Ошейник для Пантеры

--- Глава 10. Финал Триады --- На следующую ночь Ника и Дженнифер сидели в тёмном внедорожнике, припаркованном в промзоне. Дождь моросил по крыше — мелкий, осенний, барабанивший по металлу монотонной дробью. Перед ними, через дорогу, темнел громадой старый металлургический цех — заброшенный, ржавый, с выбитыми окнами и покосившимися воротами. Там, по данным Дженнифер, прятались последние шестеро выживших из банды Судьи. — Слева двое у входа, — тихо говорила Дженнифер, глядя в бинокль ночного видения. Её голос был спокойным, сосредоточенным. — Внутри, судя по тепловизору, ещё четверо. У них автоматы, но они не ждут нападения. Думают, что мы успокоились. Ника поправила кобуру под мышкой и посмотрела на Дженнифер. Вместо дорогого платья и каблуков на Змее была обтягивающая чёрная тактическая одежда. Волосы стянуты в тугой хвост. На поясе — кобура с пистолетом, на бедре — запасная обойма. Она выглядела не просто как стратег. Она выглядела как боец. — Ты уверена, что хочешь пойти внутрь? — спросила Ника. — Я могу сделать это одна. Дженнифер опустила бинокль. Повернулась к Нике. В тусклом свете приборной панели её глаза блеснули — в них был холодный, спокойный азарт. — Ты спасла мою сестру, Пантера. Я в долгу перед тобой. — Она проверила обойму пистолета — быстро, профессионально, — и загнала её обратно с резким щелчком. — Теперь я хочу быть той, кто прикрывает твою спину. Не спорь. Ника посмотрела на неё. На бледное лицо, на сжатые губы, на пальцы, которые больше не дрожали. Что-то внутри неё потеплело. Она больше не та испуганная женщина из бара «Угол». Она готова. — Хорошо, — сказала Ника. — Действуем так: я иду через главный вход. Ты — через вентиляцию на крыше. Они смотрят вперёд, на дверь. Они не заметят тебя, пока не станет слишком поздно. — А если я ошибусь? — Тогда умрём вместе. — Ника чуть усмехнулась. — Но я бы предпочла выпить после этого мартини. Дженнифер фыркнула и выбралась из машины в дождливую ночь. --- Десять минут спустя. Ника бесшумно проникла в цех через боковой вход, разобравшись с первым охранником ударом рукоятки пистолета в висок. Он рухнул на бетон, даже не вскрикнув. Внутри было темно, пахло маслом, ржавчиной и сыростью. Под потолком висели старые лампы — не горели, только одна мигала где-то в глубине, отбрасывая на стены дрожащий жёлтый свет. Она двинулась вглубь, как призрак. Шаги — бесшумные, дыхание — ровное, сердце — спокойное. Пантера на охоте. Но вдруг сверху раздался крик: — Она здесь! Вспышка. Выстрел. Пуля просвистела мимо уха Ники — она почувствовала движение воздуха, — и вонзилась в бетонную стену за спиной. Ника вскинула пистолет, но прежде чем она успела нажать на спуск, тело стрелявшего дёрнулось и рухнуло вниз, на пол цеха. Из вентиляционного люка, прямо за его спиной, бесшумно спрыгнула Дженнифер. В руке она держала дымящийся пистолет. Волосы выбились из хвоста, на щеке — полоса грязи, но в глазах горел боевой азарт. Она посмотрела на Нику и подмигнула: — Видишь? Работаем чисто. Ника не ответила. Она просто смотрела на Дженнифер — на эту женщину, которая только что спасла ей жизнь, — и чувствовала, как что-то внутри неё переворачивается. Она не просто стратег. Она не просто шпионка. Она — воин. Мой воин. — Не отставай, — бросила она, отворачиваясь, чтобы скрыть то, что было в её глазах. В оставшиеся минуты они двигались как одно целое. Ника подавляла сопротивление силой и мощью — ломала руки, выбивала оружие, укладывала противников на бетон. Дженнифер работала как тень — появлялась там, где её не ждали, и её выстрелы были точными, быстрыми, безжалостными. Она не колебалась. Не промахивалась. Каждый выстрел — одно тело. Ника видела это боковым зрением, пока выкручивала руку очередному бандиту. Она обучена. Профессионально. Кто тренировал её? Где она научилась так стрелять? Вопросы, которые подождут. Когда последний из Триады упал на грязный бетонный пол, Ника выпрямилась, тяжело дыша. Плечо ныло — не рана, просто усталость. Она повернулась к Дженнифер. Та стояла в нескольких метрах, опустив пистолет. Грудь вздымалась от частого дыхания. На щеке — та самая полоса грязи. В волосах — пыль. Но в глазах — торжество. Чистое, незамутнённое. Ника подошла к ней. Медленно. Протянула руку и большим пальцем стёрла грязь с её щеки. Прикосновение было грубоватым, но бережным. Дженнифер замерла. — Ты чертовски хороша в этом, — сказала Ника. Голос был низким, хриплым. — Я знаю, — усмехнулась Дженнифер. — А теперь пошли домой. Я хочу душ. И виски. Ника не ответила. Она притянула Дженнифер к себе — резко, без предупреждения, — и поцеловала. Поцелуй был глубоким, благодарным, со вкусом пороха и пота. Дженнифер ответила сразу, запуская свободную руку в волосы Ники, прижимаясь всем телом. Когда они оторвались друг от друга, Ника прижалась лбом к её лбу. Их дыхание смешалось. — Я не говорила этого раньше, — прошептала она, — но... спасибо. — За что? — За то, что прикрыла мою спину. За то, что не сбежала. За то, что... — она запнулась, подбирая слова, — ...что ты здесь. Дженнифер улыбнулась — мягко, почти нежно. — Я же сказала: я и так всегда рядом, Пантера. Пойдём домой. Они вышли из цеха вместе — плечом к плечу, — оставив за спиной тишину и трупы. Дождь кончился. Над промзоной занимался серый, пасмурный рассвет. Впереди был особняк, горячий душ, виски и — впервые за долгое время — ощущение, что они не просто любовницы. Не просто деловые партнёры. Они — стая. --- КОНЕЦ ГЛАВЫ 10 ---