XIII
14 июля 2026 г., 15:21
***
Горная гряда вырастала из равнины постепенно — сначала пологие холмы, поросшие густым кустарником, затем каменистые осыпи, и наконец отвесные скалы, уходящие в самое небо. Воздух здесь был разреженным и холодным, а ветер завывал в расщелинах, словно голос самого древнего из биджу. К вечеру, как и предсказывал Шикамару, они достигли подножия главного пика. — Лаборатория где-то здесь, — Саске остановился у большого валуна, на котором едва угадывался выцветший символ змеи. — Орочимару выбрал это место из-за природных пещер. Они уходят глубоко в гору. — Вход замаскирован? — Шикамару уже осматривал скалу, выискивая несоответствия в тенях. — Да. Где-то здесь должна быть скрытая дверь. Я найду. Саске сложил печать, и его глаза вспыхнули алым — три томоэ Шарингана медленно закружились, сканируя поверхность скалы. Через минуту он указал на, казалось бы, монолитную стену справа от валуна. — Здесь. За иллюзией. Наруто подошел ближе и коснулся камня. Его пальцы прошли сквозь скалу, как сквозь воду. Иллюзия была старой, но всё ещё крепкой — обычный глаз никогда бы не заметил подвоха. — За мной, — скомандовал он и первым шагнул в камень. За иллюзией оказался узкий коридор, вырубленный прямо в скале. Стены были покрыты светящимся мхом, дававшим тусклое зеленоватое освещение. В воздухе пахло сыростью, химикатами и чем-то ещё — чем-то тошнотворно-сладким, что Наруто сразу узнал. Так пахли лаборатории Орочимару. Так пахла смерть. Они двигались цепочкой: Наруто впереди, за ним Саске, потом Сакура, замыкал Шикамару. Коридор петлял, раздваивался, уводил вниз, и с каждым шагом становилось холоднее. — Здесь кто-то был, — тихо произнес Саске, останавливаясь у развилки. — Следы. Свежие. — Кабуто? — Наруто напрягся. — Или кто-то из Акацуки. Следы ведут в центральный зал. Нам туда же. Они ускорили шаг. Коридор закончился массивной металлической дверью, которая была… приоткрыта. Изнутри доносился тихий, монотонный гул работающих приборов и чей-то голос — высокий, скрипучий, очень знакомый. — Кабуто, — одними губами произнесла Сакура. Наруто жестом приказал всем замереть. Он осторожно заглянул в щель. Центральный зал лаборатории был огромен — куполообразная пещера, заполненная стеллажами с оборудованием, резервуарами с мутной жидкостью и операционными столами. В центре зала, спиной к двери, стоял человек в белом халате поверх шиноби-сетки. Серебристые волосы, собранные в хвост, очки на носу, тонкие, почти женские пальцы, перебиравшие свитки. Кабуто Якуши. — Он один, — прошептал Шикамару, активируя теневое зрение. — Чакры других Акацуки не чувствую. Но он может вызвать подкрепление. — Тогда действуем быстро, — Наруто отстранился от двери и повернулся к остальным. — Сакура, блокируешь выход. Шикамару, тени наготове — если попытается бежать, держи. Саске, мы с тобой заходим первыми. Я отвлекаю, ты атакуешь. Цель — не убить, а захватить. Он знает слишком много. — Принято, — кивнула Сакура, сжимая медицинские перчатки — её личное оружие, усиленное чакрой. — Логично, — Шикамару уже вытянул тень, готовую в любой момент рвануться вперед. — Я атакую, когда ты подашь знак, — Саске активировал Чидори. Молния с тихим треском заплясала на его ладони, освещая коридор синими всполохами. Наруто глубоко вздохнул. Затем толкнул дверь и вошел в зал. — Кабуто! — его голос эхом разнесся под сводами пещеры. — Давно не виделись! Кабуто резко обернулся. Его глаза за стеклами очков расширились на долю секунды — но тут же сузились, приобретя знакомое выражение холодного, расчетливого интереса. — Узумаки Наруто, — произнес он, и его губы растянулись в улыбке, от которой у Сакуры по спине пробежал холодок. — А я всё гадал, когда же вы доберетесь сюда. Признаться, я ожидал вас раньше. Вы нашли лабораторию у реки? — Нашли. И свитки тоже, — Наруто сделал шаг вперед, не сводя с него глаз. — Теперь нам нужны те, что здесь. — Ах, свитки, — Кабуто поправил очки, и стекла блеснули, скрывая выражение его глаз. — Боюсь, вы опоздали. Я уже скопировал всё, что здесь было. Формула «Сосуда Души» почти готова. Ещё немного — и Акацуки получат оружие, способное изменить мир. — Мы не дадим тебе уйти, — Саске выступил из тени, и Чидори в его руке взвыло громче. — Сдавайся, Кабуто. Ты окружен. Кабуто посмотрел на него — и вдруг рассмеялся. Смех был высоким, дребезжащим, совершенно безумным. — Саске-кун, — произнес он, отсмеявшись, — ты так и не понял, да? Я не просто работаю на Акацуки. Я — один из них. И я ждал вас. Именно вас. Знаешь почему? — Просвети, — холодно бросил Саске. — Потому что для завершения формулы мне нужна чакра биджуу, — Кабуто перевел взгляд на Наруто. — Живая чакра. От живого джинчурики. И вот ты здесь. Сам пришел. Какой приятный сюрприз. Он щелкнул пальцами. И в тот же миг стены лаборатории ожили. Из резервуаров с мутной жидкостью начали подниматься фигуры — люди, измененные экспериментами Орочимару, с серой кожей, пустыми глазами и печатями на лбах. Зомби. Десятки зомби. — Черт, — выдохнул Шикамару. — Вот почему он был один. Он создал армию. — Сакура, блокируй левый проход! Шикамару, правый! Саске, прикрой! — Наруто уже складывал печати. — Я займусь Кабуто! Бой начался. Зомби хлынули со всех сторон, и пещера наполнилась звуками битвы: треском молний, хлопками теней, глухими ударами кулаков, разрывающих плоть. Сакура двигалась как вихрь — её удары, усиленные чакрой, крушили грудные клетки и ломали конечности. Шикамару плел тени, захватывая сразу по трое-четверо противников и швыряя их об стены. Саске прорезал ряды зомби Чидори, оставляя за собой дорожку из дымящихся тел. А Наруто шел к Кабуто. Шаг за шагом, неумолимо, как сама судьба. Его глаза засияли золотом — режим Отшельника активировался на полную мощь. Вокруг него закружилась аура природной чакры, смешанная с багровой силой Курамы. — Ты хочешь чакру биджуу? — спросил он, и в его голосе звучала древняя, нечеловеческая сила. — Получай. Расенган сформировался в его ладони за долю секунды — но не обычный, а огромный, багрово-золотой, пульсирующий. Кабуто попытался отпрыгнуть, но Шикамару, улучив момент, бросил тень ему под ноги, и ученый споткнулся, теряя равновесие. В следующий миг Расенган врезался ему в грудь. Взрыв. Вспышка. Крик. Кабуто отлетел к дальней стене, пробив собой два стеллажа, и рухнул на пол, не подавая признаков жизни. Зомби, лишенные контроля, замерли и начали оседать, словно марионетки с обрезанными нитями. Наруто стоял над телом врага, тяжело дыша. Саске подошел сзади, всё ещё держа Чидори наготове. — Он жив? — спросил Учиха. — Жив, что удивительно, — Сакура уже склонилась над Кабуто, проверяя пульс. — Без сознания, но жив. Нужно связать и доставить в Коноху. Он расскажет всё, что знает об Акацуки. — Я контролировал себя, — отозвался Наруто. — А свитки? — Шикамару уже обыскивал лабораторию. — Здесь! Целый шкаф. Формула «Сосуда», протоколы экспериментов, карты других лабораторий. Всё. — Забираем, — Наруто выпрямился и отряхнул куртку. — И уходим. Если у Кабуто был канал связи с Акацуки, сюда уже могут лететь подкрепления. Они действовали быстро. Сакура перевязала Кабуто и запечатала его чакру специальной печатью. Шикамару и Саске упаковали свитки в герметичные футляры. Наруто стоял на страже, сканируя окрестности в режиме Отшельника. — Чисто, — объявил он. — Но ненадолго. Я чувствую чакру на границе восприятия. Кто-то приближается с юга. Много. — Тогда уходим через запасной выход, — Саске указал на неприметную дверь в дальнем углу. — Я проверял. Она ведет на другую сторону горы. Они нырнули в туннель и побежали. Позади осталась лаборатория, поверженный Кабуто и армия зомби. Впереди был выход — и долгий путь домой, в Коноху. Через час они выбрались на поверхность. Закат окрасил небо в багровые тона, и в этом свете лицо Саске казалось почти демоническим. Но когда он повернулся к Наруто, в его глазах не было ни тьмы, ни холода. Только усталость — и странное, новое выражение, похожее на покой. — Мы сделали это, — сказал он. — Сделали, — Наруто кивнул. — Ты вернулся. По-настоящему. Теперь осталось только закончить войну. — И вернуть меня в деревню? — Нет. Просто вернуться. Домой. Саске ничего не ответил. Но когда они двинулись дальше, он шел рядом с Наруто. И тени их, длинные в закатном свете, наконец-то слились в одну.---
Они шли через каменистую равнину, подсвеченную последними лучами заходящего солнца. Впереди, в нескольких шагах, Сакура что-то негромко говорила Саске — слов было не разобрать, но тон её голоса звучал мягко, почти робко, а Учиха, вопреки обыкновению, не огрызался и не замыкался в молчании. Он слушал. Иногда даже отвечал. Наруто смотрел на них и чувствовал, как внутри разливается тепло. Команда 7 снова вместе. Не так, как раньше, не по-детски — но вместе. И это было правильно. Шикамару, шагавший слева от него, внезапно дернул его за рукав. Жест был резким, но не грубым — скорее настойчивым. Наруто, не сопротивляясь, позволил оттянуть себя чуть назад, перестраивая формацию. Теперь они со стратегом замыкали колонну, а Сакура и Саске шли в авангарде. Наруто покосился на Шикамару. Лицо того было, как всегда, невозмутимым — но в том, как он сжимал лямку рюкзака, и в том, как его темные глаза следили за парой впереди, читалось что-то такое, чего Наруто раньше не замечал. Внутри, в подсознании, раздался лающий смех Курамы. Лис смеялся редко, но когда это случалось, его рык сотрясал стены клетки. — Ревнуешь? — тихо спросил Наруто, не глядя на Шикамару. Он смотрел вперед, на силуэты Сакуры и Саске, но губы его дрогнули в слабой усмешке. Шикамару запнулся на ровном месте. Буквально — споткнулся о камень, который был виден за километр. Восстановил равновесие и бросил на Наруто быстрый, острый взгляд. — Я не ревную, — сказал он. Слишком быстро. Слишком сухо. — Врешь, — Наруто наконец повернулся к нему. Его глаза всё еще хранили золотистый отблеск режима Отшельника, и в этом свете они казались почти всезнающими. — Ты перестроил формацию, чтобы увести меня подальше от Саске. Ты не сводишь с него глаз с тех пор, как он появился. И ты дернул меня за рукав так, будто я собирался сбежать. Шикамару молчал. Его профиль в закатном свете был резким, почти мраморным. — Это не ревность, — произнес он наконец. — Это... анализ рисков. — Анализ рисков? — Ты и Саске — два сильнейших шиноби в этой группе. Если вы идете рядом, это создает удобную цель для атаки с тыла. Разделяя вас, я повышаю обороноспособность формации. Логично. — Ло-ги-чно, — повторил Наруто, растягивая слово. — Значит, ты перестроил нас из соображений тактики. — Именно. — И тебе совсем не хочется, чтобы я шел рядом с тобой, а не с ним? Шикамару снова споткнулся. На этот раз камня под ногами не было — только ровная земля. — Ты невозможный человек, — пробормотал он. — Ты говорил, — Наруто улыбнулся шире. — Но я заметил, что ты не ответил на вопрос. Шикамару тяжело вздохнул. Его рука, всё еще сжимавшая рукав Наруто, разжалась — но не убралась. Вместо этого он поправил лямку рюкзака на плече Наруто, сбившуюся во время боя. — Может, и ревную, — сказал он тихо, почти неслышно. — Немного. Это иррационально. Я знаю, что вы с Саске — друзья. Братья. Я знаю, что между вами нет ничего такого. Но когда я вижу вас вместе, когда я слышу, как ты говоришь о нем... — он запнулся. — Это напоминает мне, что вы связаны чем-то, чего у меня никогда не было. И я не могу это просчитать. Не могу проанализировать. Это просто... есть. Наруто остановился. Они отстали от Сакуры и Саске уже метров на двадцать — достаточно, чтобы никто не услышал. Он повернулся к Шикамару и взял его за плечи. — Ты тоже связан со мной, — сказал он. — Понимаешь? Саске — мой брат. Ты — мой... — он запнулся, подбирая слово. — Мой человек. Тот, кому я доверяю свои мысли, свои страхи, свои планы. Тот, кому я показал Кураму. Тот, ради кого я не спал всю ночь и ради кого я готов не спать еще тысячу ночей. У нас с Саске общее прошлое. Но у нас с тобой — общее будущее. Это разные вещи. Шикамару поднял глаза. В них не было ни скепсиса, ни сарказма — только что-то глубокое, уязвимое, что он обычно прятал за семью замками. — Ты правда так думаешь? — Я не думаю. Я знаю, — Наруто убрал руки с его плеч и легонько стукнул его кулаком в грудь. — А теперь хватит анализировать риски. Идем догонять остальных. А то Сакура решит, что мы отстали специально. — Мы и отстали специально, — заметил Шикамару. — Ну да. Но ей об этом знать не обязательно. Они ускорили шаг. Впереди Сакура обернулась и помахала им рукой — мол, чего вы там плететесь? Наруто помахал в ответ. Саске не обернулся, но Наруто заметил, как уголок его губ дрогнул в тени улыбки — он всё слышал, но предпочел промолчать. Курама внутри всё еще посмеивался. — «Мой человек», — передразнил он Наруто. — Звучит как название романа. Тебе бы книжки писать, а не с Акацуки сражаться. — Заткнись, — беззлобно отозвался Наруто. — Ты просто завидуешь. — Чему? Что у тебя два проблемных человека вместо одного? Нет уж, увольте. Мне и тебя хватает. — Я не проблемный. Я — непредсказуемый элемент. — Ага. Конечно. Непредсказуемый элемент, который только что признался в любви посреди вражеской территории. — Я не признавался! — «Мой человек». «Общее будущее». По-твоему, это что? Наруто покраснел так, что даже кончики ушей запылали. Шикамару, шагавший рядом, заметил это и приподнял бровь. — Курама? — спросил он. — Курама, — подтвердил Наруто. — Не обращай внимания. Он просто вредный. — Я не вредный, — прогудел лис. — Я объективный. Наруто фыркнул и ускорил шаг. Закат догорал, и на небе уже проступали первые звезды. Где-то впереди ждала Коноха — и разговор с Цунаде, и передача Кабуто в отдел допросов, и новые планы, и новые битвы. Но сейчас, в этот момент, всё было именно так, как должно быть. Команда в сборе. Саске вернулся. Шикамару ревновал — но не от неуверенности, а от того самого чувства, которое он до сих пор не научился называть вслух. И Наруто знал: когда-нибудь он это скажет. Не сейчас. Не на миссии. Но однажды — обязательно.
