Контратака пушечного мяса/炮灰逆袭之路

Фу Юйцзюнь был принцем Шао. Отказать ему – значило бы навредить отношениям между государствами. Именно поэтому и Лань Вэй, да и сам Лин Сяо, были уверены, что император не откажет. Но раз Сяо Ли-цзы говорит, что император отказал – значит, так и есть. Лин Сяо посмотрел на Сяо Ли-цзы. Тот, поняв, быстро заговорил: — Главный евнух, у этого принца Шао были нечистые намерения. Император самолично приказал сослать Мо Ци в холодный дворец и повелел, чтобы она никогда оттуда не выходила. Если бы Его Величество отдал её принцу, вышло бы, что он нарушил собственный приказ, а это всё равно что ударить себя по лицу. Сяо Ли-цзы не договорил, но Лин Сяо понял: выбирая между собственным лицом и отношениями между государствами, император предпочёл сохранить лицо. Нет, не так. Лин Сяо знал императора. Он не стал бы бить себя по лицу, но и не стал бы жертвовать государственными интересами. Император, должно быть, что-то предпринял. Не мог он просто взять и отказать. Только он подумал, как Сяо Ли-цзы продолжил: — Но принц Шао – важный гость. Император не согласился, но пошёл на уступку. — Уступку? Какую? — заинтересовался Лин Сяо. — Государь сказал, — ответил Сяо Ли-цзы, — что если принц Шао так неравнодушен к Мо Ци, он дарит ему и девушку и дворец. Лин Сяо опешил: — … Вместе с холодным дворцом? Сяо Ли-цзы пояснил: — Его Величество ясно дал понять: Мо Ци сослана в холодный дворец по его приказу и не может оттуда выйти. Пока она находится в государстве Му, она не может покинуть холодный дворец. Если принц Шао так её любит, император готов уступить, но пусть он сам приходит к ней в холодный дворец. Лин Сяо, услышав такое необычное решение, расхохотался. Но тут же нахмурился: — Но холодный дворец находится в императорском дворце. Разве это не означает, что император даёт принцу Шао право свободного входа во дворец? Сяо Ли-цзы покачал головой, сдерживая смех: — Главный евнух, Его Величество не стал бы давать чужеземному принцу свободный доступ во дворец. Он велел прорубить в стене холодного дворца маленькую дверь, прямо в Закупочную управу. А из Закупочной управы есть боковая дверь, ведущая за пределы дворца. Если принц Шао захочет повидаться с Мо Ци, он должен войти через боковую дверь, пройти через Закупочную управу оттуда через маленькую дверь – в холодный дворец. В обычное время эти проходы охраняются, так что принц Шао не сможет сделать ничего недозволенного. — Принц, да ещё и представляющий лицо страны Шао, — Лин Сяо, глядя на Сяо Ли-цзы, который едва сдерживал смех, тоже не удержался от улыбки, — и будет ходить через чёрный ход? Искусно, ничего не скажешь. Сяо Ли-цзы подтвердил: — Вот именно! Я видел – у принца Шао лицо почернело. Но государь пошёл ему навстречу и отдал Мо Ци. Теперь Шао не в чем упрекнуть Му. Лин Сяо ликовал в душе. Мо Ци рассчитывала на Фу Юйцзюня, чтобы выбраться из холодного дворца? Ну-ну, посмотрим, согласится ли с этим император. Ему очень понравился этот указ. — Однако… — Сяо Ли-цзы запнулся, явно желая что-то добавить. Лин Сяо не выносил таких недомолвок: — Говори прямо. — Слушаюсь, — ответил Сяо Ли-цзы. — Все думали, что принц Шао, если не ради себя, то ради репутации Шао, не станет встречаться с ней. Но принц Шао оказался большим сластолюбцем: в ту же ночь отправился к ней и до сих пор ещё в холодном дворце. Лин Сяо приподнял бровь. Чем же Мо Ци привлекла Фу Юйцзюня в этой жизни? В прошлой жизни они не пересекались. Как же они сошлись? Лин Сяо задумался. — Главный евнух Лин, — послышался с порога голос. Лин Сяо поднял глаза – в дверях стояла на коленях служанка. Он разрешил ей войти. Служанка мелкими шажками приблизилась и протянула Лин Сяо записку, — Главный евнух, это велел передать Ци Линь из Закупочной управы. Ци Линь? Один из тех пятерых евнухов, которых Лин Сяо некогда спас от смерти? Он взглянул в сторону входа и увидел пожилого евнуха, ожидающего у дверей, развернул записку, пробежал глазами – и вытаращил глаза. Перечитал ещё раз внимательно. Мо Ци… она сама даёт ему в руки оружие? Подавив изумление и волнение, он велел служанке позвать Ци Линя. Тот вошёл и поклонился. Лин Сяо подошёл к нему с запиской: — Всё, что здесь написано, правда? Ци Линь взглянул на записку, опешил, потом низко поклонился: — Слуга не посмел бы обманывать главного евнуха. Путь через Закупочную управу теперь соединяется с холодным дворцом. Обычно мы с Сяо Лай-цзы носим еду Мо Ци. Сегодня она дала нам это и сказала, что тот, кто возьмётся исполнить то, что написано, получит её жемчужное ожерелье. Теперь у Мо Ци есть поддержка принца Шао, я не посмел отказать ей в лицо, сказал только, что подумаю. А Сяо Лай-цзы, кажется, согласился. Лин Сяо холодно усмехнулся. Мо Ци задумала рискованную игру в надежде выиграть. — Главный евнух Лин, это… — Сяо Ли-цзы приблизился, недоумевая. Лин Сяо взглянул на него и протянул записку. Сяо Ли-цзы развернул её, прочитал и вытаращил глаза: — Это… это… как эта Мо Ци посмела? Подослать убийцу к принцу Шао! Она что, жизни не рада? Жить надоело? Нет. Лин Сяо вспомнил план, который он в прошлой жизни придумал для Мо Ци – «стратагему горькой плоти». Тогда, как только Мо Ци попала во дворец, она, с его помощью, умела угождать императору. Но император был скрытен и не спешил отдавать ей своё сердце. Тогда Лин Сяо придумал для неё спектакль: нанять убийцу, чтобы тот напал на императора, а Мо Ци заслонила бы его собой. В прошлой жизни император не был таким проницательным, как сейчас, и этот план сработал блестяще. После того случая император по-настоящему приблизил Мо Ци к себе. Содержание записки явно указывало на то, что Мо Ци задумала ту же «стратагему горькой плоти». Там было сказано: не наносить ударов в область сердца. Если бы она хотела убить Фу Юйцзюня, зачем бы ей такие указания? К тому же у Мо Ци не было причин убивать его. Но Мо Ци была глупа. Найти двух случайных людей, словно боевые искусства Фу Юйцзюня – это просто для виду? С такой боевой подготовкой, как у этого Сяо Лай-цзы, он даже приблизиться к Фу Юйцзюню не сможет – тот его прикончит раньше. И о какой горькой плоти тогда речь? Но выбора у Мо Ци не было – в холодном дворце, кроме этих двух евнухов, ей больше не на кого было положиться. Она так спешила проявить себя перед Фу Юйцзюнем – значит, ей не терпится выбраться из холодного дворца… Но Лин Сяо не доставит ей такого удовольствия. — Но это не дело, — засомневался Сяо Ли-цзы, пронзительно глядя на Ци Линя. — Покушение на принца Шао – смертный приговор. Как мог Сяо Лай-цзы согласиться на такое? Лин Сяо тоже перевёл взгляд на него. Ци Линь, хоть и оробел под двумя взглядами, выглядел искренне, в глазах его не было уклончивости. Похоже, записка подлинная, не хватало только пояснений Ци Линя. И Ци Линь поклонился: — Главный евнух, господин евнух, человек может пойти на смерть из-за денег. Сяо Лай-цзы поступил во дворец из-за бедности, недавно – ещё не потерял связь с семьёй. У него дома больная сестра, и он ждёт жалованья. Лин Сяо понял. Сяо Лай-цзы поставил на кон свою жизнь. Даже если его разоблачат, он не выдаст Мо Ци. А в момент покушения Мо Ци будет рядом и сможет вмешаться. Не исключено, что её «стратагема горькой плоти» удастся. Лин Сяо потемнел взглядом. У него в руках была ещё одна улика против Мо Ци, но радоваться было рано. Если император сам не желает казнить Мо Ци, сколько бы улик ни было – всё бесполезно. А если Мо Ци на этот раз удастся выкарабкаться и она окажется под защитой Фу Юйцзюня… тогда Лин Сяо будет ещё труднее до неё добраться. — Выходит, он играет со смертью! — изумился Сяо Ли-цзы. Встряхнул мухогонкой, — Главный евнух Лин, надо доложить Его Величеству. Если принца Шао попытаются убить в императорском дворце, отношения между нашими государствами станут очень напряжёнными. Сяо Ли-цзы смотрел на Лин Сяо. В его глазах, помимо почтительности, читалась едва скрываемая радость. Если это правда, то доклад императору о покушении будет немалой заслугой. На это Сяо Ли-цзы и рассчитывал, потому так торопился. Лин Сяо мысленно усмехнулся, но на лице ничего не показал: — Сяо Ли-цзы прав. Я, главный евнух, даю тебе возможность отличиться. Ступай к императору, покажи эту записку и расскажи всё как есть. А я тем временем пойду в холодный дворец и попытаюсь остановить Сяо Лай-цзы. — Слушаюсь, — обрадовался Сяо Ли-цзы и стремглав выбежал с запиской. Лин Сяо проводил его взглядом, поманил Ци Линя. — Ты ещё помнишь, кто тебя от смерти спас? — спросил он. Ци Линь опустился на колени: — Слуга не смеет забыть благодеяние главного евнуха. — Отлично, — Лин Сяо довольно прищурился. — Теперь главный евнух поручит тебе одно деяние. — Все, что прикажет главный евнух, — поклонился Ци Линь. Лин Сяо приподнял бровь: — Один Сяо Лай-цзы не сможет ранить принца Шао. Ты помоги. — Что?.. — Ци Линь вытаращил глаза. Лин Сяо повернулся, прижал палец к губам Ци Линя, заставляя его проглотить изумление. Оглянулся – вокруг никого – и, приблизившись к уху, тихо сказал: — Придумай способ подсказать Сяо Лай-цзы, чтобы он сначала дал принцу Шао размягчающего кости порошка*. Только тогда он сможет его ранить.

*Порошок, размягчающий кости (软骨散) – вымышленное вещество, часто встречающееся в китайских романах в жанре уся и сянься. Лишает человека сил, делает мышцы и суставы вялыми, временно парализует способность двигаться или использовать боевые искусства.

Ци Линь подавил изумление, но не мог скрыть недоумения: — Главный евнух, вы тоже хотите убить принца Шао? Лин Сяо усмехнулся и покачал головой: — Не хочу. А что я задумал, тебе знать не обязательно. Видя, что Ци Линь колеблется, Лин Сяо похлопал его по плечу: — Не бойся, это тебя не коснётся. Ты всего лишь подскажешь Сяо Лай-цзы. Ответственность будет на нём… Глаза Ци Линя загорелись. Лин Сяо, видя, что цель достигнута, выпрямился: — Если сделаешь хорошо, главный евнух тебя не забудет. — Благодарю, главный евнух Лин, — Ци Линь поклонился. — Ступай, — махнул рукой Лин Сяо. — И поторопись, пока Его Величество не дошёл до холодного дворца. — Слушаюсь, — Ци Линь вышел.