Контратака пушечного мяса/炮灰逆袭之路

Мо Ци, стоящая перед ним, сияла, как никогда прежде. В её взгляде не было той ненависти, с которой она встречала Лин Сяо. Более того, её взгляд был глубок, глаза сияли улыбкой – Лин Сяо не мог прочитать её истинных чувств. У него по спине пробежал холодок. Он отступил на шаг. Мо Ци поклонилась Фу Юйцзюню и скромно встала за его спиной – послушная и почтительная. Лин Сяо изумился, глядя на Мо Ци почти в упор. Та, которая считала, что все мужчины должны быть у её ног, – и вдруг такая вежливая. И ещё она покорно стоит за спиной Фу Юйцзюня… Что происходит? Взгляд Лин Сяо метался между Фу Юйцзюнем и Мо Ци. Фу Юйцзюнь был, как всегда, непроницаем. Лин Сяо опасно прищурился. Неужели эти двое сговорились? Фу Юйцзюнь, заметив его враждебность, усмехнулся и слегка покачал головой. Обернувшись к Мо Ци, он сказал: — Можешь идти, — в голосе ни ласки, ни вражды. Лин Сяо насторожился ещё сильнее. — Ты так её ненавидишь? — с улыбкой, но и с недоумением спросил Фу Юйцзюнь. — Не мог бы ты ради меня её потерпеть? Лин Сяо изумился. Мо Ци пыталась убить Фу Юйцзюня – пусть и не всерьёз, но факт остаётся фактом. И он собирается простить её? Неужели Мо Ци, опоив Лань Вэя, теперь опоила и Фу Юйцзюня? Лин Сяо усмехнулся, но виду не подал: — Принц, что вы говорите. Мо Ци теперь под вашим крылом, как я посмею? И что значит «потерпеть»? — Он притворно зажал рану. — Моя рана, в общем-то, и не тяжёлая. Кровь текла, болела несколько дней, всего чуть-чуть не задела сердце. Ничего, я ещё не умер. Если Мо Ци снова рассвирепеет, я, так и быть, снова заслоню принца. Лицо Фу Юйцзюня помрачнело. Лин Сяо давал ему понять: я за тебя пострадал, а ты покрываешь виновницу. Это было не только глупо, но и опасно, ведь покушение могло повториться. Да и по отношению к Лин Сяо, заслонившему его от удара, это было несправедливо. У этого маленького слуги язык был хорошо подвешен. Фу Юйцзюнь, глядя на непрерывно болтавшего Лин Сяо, скрипнул зубами. — Что вы так на меня смотрите, принц? Разве я не прав? — Лин Сяо покосился на него, в глазах мелькнул огонёк. Эта мимолётная искра делала маленького слугу очень живым. Фу Юйцзюнь, глядя на него, замер на мгновение, и взгляд его стал глубоким. Наконец он вздохнул, поднял руки в знак капитуляции: — Хорошо, хорошо, я не прав. Но Мо Ци мне действительно нужна. Лин Сяо нахмурился: — Зачем? Фу Юйцзюнь помедлил, потом, нахмурившись, проговорил: — Я должен кое-что у неё узнать. При этих словах в голове Фу Юйцзюня возник тот самый уводящий в мечты силуэт на пиру, тот самый танец теней, потрясший всех… Кем бы ни был этот человек, он хотел его найти! На лице Фу Юйцзюня появилось непривычная для него серьёзность. Лин Сяо с удивлением посмотрел на него – ему стало любопытно, о чём же принц собирается спрашивать. — О чём ты хочешь её спросить? — спросил он. — Ах, это… — Фу Юйцзюнь очнулся и, глядя на Лин Сяо с полуулыбкой, видимо, не желая говорить, перевёл разговор, — Тебя, кажется, очень беспокоит моя персона? Лин Сяо дёрнулся и с презрением посмотрел на него. Фу Юйцзюнь прокашлялся: — В общем, эта женщина мне ещё нужна. Не волнуйся, я не позволю ей снова взяться за нож. Если ты боишься, я могу отдать её тебе. Можешь перерезать ей сухожилия, сделать что хочешь. Мне нужно только, чтобы её рот мог говорить. Фу Юйцзюнь улыбался, но говорил так, словно Мо Ци была для него ничтожной букашкой. Лин Сяо стало не по себе. Однако мысль о том, что Мо Ци будет в его распоряжении, была очень заманчивой, и он невольно смягчился: — Тогда я принимаю твою милость, принц. Фу Юйцзюнь улыбнулся и кивнул. — Кстати, ты спас мне жизнь. Ты уже придумал, что хочешь? — снова спросил он. Лин Сяо удивился: — Принц разве не дал мне то, что я хотел? Фу Юйцзюнь покачал головой: — Спасти тебя – моё желание. Твоё желание было, чтобы я подождал за воротами и увёз с собой, но ты не просил, чтобы я вытаскивал тебя из дворца. Так что это не считается. Можно сказать, я тебя спас, значит, я твой благодетель. Лин Сяо помрачнел. Странная у него логика. — Тогда услуга за услугу, — беззаботно сказал он. — Ты мне не должен, я тебе не должен. — Нет, — снова покачал головой Фу Юйцзюнь. — Я спас тебя, а теперь хочу попросить об одной услуге. — … — Лин Сяо насторожился. — Не бойся, — усмехнулся Фу Юйцзюнь. — То, о чём я хочу попросить, ты и сам собирался сделать. — Что? — Лин Сяо не мог припомнить. — Поехать со мной в Шао и не покидать моего дома без разрешения. Лин Сяо опешил. Раньше он говорил, что хочет уехать с Фу Юйцзюнем, но это был лишь тактический ход, чтобы выбраться из дворца. Теперь, когда император объявил о даровании ему титула императорского супруга, Лин Сяо и не думал укрываться в доме Фу Юйцзюня. В лучшем случае он хотел бы уехать с ними в Шао и там уже решать. Он никому не рассказывал о своих планах, в том числе и Фу Юйцзюню. Но просьба Фу Юйцзюня показывала, что тот знает его намерения. Лин Сяо нахмурился: «Все эти люди – одного поля ягоды». — Принц, — начал он осторожно, — на каком основании вы поселите меня в своём доме? Фу Юйцзюнь приподнял бровь, на лице его засияла улыбка, от которой по спине Лин Сяо пробежал холодок. Принц хотел ответить, но Лин Сяо перебил его: — Может, принц пригласит меня в гости? Всё-таки я спас вам жизнь. Фу Юйцзюнь снова приподнял бровь, в его глазах мелькнуло лёгкое разочарование: — Ты, маленький слуга, так долго был слугой, что теперь хочешь стать хозяином? — О, я всего лишь гость, а не хозяин. Хозяин — это вы, принц, — ответил Лин Сяо. — Или вы считаете, что такой ничтожный слуга, как я, даже если спас вам жизнь, не достоин быть вашим гостем? Фу Юйцзюнь застыл. Он уставился на Лин Сяо с укором. Этот маленький слуга и его острый язычок – он только и делает, что язвит? Лин Сяо поймал его взгляд и мрачно отвернулся. — Принц, не смотрите на меня так. Раз уж я ушёл с вами, я готов на всё, что вы решите. В конце концов, Мо Ци была ещё жива, и он не собирался уходить вот так. Не лучше ли пока остаться и присмотреть? К тому же, если он останется, Мо Ци будет в его распоряжении. Это было так заманчиво. В итоге Фу Юйцзюнь поселил Лин Сяо в своём доме как почётного гостя. В пути Лин Сяо не трогал Мо Ци – во-первых, кругом было много людей, неудобно; во-вторых, ему хотелось понаблюдать, что с ней стряслось. За эти дни он заметил, что Мо Ци изменилась, словно её подменили. Она стала благовоспитанной, нежной, доброй – такой, какой Лин Сяо велел ей быть в прошлой жизни. Будто он вернулся в прошлое. Когда они прибыли в дом принца, Лин Сяо поселили в отдельном маленьком дворике. Там были слуги, тишина и покой. Фу Юйцзюнь сдержал слово: Мо Ци тоже поселили в его дворике, отдав полностью в его распоряжение. Вместе с Мо Ци пришли две служанки, которых Лин Сяо велел вывезти из дворца. Одну звали Цзисян, другую – Фукан. Их определили к нему личными служанками. Удивительно, но Мо Ци тоже определили к нему личной служанкой. Услышав об этом, Лин Сяо усмехнулся. В прошлой жизни он безропотно служил Мо Ци, а она называла его своим слугой, а в этой жизни Мо Ци стала его личной служанкой. Времена меняются. Какая радость. Лин Сяо направился в комнату, где жили служанки. Мо Ци разбирала свой скудный багаж. Увидев его, она замерла, а потом встала. Лин Сяо подошёл к ней, посмотрел сверху вниз и холодно спросил: — Что, увидев господина, не знаешь, что надо поклониться? Мо Ци стиснула зубы. На лице её отразились гнев и унижение, но она сдержалась, и лицо её вновь стало спокойным. Она опустилась на колени. Лин Сяо нахмурился. Мо Ци – и на коленях? Она всегда думала, что он влюблён в неё, и только и делала, что требовала от него. Как же так… — Лин Сяо, я могу встать? — донесся снизу её голос. Лин Сяо оттолкнул её ногой и рассердился: — Я не разрешал тебе говорить. К тому же я твой господин, как ты смеешь называть меня по имени? Мо Ци, поваленная на пол, вскрикнула от боли. Глядя на Лин Сяо с ненавистью, она прошипела: — Лин Сяо, не зарывайся! — Ха! — усмехнулся Лин Сяо, присел и посмотрел ей прямо в глаза. — А вот так – зарываюсь. И что ты сделаешь? Мо Ци смотрела на него мрачным взглядом, полным убийственного намерения: — Однажды ты заплатишь за всё! Лин Сяо, ты пожалеешь! Как в прошлой жизни – пожалеешь до смерти! — В прошлой жизни? — Лин Сяо вздрогнул и долгим взглядом посмотрел на неё.