Совершенство в кружевах

      Даже во время примерок он выглядел великолепно. Мастера-швеи шептались с явным восхищением, прикрывая рты ладонями. Поначалу они думали, что все это будет комично. Вот же повод для обсуждения — трехметровый мужик в огромном розовом платье. А вышло вон как. Осанка, плечи, белая шея, тонкие запястья. Кружева, сотканные вручную, пеной обволакивали присборенные края рукавов, спускались к груди, туго стянутой корсетом, выглядывали в слоях сложной конструкции юбки.       Шелк выбрали особенный, хамелеон. Он переливался из розового в пурпурный. Идея с платьем в тон доспеха изменилась, стоило Фулгриму увидеть эту ткань в запас мастерской.       Такова правда, великолепным воинам астартес, а уж тем более примарху, просто не подходит обычная человеческая одежда. Большинство бойцов достаточно скромны и довольствуются теми массовыми вещами, что им присылают. Но Фениксиец нашел прекрасный повод расширить штат. У Детей Императора и без того были прекрасные мастера, но теперь любой из немногочисленных воинов мог попросить едва ли не что угодно. Отнекивались, мол, ходить-то некуда в таком. Но вроде бы кто-то робко заказал комплект "как на Терре модно", а кто-то белье поудобнее.       — Прошу простить, господин Фулгрим, ваш брат находится с нами в одной звездой системе. Он просит встречи по прямой связи.       Раздался треск ткани. Один из рукавов еще не был окончательно пришит, его только-только подгоняли. Но от резкого движения Фулгрима непрочные ручные стежки разошлись. Красивое лицо примарха оказалось омрачено вдруг тучами беспокойных мыслей.       — И кого из них принесло? — пробормотал он себе под нос, пытаясь самостоятельно выпутаться из громоздкого платья.       Вокруг еще больше засуетились мастера и сервиторы. Никто не хотел попасть под горячую руку Фениксийца. Все знали, что он, пусть и справедлив, даже в какой-то мере добр, не склонен к бессмысленному насилию, все же очень требователен.       — Я… — отправленный с донесением офицер вокс-связи запнулся, — Могу доложить, что вы будете готовы принять сообщение позже.       Фулгрим изучал внимательным взглядом нескладную фигуру офицера. Не мальчишка, но еще молодой. Скорее всего, поставили на замену. Целые зубы, здоровая кожа, глазной аугумент. С наибольшей вероятностью из хорошей семьи. Но перед примархом, даже застигнутым в такой момент, едва ли не дрожал.       — Скажи, кто спрашивает?       Офицер поднял глаза. Главная мастерица-портная наконец совладала с хитрыми потайными крючками на лифе платья.       — Господин Феррус Манус. Передает, что в этой системе ненадолго и не сможет увидеть вас лично.       Бывают моменты, когда даже обладатели совершенных тел забывают, как дышать. И совсем не от корсета. Тот не сильнее давил, чем плотно прилегающие к коже внутренности брони. Над созданием этой вещицы явно хорошо подумали. Под платьем корсет почти в тон кожи Фулгрима совсем не было видно, но силуэт он выстраивал чудесный, подчеркивая красоту природных изгибов сильного тела. Только вот Фениксийцу было совсем не до самолюбования. Кровь прилила к бледным щекам.       — Передай, что я сейчас подойду.

***

      В одной из комнат личных покоев Фулгрима был экран для межкорабельной видеосвязи. Пользовались ей здесь не так часто. Картинка поступала с задержкой и четкостью не отличалась. Вероятно, на мостике было бы лучше, но этот разговор, как предполагал Фулгрим, не для лишних ушей. Хотя стоило ли надеяться, что он пройдет мимо мастеров вокса?       — Какие-то проблемы?       Фениксиец и сам не знал, почему вошел в разговор с атаки. Он отчаянно хотел вернуть ту близость, которая была между ними. Но гордость не позволяла ему сознаться в этом.       — Вовсе нет. Ты отлично знаешь, мой возлюбленный брат, что все мои шаги прекрасно просчитаны. Есть дело в соседней звездной системе, но небольшие неполадки на корабле заставили нас остановиться здесь ненадолго. Был удивлен, когда мне доложили, что тут «Гордость Императора».       Полная помех картинка, рябь и задержка связи раздражали Фулгрима. Он скрестил руки на груди и попытался принять более непринужденную позу. Перед ним стоял бокал с недопитым вином. Волосы собраны наспех в высокий хвост, совсем для него не характерный. Лицо без косметики. Со светлыми натуральными ресницами и бровями. Но взгляд внимательный, цепкий. В руках он крутил крупную виноградину. Пока та не лопнула под давлением.       — Фулгрим, тебе хорошо видно меня? Почему ты не отвечаешь? Проблемы со связью? Я прикажу отправить инструкции для твоих мастеров вокса, если они не умеют с таким работать.       — Все замечательно, Феррус, — с натянутой улыбкой выдавил из себя слова Фулгрим, — Благодарю тебя. Кстати, прекрасно выглядишь.       «Я бы трахал тебя, чтобы ты просил еще и еще. С той же расчетливостью, с какой ты ломаешь миры» — добавил Фениксиец про себя. Хищная тень скользнула в его взгляде.       — Удивительно, что ты мне комплименты делаешь. Я скучал.       Рука Фулгрима замерла на полпути к бокалу. Оба сердца пропустили удары. Такое признание, произнесенное этим сдержанным гордецом столь легко.       Феррус продолжил:       — До меня дошли слухи, что ты отказался посещать тот веселый прием. Когда он там? Через пару недель?       Это была правда. Фулгрим решил, что оставит эксцентричное платье себе. Но показываться в нем не станет. Сошлется на неотложные дела. И не станет мишенью для насмешек. Долгие часы собсвтенных размышлений и беседы с некоторыми из видных сынов подвели его к этой мысли. Пусть официального ответа он не давал, но не в его характере было так долго томить с ответом устроителей праздника. От того, вероятно и поползли слухи.       — Признаюсь, я в раздумьях, стоит ли присутствовать там.       — Принцесса Фулгрим и без бала? Как так? Фениксиец почти зашипел, но заткнул себя большим глотком вина. Феррус знал, на какие точки давить. Очередной вызов. Еще и это «принцесса». Только бы поддеть.       — Я приду, если там появишься ты. Принцессам, — Фулгрим сделал акцент на этом слове. — нехорошо приходить без пары.       Феррус хрипло рассмеялся. Изображение подвисло. Скользя взглядом по изображению развеселившегося брата, Фулгрим мысленно составлял список всего, что он хотел бы сделать с ним. Из всех тех вещей, о которых не говорят в приличном обществе.       — Я буду там.       Динамик с опозданием передал слова Горгона. И трансляция прервалась. Фулгрим упал на подушки, медленно выдыхая. В своих мыслях он смаковал это «принцесса». Не было в этом прозвище никаких насмешек и пренебрежения.       «В конце концов, принцессы вполне способны сами править своими владениями и вести армии в бой» — подумал Фулгрим.