mein lieber engel

Через несколько дней во внутреннем дворе замка, в котором еще несколько десятилетий назад прогуливались члены графской семьи, был расставлен спортивный инвентарь. Во дворе разминались студенты в белой форме и серых кожаных жилетах. В руках у каждого были рапиры с тупыми клинками и кожаные шлемы с металлической защитной сеткой. Среди прочих был и Оскар, он никогда не любил уроки фехтования и вообще чего-либо связанного со спортом, из-за слабого здоровья он быстро уставал во время беговой разминки, и прежний учитель ставил Оскара в конец шеренги, как он сам говорил, «для отстающих и отсталых». Оскар был весьма худощавым и высоким, оттого и ловким, и если иногда побеждал в фехтовальных поединках, то исключительно благодаря своей изматывающей для противника изворотливости. Побеждал он, несмотря на это, редко. Старик Шульц, бывший учитель старой закалки, отправился на пенсию и сейчас переехал в Швейцарию. Однокашники Оскара строили теории по этому поводу и пугали младших рассказами о призраке замка, который зарезал Шульца и спрятал его труп на чердаке. Оскар только вздыхал и строил теории о том, каким будет новый учитель. Гадать долго не пришлось, деревянные двери с противоположной стороны двора распахнулись, и на вымощенном каменными плитами пороге появился Эрих Шефер. Рапира со звоном выпала из ладони Оскара. Ученики ожидали, что им в этом году дадут такого же старого хрыча, ежедневно заливающего за воротник, но при этом неимоверно требовательного и не гнушавшегося физическими наказаниями. К тому же директор еще в первый день клялся и божился, что с новым учителем не забалуешь. Поэтому ни Оскар, ни остальные студенты и в самом прекрасном из снов своих не могли представить, что к ним, как с Олимпа, спустится образец античной красоты. Молодой человек, смуглый брюнет, с собранными в небрежный пучок вьющимися волосами, поздоровался с учениками, белозубо улыбнувшись. Студенты ответили нестройным хором на его приветствие. Оскар рассеянно поздоровался вместе с остальными, не в силах оторвать взгляд от фигуры учителя. Учитель провёл краткий экскурс по своему предмету, сказал, что дисциплина на его уроке — один из главных критериев получения хорошей оценки и поддержки хороших взаимоотношений между учеником и педагогом. Шефер достал книжечку со списком учащихся и прошелся по списку обучающихся, с улыбкой пообещав как можно скорее всех запомнить. Оскар не мог не заметить, как оценивающе учитель рассматривал каждого подопечного, как профессор, который подыскивает в клетке с белыми крысами одну, подходящую для опытов. Затем Шефер закрыл книжечку с кожаным переплётом и назначил пятнадцать разминочных кругов вокруг двора, а сам удалился покурить. Год, по мнению Оскара, обещал быть интересным. *** Эрих не торопился выходить к ученикам из внутреннего парадного входа и радовать их своим появлением. В коридоре он уже успел выкурить полпачки «Джуно» и не собирался останавливаться. Его планы были безвозвратно испорчены. Вчера и сегодня утром через него прошли уже шесть классов, по двадцать — двадцать пять учеников в каждом, и ни одного нужного. Выходить заранее во двор, к таким же прыщавым тупоголовым идиотам, какие были вчера и будут завтра, да ещё и последующие девять месяцев, он считал бессмысленным. Эрих вяло глянул на минутную стрелку, которая необыкновенно быстро перескочила за цифру шесть. Он затушил бычок о подоконник и, натянув приветливую улыбку, чтобы не портить отношения с учениками с первого занятия, зашагал к двери. Ему пока за это платят. Эти ученики, как и двести прошлых, неимоверно удивились его появлению. Носатые, губастые, прыщавые, а иногда даже усатые и бородатые рожи одновременно вытянулись. О смене учителя ученики узнали накануне, а увидели вообще только сейчас. Эрих ведь не решился после своей ночной попойки, первым учебным утром выйти вместе со всем учительским составом в обеденный зал к студентам, чтобы познакомиться со всеми одним махом и больше не наблюдать изумлённые рожи. Впрочем, — рассуждал Эрих, — одной рожей больше, одной меньше, сути не меняет. Он пошел по списку учащихся и только на букве Д заметил, что среди его учеников затесался Божий ангел. Беленький, кудрявенький, совсем еще мальчик, в сравнении с большинством лосей в группе. Его одежда, то ли еще стараниями матери, то ли благодаря природной аккуратности, была чище и опрятнее, чем у других ребят. Эрих, державший в своей голове целый тестовый бланк, требованиям которого должен соответствовать нужный, с первого взгляда понял, что Оскар фон Дитрих со временем поставит галочки напротив всех пунктов.