Свобода действий

Pov: от лица Никиты

Работа на стройке — штука изнурительная. К концу дня ломит спину, в лёгких оседает цементная пыль, а руки дрожат от вибрации перфоратора. Но сегодня прораб оказался на удивление сговорчивым — хмурился, но не орал. Зря я так спешил с утра, мог бы и поспать лишний час. Впрочем, жалеть об этом уже поздно. В кармане без остановки вибрировал телефон. Та самая клубная брюнетка названивала с завидным упорством — словно не понимала, что если человек не берёт трубку, значит он занят. Я же чётко сказал: «Наберу, когда будет время». Какой тут может быть двойной смысл? Дура, одним словом. В какой-то момент мне надоело смотреть на мигающий экран, и я просто перевернул телефон экраном вниз. В обед, к счастью, подоспел Андрей. Он забежал на стройку по пути в бар, где подрабатывал вечерами, и сунул мне в руки горячий пакет с шаурмой и бутылкой чая. Мы перекинулись парой фраз, он похлопал меня по плечу и умчался, а я, сидя на бетонных блоках, жевал и смотрел на проплывающие облака. Остаток дня пролетел в однообразии: арматура, раствор, крики крановщика, гул бетономешалки. Монотонно, но привычно. Где-то между погрузкой и разгрузкой мысли сами собой унеслись в прошлое. Вспомнил детство, как впервые сел на старый отцовский «Иж». Он вонял бензином и соляркой, но для меня тогда это был запах настоящей свободы. Ещё думал о школьных друзьях, об институтской суете, которая осталась где-то далеко. Я даже не заметил, как стрелка часов перевалила за шесть. Вечер опустился на город, зажглись уличные фонари. Я скинул рабочую робу, натянул косуху и направился к своему «BMW». Обычно я сразу еду домой, но сегодня захотелось прокатиться. Ветер, скорость, шум мотора — лучшее лекарство от усталости. Я решил, что сначала подышу воздухом, а потом заеду в магазин за продуктами, которые наказал купить Андрей. Выжал сцепление, и мотоцикл послушно рванул с места. Какое же это шикарное чувство — нестись по вечернему городу, когда в лицо бьёт прохладный ветер, а спидометр показывает под сотню. ГАИшники давно махнули на меня рукой. Меня уже столько раз останавливали за превышение, что им просто надоело выписывать протоколы, а я, в свою очередь, перестал останавливаться по их первому свистку. Мы существуем в каком-то паритете взаимного игнорирования. Проезжая очередной микрорайон, я снова увидел ту компанию малолеток на питбайках. Один из них, самый неловкий, пытался повторить трюк с ездой на заднем колесе, но в какой-то момент потерял равновесие и шлёпнулся прямо на асфальт. Не сильно, но неприятно. Придурки. Остальные даже не обернулись, будто это было в порядке вещей. Но один парень всё же выделялся из толпы — тот самый, что утром был у школы. Я сразу его узнал. Он сидел на красном мотоцикле, в красном шлеме, одетый лёгко — шорты, чёрная футболка и светлая джинсовая куртка нараспашку. «Дурачок», — подумал я. — «Осень на дворе, ветер пронизывающий, а он как на пляже. Простудится ведь». Парень ловко соскочил с байка, подошёл к упавшему, что-то спросил — кажется, о самочувствии — и помог ему встать. Затем вдвоём они оттащили мотоцикл с проезжей части, и парень принялся осматривать железо, присев на корточки. Он снял джинсовку — видимо, чтобы не мешала, — и я невольно задержал взгляд на его руках. Смугловатые, но красивые, с чёткими линиями мышц. Не как у меня, массивные, а скорее рельефные, спортивные. И сам он был такой добрый, заботливый. Таких сейчас днём с огнём не сыщешь. Я понял, что засмотрелся. Надо валить отсюда, а то ещё в фуру влечу, уставившись на подростков. Я резко крутанул газ, и мотоцикл, взревев, унёс меня в темноту города. Немного остыв, я доехал до супермаркета на другом конце города — просто потому, что ехать было некуда, а сама дорога успокаивала. Взял с полок то, что просил Андрей: молоко, хлеб, яйца, пару упаковок пельменей. Набрал полную корзину. На кассе я снова наткнулся на эту компанию. Они стояли в очереди, нагруженные чипсами и энергетиками. Разве школьникам вообще можно энергетики пить? Сердце ведь посадят. Но я мысленно отмахнулся: не моё дело, сами разберутся. Зато тот смуглый парень опять порадовал — в его руках была бутылка безалкогольного «Мохито» и молочная шоколадка. Мило. И рядом с ним лежал ещё один батончик, будто он другу купил. Какой заботливый. Интересно, он со всеми такой добрый или только с теми, кого считает своими? Я перевёл взгляд на него. Тёмные каштановые волосы красиво падали на лицо, чуть прикрывая глаза. Густые, мягкие. А глаза — большие, карие, с тёплым блеском. И шея смуглая, длинная, изящная. Я машинально посмотрел на свои руки — бледные, с выступающими венами и цементом под ногтями. Контраст с его смуглой кожей был таким ярким, что на мгновение я залип. Потом тряхнул головой и вышел из магазина. Закинул пакеты в рюкзак-кофр и поехал домой, гоня от себя странные мысли. Дома было пусто и тихо. Андрей всё ещё был в баре, судя по всему, его смена затянется до трёх ночи. Я скинул куртку в коридоре, прямо на пол, стянул ботинки и побрёл на кухню. Разобрал продукты, засунул в холодильник. Настроение было странное — уставшее и одновременно тревожное. Я заказал доставку куриных ножек из ближайшего KFC, налил себе колы, включил какой-то сериал — просто чтобы не молчать в пустоте. Когда курьер позвонил в домофон, я забрал заказ, молча съел всё подряд и, не дожидаясь второй серии, отключился прямо на диване. Уснул я мгновенно, даже не успев додумать мысль.

Pov: от лица Лёши

Меня зовут Лёша. Мне шестнадцать, но через пару дней стукнет семнадцать. Рост — 176, тело поджарое, спортивное, регулярные тренировки в зале дают о себе знать: пресс уже средне выражен, бицепс тоже начал прорисовываться, хотя до "банок", как у качков, мне далеко. Мы с семьёй недавно переехали в небольшой городок под названием Мухасранск. Здесь всё тихо, спокойно и как-то по-домашнему. Ну, или я просто привыкаю. Честно говоря, здесь мне нравится. Удивительно, но я сразу нашёл ребят, которые разделяют мой главный интерес — мотоциклы. Мы уже собрали небольшую компанию, вместе катаемся по вечерам, обсуждаем запчасти. У меня самого эндуро, модель, конечно, не из дорогих — «Irbis TTR 250R», но я люблю его. Он надёжный, прощает ошибки новичка, и на нём можно лезть туда, куда на шоссейнике не сунешься. Первый день в новой школе, вчерашний, был провальным. Я вступился за одного рыжего парнишку по имени Саша. Он такой пугливый, весь сжатый, как резиновый мячик, который боится, что его ударят. Мне стало его жалко, и я заступился, за что получил пару тумаков от местных ребят. Но всё обошлось — не так уж и больно. Сегодня я сам подошёл к тем ребятам, спокойно поговорил, разъяснил все недоразумения. Они оказались обычными парнями, просто от безделья превращаются в хулиганов. Я надеюсь, теперь Сашу они не тронут. Мы даже пожали друг другу руки. В школе день прошёл почти как обычно. Ну, как и в прошлой школе — уроки, звонки, голос учительницы по истории, от которого хочется спать. Саша всё время пялился на рыжеволосую девочку. Её звали Рита, и она всё время крутилась рядом с каким-то коренастым хулиганом. Они что-то бурно обсуждали на переменах, он слегка краснел, говорил ей «заткнись», а она звонко хихикала. Было видно, что она его дразнит, а он смущается. Потом они подошли к нам. Саша моментально покраснел и замялся, когда Рита, улыбнувшись, сказала ему что-то про его волосы — «такие огненные, как закат». Валера, так звали того хулигана, хмыкнул, глянул на меня без злобы и коротко поздоровался. Они оба оказались на год младше нас, но по росту мы были почти одинаковы — я и Валера, а Саша чуть выше Риты. Уроки, к счастью, прошли хорошо. После занятий я проводил Саню до мотоциклетного магазина, где мы оба подрабатываем вместе с моим старшим братом Славой. Там пахнет маслом, резиной и железом — я люблю этот запах. Сегодня у меня был выходной, поэтому я сразу пошёл домой, чтобы не терять время. Дома было пусто — родителей не оказалось, у них свои дела. Я разогрел на плите борщ, который оставила мама, поел, быстро переоделся: натянул любимые чёрные шорты, футболку и джинсовую куртку, хоть на улице уже и прохладно. Созвонился с ребятами, и мы поехали кататься. Ветер, солнце, визг шин — лучшее начало вечера. Один из моих новых знакомых, Егор, оказался полным новичком. Он купил мотоцикл всего пару недель назад и ещё толком не умел на нём обращаться. Когда он попытался встать на «козла», у него что-то пошло не так — он не удержал равновесие и шлёпнулся на асфальт, уронив байк на бок. Я подбежал, помог ему встать, оттащил мотоцикл с дороги. Мимо как раз проезжал высокий накачанный парень на черном мотоцикле — я узнал его, это была модель BMW S1000 RR. Я про неё читал в интернете: мощь, красота, инженерия. Владелец сверкнул на нас стальным взглядом серых глаз и улетел вдаль, даже не сбавив скорость. С мотоциклом Егора, к счастью, всё было в порядке — только пластик слегка поцарапался. Мы успокоились и поехали в магазин за вкусняшками. Ребята набрали энергетиков, чипсов и всякой дряни, а я взял бутылочку безалкогольного «Мохито» и молочную шоколадку. Я люблю шоколад, особенно в такие моменты, когда просто хочется себя порадовать. Ещё прихватил такой же батончик для Саши — мне почему-то кажется, что он редко получает подарки. В магазине я опять заметил того светловолосого байкера. Он как будто смотрел сквозь нас, как на мебель, но его глаза — холодные, стальные — засели у меня в голове. Он казался таким... светлым. Белая кожа, серый взгляд, а одет весь в чёрное — косуха, чёрная футболка, ботинки. Это выглядело контрастно и цепляло взгляд. Когда я стоял у кассы, мельком заметил, как он окинул нашу компанию взглядом, задержал на мне секунду и отвернулся. Я почувствовал странное волнение, как будто он что-то во мне заметил. Мы вышли из магазина. Ребята открыли банки с энергетиками, я — свой прохладный «Мохито». Мы сидели на лавочке, обсуждали наши байки, шутили, смеялись. Я развернул шоколадку, отломил кусочек и смотрел на вечернее небо, которое постепенно темнело, переливаясь фиолетовым. Где-то там, вдалеке, ревел мотор того самого BMW, и я вдруг поймал себя на мысли, что хотел бы увидеть его снова. Интересно, он тоже нас заметил? Или ему всё равно? Мы катались почти до часу ночи. Ребята разъехались по домам, и я последним заехал во двор. В доме было тихо — родители, видимо, уже спали. Я перекусил, налил себе чай и сел за уроки. Нужно было сделать кучу заданий, и я засиделся до двух ночи. Когда глаза начали слипаться, я положил голову на тетрадку и уснул прямо за столом, так и не добравшись до кровати. Но в голове всё ещё крутился образ того байкера. Его холодные глаза, его мощные руки. Я почувствовал лёгкую дрож. Я уснул.