Ошейник для Пантеры

--- Глава 5. Откровение в «Углу» --- Бар «Угол» находился в промышленном районе, в месте, куда Ника обычно приезжала, когда нужно было встретиться с теми, кого она не хотела видеть в своём клубе. Здесь было тесно, накурено и грязно. Пол липкий от пролитого пива. Лампочка над входом мигала, бросая на асфальт дрожащий жёлтый свет. Пахло дешёвым табаком, хлоркой и чем-то кислым — запахом, который не выветривается годами. Ника вошла ровно в полночь. Кожаное пальто, волосы стянуты в тугой хвост. Под пальто — кобура с пистолетом, привычная тяжесть под мышкой. Она выглядела как женщина, готовая к бою, — и, в общем-то, так оно и было. Дженнифер сидела за дальним столиком, в углу, спиной к стене — так, чтобы видеть вход. Профессиональная привычка. Ника сразу это отметила. Она не просто шпионка. Она обучена. На этот раз на Дженнифер не было дорогого вечернего платья. Никаких туфель на шпильках. Простая чёрная футболка, джинсы, волосы распущены. И — никакой охраны. Она сидела одна, и перед ней стоял бокал с дешёвым виски — почти нетронутый. Ника подошла к столику. Не села. Встала напротив, глядя на Дженнифер сверху вниз. Та подняла глаза, и Ника заметила: что-то изменилось. Обычная дерзость исчезла. Вместо неё — усталость. Глубокая, залёгшая в тенях под глазами, в опущенных уголках губ. — Спасибо, что пришла, — сказала Дженнифер. Голос был тихим. Без обычной колкости. Без игры. — Я пришла не ради твоих душевных излияний, — холодно ответила Ника, опускаясь на стул напротив. — Ты угрожала мне. Я здесь, чтобы заставить тебя стереть тот снимок. И отдать мне телефон. Добровольно — или я сломаю тебе пальцы и сделаю это сама. Дженнифер грустно усмехнулась. Поднесла бокал к губам, сделала глоток — маленький, почти символический. Поставила бокал на стол. Посмотрела куда-то в сторону, в тёмный угол бара, где никого не было. — Я не собиралась его никуда отправлять, Ника, — сказала она тихо. — Это была ложь. Мне нужно было, чтобы ты пришла сюда. Без своей охраны. Без свидетелей. Ника нахмурилась. Интуиция кричала об опасности — старая, проверенная интуиция, которая спасала её жизнь десятки раз. Но она не чувствовала враждебности от Дженнифер. Только усталость. И — что-то ещё. Что-то, похожее на... страх? — Зачем? Дженнифер медленно отодвинула бокал. Её пальцы чуть дрожали — Ника заметила это, хотя Дженнифер явно пыталась скрыть. Она закатала левый рукав футболки. На предплечье, чуть ниже локтя, темнел синяк. Свежий. Тёмно-фиолетовый, почти чёрный по краям, с желтоватым отливом — такой оставляют тяжёлые мужские пальцы. Четыре отметины. Четыре пальца, сжимавшие её руку достаточно сильно, чтобы оставить след. Ника замерла. Что-то внутри неё — то, что она не хотела признавать, — сжалось. — Меня наняли люди, — сказала Дженнифер, глядя Нике прямо в глаза. — Настоящая мафия. Не твои мелкие конкуренты из пригорода. Они хотят отобрать у тебя «Лапы Пантеры». Я должна была войти к тебе в доверие, влезть в постель, собрать компромат и передать им. Моя задача — разрушить тебя изнутри. Тишина. Ника смотрела на неё. Её лицо стало каменным — ни один мускул не дрогнул. Но внутри всё похолодело. Я знала. Я чувствовала. И всё равно позволила ей подойти так близко. — И ты рассказываешь мне это прямо сейчас, — медленно произнесла она. Голос был ровным, но в нём звенела сталь. — Почему? Хочешь, чтобы я пожалела тебя? — Я хочу, чтобы ты спасла меня. Голос Дженнифер дрогнул. Впервые за всё время — дрогнул. Она смотрела на Нику, и в её глазах больше не было холода. В них стояла настоящая, неприкрытая боль. — У меня нет выбора. Они держат мою младшую сестру. Если я не выполню заказ до конца недели — они убьют её. Но я не хочу предавать тебя. Ты... ты первая женщина, которая не побоялась сказать мне правду в лицо. Ты первая, кто посмотрел на меня не как на инструмент, а как на... — она запнулась, — ...человека. Сестра. У неё есть сестра. И она в заложниках. Вот почему она здесь. Вот почему она выглядит так, будто не спала неделю. Ника смотрела на неё долго. Молча. Десять секунд. Двадцать. В зале слышалось только гудение старого холодильника и далёкий шум дождя за окном. Бармен дремал за стойкой. Кроме них, в «Углу» никого не было. Затем Ника медленно встала. Обогнула столик. Села рядом с Дженнифер — не напротив, а рядом, плечом к плечу. Она взяла её за руку — ту самую, что была в синяках, — и сжала. Не грубо. Но крепко. Властно. Дженнифер вздрогнула. Подняла глаза. В них стояли слёзы — не пролитые, удерживаемые на краю ресниц. — Имена, — сказала Ника. Голос был низким, твёрдым, как скала. — Кто они? Где они держат твою сестру? — Ты не сможешь с ними справиться в одиночку, Ника. У них оружие, связи... — Имена. Голос Ники перешёл в тихое, звериное рычание — то самое, которое появлялось только в моменты наивысшей опасности. Дженнифер смотрела на неё, и Ника видела, как в её глазах борются страх и надежда. — Ты пришла ко мне за помощью, Змейка, — продолжила Ника. — Значит, ты признаёшь, что я сильнее. А теперь говори. Потому что если мы будем играть в игры, твоя сестра умрёт. Дженнифер посмотрела в её глаза. Долго. И, наконец, сдалась. Её плечи опустились. Она выдохнула — длинно, прерывисто, как будто сбрасывала груз, который несла в одиночку много дней. — Триада. Группировка с севера. Главарь — мужчина по прозвищу Судья. У него склад в порту. Моя сестра там, в подвале. У тебя есть три дня. Ника кивнула. Поднесла руку Дженнифер к своим губам. Задержала дыхание на секунду — и поцеловала тыльную сторону её ладони. Не нежно. Жёстко. С прикусом. Так, что Дженнифер чуть вздрогнула. — Три дня? — переспросила Ника, отстраняясь. — Мне хватит и одной ночи. Она встала. Развернулась и направилась к выходу — стремительно, как хищник, почуявший след. Кожаное пальто взметнулось за спиной. У двери она остановилась. Обернулась через плечо. — Ты остаёшься в «Лапах Пантеры» до моего возвращения. Будешь ночевать в моей комнате. Чтобы я знала, где ты. И чтобы, когда я вернусь, ты была готова признать, что теперь принадлежишь мне. По-настоящему. Дженнифер хотела что-то возразить. Её губы приоткрылись. Но Ника уже толкнула дверь и вышла в ночь — туда, где моросил холодный осенний дождь и горели тусклые фонари промзоны. Дверь захлопнулась. Колокольчик звякнул. Дженнифер осталась сидеть за столиком, глядя на закрытую дверь. Её рука, та самая, которую поцеловала Ника, всё ещё лежала на столе. Она медленно поднесла её к губам, коснулась того места, где только что были губы Ники, и закрыла глаза. Я предала своих нанимателей. Я доверилась женщине, которая может меня уничтожить. И я не знаю, правильно ли я поступила. Но когда она сказала «ты принадлежишь мне» — я впервые за долгое время почувствовала, что я в безопасности. --- КОНЕЦ ГЛАВЫ 5 ---