Ошейник для Пантеры

--- Глава 6. Ночь зачистки --- Ника не взяла с собой армию. Она взяла только пятерых — самых преданных, самых проверенных головорезов из тех, что работали в «Лапах Пантеры» не первый год. Тех, кто не задавал вопросов. Тех, кто видел её в бою и знал: если Пантера идёт впереди — ты идёшь за ней. Без сомнений. Без страха. Склад в порту встретил их запахом соли, ржавчины и машинного масла. Он стоял на отшибе, у самой воды, и вокруг не было ни души — только чайки, кричавшие где-то в темноте, да глухой плеск волн о бетонные опоры причала. В окнах горел тусклый, жёлтый свет. Люди внутри не ждали нападения — они были слишком уверены в своей безнаказанности. Ника стояла в тени контейнера, глядя на склад через прибор ночного видения. Рядом с ней — её люди. Пятеро. Все в чёрном. Все вооружены. — Двое у главного входа, — прошептала она в рацию, прижатую к губам. — Ещё трое патрулируют периметр. Снимаем их тихо. Без выстрелов. Нам нужно дойти до подвала, и только там можно будет шуметь. Серия коротких подтверждений — и тени рассыпались в темноте. Ника пошла первой. Всегда первой. --- Первого охранника она сняла ударом рукоятки пистолета в висок — резко, точно, без колебаний. Он рухнул на бетон, даже не успев вскрикнуть. Второго взял её человек — захват со спины, короткое движение ножом, и тело осело на землю. Они проникли внутрь через боковую дверь. Здесь пахло сыростью, дешёвым табаком и страхом — не её, чужим, въевшимся в стены за годы. Лампы под потолком мигали, отбрасывая на бетонные стены дрожащие тени. Где-то в глубине склада играло радио — старая песня, которую Ника не узнала. Ника двигалась быстро и бесшумно, как пантера в джунглях. Она убирала охранников одного за другим — где-то руками, где-то ножом, где-то одним точным выстрелом, когда тишина переставала быть необходимостью. Её люди прикрывали фланги, работая слаженно, как единый механизм. На первом этаже resistance был подавлен за десять минут. Главаря они нашли в его кабинете — просторной комнате с панорамным окном, выходящим на воду. Судья — мужчина лет пятидесяти, грузный, с тяжёлым взглядом и перстнем на мизинце, — сидел за столом, когда дверь слетела с петель. Он потянулся к оружию. Не успел. Ника сбила его с ног одним ударом — резким, хлёстким, в челюсть. Он рухнул на пол, захрипел, попытался подняться. Ника наступила ему на грудь, прижимая к бетону. Наклонилась. Её лицо было в нескольких сантиметрах от его. — Где девушка? — спросила она. Голос был тихим, но в нём звенела сталь. — В подвале, — захрипел он. — Ты не посмеешь... Ника сломала ему челюсть одним ударом. Хруст кости разнёсся по кабинету. Он затих. — Я всегда смею, — сказала она и пошла вниз. --- Подвал был другим миром. Здесь не было радио. Не было жёлтого света. Только холод, сырость и тьма, разрезаемая лучом фонаря. Стены покрыты плесенью. Где-то капала вода — размеренно, как метроном. Пахло ржавчиной, гнилью и чем-то ещё — запахом, от которого у Ники свело челюсти. Запахом отчаяния. В конце коридора была дверь. Тяжёлая, металлическая, с ржавым замком. Ника выбила её одним ударом ноги. Дверь с грохотом рухнула внутрь. В углу, на старом стуле, прикованная цепями, сидела девочка. Ей было лет шестнадцать. Худая, бледная, с растрёпанными тёмными волосами. На ней была грязная футболка и джинсы. На запястьях — следы от кандалов, красные, воспалённые. Под глазами — тёмные круги. Но когда она подняла голову и увидела Нику, в её взгляде не было пустоты. Был страх. И надежда. Ника подошла медленно. Не хотела напугать. Опустилась на корточки перед стулом. Девочка смотрела на неё расширенными глазами — не зная, кто эта женщина, враг или друг. — Меня зовут Ника, — сказала она. Голос был низким, но в нём не было угрозы. — Твоя сестра попросила меня прийти за тобой. Ты в безопасности. Дыши. Девочка всхлипнула. Ника достала пистолет, приставила к замку цепи, выстрелила — один раз, оглушительно громко в тесном подвале. Цепь со звоном упала на пол. Девочка вздрогнула, но не закричала. Ника убрала пистолет. Разорвала остатки пут — руками, не заботясь о том, что режёт ладони о ржавое железо. Потом подняла девочку на руки. Она была лёгкой — невесомой, как птица. — Закрой глаза, — сказала Ника. — Зачем? — Там, наверху, будет кровь. Тебе не нужно это видеть. Девочка закрыла глаза и уткнулась лицом в плечо Ники. Ника понесла её вверх по лестнице — мимо разбитой двери, мимо тел, мимо запаха пороха и крови. Она шла быстро, но осторожно, прижимая девочку к себе. Когда они вышли на воздух, дождь уже кончился. От мокрого асфальта поднимался пар. В небе, на востоке, занимался серый рассвет. Ника подошла к машине, усадила девочку на заднее сиденье, накинула на плечи своё кожаное пальто. Та дрожала — то ли от холода, то ли от пережитого. — Как тебя зовут? — спросила Ника. — Катя, — прошептала девочка. — Катя. Красивое имя. — Ника чуть улыбнулась — устало, но искренне. — Поспи. Мы едем домой. Она закрыла дверцу и повернулась к складу. Позади уже занимался огонь — её люди выполняли последний приказ. Ника смотрела на пламя, на дым, поднимающийся к серому небу, и чувствовала странное, давно забытое чувство. Я сделала это не ради неё. Не только ради неё. Эта девочка ни в чём не виновата. И я не могла её там оставить. Она села в машину и уехала, оставив за спиной огонь и трупы тех, кто посмел тронуть её территорию. И тех, кто посмел тронуть семью женщины, которая — Ника всё ещё не хотела это признавать — становилась для неё чем-то большим, чем просто очередная интрижка. --- КОНЕЦ ГЛАВЫ 6 ---