Часть 3
4 декабря 2021 г., 08:00
Каждый раз как только он справлялся с первоначальной паникой, дальше всё шло легче, чем он думал. Он стал чаще выпускать Дина из поля зрения, уверяя себя, что тот просто в соседней комнате, а не в Аду. Работа по-прежнему была испытанием, но с каждым днём становилось всё проще, и Дин приезжал вовремя, улыбаясь Сэму так, словно он — лучшее, что Дин видел за весь день.
— Эй, пойдём сегодня в стейк-хаус, — сказал он. — Я безумно хочу рёбрышек.
Это был неубедительный предлог затащить Сэма куда-нибудь, где ему придётся съесть больше, чем лишь тарелку хлопьев или тост, но он всё равно улыбнулся в ответ, счастливый просто видеть, как губы Дина растянулись в улыбке. Может, он и не был особого голоден, и даже от половины заказанной еды у него болел живот, но это стоило того, чтобы увидеть довольный от его почти пустой тарелки взгляд Дина.
К тому же у него получалось спать гораздо больше. Дин не говорил об этом, но каждый вечер он забирался в кровать рядом с Сэмом и, прежде чем закрыть глаза, бормотал «спокойной ночи», на которое Сэм не мог ответить. Сэм не засыпал, наблюдая за его дыханием, прежде чем позволить спокойствию лица Дина его убаюкать.
Чем лучше он спал, тем лучше справлялся в течение дня, из-за чего Дин тоже стал более расслабленным. На следующее утро после похода в стейк-хаус, когда Дин думал, что он всё ещё в ванной, Сэм подслушал его разговор по телефону с Бобби.
— Ему уже намного лучше, — сказал он. — Вчера вечером мы пошли в стейк-хаус, и он вообще не психанул, даже когда я пошёл в туалет. — К тому времени, как Дин вернулся, Сэм так сильно сжимал кулаки, что на ладонях до сих пор остались следы ногтей, но Дин, очевидно, этого не заметил. — И, боже, бифштекс был просто очешуенным. Они полили его каким-то обалденным соусом, я клянусь, это было… — Он замолчал, явно прерванный тем, что говорил Бобби.
— Нет, пока ничего. Но это ведь только вопрос времени, да? В конце концов, ему уже намного лучше, чем было. Уверен, он скоро снова заговорит.
Сэм вздохнул и закатил глаза. Пусть Дин думает, что может исправить всё, даже то, над чем на самом деле не властен.
— Ну, я просто очешуенный, — ухмыльнулся в трубку Дин. — Мне пора, Бобби, он скоро выйдет. Я перезвоню тебе позже. — Он повесил трубку и вернулся к готовке блинов, тихонько насвистывая под нос.
Сэм глубоко вздохнул и подавил раздражение из-за того, что Бобби и Дин постоянно переговаривались насчёт него. Чего он ещё ожидал, серьёзно? Не то чтобы он точно так же не разговаривал с Бобби о Дине после смерти отца. Он твёрдо сказал себе, что это просто означает, что они заботятся о нём, и пошёл завтракать.
****
Через две недели Бобби зашёл к ним на обед и не скрывал, что в первую очередь приехал, чтобы проведать Сэма. Он оглядел его с ног до головы и с одобрением сказал: «Ты выглядишь гораздо лучше». Сэм закатил глаза. — Не смотри на меня так, парень, — сказал Бобби. — Одно время ты выглядел хуже, чем обдолбанная рок-звезда. Что ж, это было лестно. Дин похлопал Сэма по животу тыльной стороной ладони и усмехнулся. — Удивительно, на что способны несколько хороших обедов, — с гордостью сказал он. Сэм покорно покачал головой и направился к закусочной. Если они собираются говорить о нём, как о ребёнке, который внезапно вырос, он просто оставит их в покое и начнёт обедать. Они вышли вслед за ним из здания, болтая о всякой ерунде, и в конце концов Сэм замедлил шаг, чтобы идти вместе с ними, и прислушался. В последнее время разговоры для него состояли из кивков или покачиваний головой — с редким закатыванием глаз, если он разговаривал с Дином, — пока другой человек фактически произносил монолог, и было приятно слышать настоящий разговор. Он видел, что Дин этим тоже наслаждался, даже когда Бобби вставлял саркастические комментарии во время его шуток — комментарии, которые Сэм часто хотел добавить, когда Дин разговаривал с ним, но вместо этого был вынужден держать язык за зубами. Они устроились в закусочной, и Дженни обслужила их, улыбаясь Дину взглядом, который говорил, что она пойдёт за ним, если он просто выдаст несколько своих реплик. Дин ухмыльнулся ей, делая заказ, но оставил всё как есть, явно наслаждаясь возможностью с кем-то нормально поболтать. Сэм улыбнулся ей, и она слегка пожала плечами, как бы говоря: «Что поделаешь?» После обеда Бобби ещё немного задержался, склонившись над капотом «Импалы» вместе с Дином и обсуждая некоторые моменты её обслуживания, а Сэм сидел рядом и наблюдал. Ему казалось, что он где-то за стеной — просто наблюдатель в чьей-то жизни, но на самом деле он не возражал. Лучше быть зрителем в жизни Дина, чем главным героем в своей, особенно если она шла так же, как когда Дин был в Аду. Когда Бобби уехал, Дин продолжил возиться с машиной, так что Сэм зашёл внутрь, чтобы взять книгу, затем снова уселся неподалёку, одним глазом наблюдая за Дином, который ковырялся в «Импале», а другим сосредоточился на книге. Солнце грело спину, и он слышал, как Дин бормочет что-то себе под нос, перемежая это мурлыканьем. Это был почти идеальный день.****
Всё изменилось на следующее же утро. Сэм проспал дольше обычного и, проснувшись, обнаружил, что Дин уже встал и вышел из комнаты. Он быстро поднялся с постели, чувствуя, как растёт неизбежная паника. Он слышал движение, звяканье чашек на кухне, поэтому направился прямо туда, не дыша, пока не увидел, что Дин готовит кофе. Дин поднял голову. — Привет, соня, — сказал он. — Готов к завтраку? Сэм кивнул и сел, позволив Дину, пока они ели, болтать о том, что он вчера делал с машиной, и стараясь не показывать, как испугался, проснувшись в одиночестве. После завтрака он пошёл в душ — Дин помылся, пока Сэм ещё спал, и как Сэм проспал? Разве внутренний радар не должен был засечь такое долгое отсутствие Дина и разбудить его? Что, если ночью с ним что-то случится, а Сэм просто проспит, даже не подозревая? Он глубоко вздохнул и напомнил себе, что должен вести себя как нормальный человек. Нормальные люди не предполагают, что случилось что-то плохое только потому, что их братья решили начать утро пораньше. Когда он вышел из ванной, в квартире было тихо. У него словно остановилось сердце, когда он понял, что там пусто — он лихорадочно ходил из комнаты в комнату, даже проверил шкаф, прежде чем заметил на кровати записку. Поехал на прогулку, чтобы проверить калибровку двигателя. Вернусь очень быстро. Не психуй — серьёзно, я быстро. Сэм помчался вниз, даже не задержавшись, чтобы натянуть что-то ещё, кроме спортивных штанов, которые надел в ванной, но «Импала» уже исчезла. Он, как ему показалось, целую вечность стоял на парковке, уставившись на пустое место. Он слышал какой-то свистящий звук, и почему-то мир перед глазами словно раздвигался — стены парковки неслись прочь от него, пока он стоял там; всё расширялось, и Дин тоже отдалялся от него ещё больше. Вдруг что-то случится? Как Сэм защитит его, если он так далеко? Он слышал собственное дыхание, хриплое и неистовое, обжигающее горло, пока пытался наполнить лёгкие, но рёбра были единственной в мире вещью, которая не расширялась; они сужались, сковывая воздух в груди, и сжимались вокруг сердца, так что он мог чувствовать его дикое биение. Он упал на колени не в силах удержаться на ногах и сквозь тонкие спортивные штаны почувствовал, как в кожу впивается гравий. Дин исчез. Эта мысль вытеснила всё остальное из разума, ужас стиснул желудок. Как он мог снова потерять Дина? Как Дин мог уехать без него? Перед глазами начало темнеть, мир сузился, пока он не видел лишь пустое парковочное место, где должна была стоять «Импала», единственная яркая вещь в этом бесцветном мире. Он едва мог дышать и смутно задумался, не умирает ли. Едва ли имело значение, выживет он или нет — если Дин ушёл, в чём смысл его жизни? Он закрыл глаза и вонзил пальцы в землю, чувствуя, как ломаются ногти, пока пытался ухватиться за мир, надеясь найти якорь, чтобы справиться с этим чувством. Он понятия не имел, сколько там пробыл — казалось, вечность, целую вечность без Дина после того, как прожил уже четыре года. Он не мог дышать, не мог думать, не мог ничего, кроме как стоять на коленях и бороться с металлическими обручами вокруг груди, с глухим стуком сердца, с переполняющим болезненным отчаянием. Откуда-то издалека он слышал шум мотора, но не мог сосредоточиться на нём настолько, чтобы даже подумать, может, не стоит стоять на коленях в одних спортивных штанах посреди автостоянки. Хлопнула дверь, и Сэм с облегчением услышал голос зовущего его Дина. Он снова заставил себя открыть глаза и увидел «Импалу» и Дина, живого, целого и совершенного. — Сэм? Сэмми? Какого чёрта? Сэм просто смотрел на него, стараясь охватить целиком и убедиться, что он не ранен. Дин присел перед ним на корточки и схватил за плечи, и Сэм вдруг понял, как мало воздуха поступает в лёгкие. Он моргнул, пытаясь успокоить дыхание, но словно не мог его контролировать. — Сэм, ты должен дышать, — сказал Дин, он казался почти таким же испуганным, как и Сэм. — Ну же, Сэмми, мне нужно, чтобы ты это сделал. Просто дыши. Сэм кивнул и сосредоточился на его голосе. Он мог это сделать. Он мог сделать всё, что хотел Дин, лишь бы тот больше не уходил. — Ладно, чувак, — сказал Дин, явно стараясь говорить ободряюще, но не в силах скрыть нотки страха в голосе. — Вдох, два, три, и выдох, два, три. Давай со мной, ну же. Сэм повторял под его счёт, и постепенно дыхание начало замедляться, обручи вокруг груди ослабли, пока он снова не контролировал лёгкие. — Господи, приятель, — сказал Дин, понаблюдав за его дыханием. — Какого чёрта? Сэм покачал головой. Он понятия не имел — просто знал, что не сможет справиться, если Дин снова уйдёт. Дин всё ещё держал его за плечи, и Сэм потянулся к нему, крепко сжимая его руку. Сердце всё ещё колотилось, но он чувствовал, что оно замедляется по мере того, как дыхание успокаивается, а мозг начинает нормально соображать. Он вдруг резко почувствовал босые ноги, впивающийся гравий и отсутствие рубашки в прохладном утреннем воздухе. — Нужно завести тебя внутрь, — сказал Дин. — Ты замёрз. Сэм молча кивнул. Теперь, когда паника закончилась, он начал понимать, что это значит, насколько он по-настоящему запутался. И Дин всё видел. Дин поднял его, просунув плечо под руку Сэма, чтобы поддержать, и почти понёс в квартиру, игнорируя попытки Сэма идти самому, несмотря на то, что ноги всё ещё казались сделанными из желе. Оказавшись внутри, Дин помог ему добраться до дивана, и Сэм, совершенно измотанный, с благодарностью опустился. Дин стоял и, нахмурившись, наблюдал за ним. — Господи, Сэм, — тихо сказал он, и Сэм покраснел, глядя в сторону. Дин опустился перед ним на колени, положив руки на ноги Сэма, чтобы привлечь внимание. — Прости, — произнёс он, чего совсем не ожидал Сэм. — Я не должен был уходить — я должен был знать, что ты не будешь в порядке. Просто в последнее время тебе стало намного лучше, и я подумал… — Он замолчал, не закончив фразы. Сэм положил руку на плечо Дина, пытаясь показать, что это не имеет никакого отношения к Дину, что во всём виноват Сэм, у которого в голове всё перемешалось, пока Дин был в Аду. Тепло кожи Дина под рубашкой успокаивало, и Сэм не мог сдержаться и сжал руку чуть сильнее. — Это я во всём виноват, — несчастно сказал Дин. — Прости меня, Сэмми. Я думал, что без меня ты будешь в порядке, я не думал, что всё будет так плохо. — Он опустил взгляд, и Сэм увидел, как он сглотнул. — Господи, надеюсь, никогда больше не увижу тебя таким… — Он вдруг поднял голову. — Раньше такого не случалось, да? Сэм покачал головой, и Дин облегчённо вздохнул. — Хорошо, — сказал он, но голос всё ещё звучал взволнованно. Сэм подался вперёд, жалея, что не может сказать Дину, что всё в порядке, что не о чем беспокоиться. — Я не идиот, знаешь, — резко сказал Дин. — Это молчание — оно должно быть как-то связано со мной и Адом, даже если я точно не знаю как. — Сэм напрягся, и Дин положил руку ему на грудь. — Расслабься, — произнёс он. — Я не буду искать ответы, я просто… Боже, Сэмми, мне так жаль. Сэм сжал его плечо, пытаясь взглядом показать, что это не имеет значения, что ничто не имеет значения, пока Дин жив и с ним. — Сэм, — сказал Дин, как будто хотел сказать ещё очень много, но было только одно слово, чтобы передать всё это, а затем внезапно встал на колени и поцеловал Сэма, захватывая его губы, как будто мог вылечить Сэма только языком и губами. Сэм вообще не знал, как реагировать, и поймал себя на том, что целует в ответ, не задумываясь, в силах лишь сосредоточиться на том, что Дин рядом, так близко, как только мог. Последние остатки паники улетучились, и Сэм начал по-настоящему расслабляться. Дин был здесь, в безопасности и живой. Дин резко отстранился, издав сдавленный звук. Ошеломлённо уставился на Сэма, как будто это он был удивлён поцелуем. Сэм был так потрясён поцелуем, что даже открыл рот, чтобы произнести имя брата, но затем сильно прикусил губу, лишь бы не заговорить. Он сидел неподвижно, на мгновение широко раскрыв глаза от того, как почти позволил всему развалиться из-за одного бездумного слова. Лицо Дина застыло в панике. — Боже, Сэм, — хрипло произнёс он, — я… Я не должен был… Сэм заставил себя вернуться в настоящее — он должен был остановить панику Дина, как только всё встало на свои места. На долю секунды он задумался, как объяснить, что всё в порядке, но потом понял, что не хочет тратить время на попытки объяснений жестами — он просто хотел губы Дина на своих губах. Он вцепился кулаком в воротник рубашки Дина и снова притянул к себе, на секунду застав Дина врасплох, прежде чем тот всё понял, прижал Сэма к дивану и поцеловал так, словно от этого зависели их жизни. Сэм скользнул руками вниз по спине Дина, притягивая ближе, позволяя себе почувствовать каждую частичку Дина, как хотел с тех пор, как только Дин к нему вернулся. Он был нерушимым и тёплым под руками Сэма, неоспоримо здесь, и Сэм не мог насытиться прикосновениями. Он настойчиво потянул Дина за край рубашки, на короткое время разомкнув их губы, чтобы снять её. — Воу, — выдохнул Дин, прежде чем Сэм успел снова прикоснуться к его губам. — Погоди, Сэм, может, нам стоит притормозить?.. Сэм проигнорировал его, сцеловывая окончание фразы, пока Дин не забыл, что вообще что-то говорил. Он перевернул их, толкая Дина, пока тот не оказался там, где он хотел, растянувшись на подлокотнике дивана, а затем принялся изучать его грудь пальцами и губами. Он должен был узнать всё, должен был заполучить всё, что мог, если вдруг Дин снова исчезнет и у него останутся лишь воспоминания. — Блядь, Сэм, — выдохнул Дин. — Я не знал. Сэм твёрдо провёл языком по его соску, затем прикусил, и Дин потерял ход мыслей и перешёл к задыхающимся ругательствам. Сэм ощутил прилив удовлетворения от того, что довёл его до такого состояния, когда Дин извивался и отчаянно нуждался в прикосновении Сэма. Он дотянулся до пояса Дина и, даже не сомневаясь, с силой дёрнул джинсы, пока Дин ругался и бормотал его имя. — Чёрт, Сэмми, что?.. Член Дина уже был твёрдым, толстым и прекрасным. Сэм впервые с тех пор, как поцеловал Дина, на мгновение замер, чтобы посмотреть на него. — Ты не должен, — задыхаясь, сказал Дин, и Сэм впился в него взглядом. Конечно, он не должен был — он хотел. Он очень, очень хотел. Он попробовал на вкус головку, лизнул языком щёлку, и Дин втянул воздух, а затем откинул голову на спинку дивана, явно отказываясь возмущаться. Сэм почувствовал прилив удовлетворения и обхватил бёдра Дина, спустив джинсы ровно настолько, чтобы освободить себе место. Он поглотил член Дина, посасывая так сильно, как только мог, и Дин дёрнулся, издав сдавленный крик. От этого движения член толкнулся глубже в рот Сэма, ударяясь о стенку горла, и Сэм почувствовал, как собственный член дёрнулся. Он хотел именно этого — чувствовать Дина повсюду, завладеть его чувствами — и подтянул бёдра Дина вверх вместо того, чтобы удерживать их на месте. Дин застонал и снова выругался, а Сэм ещё усерднее начал работать с членом, чтобы заставить его полностью потерять контроль и взять ото рта Сэма всё, что он хотел. Но это не сработало — после первого толчка Дин прижал бёдра к дивану, явно сдерживаясь, так сильно стискивая обивку, что Сэм забеспокоился, не порвётся ли она. Сэм схватил его за запястья, отдёрнул руки и вместо этого запустил их в свои волосы, надеясь, что этого намёка достаточно. Дин запутался пальцами в волосах, потянув так сильно, что стало больно, отчего Сэм ещё отчаяннее хотел чувствовать, как член Дина разрушает его горло. — Сэмми, — срывающимся голосом выдохнул Дин и осторожно, на пробу приподнял бёдра. Сэм простонал, надеясь, что Дин поймёт, что это значит, и тогда Дин толкнулся сильнее, вбиваясь членом в горло Сэма, пока Сэм не начал дышать с трудом, пользуясь им именно так, как хотел Сэм, позволяя ему почувствовать, насколько реальным и живым он был. Дин кончил, рыча имя Сэма, всё ещё зарывшись в волосы Сэма, и его сперма наполнила рот Сэма, отчего он подавился и, наконец, отстранился. Это было прекрасно. — Блядь, Сэм, — ошеломлённо сказал Дин, хватка на волосах Сэма ослабла, и пальцы начали поглаживать их. Большим пальцем он провёл по нижней губе Сэма — Сэм чувствовал, как по ней стекает сперма, — затем сел и повторил это движение языком, прежде чем глубоко поцеловать Сэма, ища свой вкус. Сэм застонал не в силах сдержаться, затем потянулся освободить свой член из спортивных штанов. Он был до боли твёрдым, и от сжавшихся вокруг него пальцев Сэм снова застонал, свободной рукой притянул Дина ближе, а другой сильно, быстро и неистово дрочил, пока в венах пульсировало отчаяние. Мгновение спустя ладонь Дина накрыла его руку, и они дрочили вместе, двигая руки в одном ритме, пока Сэм задыхался в губы Дина, слишком потерянный, чтобы нормально поцеловать. Он почувствовал, как слова начали пузыриться под кожей, когда приблизился оргазм, и отстранился, чтобы впиться зубами в плечо Дина, лишь бы сдержать их, крепко зажмурив глаза, когда кончил на их руки. Они рухнули на диван, Сэм растянулся на груди Дина, и рука Дина обвилась вокруг него. На какое-то время воцарилось молчание, и Сэм попытался понять, почему они не сделали этого раньше — Дин наконец-то был именно там, где он хотел: так близко, что невозможно ошибиться. Дин устало усмехнулся. — Самое странное, — сказал он, как бы продолжая мысль, — на мгновение мне показалось, что ты и правда что-нибудь скажешь. Почему это кажется более странным, чем всё остальное? Сэм пожал плечами, напрягаясь от напоминания. Дважды он едва не проговорился, едва не произнёс имя Дина. Если бы это случилось, то сейчас он лежал бы на диване один, а Дин был бы в Аду, его обет был бы нарушен и четыре года молчания прошли впустую. Он содрогнулся от этой мысли, и рука Дина сжалась крепче. — Замёрз? — спросил он. — Ты долго пробыл на улице практически раздетым — может, тебе принять горячий душ или что-нибудь в этом роде. Когда Сэм в последний раз принимал душ, Дин ушёл. С другой стороны, сейчас он мог взять Дина с собой. Он сел и ухмыльнулся Дину, затем взял его за руку и потянул, надеясь, что смысл очевиден. Дин засмеялся и тоже сел. — Не уверен, что мы оба поместимся, — сказал он. — Но я определённо хочу попробовать. Ну, знаешь, ради эксперимента. Сэм рассмеялся вместе с ним и поднялся с дивана, ведя Дина.****
Большую часть дня они провели в постели, натягивая одежду, только чтобы встретить разносчика пиццы. Сэм нанёс на карту каждый дюйм кожи Дина, проверяя все места, где должны были быть шрамы, но теперь была лишь гладкая кожа. «Благодаря мне», — с гордостью подумал он, удивляя сам себя. Он был так поглощён заботой о безопасности Дина, что иногда забывал, что именно благодаря ему Дин снова жив. Он вспомнил, как Дин выглядел, когда адские псы закончили с ним, разорванный на части и покрытый кровью, и вздрогнул. — Сэм, — мягко сказал Дин, погладив плечо Сэма, и Сэм нежно прикусил плоть под его губами. Это не место для подобных мыслей, особенно когда Дин был распростёрт и жаждал его прикосновений. Той ночью, когда они легли спать, Сэм обнял Дина и чувствовал его дыхание, пока они засыпали. Он уже почти заснул, когда Дин заговорил. — Эй, Сэмми? — нерешительно спросил он. Сэм постучал пальцем по груди Дина, показывая, что слушает. — Всё ведь в порядке, да? Ты делаешь это не только потому, что испугался, или потому, что я хочу, или что-то в этом роде? Сэм приподнялся на локте и поцеловал Дина в ответ, стараясь вложить в этот поцелуй всё, что не мог сказать. Чёрт возьми, да, я хочу этого, я хочу тебя, ты — всё. Дин расслабился, и они некоторое время лениво целовались, прежде чем Сэм отстранился и снова устроился на кровати. — Очешуенно, — сонно сказал Дин, и Сэм улыбнулся про себя, снова закрывая глаза.****
Оставить Дина и уйти на работу в понедельник было ещё тяжелее, зная, что он мог бы дома в постели продолжать занятие, которое они начали, когда Дин поцеловал его после пробуждения. Сэм смотрел, как Дин отъезжает, и чувствовал бегущие по коже мурашки, словно под ней копошились муравьи, и зудел от желания снова оказаться с ним рядом. — Ты в порядке, Сэм? — спросил Джек, и Сэм, наконец, отвернулся от дороги, спустя долгое время после того, как «Импала» скрылась за углом. Он кивнул. — Тогда помоги вытащить компост из грузовика. Хочу успеть сделать как можно больше, пока миссис Тернер не вернулась домой и снова не передумала. Сэм снова кивнул, взяв себя в руки. Это обычное дело — он ходил на работу, как и все последние четыре года, пока Дин занимался… чем угодно. Сэм предпочёл верить, что он остался в безопасности их квартиры, как и раньше, прежде чем полностью вернулся, сидя точно там же, где Сэм его оставил. Он знал, что это ни разу не правда, но так было намного легче выдержать без него целый день. Сэм отметил, что на следующей неделе ему становилось и лучше, и хуже. После того приступа на парковке он едва мог стоять и смотреть, как Дин пропадает из виду, но теперь, когда он мог просто схватить и поцеловать его, чтобы удержать рядом, стало намного легче это скрыть. Он спал ещё лучше, чем раньше, даже не просыпался по ночам, пока грудь Дина была прямо под рукой, медленно поднимаясь и опускаясь с каждым вдохом и выдохом. Он ел больше — вероятно, потому, что сжигал больше калорий во время секса, — и Дин перестал следить за каждым съеденным кусочком, как ястреб. Дин приходил на каждый обеденный перерыв, в основном для того, чтобы они могли найти какое-нибудь укромное местечко и отсосать друг другу в «Импале», но Сэм, если честно, не собирался жаловаться. За неделю он научился гораздо лучше контролировать инстинкт говорить, когда кончал, в основном убедившись, чтобы у него во рту что-то было: или своя рука, или какая-то часть тела Дина, который потом осматривал следы укусов, но ни разу ничего не сказал. В пятницу Дин приехал, чтобы забрать Сэма, раньше обычного. Он одарил Джека самой очаровательной улыбкой и сказал: «Ты ведь не против отпустить Сэма пораньше, да? Чувак, сегодня пятница, и он не отказался бы от пива». Джек помедлил, глядя на Сэма, потом снова на Дина. Он вздохнул. — Хорошо, конечно, — ответил он. — Думаю, ты это заслужил. Сэм улыбнулся ему одновременно с Дином. — Ты очешуенный, — радостно сказал Дин. — В ответ, — произнёс Джек, прежде чем они успели уйти, — вы кое-что для меня сделаете. Дин поднял бровь. — Я сразу говорю — никакого кроссдрессинга. Джек не обратил на него внимания. — В следующее воскресенье ко мне на игру придут несколько ребят — семья, друзья и знакомые. Бенни тоже, — сказал он, кивая в сторону Бенни, который слегка хмурился из-за того, что Сэм уходил раньше, а ему пришлось остаться. — Было бы здорово, если бы ты уговорил Сэма прийти, ну и сам приходи, конечно. Сэм замер. Дин вопросительно посмотрел на него, не зная, что делать. Все эти люди, люди, которых он не знал, любой из них мог оказаться демоном, или монстром, или чем-то похуже. — Что думаешь, Сэмми? — спросил Дин. — Немного пива и спорт… будет неплохо. Сэм внимательно посмотрел на него. Было ясно, что Дин хочет пойти — больше скорее потому, что считал «полезным» для Сэма небольшое социальное взаимодействие, чем потому, что на самом деле хотел посидеть с кучкой гражданских, вынужденный выдумывать дерьмо об их прошлом только для того, чтобы поучаствовать в самой банальной беседе. Получится ли у него? В конце концов, чтобы исцелиться, ему нужно вытаскивать себя из того душевного состояния, когда он машинально уклонялся от общения с людьми. Дин всё ещё смотрел на него, но выражение его лица изменилось ровно настолько, чтобы Сэм понял, как это важно для него, как сильно он хочет, чтобы у Сэма получилось. Сэм глубоко вздохнул и кивнул, и улыбка, появившаяся на лице Дина, того стоила. Он точно справится, если в этом причина такого взгляда Дина. Джек выглядел почти таким же довольным, как и Дин. Он с усмешкой похлопал Сэма по плечу и сказал: «Тогда увидимся там». Сэм улыбнулся в ответ, стараясь не обращать внимания на тошнотворное чувство, которое уже начало нарастать в животе. В конце концов, это всего лишь несколько часов просмотра матча. Что может пойти не так?****
Сэм думал, они проведут большую часть выходных в постели, но вместо этого Дин объявил, что они едут к Бобби. Сэм хотел рассказать Дину о своих планах на выходные, которые включали в себя практикование всяких штучек языком до тех пор, пока Дин не забудет собственное имя, а затем поиск лучшего способа превратить его в нуждающийся, умоляющий беспорядок, так что Сэм смог бы находиться так близко к нему, как только возможно, сколько захотел, и не выглядеть при этом странным или облажавшимся. Ну, облажавшимся не больше, чем его делал инцест, но, по крайней мере, в этом он был не один. Спорить с Дином без возможности говорить было почти невозможно, даже если ему удалось задержать отъезд, проскользнув в душ вместе с Дином и трахнув его у белой кафельной стены. После этого Дин решительно оделся, собрал вещи и положил их в багажник «Импалы». Сэм наблюдал за ним, зная, что похож на угрюмого подростка, который не хочет идти на семейный праздник, но ему было плевать. Он хотел больше секса, чёрт возьми, а у Бобби придётся притворяться нормальными братьями. Дин сел в машину и выжидающе уставился на Сэма из открытого окна. Сэм скрестил руки на груди и не двинулся с места. Дин закатил глаза. — Тогда, наверное, я просто поеду без тебя, — сказал он и завёл мотор. Сердце Сэма подскочило к горлу. Дин ведь не уедет без него, правда? Через десять секунд он сидел на пассажирском сиденье. Дин удовлетворённо улыбнулся, а Сэм нахмурился в ответ. — Выше нос, Сэмми, — весело сказал Дин, выезжая со стоянки. — Если не будешь такой угрюмой сучкой, то я где-нибудь остановлюсь и отсосу тебе, прежде чем мы доедем. Сэм понял, что смягчился, и рассердился на себя. Он не должен так легко сдаваться после обещания секса — это создаст плохой прецедент. Он отвернулся и решительно уставился в окно, но не мог отрицать, что мысль о губах Дина на члене очень помогла лучше отнестись к этой импровизированной поездке.****
Дин действительно отсосал ему по пути — дважды, — и к тому времени, как они приехали, Сэм был в гораздо лучшем настроении. Бобби явно ждал их и вышел из мастерской, вытирая руки тряпкой. — Привет, ребята, — поприветствовал он их. — Хорошо доехали? Лицо Дина просветлело. — Просто очешуенно, — довольно ответил он. Сэм закатил глаза, но не смог полностью сдержать улыбку. Большую часть уик-энда они просто отдыхали. Дин возился с парочкой машин Бобби, и Сэм наблюдал за ним, восхищаясь его обнажённой спиной, пока Дин склонился над мотором, и жалея, что не можеть оценить её в другом контексте. Как раз когда он начал скучать, Бобби вышел с кипой книг. — Эй, Сэм, — сказал он, — не окажешь услугу? Звонил Стэн Бейкер, они с Клиффом охотятся на какую-то тварь, им нужна информация; какой-то японский демон, или полубог, или что-то вроде. Не посмотришь для меня? Сэм долго смотрел на книги, потом вздохнул и кивнул. Стоило догадаться, что для него всё закончится исследованиями — Бобби всегда считал, что раз уж они торчат у него, то он, чёрт возьми, извлечёт из этого выгоду. Бобби объяснил, что именно искать, похлопал по плечу и снова исчез, оставив стопку книг Сэму, жалеющему, что нельзя делать заметки, и время от времени поглядывающему на Дина. Было приятно снова заниматься чем-то связанным с охотой, помогать в борьбе со злом, и когда он нашёл подробное описание нукекуби, которое подходило под описание того, с чем столкнулись Стэн и Клифф, он почувствовал прилив удовлетворения. Он взглянул на Дина, чтобы убедиться, что тот всё ещё занят двигателем, и глубоко вздохнул. С Дином всё будет в порядке, так что он мог взять книгу и быстро показать Бобби, минут пять не беспокоясь о нём. Он в сотый раз напомнил себе, что должен это преодолеть, и отправился на поиски Бобби. С первого раза не получилось: когда задняя дверь за ним захлопнулась, его охватила паника, и он повернул назад, чтобы открыть её снова и убедиться, что с Дином всё в порядке. Тот был там же, щурился на какую-то деталь двигателя в руке, и Сэм стиснул зубы, а затем решительно закрыл дверь снова. Бобби сидел в кабинете, склонившись над какой-то старой книгой. Он поднял глаза, когда вошёл Сэм, и на мгновение выражение его лица расцвело удивлением, прежде чем он его скрыл. — Что-то нашёл? Сэм кивнул, пытаясь успокоить нервную энергию, бегущую по венам. Он должен быть с Дином. Он протянул книгу Бобби, указывая на страницу. Бобби быстро пробежался по ней глазами. — Да, похоже. Я перезвоню Стэну. Сэм выдавил улыбку и повернулся к Дину. Голос Бобби остановил его в дверях. — Спасибо, сынок. — Его взгляд был серьёзным, и Сэм подумал, что он благодарит не только за информацию. Сэм неловко кивнул в ответ, затем выскользнул обратно к Дину. Когда он вышел на улицу, Дин всё ещё стоял у двигателя, но уже не работал над ним. Вместо этого он смотрел на место, где раньше сидел Сэм, и когда Сэм вышел, то посмотрел на него с широкой гордой улыбкой, которую Сэм не мог не вернуть. После этого Дин был в заразительно хорошем настроении все выходные, так что к их возвращению в воскресенье Сэм зудел от желания прикоснуться к нему. Как только они вошли в квартиру, он сразу же сцеловал улыбку с лица Дина, толкнул его спиной к входной двери и прижался к телу Дина. Дин, ухмыляясь, отстранился. — Как раз об этом и думал, — сказал он. — Давай хотя бы доберёмся до кровати. Прямо сейчас Сэм совершенно не хотел двигаться и прижал плечи Дина к двери, целуя его снова и ясно давая понять намерения. Зачем утруждать себя передвижениями, когда здесь идеальная поверхность, на которой можно трахнуть Дина? — Или можем просто остаться здесь, — задыхаясь, произнёс Дин, когда Сэм снова оторвался от его губ, схватил Сэма за бёдра и крепко прижал к своему телу. Сэм ухмыльнулся.
