Игра на понижение

--- Глава 6. Кризис --- Счастье длилось недолго. Через три дня после их первой ночи Рина отправилась в банк, чтобы забрать наличные для новой сделки. Это было рутинное поручение — одно из многих, которые она выполняла теперь спокойно, без дрожи в коленях. Она вышла из банка с сумкой через плечо, села в машину, завела двигатель и выехала на дорогу. Дождь моросил с самого утра, и асфальт блестел в свете фар. Рина вела машину осторожно, держа дистанцию, и думала о вчерашнем вечере. О том, как Скарлетт впервые засмеялась — не усмехнулась, не хмыкнула, а именно засмеялась, низко и хрипловато, когда Рина неудачно пошутила про её привычку закуривать посреди разговора. О том, как она потом потянулась через стол и сжала руку Рины — просто так, без повода. Она не заметила, как сзади пристроились два джипа. Первый удар был резким — её машину догнали и ударили в задний бампер. Рина вскрикнула, вцепилась в руль, пытаясь удержать машину на дороге. Второй джип заблокировал путь спереди. Она ударила по тормозам. Взвизгнули шины. Машина замерла. Рина не успела даже потянуться к телефону. Дверь распахнули, и чьи-то руки — грубые, сильные — выволокли её наружу. Она попыталась закричать, но рот заклеили широкой серебристой лентой. Запах клея ударил в нос, и на глаза навернулись слёзы — не от страха, от удушья. Её схватили за плечи, за волосы, потащили к джипу и бросили в багажник. Крышка захлопнулась с глухим стуком, отрезая свет. Темнота. Тряска. Запах бензина и старой резины. Рина попыталась перевернуться на спину, но багажник был слишком тесным. Она лежала, скорчившись, прижавшись щекой к холодному металлическому полу, и считала удары сердца. Быстро. Ещё быстрее. Скарлетт. Она будет в ярости. Она найдёт меня. Я знаю, что найдёт. --- Когда Скарлетт поняла, что Рина не вернулась через два часа, она взбесилась. Сначала она просто злилась — холодно, расчётливо. Подумала, что Рина могла задержаться в пробке, забыть телефон в машине, попасть в дурацкую аварию. Но когда звонки остались без ответа в четвёртый раз, когда охранник доложил, что машина найдена пустой на обочине с распахнутой дверцей, — холод сменился яростью. Она перевернула кабинет. Разбила стакан с виски о стену — тот самый, из которого пила прошлой ночью, глядя на спящую Рину. Хрустальные осколки брызнули по паркету, засверкали в свете лампы. Схватила телефон, набрала начальника охраны — и рявкнула в трубку так, что тот побледнел, хотя она его не видела. — Найдите её. Поднимите всех. Каждого информатора. Каждого должника. Каждую крысу в этом городе. Если через час у меня не будет информации, я лично приеду к тебе и оторву тебе голову. Она швырнула телефон на стол. Он ударился о край, треснул — экран погас. Скарлетт стояла посреди разгромленного кабинета, тяжело дыша. Грудь вздымалась и опускалась. Руки дрожали. Я не могу потерять её. Только не сейчас. Только не её. Она закрыла глаза и заставила себя дышать. Медленно. Ровно. Как учил её когда-то человек, которого она ненавидела больше всего на свете. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Ярость отступила — не исчезла, но отодвинулась, давая место холодному, расчётливому уму. Сейчас нужен был именно он. Когда она открыла глаза, перед ней уже стоял начальник охраны с донесением. Через час. Быстрее, чем она приказала. — Люди Тараса, — сказал он, протягивая распечатку. — Мы отследили маршрут. Её перехватили на мосту. Увезли в промзону. Старый склад у порта. Там держат. Скарлетт взяла распечатку. Посмотрела на карту. Красный кружок — старый склад. Место, где она когда-то сама проводила допросы. Она знала там каждый угол. И в этот момент её телефон — разбитый, но ещё работающий — пискнул. Сообщение с неизвестного номера. Она открыла его и замерла. «Твоя игрушка у меня. Хочешь вернуть её? Отдай мне всё: клуб, контракты и убирайся из города навсегда. Если ты согласна, мы встретимся на старом складе в полночь. Если ты откажешься или приведёшь полицию — она умрёт. Подпись: Тот, кого ты обокрала». Скарлетт смотрела на экран. Буквы расплывались перед глазами — она не плакала, но внутри неё бушевала буря. Ярость. Страх. Ненависть. И что-то ещё — то, чему она не давала названия, но что звучало как «только бы она была жива». Она взяла пистолет. Проверила обойму — полная. Передёрнула затвор. Надела кожаное пальто и вышла в ночь, не сказав никому ни слова. Охранники расступились, пропуская её. Они знали этот взгляд. Такой взгляд был у Скарлетт, когда она шла убивать. --- Машина неслась через ночной город. Дождь хлестал по лобовому стеклу, дворники работали на пределе, но Скарлетт не замечала этого. Она смотрела на дорогу и думала только об одном. Я отдам всё. Клуб. Деньги. Власть. Я построила эту империю с нуля, на крови и грязи, и я готова бросить её к ногам Тараса, если это спасёт Рину. Потому что без неё... Она не закончила мысль. Без неё — что? Без неё империя не имеет смысла. Без неё кожаное кресло — просто кресло. Без неё победы — просто цифры в бухгалтерской книге. Без неё даже виски не обжигает, а просто горчит. Я люблю её. Вот что это такое. Я люблю её, и это делает меня слабой — или, наоборот, даёт мне ту силу, которой у меня никогда не было. Она вдавила педаль газа в пол. --- КОНЕЦ ГЛАВЫ 6 ---