась румянцем и тихо ответила: — Конечно. Друзья переглянулись. — Кажется, мы тут лишние, — пробормотал Баил. — Оставьте их, — сказала Севети, утягивая его за руку. — Пойдём, Баил, я покажу тебе ту книгу, о которой ты спрашивал. Друзья разошлись, оставив Ленор и Аннабель одни у двери. Ленор взяла Аннабель за руку и тихо сказала: — Заходи. Я так долго не видела свою комнаты. Аннабель шагнула внутрь, и дверь за ними закрылась, оставляя их наедине. Снаружи коридоры академии постепенно наполнялись обычной жизнью, но в комнате царила атмосфера уюта, тепла и любви. Всё вернулось на свои места, и Ленор чувствовала, что наконец-то она полностью дома.​