Глава 5
10 июля 2026 г., 00:03
Драко рассматривал покрой брюк Valentino в зеркале. Они были свободнее, чем он привык, но Панси настаивала, что это стильно. Это подчёркивало его стройную верхнюю часть тела, так что он полагал, что видит в этом привлекательность.
— Думаю, я выведу Valentino в свет, — объявил Драко, поворачиваясь, чтобы посмотреть на свою задницу в зеркале. Совсем неплохо.
— Ты имеешь в виду украдешь их, — сказала Панси с другой стороны ширмы, где она сортировала возможные варианты для предстоящей фотосессии на обложку «Ведьмополитена».
— Это не кража, если ты возвращаешь, — проворчал Драко в ответ.
— Нет, кража.
— Ладно, тогда это не кража, если человек, отвечающий за это, разрешает.
Драко снял брюки и вернул их на вешалку в пользу узких чёрных джинсов Stefano Ricci. Потребовалось пару прыжков, чтобы в них влезть, но они сели как влитые, как только ему удалось застегнуть молнию.
— Это просто значит, что мы оба воруем, — сказала Панси с нежным вздохом.
Драко обошёл ширму и начал перебирать рубашки на стойке.
— Какой смысл иметь лучшую подругу, которая является редактором модного журнала, если я не могу брать одежду напрокат?
— Ты хочешь сказать, что не был бы моим другом, если бы я занималась чем-то другим? Что, если бы я была экзаменатором по аппарации или истребительницей пикси?
— Я всё равно был бы твоим другом. Просто не хвастался бы тобой так часто.
Она фыркнула и протянула ему шёлковую рубашку его размера, которую Драко с восторгом принял.
— Выбираешь наряд для вечера в пабе? — спросила Панси, доставая часы Cartier из кожаной коробки и подвешивая их на кончике пальца.
Драко не сглотнул слюну. Он сжал пальцы в кулаки, чтобы не выхватить их, как ребёнок, которому предлагают печенье из жестяной банки.
— Что? Нет. Конечно нет, — сказал он. — Я даже не планировал идти.
Она убрала часы, когда он потянулся за ними, и бросила на него равнодушный взгляд.
— Ты не пойдёшь?
— У меня другие планы на пятницу вечером.
— Например?
Драко замешкался, оглядывая комнату в поисках ответа, и остановился на линии дорогих средств для укладки на полке.
— Мне нужно помыть голову.
— И ты собираешься провести вечер за этим? Это что, 1957 год? Не будь смешным. Я прекрасно вижу, что ты сегодня мыл голову, Драко. Продукт свежий. Выглядит фантастически. Абсолютно идеальные волосы.
Драко цокнул и поправил волну своей чёлки, всё ещё идеально укладывающейся с помощью мягкого воска.
— Дорогой, ты знаешь, что я люблю тебя, но я не выношу этого. Я не могу высидеть ещё один монолог под каберне о «том-ублюдке-Поттере».
— Я не монологизирую. — Драко вытащил часы из её ослабшей хватки и надел на запястье. Они были немного вызывающими, но если он собирался быть замеченным в джинсах, он мог выдержать дополнительный шик.
— Ты монологизируешь, дорогой. Но не в этом дело. Дело в том, что Поттер ранил твои чувства, как я и знала, что он сделает. Теперь мне придётся нанять того киллера, а это не вписывается в бюджет! Я так хотела новые Miu Miu.
— Мои чувства не ранены, — сказал Драко, хотя они оба знали, что это была откровенная ложь. — И даже если бы я хотел увидеть Поттера — а я не хочу — зачем заморачиваться с вечером в пабе? Его там не будет. Его не было три недели. В прошлый раз мне пришлось слушать, как Захария Смит час рассказывал о новом фирменном бланке отдела. Это было мучительно.
— Но что, если Поттер будет на этот раз?
Драко перестал возиться с часами и прищурился на Панси, затем отстранился, когда она отвела взгляд и начала перебирать подборку узорчатых шорт. У девушки были свои слабости.
Драко шагнул ближе.
— Что ты знаешь?
— Ничего. Я ничего не знаю. Я просто говорю, тебе бы не было обидно, если бы ты пропустил, а Поттер решил бы прийти? Если бы он, возможно, вернулся из долгой командировки в чужой стране и должен был вернуться сегодня днём?
Рот Драко открылся, и он схватил её за запястье.
— О боже, ты встречаешься с Уизли!
Панси поджала губы.
Смех Драко вырвался из него, громкий и звонкий.
— Ты великолепная шлюха! Это только секс, или были и ужины?
— Я работаю над этим, хорошо? — сказала она, отмахиваясь от него и позволяя себе улыбнуться. — Поэтому я иду в паб сегодня вечером. И ты тоже должен.
— Он будет там?
Она пожала плечами и отвернулась, исчезая между наклонённой башней коробок с обувью. Когда она вернулась, в руках у неё были чёрные остроносые ботинки.
— Если собираешься надеть джинсы, они тебе понадобятся.
— Мерлин, да, понадобятся. — Драко взял их у неё, пальцы наслаждались мягкой кожей и безупречной строчкой. Он убрал их в сумку, затем призвал брюки Valentino из-за ширмы и положил их рядом с ботинками. — Увидимся в восемь?
Она кивнула. Драко наклонился, чтобы поцеловать её в обе щёки, и с подмигиванием и взмахом руки вышел из штаб-квартиры «Ведьмополитена» с несколькими тысячами фунтов дизайнерских вещей.
***
Драко встретил Панси у точки аппарации в квартале от паба — защитная мера, о которой они все договорились, чтобы не привлекать внимания папарацци, надеющихся застать членов Золотого Трио врасплох. Панси прибыла вопиюще переодетой в накидку из искусственного меха и на каблуках, но Драко промолчал. Когда она так одета, Панси — женщина на задании, и Драко лучше держаться от неё подальше. Он почти жалел Уизли; у бедного парня не было ни единого шанса. Однако Драко чувствовал себя менее уверенно. Не в своём наряде, который был идеальным сочетанием небрежности и шика, а в возможности столкнуться с Гарри. Панси чувствовала его беспокойство, потому что она вцепилась в его локоть, впиваясь ногтями в рукав рубашки, как когтями. Она клялась, что это из-за её обуви, чему Драко не верил ни на секунду. Он видел, как она бежала по римским булыжникам, пьяная, в туфлях Louboutin на пятидюймовых каблуках, чтобы поймать маггловского воришку. Нет, Панси держалась, чтобы помешать Драко сбежать. Без сомнения. Сам паб был унылой дырой в магическом районе Хакни. Владелец, древний волшебник, которого ласково называли Старый Барт, не давал ни хрена на то, что одни из самых известных ведьм и волшебников Англии посещают его паб. Это, вместе с давней политикой Барта абсолютной нетерпимости к «прессе, папарацци и всей этой новомодной камерной херне», придавало пабу особую привлекательность. Интерьер был мрачным и плохо освещённым. Два потёртых оловянных канделябра, закапанных годами расплавленного воска, раскачивались над головой. Декор, включающий красную бархатную обивку и поцарапанную деревянную мебель, вероятно, не обновлялся с восемнадцатого века. Выпивка была дерьмовой, но Драко давал Барту несколько лишних галлеонов каждый месяц, чтобы тот закупал хороший алкоголь и прятал его для него. Внутри собрались постоянные посетители. Финниган никогда не пропускал вечер в пабе и стоял, прислонившись к стойке, рядом с Роном Уизли и Дином Томасом, который появлялся только тогда, когда мог вырваться из лап своей собственнической девушки. Группа бывших рейвенкловцев и хаффлпаффцев собралась за столом за карточной игрой, в то время как несколько бывших однокурсников Драко (Тео, Маркус Флинт и Милисент Булстроуд, приехавшая из Шотландии) выстроили рюмки дешёвого виски и опрокидывали их одну за другой. Драко заметил Грейнджер в угловой кабинке, потягивающую Old Fashioned, в окружении коктейля с разноцветным зонтиком и пинты. Это означало, что Луна и Уизлетта были где-то рядом, вероятно, обыгрывали какого-нибудь старика за бильярдным столом или вытряхивали из карманов и кошельков кнаты, чтобы опустить в механическое пианино. Панси отпустила руку Драко, как только увидела Уизли. На нём всё ещё была аврорская мантия, хотя она была расстёгнута, и он сменил ботинки на кеды, небрежно оставив шнурки развязанными. Драко думал, что парень выглядит как полный бардак, так что либо Панси была безумна, либо член Уизли соответствовал его габаритам. — Я принесу напитки, — сказала Панси, потянувшись, чтобы похлопать Драко по плечу, но промахнулась примерно на четыре дюйма. — Конечно, — пробормотал Драко в ответ, закатив глаза. Ещё один осмотр маленького помещения подтвердил то, чего Драко уже боялся: Гарри нигде не было. Драко пересёк комнату и опустился в кабинку рядом с Гермионой, пока Панси пробиралась к бару, чтобы «принести им напитки». — Сегодня без Патрика? — поинтересовался Драко. Гермиона покосилась на него. — Ты имеешь в виду Питера? — Да, точно. Питер. Американец. Как долго ты его продержала, Грейнджер? Целых три недели? — Ты считаешь? Держу пари, ты можешь сказать мне точно, сколько дней прошло с Италии. Даже часов? Драко нахмурился. Гермиона обвиняла его в страданиях с тех пор, как они вернулись со свадьбы, отмечая дни без единого слова от Гарри, и ему это не нравилось. — Нет. Я основываюсь на твоём обычном среднем показателе. Гермиона усмехнулась, развлекаясь, и Драко надулся. Политика закалила кожу Гермионы, и оскорбления Драко уже почти не достигали цели. Такая жалость. Панси появилась и скользнула напитком Драко по столу, половина содержимого расплескалась через край, и он шлёпнулся в его руку. — Водка с содовой, два лайма, — пропела она, протанцевав мимо, затем умчалась к Уизли, который ухмыльнулся ей в ответ, когда они заняли столик рядом. Драко вытер пролитую водку и проигнорировал их бессмысленное хихиканье. — Так что случилось? С Питером? — спросил он, поворачиваясь обратно к Гермионе. — Ничего. Мы просто… перестали видеться, — сказала она с пожатием плеч. — Ещё один не смог угнаться? Она усмехнулась и покачала головой, но не потому, что это было «нет». — Боже мой, женщина. Ты — сила, с которой нужно считаться. Ты их пережёвываешь и выплёвываешь? Слава Мерлину, что я гей, иначе я бы препоясывал чресла. Она усмехнулась в свой напиток. — Хватит, Малфой. Твоя вялая попытка флирта заставляет меня чувствовать себя так, будто мне нужно принять душ. — Ммм, вот почему тебе нужен душ. — Драко подмигнул ей с преувеличенной игривостью. Гермиона поморщилась и ударила его в плечо — довольно сильно, если честно. — Гриффиндорка до мозга костей. Сразу прибегает к кулакам, — сказал Драко, потирая плечо. — Заткнись и пей, — сказала она. Так они и пили.***
К половине одиннадцатого Драко уже подумывал закончить на сегодня и отправиться домой. Ему не хотелось продолжать пить, и все его обычные собеседники были заняты другими делами. Драко собрал вещи и допил остатки разбавленной водки из бокала. Но не он успел встать, как дверь паба распахнулась. Порыв холодного сентябрьского воздуха ворвался в комнату, заставляя всех обернуться. И вошёл Гарри Поттер. Должно быть, он приехал на мотоцикле, потому что был растрёпанным, с розовыми щеками и ухмылялся. На нём была кожаная куртка, которую он носил, когда ездил, а под мышкой он держал блестящий чёрный шлем. Яркие глаза Гарри скользнули по комнате и остановились на Драко. Драко перестал дышать. Он отвёл взгляд и уставился куда-то в сторону доски для дартса, где Джинни жестоко обыгрывала Финнигана, пока Луна рисовала на грифельной доске для подсчёта очков. — Наконец-то, — сказал Рон, выныривая из объятий Панси, чтобы обнять Гарри за плечи и взъерошить его нелепые волосы. — Что ты делал, шёл пешком из Каира? Гарри пожал плечами, смущённо. — Пришлось заехать по пути домой. Рядом с Драко Гермиона напряглась. — Только не говори, что это Мунго, Гарри. — Только на минутку. Царапины и ссадины. Ничего серьёзного, обещаю. Гермиона осушила свой напиток одним глотком, а захват Рона на шее Гарри стал крепче. Похоже, Драко был не единственным, кто испытывал то ужасное гнетущее чувство каждый раз, когда Гарри попадал в больницу, что участилось с его повышением до командира прошлой весной. Гарри обошёл своих друзей, принимая их грубые хлопки по плечу и любящие встряски, но Драко чувствовал на себе его взгляд. Было больно отводить свой, не только потому, что на Гарри было приятно смотреть, но и потому что Драко отчаянно хотел прочитать его, узнать, о чём он думает. Раздражало ли его, что Драко здесь? Любопытно? Может, даже приятно? Драко отбросил эту мысль с пожатием плеч. Он был нелеп. Всё, что нужно было сказать Панси, — «Поттер», и Драко уже падал ниц. Он освободил свой вечер и приехал в Хакни только ради шанса увидеть Гарри. И вот он, Гарри, сияющий и беззаботный, как летнее утро. Ожидание Драко улетучилось, сменившись гнусным гневом. Драко не был из тех, кто цепляется. На самом деле, будь это кто-то другой, а не Гарри Поттер, он списал бы это на случайную связь и пошёл дальше. Драко был так же способен на секс без обязательств, как и любой другой. Был ли он безумен, полагая, что то, что случилось между ними, было больше, чем разовой встречей? Та последняя ночь в Италии казалась чем-то другим, тем, чего Драко хотел больше — возможно, даже чем-то настоящим. Осознание того, что Драко действительно нравится Гарри, пришло только после того, как он вернулся в Лондон, и разочарование осело. Стало только хуже, когда через три недели он так и не получил от Гарри ни слова. Это чертовски больно, потому что Гарри не только бросил Драко после того, как они переспали, он ни разу не прислал сову. Драко почти надеялся, что Панси устроит то покушение, к чёрту Miu Miu. Оно было бы безуспешным, конечно, потому что Гарри Поттер был не обычным волшебником, но Драко хотел ответить Гарри той же монетой. Это было мелочно и по-детски, и хотя он это знал, молчание Гарри нанесло серьёзный удар по самооценке Драко. Поэтому когда Гарри опустился на скамейку рядом с ним, Драко отвернулся. Брови Гермионы взлетели вверх, и она отпила из своего бокала, только чтобы обнаружить, что он пуст. Она встряхнула лёд в стакане. — Пойду еще возьму. Тебе что-нибудь принести, Гарри? Драко находил это нелепым — даже спрашивать. Гарри всегда заказывал одно и то же. — Виски с содовой? — Конечно. Без Гермионы в качестве буфера Драко нарочно завязал разговор с ближайшим человеком. К сожалению, этим человеком был Захария Смит, сидевший за соседним столом. Он неизбежно будет монотонно рассказывать о канцелярских товарах или ухудшающемся качестве туалетной бумаги Министерства, пока Драко не посинеет, но что угодно было лучше, чем признавать Гарри. Гермиона вернулась с напитком Гарри. Она села напротив него, и они начали спорить о визите Гарри в больницу. Драко старался не подслушивать. Он даже попытался слушать Смита, но это было безнадёжно, потому что Смит был невыносимо скучен, а Драко отчаянно хотел знать, что случилось с Гарри. Это было серьёзно? Повреждения были магическими или физическими? Будут ли какие-то долгосрочные последствия? Шрамы? Хуже всего было то, что Гарри сидел чертовски близко. Было мучительно игнорировать его, когда его бедро прижималось к бедру Драко, а их плечи иногда соприкасались, когда он говорил. Вся левая сторона тела Драко горела, и он дышал поверхностно, чтобы не вдыхать осенний воздух и умопомрачительный аромат одеколона, который висел облаком вокруг Гарри. Драко думал, что сойдёт с ума, и если Смит продолжит рассказывать о своих предпочтениях в сортировке пергамента, Драко перевернёт этот стол и убежит с криком к двери. Луна появилась, чтобы забрать свой напиток, и Драко с радостью втянул её в разговор о первом, что пришло ему в голову — это оказалось её ожерелье. Уродливая самодельная смоляная поделка из длинной линии уродливых поделок, которые Драко делал вид, что они ему нравятся, ради Луны. Луна, всегда полная энтузиазма, скользнула на место рядом с Драко, вытеснив Смита, и начала рассказывать о своём процессе. Драко сосредоточил всё внимание на дорогой Луне и её причудливом стиле, чтобы не ёрзать, и тогда он понял, что его план провалился. Теперь он был в ловушке, не в силах сдвинуться, не оказавшись на коленях у Луны или Гарри. Почему Гарри просто не подвинется? Не мог он отодвинуться хотя бы на шесть дюймов влево, чтобы дать Драко достаточно места, чтобы, блять, дышать? При таком раскладе Драко был обречён потерять сознание или несколько драгоценных клеток мозга от недостатка кислорода. Драко остался на месте ещё на один напиток, пока Гарри не начал сбивчиво пересказывать случай во время своей командировки в Каир, который привёл всю компанию в восторг. Сначала Гарри не мог произнести ни одного предложения без одного «эм» и двух «э-э», но по мере того, как разворачивалась история о его случайном героизме, он поймал свой ритм. Все наклонились вперёд, опершись на локти, с широко раскрытыми глазами, пока Гарри описывал своё чудесное спасение от смерти с такой искренностью и страстью, что сердце Драко пропустило удар. Драко знал, что у него была сильная и специфическая слабость к страстному Гарри Поттеру, но, чёрт возьми, Гарри был ослепителен. И вот так Драко не выдержал. Он не мог, блять, вынести! Ни секунды больше. Ему нужно было убраться оттуда. Он похлопал Луну, указывая на туалет, и она отодвинулась, освобождая его из тюрьмы пабной кабинки. Драко встал, надеясь привлечь как можно меньше внимания, и взял пальто. Гарри не сбился с темпа в своём сбивчивом рассказе, либо не заметив, либо не заботясь о том, что Драко уходит, и Драко выскользнул. Драко прошёл прямо мимо туалетов к чёрному выходу, пересекая жалкое подобие кухни Барта. Он задержался достаточно, чтобы стащить несколько чипсов из корзины и проверить волосы в грязном маленьком зеркале над ящиком для льда, прежде чем двинуться к тёмному дверному проёму. Драко едва коснулся ручки, как над его плечом скользнула рука и с силой захлопнула дверь перед ним. Драко проследил взглядом линию руки в коже, затем повернулся, оказавшись лицом к лицу с Гарри Поттером. — Куда-то собрался? — спросил Гарри. Драко выпрямился и посмотрел на него сверху вниз. — Да. Домой. — Можно мне с тобой? — сказал Гарри с усмешкой. Лицо Драко вспыхнуло от разочарования, возмущения и отчаянного гнева, взорвавшегося в его груди. — Нет, ты не можешь пойти! Ты шутишь? — Вроде того? — ответил Гарри, пожав плечами. — У меня такое впечатление, что ты избегаешь меня. — Как проницательно, — фыркнул Драко. Гарри обошёл плечо Драко и облокотился на дверь, загораживая выход. — Можно спросить почему? — Ты можешь спрашивать сколько угодно, это не значит, что я должен отвечать. А теперь убирайся с дороги, или я заставлю тебя. Гарри вздохнул и откатился в сторону. Драко распахнул дверь и вылетел в ночь. — Так что же тогда? — спросил Гарри, в двух шагах позади. — Почему ты игнорируешь меня? Драко остановился и развернулся к Гарри, ярость закипала. — Я?! Я не слышал о тебе неделями! Гарри поднял руки. — Я работал. — Ты мог бы прислать сову! — Не мог. Мне запрещено во время таких операций. Поэтому я писал сообщения. Драко закатил глаза и скрестил руки. — Ты не писал. — Писал. Почти сразу, как оказался в Каире. И несколько раз после. Ты правда не читал ничего из того, что я тебе отправлял? Драко попытался не заикаться. Это не могло быть правдой! Гарри не писал ему. Он бы слышал, как это проклятое устройство пиликает в любое время дня и ночи, если бы это было правдой. Однако теперь, когда он подумал об этом, Драко не мог вспомнить, когда в последний раз видел свой телефон. Это было предпочтительным средством общения Эрика, и теперь, когда Эрика не было, у Драко не было реальной необходимости в нём. На самом деле, он не был уверен, что видел его с тех пор, как покинул Италию. — Ну, откуда мне было знать? — рявкнул Драко. — Я даже не знал, что у тебя есть телефон. — Я тоже. Луна дала мне твой номер, потому что я не мог послать сову. — Гарри сделал осторожный шаг ближе. — Так вот в чём дело? Ты думал, я не звонил, поэтому игнорировал меня всю ночь, чтобы отомстить? Драко согласился, что это звучало не очень хорошо в такой формулировке. Логически его гнев должен был утихнуть, потому что он видел сторону Гарри. Но Драко хотел злиться. Он страдал неделями, не в силах думать ни о чём, кроме этого невыносимого ублюдка с его безумными волосами после секса, и о всех тех вещах, которые он говорил Драко, когда они трахались. Драко так отчаянно хотел ненавидеть Гарри в тот момент. — В любом случае, ты не можешь просто следовать за мной домой только потому, что мы разок переспали. — Это было дважды, по крайней мере. Трижды, в зависимости от того, как считать. — Гарри улыбнулся с надеждой, и когда Драко сердито посмотрел на него, Гарри вздохнул. — Можно я подвезу тебя домой? — Гарри указал за спину на мотоцикл, припаркованный у здания, чёрный, с хромированными деталями, блестящими в свете уличных фонарей. Драко сглотнул. — А потом? — Я не планировал ничего дальше. — Я не собираюсь быть твоим партнёром по перепиху, Поттер! — выпалил Драко, наполовину крича Гарри в лицо. Гарри удивленно вздрогнул. — Слушай, — сказал Драко, делая успокаивающий вдох. — Если это было восполнение потерь, отлично. Мы можем оставить это как есть и никогда больше не говорить об этом. Но ты не будешь прыгать в мою постель, когда тебе это удобно. Губы Гарри изогнулись в кривой улыбке. — Почти уверен, что в прошлый раз это ты прыгнул в мою постель. — Не в этом дело! — Ладно. Хорошо. Но, на заметку, я пытался связаться. И я тоже не слышал тебя. Я не знал, обижен ты на меня или просто плохо обращаешься с маггловскими технологиями. Оказалось, что и то, и другое. Гарри засунул руки в карманы и откинулся на пятки, глядя на Драко из-под ресниц. О, этот ублюдок. Этот взгляд, который убивал Драко. Он должен был знать это. Но опять же, Гарри был из тех, кто понятия не имеет, на что способен, бредёт по жизни в шоке и восторге от того, насколько он фантастичен во всём. Разве Гарри не понимал, как это раздражает? Ещё более раздражало то, что пока это зажигало в Драко ревность, это заставляло его хотеть Гарри ещё больше. Гарри застонал, когда Драко демонстративно повернулся, чтобы уйти. — Кстати, мне жаль. За то, как я ушёл. Это было… нехорошо. Ты не заслужил этого. Драко остановился. Всё внутри него смешалось, и как бы он ни цеплялся за свой гнев, он ускользал, как песок между пальцами. Но если он не злился, то что он чувствовал? — Ты должен был сказать это неделями раньше, — сказал Драко. — Я говорил. — Это ещё предстоит выяснить. — Ты не веришь мне? — Я… — Драко споткнулся на словах. — Я ещё не решил. Гарри откинул голову и снова издал раздражённый вздох, но в его голосе слышалась улыбка, когда он сказал: — Чёрт возьми, ты невозможен. — Я предпочитаю «трудный», если мы перешли к оскорблениям, — парировал Драко. — Хочешь верь, хочешь нет, но я очень стараюсь сделать всё правильно. Можно я просто… — Гарри глубоко вздохнул, плечи опустились. — Можно я подвезу тебя? Пожалуйста? Боже, Драко было так трудно устоять. Было бы так легко забыть о своих обидах, обернувшись вокруг Гарри на заднем сиденье его мотоцикла. И всё же одного только стояния рядом с Гарри было достаточно, чтобы довести Драко до предела его самообладания, и пока он не решит, было ли желание прижать Гарри к стене желанием задушить его или поцеловать, он не мог сесть на этот мотоцикл. — Я не могу… Гарри осторожно шагнул вперёд, опустив подбородок и устремив на Драко твёрдый взгляд, как будто успокаивал испуганное животное. И когда Драко не сбежал, он сделал ещё шаг. Гарри был почти у него, когда Драко встрепенулся от цоканья дорогих кожаных оксфордов по асфальту. Он повернулся, и из-за угла вышел Блейз, прижав телефон к уху, и остановился как вкопанный. Блейз посмотрел на Драко, затем на Гарри, затем снова на Драко. Его губы сжались, и он убрал телефон в карман. — Джентльмены, — сказал Блейз. Они оба кивнули. Блейз, без сомнения, почувствовал напряжение в воздухе и медленно попятился. — Я просто… — Он указал большим пальцем в противоположном направлении, обратно к входу в паб. Треск аппарации разнёсся по коридору, явив Эвелин. Она отряхнула складки на красивом, но не по сезону лёгком платье. Блейз потёр глаза. — Вот ты где. Эвелин, я же говорил тебе не аппарировать сюда. Мы пытаемся не привлекать внимания. Эвелин поморщилась, глядя на маслянистую лужу, испачкавшую её замшевые туфли. — Почему это место вообще привлекло бы хоть чьё-то внимание? Затем она подняла глаза и увидела Драко и Гарри, смотрящих на неё в ответ: один хмурится, другой виновато улыбается. — Это моя вина. Привет, Эвелин, — сказал Гарри, помахав рукой. — Гарри, дорогой! Как дела? Извини за это. Забываю, что ты знаменит. — Она послала воздушный поцелуй рядом со щекой Гарри. — И Драко, привет. Они задержались в этом неловком моменте слишком надолго: Блейз с поднятым взглядом, Драко хмурится, Гарри переминается с ноги на ногу и улыбается так, что улыбка не доходит до глаз. — Нам, наверное, стоит… — начал Блейз, протягивая руку к Эвелин, но Драко уже двигался. — Я ухожу, — сказал Драко. — Всем спокойной ночи. Поттер. Эвелин вздрогнула, немного медленно соображая. — Проверь свой телефон, пожалуйста? — крикнул Гарри вслед удаляющемуся Драко. Драко отмахнулся от него и изо всех сил старался не побежать к точке аппарации.***
Драко не бросился проверять свой телефон, как только вернулся домой. Он полил Ядовитые щупальца, перебрал стопку непрочитанных писем и перенёс грязную чашку с журнального столика в раковину. Оказавшись на кухне, он налил себе бокал Шардоне и стоял, потягивая и бессмысленно глядя в окно на улицу. В тишине на плечи Драко опустился тяжёлый груз стыда. Он выругался про себя. Он вёл себя нелепо, и он, блять, знал это. Объяснение Гарри было совершенно разумным и должно было развеять узел боли в груди Драко. Увы, иррациональное поведение было частью личности Драко. С возрастом он замечал это всё чаще и с унизительной ясностью. Панси и Блейз имели привычку указывать на это, одна мягко, другой грубо. Грейнджер была неуязвима для его капризов, Уизлетта нетерпима, и, казалось, даже Гарри смотрел на это с забавным раздражением. Драко так хотел поддаться Гарри тем вечером, но история научила его суровому уроку. Что, если он опозорится? Что, если он неправильно поймёт намерения Гарри и влюбится без памяти, только чтобы быть брошенным? Итак, Гарри сожалел, что ушёл так внезапно тем утром. Это не означало, что он ищет большего, чем секс. Драко был чертовски наивен, если думал, что сможет сохранить что-то с Гарри в рамках обыденности. Даже их так называемая дружба держалась на тонком слое оскорблений и такого количества сексуального напряжения, что даже самый толстокожий Уизли мог его почувствовать. Один только Гарри обладал сверхъестественной способностью заставлять Драко вести себя совершенно неадекватно, и так было с самого детства. В нём было что-то такое; расслабленная самоуверенность, сухой юмор, эта кривая улыбка. Это в равной степени бесило и возбуждало Драко, и он просто не мог взять себя в руки. Не в силах больше выносить тишину или муку собственных мыслей, Драко покинул кухню. С бокалом вина в одной руке и наполовину полной бутылкой в другой, он поднялся по витой металлической лестнице в мансарду, где находилась его спальня. Если он действительно в последний раз видел свой телефон в Италии, то он, вероятно, всё ещё был в чемодане. Он опустился на колени рядом с кроватью, отодвинул одеяло, чтобы заглянуть под каркас, и достал свой багаж. Он расстегнул каждый карман, ощупывая внутри, пока его пальцы не наткнулись на кирпичик пластика. Экран телефона казался тёмным и оставался таким, несмотря на то, что Драко нажимал все кнопки. Драко пришлось рыться в коробке с брошенными вещами Эрика, чтобы найти маленькую ниточку, которая питала телефон. Зарытая под кашемировым носком и шарфом, который не стоило даже оставлять себе, Драко нашёл её. Он отодвинул комод, чтобы добраться до электрической розетки. Его хозяйка установила её по просьбе Эрика, но Драко замаскировал её, когда переделывал всю спальню в приступе пост-Гарри, пост-Эрик ярости. Драко заставлял себя двигаться медленно, представляя, что пробирается сквозь мёд, вставляя вилку на конце провода в отверстие в телефоне — что всегда казалось немного варварским, — затем уронил его на сдвинутый комод. Он отступил на шаг и плюхнулся на кровать, считая до трёхсот по-немецки, пока ждал, пока он зарядится. Когда Драко дошёл до zweihundertneunundneunzig, он вскочил с кровати и подбежал к комоду, нажимая все кнопки сразу, с нетерпением ожидая, когда штука оживёт. Наконец, раздался навязчивый писк. Драко сделал укрепляющий глоток вина, прежде чем просматривать непрочитанные сообщения. Было одно от Панси с информацией о распродаже образцов у Vivienne Westwood, и ещё одно от Грега, который переехал в Америку со своей женой-магглой. Блейз прислал какую-то ерунду ни о чём. Затем было сообщение от Луны. Новое сообщение от Лавгуд Воскресенье, 31 августа [22:45] Привет, Драко! Я дала Гарри твой номер. Я знаю, ты не будешь против. Придёшь на моё празднование Полнолуния во вторник? Не забудь принести свои любимые кристаллы для перезарядки. Драко поблагодарил Мерлина, что пропустил это. Они с Панси совершили ошибку, посетив одно из небесных собраний Луны в прошлом июне и ушли под кайфом от Аяуаски с блёстками в волосах и слоем краски для тела под одеждой. Драко пролистал ещё несколько сообщений от Блейза и затем, наконец, четырнадцать сообщений от незнакомого номера. Драко сделал ещё один долгий глоток из бокала и открыл сообщения. Новое сообщение от Неизвестный номер: 0808 801 0400 Понедельник, 1 сентября [8:01] Эм, привет. Может, это странно, но я не могу перестать думать о тебе. Было невероятно, и мне очень хреново, что я так убежал. Надеюсь, ты не слишком злишься на меня. Обещаю, я всё исправлю. [8:03] это Гарри, кстати. [8:04] Поттер. [8:05] Гарри Поттер. [8:08] Луна дала мне твой номер, так как я не могу послать сову. [8:09] Надеюсь, это нормально. [8:11] Что она дала мне твой номер, а не то, что я думаю о тебе. [8:16] Но, может, и это тоже? Среда, 3 сентября [22:47] Хочешь выпить, когда я вернусь? Я позволю тебе выбрать место. Просто скажи, сколько мне нужно снять со своего сейфа. [22:50] шучу. Я отведу тебя куда угодно. Вторник, 9 сентября [13:20] Так. Либо ты не проверяешь телефон, либо злишься из-за того, как я ушёл, и я понимаю. Мне очень жаль. Я знаю, что это было дерьмово. Так иногда бывает, с моей работой. Я ненавижу это. Это было не совсем то утро после, которое я представлял. [20:10] Можем мы поговорить, когда я вернусь? Может, попробуем снова? [23:21] пожалуйста? Среда, 10 сентября [00:51] Драко? Драко выдернул кабель питания из телефона и швырнул этот жалкий кусок пластика на кровать, затем рухнул рядом с ним. Он перевернулся на живот, уткнулся лицом в подушку и покричал до хрипоты. Почему он не додумался проверить этот чёртов телефон?! Всё это время он мог бы разговаривать с Гарри вместо того, чтобы страдать напрасно. Не отрываясь от влажного хлопка, Драко похлопал по одеялу рядом с собой, пока не нашёл телефон, затем перевернулся на спину и, держа его над лицом, перечитал сообщения ещё двадцать раз, пока не запомнил каждое слово наизусть. Гарри думал о нём, хотел его видеть, приглашал его на свидание. Как Гарри смеет быть таким чертовски трогательным, даже через маггловские текстовые сообщения? Драко довольно быстро понял, что люди пишут в том же ритме, в котором говорят. Драко мог слышать запинки Гарри, так же как он мог слышать мечтательную интонацию слов Луны или отрывистый акцент Панси. Это было так чертовски искренне, и желание Драко держаться на расстоянии исчезло быстрее, чем дождь в августе. Ему нужно было поговорить с Гарри. Чем скорее, тем лучше. Драко нашарил палочку, готовый призвать перо и пергамент, затем снова посмотрел на телефон в руке. Мерлиновы сиськи! У него есть номер телефона Гарри Поттера! Драко потребовалась целая вечность, чтобы напечатать сообщение, его пальцы скользили по крошечным кнопкам. Магглы ничего не знают об эффективности, но наконец Драко нажмякал ответ. Сообщение для: 0808 801 0400 [23:45] Я принимаю твои извинения. Драко лежал на спине, глядя в потолок, пытаясь налить вино из бокала в рот, не поднимая головы. Всё это время он заново переживал ту ночь в Италии свежим взглядом. Он прокручивал их встречу в голове слишком много раз; ночь за ночью, проведённые в разборе деталей, которые всегда заканчивались его руками в штанах и постоянной болью в груди. Поначалу Драко не был уверен, был ли глянец над воспоминанием реальным или он видел его через туманную призму желания. Но то, как вёл себя Гарри, было таким… Гарри, в равной степени дразнящим и мучительно искренним, пока он разбирал Драко на части. Драко почувствовал вибрацию телефона, тот начал свой ужасный шум, и схватил его с кровати, пролив вино на тумбочку, когда перевернулся на локти, чтобы открыть «Одно новое сообщение». Новое сообщение от Неизвестный номер: 0808 801 0400 [23:57] Значит, ты решил мне поверить? [00:00] Вещественные доказательства, Поттер. Унижения тоже не помешали. [00:01] Что случилось с тем, чтобы называть меня Гарри? Драко заколебался, пальцы зависли над кнопками. Раньше он флиртовал с Гарри почти инстинктивно, легко, как дышал. Но теперь? Это было как-то весомо, важно. [00:05] «Гарри» не слал сов. [00:06] A;lsdkfjslkd j Серьёзно?! Я думал, ты сказал, что простил меня!! [00:09] Простил, не забыл. [00:10] Позволь мне исправиться. [00:14] Думаешь, у тебя хватит денег? [00:14] Думаю, ты можешь того стоить. [00:18] О, я стою. Но я ещё и дорогой. [00:19] Ладно, что для этого нужно? [00:24] Не деньги. У меня их и так много. [00:25] Да, хорошо. Я не любитель подкупать свои свидания. Называй цену. Драко закусил губу. Он мог придумать миллион вещей, которые хотел от Гарри, большинство из которых были настолько далеки от реальности, что он не мог себе представить, как написать их простым английским языком. Частично Драко не хотел подталкивать Гарри. Все только и делали, что требовали чего-то от него, и Драко отказывался быть одним из них. На самом деле, Драко действительно нужно было, чтобы Гарри уделил ему время. [00:31] Удиви меня. Прошли минуты, прежде чем телефон Драко снова засветился. Гарри печатал гораздо быстрее, чем Драко, так что он мог только предположить, что он обдумывает ответ. Драко ненавидел каждую секунду этого. [00:36] Ладно, безумный ублюдок. Мне нужно закончить кое-какие дела на работе, но… Я позвоню тебе? [00:38] На эту штуку? Пожалуйста, нет. Драко представил, как слышит в ответ смех Гарри, и улыбнулся экрану. [00:39] Как скажешь. Я иду спать. Черт, я вымотан. Торопился из Каира, чтобы выяснить, почему один человек меня игнорирует, это выматывает. Спокойной ночи, Драко. [00:43] Спокойной ночи. Драко закусил губу, напечатал последние несколько букв и крепко зажмурился, нажимая «отправить». [00:44] Гарри. Он положил телефон экраном вниз на тумбочку, ухмыляясь в потолок. Драко не был до конца уверен, во что он ввязался, но впервые за долгое время его сердце чувствовало лёгкость.***
Драко не получил от Гарри вестей в те выходные, хотя он держал телефон рядом в субботу, проверяя экран раз в час, чтобы убедиться, что он не сломался. В воскресенье он забыл о нём на весь день, посещая еженедельный Бранч с выпивкой с Панси, а затем распродажу образцов у Vivienne Westwood. Драко был приятно пьян, когда вернулся домой. Остаток вечера он провёл за марафоном ток-шоу по радио, маской для лица и бутылкой Пино Гри. Это было бы блаженством, если бы он не застрял в мыслях о Гарри. Он гадал, что Гарри делает в этот самый момент, кроме как не пишет. Он один? Он счастлив? Думает ли он, хоть в малейшей степени, о Драко? Утро понедельника застало Драко за рабочим столом в Отделе контроля зелий, облачённым в полный защитный костюм. Обычно он мог пропустить фартук из драконьей кожи, перчатки до локтей и защитные очки в повседневной работе, но ДМП только что свалило на стол Драко не менее четырёх уникальных агрессивных веществ для идентификации. Драко не хотел лишиться верхнего слоя кожи, если этот придурок Генри Далтон за соседним столом снова «случайно» врежется в его стол. Понедельник был наименее любимым днём недели Драко. Он не только знаменовал начало очередной недели в окопах ОКЗ, но и означал, что у Далтона было время пополнить запас своих малоправдоподобных историй о выходных похождениях. В данный момент он хвастался интрижкой с женщиной, которую встретил в клубе, в ужасающих подробностях. Этот человек настаивал на том, чтобы тыкать своей гетеросексуальностью в лицо всем, и Драко находил это ужасно грубым. Драко было легко погрузиться в задание как в средство отвлечения. На самом деле это сработало даже слишком хорошо, потому что когда Драко погасил бушующее пламя под своим котлом, Гарри Поттер стоял прямо, блять, здесь, в полной великолепной форме. — Хорошие очки, — сказал он. Драко попытался сорвать очки с лица, но перчатки были такими толстыми, что они запутались в волосах. Он стянул перчатки, затем с трудом снял очки с челки, бросив их на стол. — Что ты здесь делаешь? — спросил Драко, приглаживая волосы в некоторое подобие порядка. Гарри пожал плечами, заглядывая в котёл на рабочем столе Драко, который пузырился и иногда выплёвывал искры. — Пришёл отдать кое-какие бумаги и подумал, что зайду поздороваться. — Прекрати, — одёрнул Драко. Он оттолкнул Гарри от опасности рукой за лацкан, его пальцы задержались на алой ткани на секунду дольше, чем нужно, прежде чем упасть обратно на стол. — Неудивительно, что ты так часто попадаешь в больницу. Никакого чувства самосохранения. И что значит «поздороваться»? Я ни разу не видел, чтобы ты шлялся по недрам Министерства с остальными из Отдела контроля зелий, разнося бумаги, как маггл. — Ладно, хорошо. Я искал тебя. Я хотел дать тебе второй шанс, чтобы подвезти домой. Надеялся на этот раз получить другой ответ. — Ты приехал на работу на мотоцикле? — спросил Драко, немного запыхавшись. Его сердце бешено колотилось при мысли о Гарри на мотоцикле в форме. — Конечно. Погода скоро испортится. Может быть твой последний шанс. — Гарри усмехнулся. — Ну что? Позволишь мне тебя прокатить? Левая бровь Драко взлетела вверх, и он опустил подбородок, бросая на Гарри многозначительный взгляд, потому что он должен был знать, как это звучит. Далтон за соседним столом точно знал, как это звучит, потому что он тихо присвистнул. Внимание Драко переключилось на этого придурка, который шептался со своим дружком с собачьей мордой. — Держу пари, этот педик Малфой предпочёл бы прокатиться на нём. Драко закатил глаза и повернулся к Далтону. — Ты же понимаешь, что это Гарри Поттер, да? Что он стоит прямо здесь и отлично тебя слышит? Потому что если так, я предположу, что ты знаешь, что ему даже не нужна палочка, чтобы отрезать твои жалкие, размером с арахис яйца. Это заставило Далтона замолчать, и он что-то проворчал, отдалённо похожее на извинение Гарри, затем снова уставился на Драко поверх своей работы. Драко повернулся к Гарри с улыбкой. — И спасибо, Поттер. Я бы с удовольствием прокатился. — Драко положил руку на стол между ними и наклонился. Он говорил достаточно громко, чтобы Далтон услышал. — Во всех смыслах этого слова. Гарри прочистил горло, широко раскрыв глаза. — Я… эм. Ладно. Тогда встретимся снаружи в пять? — Фантастика. Гарри отступил на шаг, неловко помахав работающим коллегам Драко, затем развернулся и вышел из лаборатории в вихре алого цвета. Может, понедельник будет не таким уж плохим. Драко привёл себя в порядок в туалете перед встречей с Гарри. Он осмотрел своё отражение в зеркале, потянул уголки глаз, пригладил выбившиеся волоски у линии роста волос, осмотрел назревающий прыщик на подбородке и испарил его палочкой — трюк, которому он научился у модели на фотосессии Панси. Он не хотел признаваться, но нервничал. Как только гнев утих, осталось только парализующее предвкушение. Это сделало послеобеденное время невыносимо долгим, даже если Далтон весь день держал рот на замке. Так почему же Драко чувствовал себя таким неуверенным? Он ожидал встречи с Гарри в тот понедельник в Министерстве. Более того, он всё спланировал. Он знал, что скажет Гарри, когда случайно столкнётся с ним в коридоре между столовой и ДМП, по которому Гарри часто ходил с Уизли между полуднем и восемью минутами первого, если не был в командировке. Драко даже отрепетировал беззаботное выражение удивления, которое он изобразит, как будто видеть Гарри там было для него неожиданностью, а не спланированной встречей. Гарри, однако, разбил вдребезги все тщательно продуманные планы Драко, придя искать его в ОКЗ, где Драко меньше всего ожидал его увидеть. Драко считал это довольно смелым, потому что Гарри должен был знать о том эффекте, который он производит на людей, особенно в форме. Он не мог просто проскользнуть незамеченным. Он даже не потрудился скрыть своё приглашение сопроводить Драко домой. Это звучало как свидание, и Драко не мог не радоваться. Драко хотел верить, что Гарри заинтересован в чём-то большем, чем просто отвезти его обратно в Ноттинг-Хилл. Он никогда раньше не предлагал подобного, и это заставляло Драко надеяться. Оставив надежды в стороне, Драко следовало действовать с осторожностью, стоять на своём, а не падать на колени, как только Гарри посмотрит в его сторону. Поэтому, выходя из туалета и пересекая атриум Министерства, Драко мысленно готовился к тому, что может произойти дальше. Драко поклялся сохранять самообладание любой ценой. Драко вышел из Министерства магии, моргая и желая, чтобы у него были солнечные очки, под ярко-серым осенним небом. Он пробрался сквозь толпу и обогнул угол здания, где магический барьер истончался до нуля, а за ним бурлил маггловский Лондон. И там был Гарри Поттер. Гарри не делал ничего особенного, просто стоял там, прислонившись задницей к мотоциклу, скрестив руки и рассеянно глядя вверх. Он даже не был в форме, как в мечтах Драко, а просто в джинсах, потёртых на коленях, футболке и той самой кожаной куртке. Однако тело Драко отреагировало так, будто его сбили с ног. Весь воздух вылетел из лёгких, голова закружилась, а кровь в мозгу стремительно устремилась вниз. Драко, без сомнения, недооценил сексуальную привлекательность мотоцикла. Это было недальновидно с его стороны — забывать, как его здравый смысл покидает его в присутствии Гарри Поттера и его проклятого мотоцикла. В том, как Гарри сидит верхом на этой махине, сжимая её бёдрами, а он обвивается телом вокруг его спины, было что-то глубоко сексуальное. И это не говоря уже о всей этой коже. Гарри заметил его, стоящего и качающегося, как дурак, и улыбнулся. Драко пришлось заставить свои ноги двигаться, изо всех сил стараясь не дать своему лицу исказиться в ответной улыбке. — Ты опоздал, — сказал Гарри. — Прихорашивался, — ответил Драко, встряхнув головой. — Боюсь, ты зря потратил время. Рот Драко открылся, и Гарри вздрогнул. — Не то чтобы ты не выглядишь… я имею в виду, потому что на мотоцикле тебя обдувает ветром, и тебе придётся надеть шлем. Потому что ты выглядишь… — Он прочистил горло, и его лицо залилось очаровательным алым румянцем. — Может, начнём сначала? Привет, здравствуй. Я Гарри Поттер. — Он протянул руку. Внутренности Драко превратились в патоку, липкую и тёплую. Он взял руку Гарри в свою и сжал. — Здравствуй, Гарри. Я Драко. Очень приятно. Гарри смягчился и снова улыбнулся. Он взял шлем с сиденья позади себя. — Прошу прощения за твои волосы, но безопасность прежде всего. — Мне стоит беспокоиться, что ты чувствуешь необходимость обеспечить защиту головы во время вождения? — Это закон. — И с каких пор ты соблюдаешь законы? Бровь Гарри дёрнулась. — Без комментариев. По крайней мере, не так близко к работе. Гарри перекинул одну ногу через мотоцикл, поставив ноги в ботинках по обе стороны от машины, и перенёс вес так, чтобы он оказался между его бёдер. Он похлопал по сиденью. — Запрыгивай. Драко сделал шаг ближе, затем остановился, нахмурившись. Он поднял одну ногу, затем опустил. — Прости, как именно? Гарри рассмеялся и схватил Драко за запястье, притягивая его. — Ну же, ты, долговязый. Просто перекинь колено. Держись вот здесь. — Гарри положил руку Драко себе на плечо. Шестисотфунтовые брюки Драко не были приспособлены для верховой езды, но после некоторой возни Драко удалось перекинуть ногу. Он скользнул по кожаному сиденью, пока его пах не прижался к заднице Гарри. Он подавил стон, опустив лоб на плечо Гарри на одну судорожную секунду. Затем Драко выпрямился и натянул шлем на голову, пока Гарри не успел обернуться и застать его за странным поведением. — Ноги на подножки, — сказал Гарри, похлопав Драко по колену. Драко не хотелось отрывать ноги от земли, но он сделал, как было сказано. Он зацепился каблуками за подножки, и Гарри уравновесил вес ногами. Гарри снял очки, натянул на голову свой шлем, затем вернул очки на нос. — Готов? — спросил он. Драко кивнул, голова внутри шлема была огромной и шаткой. — Не выгляди таким неуверенным. Я делал это раньше, знаешь. О, Драко знал. Он знал, что Гермиона терпеть не могла мотоцикл, едва могла открыть глаза. Уизлетта и Луна его обожали и даже однажды сговорились украсть его после слишком большого количества пина-колады, хотя Гарри поймал их до того, как они поняли, как его завести. Уизли ныл, что Гарри никогда не даст ему покататься одному. Гарри заставлял его сидеть сзади, что выглядело забавно, когда Уизли сворачивался вокруг Гарри, как креветка. Но, по словам Гарри, в школе был случай, когда он усомнился в способностях Рона к вождению. — Мне нужно что-то делать? — спросил Драко. — Постарайся не напрягаться. Двигайся вместе с мотоциклом. Наклоняйся, когда наклоняюсь я, — сказал Гарри. Затем его глаза сощурились в уголках, и Драко понял, что он улыбается, даже если не видит его рта. — О, и держись. Чёрт возьми. Драко возбудится ещё до того, как они покинут Уайтхолл. Драко обвил руками талию Гарри, положив подбородок на его плечо. Гарри протянул руку, опустил пластиковое забрало на шлеме Драко одним пальцем, затем повернулся, захлопнул своё забрало и повернул ключ, свисающий с центральной консоли. Двигатель взревел, привлекая взгляды магглов и заставляя Драко вибрировать с головы до ног. Гарри взглянул направо, затем налево, и, повернув запястье, мотоцикл рванул вперёд, оставив желудок Драко на тротуаре в пятидесяти футах позади. Руки Драко инстинктивно сжались вокруг талии Гарри, но даже когда скорость выровнялась, он не ослабил хватку. Он делал это отчасти потому, что мотоцикл был быстрым, и он, блять, боялся, но также и потому, что Гарри был так хорош. Драко знал, довольно интимно, как выглядит Гарри под этой привлекательной курткой. Драко не думал ни о чём другом неделями, поэтому он использовал любой предлог, чтобы держать руки прижатыми к животу Гарри. Гарри управлял мотоциклом в потоке машин с лёгким наклоном, и Драко оставалось только подчиниться. Он расслабил конечности, доверяя Гарри, пока они лавировали между машинами, такси и большими красными автобусами. Они увернулись от велосипедиста, затем от женщины, ведущей стайку маленьких лающих собак с подозрительной лёгкостью. Но когда они перепрыгнули через бордюр, слишком высоко взлетев и облетев толпу туристов, Драко рассмеялся вслух. Гарри использовал магию. Сначала Драко подумал, что сам мотоцикл зачарован, но затем передумал. Гарри излучал магию так же легко, как дышал; он выпускал малейший выдох, и происходили самые невероятные вещи. Драко никогда не встречал никого подобного Гарри и понял в тот момент, что он, возможно, немного влюблён в него. Драко откинул голову назад, чтобы смотреть на верхушки пролетающих зданий, его хватка вокруг талии Гарри была крепкой и, возможно, более исследовательской, чем необходимо. Гарри, казалось, не возражал, его смех вибрировал под руками Драко, когда они скользнули под край куртки. Поездка до дома Драко в Ноттинг-Хилле заняла всего двенадцать минут, благодаря тому, как Гарри разгонял пробку, словно надоедливого комара. Драко наполовину желал, чтобы он жил в Шотландии; что угодно, лишь бы оставаться на заднем сиденье мотоцикла Гарри немного дольше. Увы, Лондон мелькал мимо них слишком быстро, и вдруг Гарри остановил мотоцикл у тротуара перед таунхаусом Драко. Тишина была оглушительной, когда он заглушил двигатель, и Драко стащил с головы шлем, чтобы впустить городской шум. Гарри тоже снял шлем, взъерошил свои дикие волосы, затем повернулся к Драко, надевая заляпанные очки. — Ну и как тебе? — спросил Гарри. — Как полёт, на самом деле. Гарри усмехнулся ему, радостно и по-мальчишески. — Да! Именно! — Объясняет, почему Грейнджер так это ненавидит. — Она приходит в себя. — Нет, не приходит. Гарри усмехнулся. — Наверное, это не для всех. Было странно говорить с Гарри в спину, поэтому Драко опёрся одной рукой на крепкое плечо Гарри и спрыгнул с мотоцикла, слегка подпрыгнув, чтобы сохранить равновесие. — Ну, я, например, считаю это гениальным. Я бы хотел завести собственный мотоцикл, чтобы потребовать гонку. Я уже уверен, что смогу обогнать тебя на метле. Возможно, пришло время для нового вызова. Глаза Гарри сверкнули, и его улыбка превратилась в усмешку. — Ты бы не посмел. — Думаю, мы оба знаем, что я бы посмел. — Драко скрестил руки на груди, оценивая расслабленную позу Гарри, развалившегося на мотоцикле, совершенно невозмутимого. Он не делал ни малейшего движения, чтобы слезть или последовать за Драко к его двери, и Драко не был уверен, находит ли он это вежливым или бесящим. — Гарри, боюсь, я должен спросить… — начал Драко, и Гарри насторожился. — Откуда ты знаешь, где я живу? Я понимаю, что ты аврор и всё такое, но ты мог бы хотя бы притвориться, что не преследуешь меня. Лицо Гарри исказилось от недоумения. — Серьёзно? — Ради приличия. Гарри покачал головой. — Драко, я был у тебя дома раньше. — Прости? — Теперь настала очередь Драко удивляться. Он точно помнил бы, что приглашал Гарри Поттера к себе домой. Гарри провёл рукой по лицу. — Это было после дня рождения Джинни, ты не помнишь? Я имею в виду, может, ты и не помнишь. Ты и Джин соревновались, кто быстрее осилит бутылку Огдена. — Не говори глупостей. Я пью водку. Гарри фыркнул. — Как ты и упоминал той ночью. И я понимаю, почему. Виски делает вас обоих сумасшедшими и забывчивыми. Драко испытал тошнотворное чувство падения, когда воспоминания вспыхнули в его сознании, как фотографии. Тёплая, наполовину пустая бутылка виски, караоке с песнями Селестины Уорбек, Лондон, проносящийся с головокружительной скоростью за грязным окном. — Боюсь спрашивать, — признался Драко. — Ничего не было, правда. Мне пришлось силой затащить тебя в «Ночной Рыцарь». Ты всё требовал отвезти тебя в другой клуб, поэтому я поехал с тобой, чтобы убедиться, что ты доберёшься до дома. — О, великолепно, Гарри Поттер в роли моего сопровождающего. — Драко переступил с ноги на ногу, не в силах смотреть на Гарри. — Я пригласил тебя внутрь? — Пригласил. — И что ты сделал? — Согласился, конечно. Ты был довольно настойчив. Драко застонал и опустил голову в ладони. Он мог становиться слишком чувствительным и игривым, когда был пьян, и, учитывая, насколько он находил Гарри привлекательным, была вероятность, что его член взял верх и попытался сделать первый шаг. — А потом что? — спросил Драко из-за ладоней. — Я дал тебе стакан воды, попросил адрес камина и ушёл домой. Драко выглянул из-за пальцев. — Не веришь? — спросил Гарри. — О, я верю, что ты сделал именно это. Ты рыцарь без страха и упрёка. Я больше беспокоюсь о том, что я мог сказать или как себя вёл. Гарри усмехался ему очень ненадёжным образом. — И почему тебя это беспокоит? Драко опустил руки и поднял подбородок. — Да так. Гарри усмехнулся и опёрся локтем о руль мотоцикла, подперев подбородок ладонью. — Если честно, ты пригласил меня внутрь только чтобы «проверить на угрозы». Что-то насчёт соседей, которые пытались наложить на тебя проклятие за то, что ты требовал не оставлять мусорные баки на улице весь день после вывоза. Ты сказал мне не строить никаких догадок. — Гарри приподнял бровь. Драко осмотрел свои ногти, затем рискнул взглянуть на Гарри. — И ты послушался? Гарри подмигнул. — Ни капли. Но я вёл себя как джентльмен. Драко фыркнул и развернулся, чтобы скрыть улыбку, расплывшуюся по его лицу. Когда он взял себя в руки, он повернулся обратно к Гарри, его бёдра всё ещё были повёрнуты в сторону, как будто он мог в любой момент подняться по ступенькам к своей двери. Улыбка Гарри смягчилась. — Ты хочешь что-то сказать? Я сижу, — он махнул рукой, — прямо здесь. — Есть много вещей, которые я хотел бы тебе сказать, Гарри Поттер, — Драко не мог сказать Гарри того, что действительно хотел, а именно: «затащи свою задницу в мою квартиру и сними всю одежду». Вместо этого Драко сказал единственное, о чём не мог перестать думать. — Ты был ранен. Насколько серьёзно? Брови Гарри нахмурились, и он склонил голову набок, как потерянный, сбитый с толку круп. — Ты был в больнице. В пятницу. Лицо Гарри прояснилось. — А, это? Ерунда. Несколько царапин. Кое-какие мелкие проклятия. — Насколько мелкие? — Смертельные только в течение нескольких лет. Хорошо, что мне пришлось зайти из-за колотой раны, а то я мог бы и не заметить, пока бы не стало проблемой. Драко поднял одну руку, как будто мог приостановить мир вокруг себя, пока переваривал эту вопиющую информацию. — Прости, колотая рана? — Совсем маленькая. — Назови мне одну искупающую вещь в твоей работе, чтобы я мог попытаться забыть то, что ты только что сказал. — Я помогаю людям. Драко махнул на него рукой. — Не в счёт. Есть сотня способов помогать людям, не убивая себя. Попробуй снова. — Это захватывающе, — сказал Гарри, пожав плечами. — Как и квиддич, и статистически он с меньшей вероятностью тебя убьёт. Гарри закусил губу, сдерживая ухмылку. — С каких пор тебя это вдруг волнует? Драко сглотнул, но сохранил спокойное лицо, постукивая указательным пальцем по подбородку, делая вид, что обдумывает ответ. — Потому что у тебя огромный член, и ты не плох в обращении с ним. Взрыв смеха вырвался из Гарри, яркий и звонкий. Драко вздрогнул. Он никогда в жизни не слышал, чтобы Гарри так смеялся. Но Драко ещё не закончил. — Правда в том, что я хотел бы оставить тебя и твой член рядом с собой ещё немного. Так что если ты решишь переключиться на карьеру, которая не подвергает твою жизнь опасности так часто, знай, что ты получишь мою поддержку. Сладкая улыбка Гарри осталась, но Драко видел, как работают шестерёнки за этими умными глазами. — Кто-то сказал тебе, что я хочу уйти из Аврората? — спросил он. В его тоне не было обвинения, только острота, от которой Драко бросило в дрожь. Драко попятился, снова не желая раскрывать подробности своей встречи с Маклаггеном в туалете виллы. — Никто мне ничего не говорил. Я просто интуитивен и высказываю своё мнение по этому вопросу. На случай, если тебе интересно. — Угу. Конечно. — Гарри выдохнул через нос и покачал головой. Затем он поднял глаза к небу, как будто обращался к небесам. — Я так и знал. Я, блять, знал. — Ты ничего не знаешь! Что ты знаешь? Гарри посмотрел на него. — Что я тебе нравлюсь. Уже давно. — Не будь нелепым, — вяло возразил Драко. — Пожалуйста. Ты сидишь у меня на коленях большую часть вечеров в пабе. Ты позволяешь мне без конца болтать о моём мотоцикле. Даже Рон и Гермиона не дают мне пройти мимо первого предложения, не угрожая Заглушающими чарами. Ты держал меня за руку, когда Нев делал предложение Дафне на твоей рождественской вечеринке. И в тот раз, когда я предложил сходить за картошкой фри после клуба, ты схватил меня за лицо и сказал: «Поттер, ты слишком хорош, чтобы быть таким умным». Драко поморщился. Он не думал, что пародия Гарри на его акцент была необходимой, но он смутно помнил, что делал эти вещи. Драко мог бы утверждать, что он может быть таким — немного слишком. Но теперь, когда Гарри сказал это вслух, это совпадало с тем, что Панси и Блейз всегда ему говорили. Похоже, Драко нравился Гарри всё это время. Возможно, искра в животе Драко каждый раз, когда он прикасался к Гарри, говорил с Гарри или видел Гарри, была не просто потому, что Гарри был привлекателен. — Ты знал? — спросил Драко. Ему было трудно убрать дрожь из голоса, поэтому он прозвучал слишком резко. Гарри пожал плечами. Грудь Драко сжалась до боли, лицо горело от возмущения и разочарования, вспыхнувших внутри него. Ему было ненавистно осознавать, что он был так позорно прозрачен, особенно перед Гарри. — Тогда скажи мне, Гарри, почему не я? Почему никогда я? Гарри выпрямился, снова выглядя озадаченным. — Ты встречался с Маклаггеном, ради Мерлина. Этот человек — придурок, и все это знают! Если высокий, чопорный и самоуверенный — твой тип, то какого чёрта ты согласился на Кормака, блять, Маклаггена, когда мог бы получить меня? Он вторичная копия, и ты это знаешь. — Ты прав, — сказал Гарри, к большому удивлению Драко. — И Кормак ненавидел тебя за это. Он знал, что я поощрял это. Я позволял тебе касаться и шептаться, потому что хотел, чтобы ты это делал. Мне это нравилось. Драко отступил на шаг и прислонился к кованым воротам своего таунхауса. Он надеялся, что это выглядело расслабленно, а не так, будто он не доверял своим ногам удерживать его вес. Гарри тяжело вздохнул, опустив голову между плеч над рулём мотоцикла. Затем он опустил подножку и перекинул ногу через мотоцикл так, что у Драко перехватило дыхание. К облегчению и неудовольствию Драко, Гарри не подошёл ближе, а откинулся на машину, обмякнув, и нервно провёл рукой по волосам. — Я, если честно, не планировал, чтобы в Италии что-то случилось. Это выглядело бы как восполнение потерь, ощущалось бы как восполнение потерь. Я пытался быть хорошим. Мне приходилось удаляться не раз. Но ты был в моей постели в шёлковых трусах, а у меня есть только определённый уровень самоконтроля. Я бы подождал тебя. Должен был. Но… — Гарри выдохнул, плечи дёрнулись вверх и опустились. — Я увлёкся. Драко кивнул и сказал: — Понятно. — Но в его голове взрывались бомбы, гремели пушки, салюты взрывались в небе, а ракеты врезались в то, что когда-то было его мозгом. Гарри скрестил лодыжки, затем руки, его поза была расслабленной, хотя глаза горели. — Наверное, мне стоит сказать тебе, что я не из тех парней, которые заводят отношения на одну ночь. — Да, я представляю, что стирать память всем, кто попадает в твою постель, было бы довольно утомительно. Гарри закатил глаза, но в этом движении была нежность. — Никто даже не знает, где моя постель. — Он посмотрел на Драко. — Если только я им не скажу. Гарри засунул руку в карман куртки и достал квадрат пергамента размером и формой с визитку. Он использовал блестящую центральную консоль мотоцикла и призванное перо, чтобы нацарапать несколько слов на обратной стороне пергамента. Перо исчезло в облаке дыма, и он протянул карточку Драко, держа локоть согнутым, чтобы Драко пришлось подойти ближе, чтобы взять её. Драко едва зажал двумя пальцами уголок бумаги, когда Гарри схватил его за поясную петлю, притягивая в пространство между своих бёдер. Он отпустил карточку. — Приходи ко мне, когда будешь готов. Мы можем не торопиться. Как ты захочешь. Драко взглянул на карточку, боясь отвести взгляд от Гарри, но кивнул. Палец Гарри на поясе Драко внезапно исчез, и Драко пошатнулся, лишившись опоры. Гарри взял шлем с руля и снова улыбнулся Драко, прежде чем надеть его и снова оседлать мотоцикл. Он ждал, пока Драко будет открывать и закрывать рот, как Плимпи. Не в силах выдавить ни слова, Драко просто моргнул. Гарри завёл двигатель. Он отсалютовал Драко, дал газу, пока мотоцикл не заревел, и умчался по тихой улице, распугав стаю голубей и пожилую женщину в трёх нитках жемчуга и Chanel с головы до ног. Драко возился с замком на калитке и в состоянии транса поднялся по лестнице к своей двери. Ему потребовалось три попытки, чтобы снять чары, но наконец он переступил порог, снимая куртку и обувь на ходу. Драко прошёл в гостиную и плюхнулся лицом вниз на диван. Убедившись, что он почти задохнулся, Драко перевернулся на спину и уставился на неудачную паутину в своей люстре. Он поднял карточку Гарри на уровень глаз и рассмотрел её.Гарри
Площадь Гриммо, 12
Ислингтон
Даже наклон почерка Гарри заставлял сердце Драко бешено колотиться. Он провёл большим пальцем по числу двенадцать, немного размазав его, затем зашипел на себя за то, что испортил. Здравый смысл ударил Драко с тонкостью кирпича по голове. Он резко сел, карточка скомкалась в кулаке. Драко сошёл с ума! Он позволил Гарри уйти. Он должен был затащить Гарри в свою квартиру и зацеловать до одури. Гарри Поттер дал Драко свой домашний адрес, сказал какую-то ерунду о том, чтобы «не торопиться». Но слова на карточке, которую Драко держал в ладони, были приглашением, написанным простыми чёрными чернилами. Драко не хотел медленно! Он хотел Гарри так сильно, что не мог ясно мыслить. Если он будет медлить, это может его убить. Драко проверил время на украденных часах Cartier. Адрес Гарри был в Ислингтоне. Если учесть час пик и полное пренебрежение Гарри к маггловским правилам дорожного движения, он доберётся до дома как минимум через тридцать минут. Драко взбежал по винтовой лестнице в спальню. Он бросился к шкафу и начал срывать вешалку за вешалкой, пока не нашёл несколько простых рубашек хорошего качества. Он снял рабочую одежду и надел украденные джинсы Ricci и свежую рубашку, решив оставить три пуговицы расстёгнутыми у ворота, потому что это было сексуально. Гарри любил, когда сексуально, да? Драко запихнул оставшиеся рубашки и ещё несколько вещей из шкафа в свою дорожную сумку, затем вывалил туда же всё содержимое ящика тумбочки: смазку, резинки и целый спектр секс-игрушек, каскадом падающих в сумку, как развратный водопад. Драко сгрёб верхний слой с туалетного столика в сумку следом. Ему хотелось бы собрать уменьшенную коллекцию средств по уходу за кожей, которую он мог бы опробовать на Гарри, но времени на выбор не было. Пришлось брать всё. Драко отсчитывал последние пять минут, стоя перед камином, переминаясь с ноги на ногу, с сумкой в руке. За сорок пять секунд до конца Драко щедро плеснул порошком в камин и назвал адрес Гарри. Драко шагнул в камин Гарри в его тёмную гостиную, где стоял Гарри, наполовину сняв куртку и выглядя очень удивлённым. — Драко? Какого хрена? Драко уронил сумку и в три длинных шага оказался рядом. Драко схватил Гарри за лицо, притянул его ближе и поцеловал. Гарри растаял в объятиях Драко, вцепившись в его рубашку, но когда Драко попытался проникнуть языком, Гарри отстранился, нахмурившись. — Подожди. Я запутался. — Конечно, — сказал Драко, покусывая его подбородок. — Потому что ты идиот. Драко снова поцеловал его, на этот раз прижимая большие пальцы к углам челюсти Гарри, побуждая его разомкнуть губы и впустить Драко. Гарри сдался, открываясь со стоном, и обвил руками шею Драко. Драко крепко обнял его, но его сразу же расстроило отсутствие контакта кожа к коже. Он толкнул Гарри к дивану, и Гарри, благослови его, включился. Гарри снял куртку, прежде чем упасть на подушки, утягивая Драко к себе на колени. Боже, так было намного лучше. Драко держал бы Гарри между своих бёдер вечно, если бы мог. Он засунул руки под футболку Гарри, целуя его, стремясь к теплу его кожи. Гарри вздрогнул, когда кончики пальцев Драко коснулись волос на его груди, затем его соска. — Всё ещё запутан? — спросил Драко, скользя губами по уху Гарри. — Немного, — ответил Гарри. — Покажи ещё раз. Драко сжал сосок Гарри между двумя пальцами и одновременно качнул бёдрами, прижимаясь своим возбуждённым членом к члену Гарри. Гарри ахнул. — Проясняется. Драко схватил край футболки Гарри и попытался стянуть её через голову. — Что случилось с «не торопиться»? — спросил Гарри, голос приглушён футболкой, пока он вырывался, не потеряв очков. — К чёрту не торопиться. Бёдра Драко двигались, пока он расстёгивал собственную рубашку, с трудом скрывая радость, когда глаза Гарри следили за дорожкой обнажённой кожи, а его руки лежали на бёдрах Драко. — Ты переоделся? — спросил Гарри. — Да. — Я даже не знал, что у тебя есть джинсы, пока не увидел тебя в них в пятницу, — мечтательно сказал Гарри, расстёгивая пуговицу под пупком Драко. — Я их украл. Гарри посмотрел на него, открыв рот, с этим манящим блеском в глазах. — Правда? — Арестуешь меня? — Драко приподнялся на коленях и расстегнул молнию. Руки Гарри опустились на задницу Драко и сжали, его нос прижался к грудине Драко. — Не искушай меня. Гарри оставлял следы на коже Драко, от которых тот шипел, пальцы сжимались в волосах Гарри. Глаза Драко приоткрылись, когда пальцы Гарри скользнули под джинсовую ткань и резинку трусов, сжимая полные ягодицы. Взгляд Драко лениво скользил по тёмной комнате, пока Гарри касался его повсюду, мысли уплывали, губы приоткрыты, дыхание тяжёлое. Затем Драко замер. — Почему у тебя на стене висит портрет моей двоюродной бабки? Гарри остановился и повернулся, проследив за взглядом Драко. Он выругался. — О, блять. Сраный Кричер, — пробормотал он. Он взмахнул рукой, и шторка скользнула по портрету, закрывая неодобрительный взгляд давно забытой двоюродной бабушки Драко, Вальбурги. — Прости. Мой домовой эльф любит выпускать её, чтобы помучить меня. Я понял, как заставить её замолчать пару лет назад, слава Мерлину. Ты бы не поверил в ту ненавистническую речь, которую изрыгала эта старая карга. Драко отстранился, чтобы получше рассмотреть лицо Гарри. — У тебя есть домовой эльф? Гарри вздохнул и откинулся на диван. — Он не уходит! Я плачу ему достаточно, чтобы он купил целый остров, но он настаивает на том, чтобы остаться. Наверное, переживёт меня. Драко уставился на него. — Поттер, ты… Гарри схватил Драко за подбородок, прежде чем он успел закончить фразу. Его хватка была твёрдой, но глаза добрыми. — Гарри, — медленно сказал он. — Дай мне услышать, как ты это говоришь. Медленная улыбка тронула уголки губ Драко. — Гарри, Гарри, Гарри, — дразнил он. Гарри поцеловал его, но Драко мягко оттолкнул его. — Гарри, ты живёшь в доме моей двоюродной бабки? — Это мой дом, — сказал Гарри. — Ну да, теперь. Какого чёрта ты делаешь в родовом гнезде Блэков? Я знаю это. У моей матери были такие же шторы! Гарри застонал. — Это имеет значение? — Немного! — Ладно, мне его отдали. Мой крёстный. Который был… кузеном твоей мамы? Я не совсем уверен. Можешь сходить посмотреть на фамильное дерево в столовой. Глаза Драко расширились. С расстёгнутыми джинсами и наполовину снятой рубашкой Драко спрыгнул с колен Гарри и побежал в сторону столовой. Оказалось, что Гарри не блефовал, потому что на стене столовой было вышито генеалогическое древо Блэков, лишь частично скрытое полкой, заставленной маггловскими пластинками и вишнёво-красным проигрывателем с пластиковым верхом. Но это было даже не самое удивительное, что Драко нашёл в столовой. — Пот… Гарри, что это?! — Он указал на кривой стол, на котором стояло зелёное и пухлое тело опунции галапагосской в полном, блять, цветении. Гарри проследил за его взглядом, затем улыбнулся. — О! Мой кактус! Видишь, я же говорил, что могу держать один живым. Милый, правда? Драко развернулся к нему и взял лицо Гарри в ладони. — Гарри, ты понимаешь, что это такое? — Эм… Кактус? Драко сжал его щёки, так что они надулись, а губы выпятились. — Где ты его взял? — Коста-Рика? Или, может, Галапагосские острова? Эта миссия была для меня немного смазанной, если честно. — Этот кактус — одно из самых капризных и дорогих растений, которые можно легально купить. И он просто у тебя есть? Их чертовски трудно сохранить живыми! — Вроде неплохо себя чувствует. Я поливаю его водой из-под крана время от времени. Думаю, я ему нравлюсь. Драко отпустил лицо Гарри и вскинул руки. — Чёрт возьми, Гарри. Как раз когда я думаю, что ты больше не можешь меня удивить. — Он подошёл к кактусу, протянул палец, чтобы ткнуть один из шипов, и отдёрнул его, когда тот проколол кожу. Он засосал палец в рот. Гарри шагнул ближе, потирая челюсть. — Я думал, ты этого хотел. Ты же сказал: «Удиви меня». — Я не то имел в виду… — начал Драко, затем повернулся, его улыбка стала хитрой. — Я действительно так сказал, да? Очень хорошо, Гарри. Гарри не потянулся к Драко, но завис достаточно близко, чтобы Драко чувствовал запах его одеколона. — Ты останешься? — спросил Гарри, изучая его. — Я заметил, ты принёс сумку. — Это зависит от того, есть ли у тебя ещё какие-нибудь любопытные секреты. В глазах Гарри мелькнуло веселье, отчего у Драко в животе всё рухнуло. — Без комментариев. Он притянул Гарри за рубашку и заговорил достаточно близко, чтобы их губы почти соприкасались. — Не хочешь признаваться? Неважно. Я разговорю тебя. У нас вся ночь. — Я надеялся на большее, чем на одну ночь. — Как ты думаешь, почему я принёс сумку? Гарри улыбнулся, ослепительно широко, и Драко сцеловал эту улыбку с его губ.
