Ошейник для Пантеры

--- Глава 13. Жёсткая ссора и горячее примирение --- На следующее утро Ника, несмотря на рану, уже стояла в кабинете. Плечо ныло под повязкой, но она игнорировала боль. Перед ней на столе лежали отчёты — сводки от информаторов, данные о перемещениях «Северных Псов», список потерь после нападения на клуб. Цифры были неутешительными. Они потеряли двух человек. Клуб разгромлен. И главарь «Псов» всё ещё где-то там, в городе, дышит. Ника просматривала бумаги, и с каждой прочитанной строкой её челюсти сжимались всё сильнее. Пантера внутри неё рычала, требуя крови. Дверь открылась. Вошла Дженнифер. Она была одета в строгую чёрную рубашку — ту самую, в которой ходила на встречу с Валерией. Волосы собраны в пучок. В руке — планшет. Вид — деловой, сосредоточенный. Но под глазами залегли тени: она не спала вторую ночь подряд, координируя поиски. — У нас проблема, — сказала Ника, не давая ей заговорить. Она бросила бумаги на стол. — Ты вчера отправила охрану на поиски главаря «Северных Псов»? — Да. — Дженнифер остановилась у стола. — Они прочёсывают портовый район. У меня есть зацепка: один из информаторов сообщил, что Гром прячется в... — Я передумала. Дженнифер нахмурилась. — Что? — Я хочу, чтобы их главарь знал, что мы идём за ним. — Ника оперлась руками о стол. — Я хочу, чтобы он боялся. Я не хочу убивать его тихо, в какой-то канаве. Я хочу казнить его публично. Чтобы весь город видел. Дженнифер медленно опустилась в кресло напротив. Её лицо стало непроницаемым — та самая маска, которую она носила, когда была шпионкой. — Это ошибка, Ника. Публичная казнь привлечёт полицию. Нам это не нужно. У нас только-только наладились отношения с... — Плевать мне на полицию! — Ника ударила кулаком по столу. Статуэтка пантеры подпрыгнула и покатилась, упав на бок. — Это мой город! Мои правила! Дженнифер не вздрогнула. Она смотрела на Нику — на её сжатые кулаки, на побелевшие костяшки, на горящие яростью глаза, — и что-то в её собственном взгляде изменилось. Больше не было ни страха, ни покорности. Только холод. — И это твоя проблема! — повысила она голос. — Ты действуешь как животное, а не как стратег. Ты позволяешь гневу управлять тобой. Я не позволю тебе разрушить всё, что мы построили, из-за какой-то мести! Ника медленно выпрямилась. Обогнула стол. Встала напротив Дженнифер. Та поднялась — не отступила. Они оказались лицом к лицу. Воздух между ними накалился так, что, казалось, ещё немного — и вспыхнет. — Ты забываешь, кто здесь босс, Змейка, — прошипела Ника. Её голос был низким, опасным, вибрирующим в горле. — А ты забываешь, что я твой партнёр, а не твоя собака! — Голос Дженнифер звенел от гнева, но она не отводила взгляд. — Если ты не начнёшь слушать меня, я уйду. И я заберу Валерию с собой. — Ты посмеешь?! Ника схватила Дженнифер за плечи и прижала к стене — не грубо, но крепко, не давая вырваться. Её глаза горели. Зрачки были расширены — тёмные, опасные, — и в них бушевала буря. Злость. И — что-то ещё. Что-то, похожее на страх. — Ты моя! — прорычала она. — Ты сказала это! Ты не можешь просто взять и уйти! — Тогда перестань вести себя как эгоистичный ребёнок! — выкрикнула Дженнифер в ответ, не отводя взгляда. Её голос сорвался на крик, но она не отступала. — Я не прошу тебя быть слабой! Я прошу тебя быть разумной! Ника замерла. Она смотрела на Дженнифер — на её пылающее лицо, на сжатые кулаки, на глаза, полные не только гнева, но и боли. Настоящей, глубокой, неприкрытой. И вдруг поняла: Она кричит не потому, что хочет власти. Она кричит, потому что боится за меня. Боится, что моя ярость погубит нас обеих. И этот страх перебил её собственную ярость. Ника внезапно замолчала. Её плечи опустились. Хватка на плечах Дженнифер ослабла. А затем, вместо того чтобы ударить или оттолкнуть её, она наклонилась и поцеловала её. Резко. Жёстко. Почти агрессивно. Она вжала Дженнифер в стену всем телом и целовала — глубоко, жадно, — до тех пор, пока та не перестала сопротивляться. Пока её кулаки не разжались. Пока она не обвила руками шею Ники и не ответила — с той же страстью, с тем же отчаянием. Когда они оторвались друг от друга, оба тяжело дышали. Ника прижалась лбом к её лбу. Закрыла глаза. — Прости, — прошептала она. Голос был хриплым, сломанным. — Ты права. Я не должен был... ты меня злишь, потому что я боюсь тебя потерять. И я ненавижу этот страх. Дженнифер провела рукой по забинтованному плечу Ники — легко, почти невесомо, обходя рану. — Я никуда не уйду, Пантера. — Её голос тоже дрожал, но был твёрдым. — Но если ты хочешь, чтобы я осталась, ты должна научиться доверять мне. Даже в те моменты, когда твоя злость застилает тебе глаза. Ника открыла глаза. Посмотрела на неё. На бледное лицо. На припухшие от поцелуя губы. На глаза, в которых всё ещё стояли слёзы — но теперь это были слёзы облегчения. — Хорошо, — сказала она. — Мы сделаем по-твоему. Тихо. Чисто. Без рекламы. Но я хочу увидеть его мёртвым лично. — Согласна. — Дженнифер чуть улыбнулась — устало, но искренне. — Только, пожалуйста, не попади под пули в этот раз, хорошо? Мне надоело перевязывать тебя. Ника усмехнулась. Подхватила Дженнифер на руки — та ойкнула от неожиданности, — и понесла к кровати. — Тогда, может, сегодня ты перевяжешь меня чем-то другим? Дженнифер, глядя на неё сверху вниз, рассмеялась и поцеловала её в нос. — Ты неисправима, Пантера. Но я тебя всё равно люблю. Ника уложила её на кровать. Нависла сверху — осторожно, чтобы не потревожить раненое плечо. Провела пальцами по её щеке, по линии челюсти, по шее. — Я тоже тебя люблю, — сказала она. — Даже когда ты выводишь меня из себя. — Это моя работа. — Знаю. — Ника наклонилась и поцеловала её — на этот раз мягко, нежно. — И ты отлично с ней справляешься. За окном шёл дождь. В кабинете на столе так и остались лежать разбросанные бумаги. Где-то внизу охранники продолжали поиски Грома. Война с «Северными Псами» ещё не была закончена. Но сейчас, в этой комнате, были только они двое. И этого было достаточно. --- КОНЕЦ ГЛАВЫ 13 ---