Пепел и Кровь

Скрипки смолкли. В квартире повисла тишина — та самая, особенная, звукоизолированная тишина, которая давила на барабанные перепонки и заставляла слышать шум собственной крови. Сай лежал на кровати, одетый в новый серый свитер, и смотрел на экран телефона. Сообщение Мире было отправлено и удалено. Теперь оставалось только ждать. Ждать и надеяться, что где-то там, за пределами этой тюрьмы, Мира действует осторожно. Что она не бросится в полицию с истерикой. Что она не попытается найти его в одиночку, вооружившись только адресом Леона и своим горем. Сай знал, на что способен Кай. Он видел это собственными глазами. И мысль о том, что Мира может повторить судьбу брата, вызывала тошноту, подкатывающую к горлу. Он перевернулся на бок и уставился в стену. На обоях проступал выцветший узор — розы, которые когда-то были алыми, а теперь стали серыми, как пепел. Как все в этой квартире. Как он сам. В коридоре послышались шаги. Сай инстинктивно сунул телефон под матрас и закрыл глаза, притворяясь спящим. Дверь приоткрылась, и он почувствовал на себе чужой взгляд — тяжелый, изучающий, прожигающий насквозь даже через закрытые веки. — Я знаю, что ты не спишь, — голос Кая был спокойным, почти ласковым. — Твое дыхание слишком частое для сна. Сай открыл глаза. Кай стоял в дверном проеме, прислонившись плечом к косяку. На нем все еще был темно-красный халат, но теперь он держал в руках что-то — маленький предмет, который поблескивал в тусклом свете ночника. — Я приготовил ужин, — сказал Кай. — Паста с грибами и сливочным соусом. Твоя любимая. Сай не спрашивал, откуда Кай знает про его любимую пасту. Он уже понял: Кай знает все. Каждую мелочь. Каждую привычку. Каждый секрет, который Сай когда-либо рассказывал друзьям, коллегам, случайным знакомым за бокалом вина. Полтора года слежки — достаточный срок, чтобы изучить человека до последней клеточки. — Я не голоден, — сказал Сай, но его желудок предательски заурчал. Кай улыбнулся. — Конечно, голоден. Ты почти ничего не ел со вчерашнего дня. Пойдем. — Он протянул руку. — Я не буду тебя заставлять есть в спальне, как больного. Сегодня мы ужинаем за столом. Как нормальная пара. Словосочетание «нормальная пара» резануло слух, но Сай заставил себя подняться. Чем больше он будет сопротивляться в мелочах, тем сильнее Кай будет его контролировать. Тактика. Все это тактика. Он должен быть послушным, покладистым, усыплять бдительность хищника. И ждать. Ждать Миру. --- Мира пересекла черту города в 18:42. Она не стала заезжать в отель, не стала распаковывать вещи. Вместо этого она припарковала свой старенький седан у полицейского участка и вошла внутрь с той особенной собранностью, которая появляется у людей, переживших шок и превративших горе в холодную, расчетливую ярость. Полицейский участок пах кофе, бумажной пылью и дешевым дезинфицирующим средством. Дежурный за стойкой — молодой парень с уставшими глазами и трехдневной щетиной — поднял голову, когда она вошла. — Я Мира Сандовал, — сказала она, и ее голос прозвучал ровно, без дрожи. — Мне звонили сегодня утром. Насчет моего брата. Леона Сандовала. Парень моргнул, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на сочувствие. — Да, конечно. Проходите. Детектив Маркус ждет вас. Он провел ее по коридору в маленький, душный кабинет, где за столом, заваленным папками и пустыми кофейными стаканчиками, сидел мужчина лет пятидесяти. У него было лицо человека, который видел слишком много плохого и давно перестал удивляться. Седые волосы, глубокие морщины вокруг рта, глаза цвета выцветшего бетона. — Мисс Сандовал, — он поднялся и протянул руку. — Я детектив Маркус. Примите мои соболезнования. Мне очень жаль. Мира пожала его руку — сухо, коротко, по-деловому. — Я хочу увидеть его. — Это не обязательно, — мягко сказал Маркус. — Опознание можно провести по фотографии. Ваш брат... он не в лучшем состоянии. — Я хочу увидеть его, — повторила Мира, и на этот раз в ее голосе прозвучала сталь. Маркус посмотрел на нее — внимательно, оценивающе — и кивнул. — Хорошо. Следуйте за мной. Морг находился в подвальном этаже. Холодный, стерильный, пропитанный запахом формалина и чего-то еще — чего-то, чему Мира не могла подобрать названия, но что мгновенно ассоциировалось со смертью. Санитар выдвинул ящик, откинул простыню, и Мира увидела лицо брата. Она не заплакала. Слезы придут позже, она знала это. Сейчас ее разум был слишком занят анализом — холодным, журналистским, профессиональным анализом, который помогал ей справляться с самыми тяжелыми расследованиями. Она смотрела на синяки на шее Леона, на следы удушения, на неестественный угол челюсти и фиксировала каждую деталь, каждый синяк, каждую царапину. Это не было ограбление. Слишком жестоко для ограбления. Слишком лично. — Достаточно, — сказала она, и санитар накрыл тело простыней. Когда они вернулись в кабинет, Маркус предложил ей кофе. Она отказалась. — Расскажите мне, что вы знаете, — сказала она, садясь на стул напротив детектива. — Все, что знаете. Маркус вздохнул и открыл папку на столе. — Ваш брат был найден сегодня в шесть утра в переулке на Мейпл-стрит. Смерть наступила вчера вечером, между десятью и полуночью. Причина — множественные травмы, несовместимые с жизнью. — Он помолчал. — Мы считаем, что это было нападение с целью ограбления. Бумажник пропал. — Вы в это верите? — спросила Мира прямо. Маркус поднял бровь. — Простите? — Вы верите, что это было ограбление? — повторила она. — Мой брат был осторожным человеком. Он не ходил по темным переулкам в одиночку. Он должен был встретиться с другом и уехать на последнем автобусе. И вместо этого его находят мертвым, с травмами, которые... — она запнулась, но взяла себя в руки, — которые выглядят как результат личной, целенаправленной агрессии. Это не похоже на ограбление. Маркус смотрел на нее долго, изучающе. Затем он закрыл папку и откинулся на спинку стула. — Кем вы работаете, мисс Сандовал? — Я журналист-расследователь, — ответила она. — Внештатный. Сотрудничаю с несколькими изданиями и одним тру-крайм подкастом. — Журналист-расследователь, — медленно повторил Маркус, и в его голосе послышалось что-то похожее на уважение, смешанное с настороженностью. — Тогда вы понимаете, что я не могу делиться с вами всеми деталями расследования. — Я понимаю, что вы не можете делиться со мной всеми деталями официально, — поправила Мира. — Но я также понимаю, что вы, детектив Маркус, работаете в участке, который перегружен делами. У вас нет ресурсов на полноценное расследование каждого убийства. И если это дело будет классифицировано как ограбление, оно ляжет на полку и будет пылиться там годами. Маркус молчал. — Я не прошу у вас доступа к материалам следствия, — продолжила Мира. — Я прошу вас взглянуть на это дело иначе. Мой брат должен был встретиться с другом. Этот друг — парень по имени Сай — звонил мне прошлой ночью. Он был напуган. Сказал, что он в опасности. Сказал, что с Леоном случилось что-то ужасное. А потом повесил трубку, сказав, что не может говорить. Маркус нахмурился. — Вы сообщили об этом звонке? — Я сообщаю вам сейчас, — сказала Мира. — И я хочу знать: вы нашли телефон Леона? Вы проверили его звонки, сообщения, геолокацию? Детектив помолчал, затем снова открыл папку. — Телефон не найден. Бумажник тоже. Мы предполагаем, что нападавший забрал их. — Или нападавший хотел, чтобы вы так думали, — сказала Мира. — Послушайте, детектив. Я не собираюсь мешать вашему расследованию. Но я не уеду из этого города, пока не узнаю, что случилось с моим братом. И я буду благодарна за любую информацию, которой вы сможете поделиться. Маркус долго смотрел на нее, затем кивнул. — Я дам вам знать, если появятся новости. Оставьте свой номер. Мира достала из сумки визитку и положила на стол. — Здесь мой личный номер и адрес электронной почты. Я остановлюсь в отеле «Риверсайд», комната 312. Если что-то найдете — любую мелочь, — пожалуйста, свяжитесь со мной. Она встала и направилась к двери, но на пороге обернулась. — И детектив? Тот друг, о котором я говорила. Его зовут Сай. Я не знаю фамилии. Но у него темные волосы, зеленые глаза, и он носит черный ошейник со звездой. Он может быть ключом ко всему этому. Найдите его — и вы найдете убийцу моего брата. Она вышла, оставив детектива Маркуса в задумчивости разглядывать ее визитку. --- Отель «Риверсайд» был старым зданием на набережной, с облупившейся краской на фасаде и видом на мутную реку. Мира бросила сумку на кровать и села за стол, раскладывая перед собой ноутбук, блокнот и телефон. Она не была в этом городе несколько лет, но старые журналистские привычки не забываются. Первым делом она открыла карту и нашла Мейпл-стрит — тот самый переулок, где нашли тело брата. Затем отметила ближайшие здания, магазины, кафе. Камеры наблюдения. Свидетели. Вторым делом она снова набрала номер Сая. Гудки шли долго, но трубку никто не взял. Она попробовала еще раз — тот же результат. — Черт, — прошептала она, кусая губу. Она не знала фамилии Сая. Не знала его адреса. Не знала, где он работает, с кем дружит, чем занимается. Леон упоминал его в разговорах — «мой друг Сай», «Сай сказал», «мы с Саем собирались в кино», — но никогда не вдавался в подробности. Сай был просто частью его жизни, такой же естественной, как утренний кофе или вечерние пробки. Теперь эта часть была единственной зацепкой. Мира открыла ноутбук и вошла в базу данных, к которой у нее был доступ через одно из изданий. Поиск по имени «Сай» в городе не дал результатов — слишком мало данных. Она попробовала другие варианты написания. Sai. Sigh. Psy. Ничего. Тогда она пошла другим путем. Она открыла социальные сети и начала искать аккаунты Леона — его друзей, подписчиков, комментаторов. Она знала пароль от его страницы — он использовал один и тот же пароль для всего, дурацкая привычка, над которой она смеялась годами. Теперь эта привычка могла спасти чью-то жизнь. Она вошла в аккаунт Леона и начала просматривать его сообщения. Сотни диалогов, десятки контактов. И среди них — переписка с пользователем под ником @Sai_nevermore. Аватар — темный силуэт на фоне заката. Последнее сообщение — датированное вчерашним днем: «Леон, ты можешь забрать меня в восемь? Я буду у кафе на углу Мейпл и Третьей. Нам нужно поговорить. Это срочно». Мира зафиксировала время и место. Затем открыла профиль @Sai_nevermore и начала изучать его. Фотографий было мало — пара снимков книг, закат над парком, чья-то рука с чашкой кофе. Но в разделе «информация» она нашла то, что искала. Место работы: книжный магазин «Старый фолиант», Пятая авеню, 17. Она записала адрес в блокнот и захлопнула ноутбук. Завтра утром она пойдет туда. А пока... Она снова набрала номер Сая. И снова без ответа. Где-то в темноте города ее брат лежал в холодильной камере морга, а парень по имени Сай сидел в запертой квартире и не мог ответить на звонок. И между этими двумя точками пролегала нить, которую Мира намеревалась распутать во что бы то ни стало. --- В квартире на Мейпл-стрит — точнее, где-то в лабиринте дворов и переулков вокруг нее — Кай мыл посуду и насвистывал мелодию, которую слышал по радио утром. Сай сидел за столом, глядя на пустую тарелку из-под пасты, и пытался придумать, как выйти на связь с Мирой незаметно. — Тебе понравилось? — спросил Кай, не оборачиваясь. — Да, — ответил Сай. — Спасибо. — Я рад. — Кай вытер руки полотенцем и повернулся к нему. — Знаешь, я думал о том, что ты сказал сегодня утром. Насчет правил. И я решил, что ты прав. Нам нужна ясность. Он подошел к столу и сел напротив Сая. — Я хочу, чтобы ты чувствовал себя здесь как дома. Не как в тюрьме. Поэтому я подумал: может быть, мы могли бы иногда выходить на улицу? Вместе, разумеется. В парк, в кино, в кафе. Как обычные люди. Сай поднял на него глаза. Это было неожиданно. Подозрительно неожиданно. — Ты серьезно? — спросил он осторожно. — Абсолютно. — Кай улыбнулся. — Но есть условие. «Конечно, есть условие», — подумал Сай, но вслух сказал: — Какое? — Ты должен доказать, что я могу тебе доверять, — сказал Кай, и его красные глаза смотрели прямо в душу. — Что ты не попытаешься сбежать. Что ты не попытаешься обратиться за помощью. Что ты примешь нашу жизнь вместе. — И как мне это доказать? Кай наклонился вперед, и его голос стал тише, интимнее. — Для начала — отдай мне телефон. Сердце Сая ухнуло в пятки. Он знал. Он все это время знал. — Я не... — Не лги мне, — перебил Кай, и хотя его голос оставался мягким, в нем прорезалась та самая стальная нотка, которая не предвещала ничего хорошего. — Я знаю, что он у тебя. Я не забирал его вчера, потому что хотел посмотреть, что ты будешь делать. И ты меня разочаровал, птичка. Он протянул руку ладонью вверх. — Отдай. По-хорошему. Пожалуйста. Сай сидел неподвижно. Внутри него боролись паника и холодный расчет. Если он отдаст телефон — он потеряет связь с Мирой. Единственную ниточку, ведущую к спасению. Но если он не отдаст — Кай может применить силу. И тогда будет хуже. Гораздо хуже. — Хорошо, — сказал он наконец, и его голос прозвучал глухо. — Он в спальне. Под матрасом. — Принеси. Сай встал и пошел в спальню. Каждая мышца его тела была напряжена. Он засунул руку под матрас, нащупал телефон и на мгновение замер. На экране горело уведомление: три пропущенных звонка от Миры. Он быстро открыл чат и написал одно-единственное слово: «Жди». Затем удалил сообщение, как и предыдущие, и отнес телефон Каю. Кай взял его, повертел в руках и улыбнулся. — Хороший мальчик. Я знал, что ты примешь правильное решение. — Он встал и поцеловал Сая в лоб. — Я горжусь тобой. Он направился к двери, но на пороге обернулся. — Я не буду наказывать тебя за этот раз. Ты сам отдал телефон. Это прогресс. Но в следующий раз, когда ты попытаешься меня обмануть... — его улыбка стала шире, обнажая зубы, — ...последствия будут серьезнее. Дверь закрылась за ним, и Сай остался один. Телефона больше не было. Но сообщение ушло. Одно слово — «Жди» — и Мира, где бы она ни была, должна была его получить. Теперь все зависело от нее. --- Мира получила сообщение в 21:14. Она сидела в номере отеля, разбирая записи, когда телефон завибрировал. Одно слово. «Жди». Она перезвонила немедленно, но вызов был сброшен. Затем еще раз — тот же результат. — Хорошо, Сай, — прошептала она в темноту. — Я подожду. Но ждать, бездействуя, она не собиралась. Она открыла записную книжку и начала составлять план. Завтра утром — книжный магазин «Старый фолиант». Затем — кафе на углу Мейпл и Третьей. Затем — опрос свидетелей, проверка камер, поиск любых зацепок, которые могли бы привести ее к Саю и убийце ее брата. Она не знала, сколько у нее времени. Она не знала, жив ли еще Сай. Но она знала одно: она не остановится, пока не найдет ответы. А в квартире с плотными шторами Кай просматривал телефон Сая. Контакты. Сообщения. Историю звонков. Он увидел номер Миры — незнакомый, не сохраненный в памяти. Увидел удаленные сообщения — восстановить их было несложно для того, кто разбирался в технике. И когда он прочитал переписку между Саем и Мирой, его красные глаза сузились. — Сестра Леона, — произнес он вслух, и в его голосе не было ни гнева, ни страха. Только холодный, расчетливый интерес. — Журналист. Расследователь. Он отложил телефон и задумчиво посмотрел на закрытую дверь спальни, где лежал его птичка. — Значит, у нас появился новый игрок, — прошептал он. — Что ж, тем интереснее. Он встал и подошел к книжному шкафу. На полке, среди старых фолиантов, лежала папка — толстая, потрепанная, с надписью «Сай». Он открыл ее и пролистал страницы с заметками, фотографиями, распечатками. Полтора года наблюдений. Каждый шаг. Каждая встреча. Каждый друг. На последней странице была фотография Леона, сделанная несколько месяцев назад. А рядом — пустое место, ожидающее нового лица. Кай взял ручку и написал на пустом месте: «Мира Сандовал. Сестра. Журналист. Опасность: средняя». Затем он закрыл папку, убрал ее обратно на полку и потушил свет в гостиной. Игра продолжалась. И ставки только что выросли.