Второстепенный персонаж будет жить!

      Возможно, не стоило подходить к вратам за несколько часов? Из-за ожидания стоя я прекрасно могу ощутить, как ноги затекли. Так мало этого, меня несколько раз чуть не сбили с и так гудящих ног. Не понимаю, зачем так спешить? Пытаться пробраться ближе к вратам? Есть ли в этом смысл? Итог один — все всё равно окажутся на горе, ведь никаких ограничений на число вошедших нет, да и даже выигранный час не особо много стоит — за время, пока Тайная территория закрыта, целебные травы успевают вновь вырасти, их предостаточно, и беспокоиться о том, что не успеешь их собрать… Не вижу смысла. Однако, похоже, такие мысли посетили меньшинство, раз большая часть толпы так стремится взойти на гору.       Со всех сторон доносится гул голосов, из-за чего даже собственные мысли текут вяло, неохотно. Внезапный гул гонга, что разнёсся по всей площади, заставив всех замолчать, оказался для меня неожиданным, из-за чего я вздрагиваю. Взгляды заклинателей устремляются на врата, будто невидимый дирижёр дал отмашку к началу представления. С моего места плохо видно, да и некоторые заклинатели закрывают нормальный обзор высоким ростом, вызывая воспоминания городских праздников в прошлом мире перед салютом — все так же стоят невероятно близко, будто селёдки в бочке, однако у меня всё равно получается увидеть мерцание.       Звук гонга повторяется. Те, кто стоят на лестнице перед вратами, на возвышении над другими, за счёт чего их и видно, начинают медленно подбираться к вратам. Проход в арке покрыло голубой поволокой, похожей больше на туман. Вход начал формироваться.       Третий гонг. Врата вспыхивают, чтобы в арке образовался портал с голубыми завихрениями, в который ринулись те, кто стоял прямо перед вратами. Несмотря на то, что встали мы в стороне, на окраине толпы, меня всё равно толкают другие заклинатели, отчего я чуть не падаю.       — Аккуратнее, шимэй, — когда один наглец меня уже попросту отпихивает, не церемонясь, я ощущаю руки Ли Юна, поймавшие меня. Хватка у него сильная. Вначале я даже не замечаю, но шисюн вывел меня перед ним, благодаря чему я перестала получать толчки от незнакомцев. Чувство благодарности разлилось медовой патокой в груди, и мне даже показалось, что щекам стало теплее.       — Спасибо.       Продвигаемся мы медленно, отчасти из-за толкучки, отчасти из-за спешки заклинателей, которые не дают нормально идти. Присмотревшись, понимаю, что идём не спеша не мы одни — некоторые заклинатели так же не торопятся, будто не к открытию Тайной территории пришли, а в магазин за очередной безделушкой. Вид у них, в отличие от тех, кто спешит, будто они либо познали дзен, либо слишком умны, чтобы уподобляться глупцам. Несколько парней кидают взгляды, будто на червяков смотрят, ей-богу.       Но итог этой давки, а также продвижения подобного скорости черепахи оказывается неизбежным — мы оказываемся около врат, что возвышаются алой черепицей над головами. Чем ближе я оказываюсь, тем большее волнение испытываю. С каждой пройденной ступенькой у меня рождаются всё новые волнующие мысли. Интересно, что будет за вратами? Что там ждёт? Окажутся ли слухи, собранные в Академии, правдивыми? Или всё будет не так, как я ожидаю? Повлияют ли как-то действия главной героини на остальных или нет?       Оказавшись у самих врат, замечаю, что в синеве прохода будто белый туман кружится завихрениями. Чувствуется тёплый ветерок, что дует с той стороны голубых врат. Интересно даже, эти каменные врата с красной крышей построили после появления Хулишан? Или они были ещё до? И если до, то каким таким магическим образом врата открылись аккурат в арке каменных врат?       Кажется, от волнения меня решили посетить глупые мысли. Глубоко вдыхаю и выдыхаю, чтобы успокоить расшалившееся сердце. Шаг к неизвестности неизбежен, не буду же я в последний момент разворачиваться? Но в то же время… Так не хочется, ведь после Хулишан останется совсем немного сюжета, который мне известен, прежде чем я окажусь в море незнания и непредсказуемости. Замечаю, что руки дрожат. Не время. Не место.

Для слабости в этом мире никогда не будет ни времени, ни места.

      Пора уже сделать этот шаг, ведь негоже вечно оставаться в прошлом. В первой жизни же как-то жила, не ведая, что будет со мной дальше, так чем нынешняя хуже? И стоит мне сделать шаг во врата, как у меня складывается впечатление, будто мне знакомы эти ощущения. Будто я испытываю дежавю. Будто… Снова оказалась в данже Системы.       От собственных чувств я застываю, теряюсь в пространстве, да ещё и в глазах начинает плыть. Чтобы справиться с подступающим головокружением, зажмуриваюсь, пытаясь понять, что происходит. Это уже второй раз, когда я ощущаю, будто вхожу в данж Системы. Как это понимать? А точно ли Система…       Мысль не успевает сформироваться, как я чувствую, будто оказываюсь в невесомости. Вокруг то ли тепло, то ли холодно — ощущения непонятные, смешанные, отчего я напрягаюсь, но… Проходит слишком мало времени для осознания, как я уже чувствую землю под ногами, будто приземлилась после прыжка, отчего чуть не теряю равновесие, а в закрытые глаза бьёт непривычно яркий свет.       — Чёрт… — слышится голос Чжэнь Бэя после глухого звука, схожего с тем, что издаёт картофельный мешок, если его уронить. Аргх, глазам больно — слишком долгое время находилась в полумраке из-за тени крыши врат, да и вошли мы вечером. Даже не так, наша очередь ступить во врата пришлась на сумерки. Глаза уже попросту отвыкли от солнца.       — Тебе явно надо развивать баланс, неотёсанная горилла.       Из-за света я не сразу понимаю, где нахожусь, но чувствую, как глаза слезятся от яркости. На рефлексах тру глаза со всей силы, даже не задумываясь, что оказывается фатальной ошибкой — стало ещё больнее. Чёрт, ещё и заслезились… Ну конечно, когда открываю глаза, перед взором полно чёрных мушек. Кто бы сомневался.       Стараюсь быстро моргать, чтобы мушки быстрее прошли, смахиваю набежавшие от сильного трения слёзы, чтобы в итоге в удивлении застыть. Стоит вздохнуть, как появляется ощущение, будто я впервые выехала на природу из города — то же чувство лёгкости, будто даже дышать стало легче. И не только это. Ощущение ци… Да, определённо, ци здесь гораздо насыщеннее, чем то было в любых местах за Хулишан, где я побывала в своей жизни.       На небе лёгкие белые облака, солнце ярко светит, отчего становится понятно, почему глазам стало больно, стоило оказаться на Хулишан. Огромная зелёная поляна, ограждённая каменными резными колоннами, которые будто специально расставили, чтобы разграничить «точку спавна». Впереди виднеются густые высокие деревья, а гора, что представляет собой Хулишан, будто уходит в само небо, настолько высокая. Чем дольше смотрю на небо, тем больше появляется ощущение, что в облаках что-то есть, но разглядеть никак не получается. Будто смотрю на какие-то тени, что сливаются с облаками, теряются в них.       — С дороги, — явно не церемонясь, меня больно пихаются в плечо.       — Чёрт… — и зачем было так делать? Не выдержав силы, а также из-за неожиданности, я больно падают на колени, проехавшись по земле. — С-с-с… — сдерживая боль, не отказываю себе и хватаюсь за больную коленку, чтобы снизить жжение. Надеюсь, штаны не порвались, а то жалко будет вышивку чёрных облаков на них.       — Аккуратнее, шимэй, — неожиданно для себя я вижу перед собой протянутую руку. Посмотрев выше, вижу лицо Гуань Вея, который выглядит обеспокоенным, даже встревоженным. Не понравилась бестактность того мужика?       — Благодарю, — что ж, я не собираюсь отказываться от помощи, так что беру Гуань Вея за руку. Воу, не ожидала, что он будет таким сильным — потянул меня за руку на себя так легко, что даже складки между бровями ни на мгновение не появилось. По утончённой внешности так и не скажешь, что в этом элегантном парне, который будто олицетворяет представления об учёном муже, столько силы.       Но будем честны, не стоит стоять посреди входа, так что мы с парнями отходим в сторону. Из интереса, как выглядят врата на Хулишан в самом Хулишан, я оборачиваюсь назад, чтобы утолить любопытство. Что и следовало ожидать, на месте, где я совсем недавно была, материализуется юноша, а рядом с ним ещё несколько заклинателей, среди которых есть такие же ослеплённые ярким светом, что и я ранее. Хах, один даже не удержал равновесия и упал, как и Чжэнь Бэй недавно.       К моему удивлению, врата в самом Хулишан — почти полная копия врат снаружи. Тот же камень, та же изогнутая крыша с красной черепицей, те же статуи по бокам. Что уж тут говорить, даже часть стены, от которой отвалилась штукатурка — и та совпадает. Единственное отличие врат — здесь нет лестницы, лишь небольшой спуск на поляну, где бродят прибывшие заклинатели.       Но… Мне показалось или нет? Я ещё раз поднимаю взгляд на небо. Всё тот же пейзаж, всё те же облака, но я не могу разобрать — тень мне кажется или нет? К сожалению, глаза у меня светлые, а на Хулишан небо невероятно яркое, из-за чего смотрю я сощурившись, так что долго рассматривать небо не могу — глаза начинают слезиться. Никогда не могла долго смотреть на безоблачное яркое небо.       Перевожу внимание с небесного недостижимого на землю бренную. Кажется, совет от Сяо Мань был и впрямь от всего сердца — вокруг просто огромное количество вошедших на Хулишан. Если не ошибаюсь, то вижу даже фигуры, которые первыми бросились в открывшиеся врата.       Вон там виднеется группа, что устроила скандал в гостинице, вон те похожи на тех, кто стоял рядом с нами, пока мы ждали открытия врат. Неужели… Хулишан настолько опасен?       Кажется, не только я решила недалеко отходить от входа. Вот только… Неужели всё настолько опасно, раз так много людей продолжают стоять у входа?! Даже не так, многие не выходят за территорию, ограждённую столбами, хотя явно, если отойдут чуточку дальше, то там будет гораздо больше полезных трав и не только.       Изначально я думала, что большинство ребят, кто будет оставаться на месте — это ученики Академии Фуюн, но сейчас я понимаю, как ошибалась. Слова Сяо Мань о том, что в этом году Академия решила отправить рекордное количество учеников, навели меня на мысль, что среди толпы заклинателей моих соучеников будет больше, чем остальных школ… Даже не так, мне казалось, что среди слабаков, которые побоятся углубиться на гору, учеников Академии Фуюн окажется большинство, если не все. Однако я оказалась неправа — я вижу чёрную форму, полностью фиолетовую, разные крои, принадлежащие разным школам, сектам и кланам заклинателей. Даже больше, среди всей этой толпы гораздо меньше я вижу заклинателей, одетых в форму, принадлежащую Академии Фуюн.       Хотя некоторые явно решили хотя бы немного углубиться в Тайную территорию — вижу, как первые заклинатели встают на мечи и взмывают в небо. Кажется, всё дело было в том, что другие ждали этих смельчаков — стоит заметить, как «первопроходцы» взмыли в небо, как тех, кто встают на мечи, становится гораздо больше. До этого боялись взлететь? Потому как стоило «первенцам» улететь на приличное расстояние, только тогда другие решились встать на свои мечи.       Подозреваю, могли бы мы встать на мечи, парни предложили бы так и поступить. Передвигаться по верху гораздо удобнее, нежели по земле, да и, чего греха таить, безопаснее. По воздуху могут напасть магические птицы, однако отпадает необходимость переживать о враждебных растениях и других хищниках. Плюсом ко всему, с помощью меча явно удобнее добираться до других мест на Хулишан.       — Не будем задерживаться, — от разглядывания всего вокруг отвлекает голос Ли Юна. Последовав за ним с парнями, мой взгляд невольно цепляется за яркую парочку.       На границе с поляной, рядом с деревьями стоят юноша и девушка классической китайской красоты — у девушки шелковистые чёрные волосы, кожа белоснежная, выглядывающие кисти рук настолько изящные, что даже не верится, что эти руки когда-нибудь могли бы держать меч. Вот только ножны с явно острым и опасным клинком можно легко разглядеть у неё на бедре, хотя часть их закрывают струящиеся ткани персикового цвета. Любительница образа «белого лотоса»? В последнее время персиковый цвет начал пользоваться популярность у девушек, любящих этот образ.       Юноша же тяжело вздыхает и выслушивает напирательства от девушки. Его рыжие волосы на удивление коротко пострижены, хотя и не полностью — часть собрана в низкий длинный хвост. Парень явно любит выделяться — одет в ханьфу ярко-красного цвета с чёрными вставками. До этого я не видела подобной одежды. Эти двое — бродячие заклинатели? Или занимают в своей организации высокое положение?       Но скорее не выделяющаяся одежда привлекла моё внимание, а то, что девушка очень громко высказывает свои претензии, а парень, будто не понимая, что делать в такой ситуации, лишь держит перед собой раскрытые ладони в защищающемся жесте.       — Ну-ну, мэймэй, не горячись.       — Не горячиться?! Мин Хо, что ты такое говоришь?! Почему я должна мириться с таким положением вещей? И вообще, не кажется ли тебе, что твои охранники задерживаются? — ехидство так и сочится из её голоса. Оказавшись ближе, я даже замечаю, как девушка надула губки, будто ребёнок какой-то.       — Не волнуйся, в то место никто не придёт, никто не заберёт твои сокровища.       — Ну а если вдруг? Ты ведь знаешь удачу гэгэ, он мог бы случайно наткнуться на то место… — кажется, на парне это поведение сыграло превосходно — он засомневался, зарылся рукой в чутка вьющиеся волосы, нервно засмеялся. Неужели у них и впрямь есть настолько удачливый знакомый?       — Он мне так и не ответил, нужно ли ему что-либо, а по уровню сил… Он слишком силён для Хулишан, так что прости, мэймэй, но у тебя не получится с ним пересечься.       — Хмпф! — только услышав последнюю фразу, девушка отвернулась от друга, скрестила руки на груди и засопела. — Хуа Ай вовсе не хотела увидеться с гэгэ, с чего ты взял? — никогда не понимала популярности говорить о себе в третьем лице. Разве это мило? И зачем вообще притворяться ребёнком? Может, конечно, всё дело в том, что я не могу представить себе, как я бы выглядела, попробуй подобное поведение. Скорее, я бы выглядела предельно глупо, если бы попыталась провернуть нечто подобное.       — Ну как же? — видимо, он не впервые встречается с подобным её поведением. Сразу видно, что на опыте — обходит девушку, кладёт руки на плечи. — Я же тебя знаю почти всю жизнь, так как же мог не заметить?..       Дальнейший их разговор я решила не подслушивать — не вижу смысла, да и мы с ребятами ушли достаточно далеко от них, попросту слышно их стало хуже.       Довольно странно — опустив взгляд, я заметила, что в некоторых местах на поляне будто повыдирали траву. Я ведь правильно понимаю?.. И я не прогадала — вдалеке замечаю, как парнишка сидит на корточках и выдёргивает один из уцелевших пучков лекарственной травы. Как видно, ненадолго уцелевший. Хах, если присмотреться, то даже деревья, опоясывающие поляну, к которым мы подошли, уже ограблены — на некоторых даже листьев не осталось. Такое ощущение, что не заклинатели пришли на Хулишан, а нашествие саранчи.       — Можете не волноваться, с вами этот шисюн. Этот скромный уже бывал на Хулишан и может оценить свои и ваши силы. Слишком далеко мы не будем углубляться на гору, однако, как видите… — он окидывает округу слегка хмурым взглядом. Видимо, ему тоже не слишком нравится подобное поведение других совершенствующихся. — На входе уже всё собрано. Из ближайшего, что мы можем раздобыть — это лекарственные травы, которые поручили собрать шимэй. Необходимые минералы и металлы мы сможем добыть в одной из пещер.       — Как скажите, шисюн.

***

      …Кто бы знал, что даже поляну окажется найти так… сложно.       Не знаю точно, сколько мы тут уже бродим кругами, но больше недели точно. Посмотрев в календарь Системы, понимаю — ошиблась, две недели. Нет, я слышала, что Тайные территории прямо-таки огромные, но чтобы настолько…       Кажется, те, кто топтался на входе, зря волновались — по ощущениям, мы продвинулись километров на десять и ничего критичного не случилось. Да, попадались магические низкоранговые звери, однако ничего смертельно опасного. Скорее даже самым опасным, что с нами произошло, можно назвать группу заклинателей из пяти человек — они напали на нас, решив ограбить. Хорошо, что Ли Юн опытный боец, да и непонятно, каких высот он уже успел достичь в культивировании. Благодаря ему мы отделались лишь лёгким испугом и прогнали тех заклинателей.       Могу смело предположить, что всё веселье начнётся, когда настанет пора покидать Хулишан — дождаться в укрытии, напасть на ослабшего после опасностей Тайной территории заклинателя и обокрасть его или же убить — классика подобных мест. Надеюсь, у нас получится через три месяца спокойно вернуться домой.       — Шисюн, этот младший просит прощения, но… Мы точно идём в верном направлении? — не выдержав, спрашивает Чжэнь Бэй. Подозреваю, Гуань Вея терзает тот же вопрос, но этикет не позволяет ему так прямо спросить.       К моему удивлению, Ли Юн резко останавливается.       — …Возможно.       Что?       Такое ощущение, что в этот момент земля решила сбежать у меня из-под ног.       — Шисюн? Вы ведь не могли?..       Пожалуйста, прекрати молчать. Я не знаю, что и думать, а сердце бьётся настолько сильно, что я слышу его стук в ушах.       — Это место прекрасно подойдёт для медитации. Устроим привал.       — Да, шисюн… — кажется, за всё время совместного здесь пребывания мы с парнями синхронизировались.       Всё это время мы не могли выйти на поляну, потому что Ли Юн заблудился? Я правильно понимаю? Потому что если это так, то мне страшно подумать, что нас будет ждать дальше…       На поляне, где мы разбили стоянку, расположены большие булыжники, на один из которых я взбираюсь. Ци здесь ощущается особенно густой, так что предложение шисюна звучит очень заманчиво.       Провал в медитацию оказывается успокаивающим, привычным. Завихрения энергии вокруг обволакивают, растворяют, но это обманчивое ощущение — потеряешь контроль над разумом и ничего не сможешь добиться, потеряешься в этом бескрайнем море. Сгустки ци ощущаются как маленькие солнца, настолько светлые, что будто готовы прожечь море ци. Однако это обман восприятия — стоит сгустку оказаться ближе, и он становится невероятно тёплым и уютным морем, что готово принять тебя в свои объятия, стать частью уже твоего моря.       Объятия эти настолько ласковы, что хочется стать жадной губкой и впитывать, впитывать, впитывать… Вот только внезапный леденящий поток чужой ци сбивает весь настрой.       Как я и думала, это оказывается Ли Юн. Судя по расположению солнца, медитация оказалась слишком длительной — светило начало катиться к закату. Краем глаза замечаю оповещение Системе о новом уровне, чего давненько не было. Даже непривычно видеть после поглощения пилюли, подаренной Лонг Веем.       Но если забыть про Систему, то вот что странно — вместо того чтобы располагать защитные амулеты по контуру стоянки, Ли Юн выдёргивает парней из медитации. Что-то в этой картине меня настораживает, внутри будто сжимается пружина. Разве у внутренних учеников принято выдёргивать других из медитации так резко?       Вдали с юга слышится шуршание листвы и отдалённые голоса, приближающиеся к нашей поляне. Издали не различишь — мужские или женские, однако долго оставаться на поляне шисюн не желает — вся его фигура напряжена, будто он знает что-то, чего не знаем мы, и это что-то ему явно не нравится.       — Шисюн, что-то не так? — всё это довольно странно. Судя по окружающим нас талисманам, Ли Юн уже начал обустраивать привал, чтобы мы могли спокойно отдохнуть. Талисман для отпугивания призраков, сигналка о возможном нарушении защитного контура, начавший формироваться защитный контур… Нас явно бы не побеспокоили — даже моему дилетантскому взгляду понятно, что защита должна была быть настолько мощной, что прикрыла бы нашу стоянку от непрошеных взоров. Достаточно было установить всего парочку талисманов. Так что не так?       — Нам лучше уйти.       Не совсем понимая, что происходит, я, тем не менее, помогаю свернуть защитные круги, состоящие из талисманов. Их довольно часто используют при экспедициях куда-то, особенно в опасные места, где могут побеспокоить другие заклинатели — в отличие от вязи защитных рун-иероглифов, талисманы после себя почти не оставляют следов, по которым можно было бы определить, что здесь кто-то был.       Сбор талисманов оказывается дольше, чем я того ожидаю — с размером стоянки шисюн явно решил не скромничать, создав довольно большой диаметр защитного круга. И чем дольше я собираю талисманы, тем отчётливее ощущаю, как растёт тревога — голоса оказываются всё ближе и ближе. В какой-то момент я даже ловлю себя на мысли, что мне слышатся знакомые нотки…       Подняв последний талисман, мы с парнями отправляемся прочь с поляны. И всё-таки я не понимаю, отчего мы решили покинуть стоянку? Что пошло не так? Непонимание вызывает только глухое раздражение и чувство беспокойства в груди. Мерзко, неприятно. Почти погасшее солнце только ухудшает ситуацию, а подувший с запада ледяной ветер вызывает мерзкие мурашки по спине.       В последний раз окидываю поляну взглядом. Из-за кромки деревьев я вижу знакомые силуэты: элегантный юноша с рыжими, почти алыми волосами и девушка в небесно-голубом платье. Подождите, разве в прошлый раз платье было не другого фасона и цвета?..

***

      — Гэгэ, я устала. Мы в этой тайной территории слишком долго!       — Хуа Ай, ты ведь знала, на что шла, когда решила отправиться на Хулишан. К тому же ты прибыла сюда не без цели, — как он и думал, до них на этой поляне были другие заклинатели.       — Но, гэгэ! — Хуа Ай хмурится, тянет Мин Хо за руку, как привыкла делать за долгие и долгие годы их дружбы. Будучи зелёными сливами и бамбуковыми лошадками, Хуа Ай не могла и не хотела сдерживать свой нрав перед Мин Хо. Из образа благовоспитанной леди, волей не волей перед человеком, знавшим её с младых лет, она расслаблялась, наружу вырывалась её маленькая девочка, требующая безразмерного внимания любимого гэгэ. Да и чего уж греха таить, Хуа Ай любит добиваться того, чего хочет, а Мин Хо всегда ей помогал в этом. — Ножки Хуа Ай устали, кожа вскоре станет сухой и начнёт шелушиться. Почему мы всё ещё не нашли то место? Ты ведь обещал, что поиски займут не больше трёх дней!       Вся фигура Мин Хо сжалась. В моменты гнева Хуа Ай он всегда себя чувствовал виноватым в её плохом настроении, а сейчас выслушивал недовольства палочку благовоний вполне заслуженно. Его информатор ошибся, и в итоге поиски из трёх дней растянулись уже вот на две недели.       — Давай устроим привал на этой поляне? Ты сможешь отдохнуть, набраться сил… — в надежде хотя бы немного успокоить Хуа Ай, Мин Хо, не особо на что надеясь, предложил ей это. Оказавшись в центре поляны, рядом с валунами, Мин Хо ощущает, что верно подметил до этого. До них на поляне кто-то был и, судя по остаточным следам ци, этот кто-то даже начал обустраивать стоянку. Но что заставило его уйти? Неужели заметил?..       — Но я так скучаю по дому! — Хуа Ай не выдержала и притопнула ножкой. Золотые браслеты, украшающие запястья и щиколотки, звонко звякнули, голубые рукава элегантно взлетели. — Мне пришлось отказаться от служанок, чтобы было удобнее передвигаться, но мне так их не хватает… Я знаю, на что шла, когда решалась отправиться на эту гору, однако это не отменяет, чего мне приходится лишаться…       — Мои слуги обустроят поляну, как ты на это смотришь?       — Раз братец Мин Хо пообещал… — будто раздумывая, Хуа Ай отворачивается. Она посмотрела в противоположную сторону поляны от той, откуда они с Мин Хо вышли. Пожалуй, только глубокие чувства заставили её выйти на поле боя. Если бы в прошлом она не повстречала его, то кто знает, как бы сложилась её судьба. Ведь ему не нужны бесполезные, а раз так, то Хуа Ай остаётся только соответствовать… Ведь принцессы не только элегантны, но и всегда готовы к невзгодам, не так ли?       — А вот и они, — что, однако, не отменяет того, что Хуа Ай слишком сильно привыкла к удобствам. И как люди могут обходиться без слуг?       На поляне появились пятеро мужчин. Лица их скрыты под масками, одеты же воины в удобные штаны и рубашки глубокого болотного оттенка. Ничего лишнего, только одежды и подсумки, необходимые для путешествий. У каждого на поясе расположилась подвеска из белого нефрита с позолоченными узорами бамбука и надписью «Чжуин». Мужчины замерли перед Мин Хо монументальными статуями, встав на одно колено.       — Мастер, что прикажете? — мужчина, что оказался в середине строя, заговорил. Его почти ничто не отличает от остальных тёмных теней, лишь незначительное отличие жетона — выделенные зелёной глазурью лепестки бамбука на фоне белоснежного нефрита.       — Разбейте лагерь, проверьте, нет ли поблизости опасных животных и назначьте караул, — уверенным голосом юноши, привыкшего отдавать приказы, Мин Хо посмотрел на макушку склонившегося перед ним мужчины.       — Будет сделано, — сложив руки перед собой, мужчина ещё ниже склонил голову, прежде чем все пятеро исчезли с поляны.       Заметив неубранные ветки, что должны были стать костром, Мин Хо кидает в него искру огненной ци.       — Гэгэ, ты скоро? — издали послышался звонкий, словно колокольчики на ветру, голос Хуа Ай. И как она только собиралась без него отправиться на Хулишан, если она явно не создана для того, чтобы самостоятельно утруждать себя даже обустройством временной стоянки?       — Уже иду, — резко развернувшись, Мин Хо направился на голос подруги детства. От крутого разворота с пояса взлетела нефритовая подвеска, украшенная искусной резьбой бамбука с облаками, украшенная золотом.       Определённо, Мин Хо не стоит оставлять Хуа Ай одну. Кто знает, какие опасности, помимо встреченных высокоранговых магических зверей, могут их ещё поджидать?

***

      Чем дольше мы идём, тем большую нервозность я ощущаю. Явно не привыкшие к резкому выдёргиванию из медитации парни идут хмурыми, от их фигур так и веет непониманием, что происходит. И я их прекрасно понимаю. Одна лишь фигура Ли Юна впереди вызывает навязчивое желание, так и зудящее, жалящее кончик языка узнать, что произошло?       Идём в молчании мы слишком долго — деревья мельтешат перед глазами, будто слетевшая с тормозов карусель, страх, непонимание вводят в странное состояние, будто весь мир кружит вокруг, но меня в нём нет. Будто я со стороны вижу, как наши фигуры стремительно бегут от чего-то. Да, бегут.       Шаг широкий, стремительный, на небосводе появились звёзды, до ушей доносятся шуршания, рычание зверей. Ли Юн не останавливается. Мы идём за ним.       В итоге мы оказываемся настолько далеко, что деревья стали редеть, земля сменяется скорее камнем, всё меньше травы. Мы оказываемся у скалы, заходим в пещеру. Чувствую, как от беспокойства сердце колотится, словно сумасшедшее, появляется иллюзорное ощущение, что сердца Чжэнь Бея и Гуань Вея также громко колотятся, как и моё.       Шисюн начинает обустраивать стоянку, размещает талисманы. Никто из нас не решается заговорить первым. Наши взгляды пересекаются, и я вижу в их глазах те же чувства, что бурлят во мне сейчас.       Помогаю шисюну обустроить стоянку. Всё ещё молча. Чжэнь Бей возвращается с сухими ветками, по шуршанию понимаю, что парни обустраивают костёр.       И только когда Ли Юн заканчивает, разжигает костёр мановением руки, я чувствую, как липкие пальцы страха отпускают плечи. Будто костёр прогнал своим светом и теплом костлявого призрака, что схватил меня, когда я только вышла из медитации.       Ли Юн роется в сумке, достаёт засахаренные ягоды, даёт нам в странно-неловкой попытке утешения. Губы сами собой расходятся в улыбке, смешок срывается с губ — ещё непонятно, отчего была вызвана такая спешка, страх, но ощущение, будто мы миновали неминуемого, не покидает меня.       — Шисюн Ли… — первым затянувшееся молчание разрушает Гуань Вей.       — Что вы знаете про Чжуин? — Гуань Вей крупно вздрагивает, Чжэнь Бэй же шумно втягивает воздух сквозь стиснутые зубы. Одна я не могу понять, что не так.       — Неужели?..       — Вы ещё в самом начале пути. Нет ничего удивительного, что вы не заметили их, однако… Да, было бы истинным благословением небожителей, если бы вы заметили их хотя бы перед непоправимым, — с каждым словом ноги обдувает ледяной ветер, хотя я и сижу рядом с костром, тепло от которого согревает меня всю.       — Шисюн Ли, вы заметили их?       — Да.       В пещере воцаряется леденящая душу тишина, нарушает которую лишь треск костра.       — Эта ничтожная просит прощения… Но кто такие Чжуин?       — Шимэй не из знатных кругов, но неужели ты ни разу не слышала про них?       — Нет.       — Под каким же камнем ты жила? — не сдерживаясь в выражениях, Чжэнь Бэй презрительно посмотрел на меня, нахмурившись. Ну уж прости, но в Поместье Феникса моими главными проблемами были Вторая Госпожа Фан и её дочери. Весь мой мир ограничивался внутренним двором и мыслями, как бы выжить, а не тем, что происходит в мире. Хотя и признаю, это было моей ошибкой. — Чжуин — организация, известная на всём континенте Рэн. Их репутация говорит сама за себя, — будто снисходя до поистине жалкого человека, Чжэнь Бэй кривит брови в сочувствии. Боги, моё незнание не настолько уж и ужасно — как-то ведь прожила до сегодняшнего дня, ни разу не услышав про Чжуин.       — В определённых кругах… Довольно часто пользуются услугами Чжуин, — слово взял Гуань Вей. — Их услуги стоят дорого, но и результат оправдывает себя. Часто их нанимают в качестве телохранителей на особо важные мероприятия или переговоры, но ещё чаще… Их нанимают ради убийства, — от этого леденящего взгляды у меня бегут мурашки по спине. Слишком много холода в этом взгляде, будто Гуань Вей знает, о чём говорит.       — Это точно, — Чжэнь Бэй расхлябанно закидывает руки за голову, будто специально хочет показать, что его не волнуют слова Гуань Вея. — Я слышал, что их услугами пользуются даже императорские семьи. Существует выражение: не хочешь неприятностей — не сталкивайся с Чжуин. Как понимаешь, фраза эта возникла не на пустом месте.       Я в задумчивости смотрю на костёр. Знаменитая организация наёмников, да? Удивительно даже, что убийц и телохранителей, а не информаторов, как это часто бывало в романах. Не ожидала встретить нечто подобное в этом мире.

      Или же просто расслабилась? Не ври себе, дитя.

      — Стой, погоди, — будто только сейчас до него что-то дошло, Чжэнь Бэй с нескрываемым шоком смотрит на меня, говорит так, будто не верит собственным же словам: — Ты ни разу не слышала легенду падения Бай?..       — …Нет?       — Ты шутишь надо мной! — Чжэнь Бэй театрально, размашисто взмахивает руками, смотрит на меня с недоверием и неким весельем. — Это же знаменитая страшилка! Легенда! Чжуин настолько сильны и могущественны, что однажды, только лишь с помощью их рук Королевство Суй уничтожило Королевство Бай, поглотив тех! Семья, что владеет Чжуин, настолько велика, что один из их предков достиг уровня Полубога! Нет, даже больше, ещё более дальний предок, который основал Чжуин, стал Богом и вознёсся на небеса несколько тысячелетий назад!       Мне остаётся лишь молча уставиться перед собой в попытках осмыслить сказанное. На континенте Рэн осталось не так уж и много Королевств — Три главных Империи поглотили многие королевства, но… А случаем не из королевства Бай был легендарный Бай Юйшу, что сразил очередного Императора Демонов, запечатав его на долгие тысячелетия под Священной горой? Легенда старая, никто уже и не скажет, когда и где она появилась, но место рождения героя упоминалось чётко и в любой из версий легенды — Королевство Бай.       В Академии мы ещё не затрагивали историю, так что знания мои строятся скорее на легендах, рассказах и том, что я узнала случайно из разговоров других, так что нет ничего удивительного, что для меня мало что говорят названия королевств. Но всё равно, даже упуская из виду это, если один из предков Чжуин был даже не Богом, а Полубогом… Это звучит слишком сказочно, чтобы быть правдой. В этом мире слишком высокая конкуренция и потому невероятно мало людей, достигших подобных высот. И ведь не факт, что этот предок покинул наш мир — заклинатели такого уровня уже достигают бессмертия в Среднем мире.       — Не стоит относиться к Чжуин так легкомысленно, — привычно, будто на рефлексах, Гуань Вей делает замечание Чжэнь Бэю, но голос его доносится для меня словно сквозь вату. В ушах звенит.       — Хах, почему же? Не верится, что они настолько страшные, что надо дрожать лишь при упоминании одного их имени… К тому же только дети и невежды верят этим легендам и слухам.       — Неотёсанная обезьяна, как и всегда, не понимает, о чём говорит, — с каждым словом Гуань Вей будто выходит из оцепенения, переводит всё внимание на Чжэнь Бея, а последний же нагло, нахально ухмыляется первому в лицо. Мне ведь не показалось?..       — На сегодня хватит, — как это обычно бывает, Ли Юн прерывает зарождающуюся ссору этих двух. — Лучше ложитесь спать, завтра нам надо будет отыскать огненный мятник для шимэй.       — Как скажите, шисюн.       Следуя примеру парней, я отхожу к стене пещеры, чтобы прилечь на настилку из травы и листьев. Перед сном последнее, что я вижу — задумчивого Ли Юна, смотрящего на танцующие языки пламени. Интересно, неужели его так сильно напугали Чжуин, что у него на лбу появились капельки пота?..

***

      Пробуждение оказалось гораздо легче, чем я могла себе представить. После восхождения на Хулишан сны мои были беспокойными, поверхностными, но в этот раз я уснула и проспала всю ночь как убитая. Может, всё дело было в открытой поляне?       Такое ощущение, что наступила белая полоса после нескольких недель черноты — я ощутила потоки ледяной и огненной ци, направляющиеся в одну и ту же сторону.       Огненный мятник — одновременно и трудная в нахождении и в росте трава, и невероятно востребованная в Алхимии. Мятник выступает хорошим связующим для многих других трав, а оттого очень востребован. Неудивительно, что мне поручили найти именно его — чем больше учеников принесут этого расходника, тем лучше для Академии.       Обычно огненный мятник выращивают в теплицах, где с помощью артефактов налаживают потоки огненной и ледяной ци. В дикой же природе встретить данное явление довольно проблематично. Огненная и ледяная ци противоположны и зачастую отталкивают друг друга. Исключение составляют лишь те места, где находятся сильные источники, либо же на высоте в горах, где сталкиваются природная сильная концентрация ледяной ци и оказываются потоки огненной ци из-за ветров.       Хулишан — прекрасный пример исключения. Сама Тайная территория является сильным источником ци, а потому огненный мятник должен встречаться чаще, чем в открытом мире. И оттого удивительно, обидно и странно, что всё это время мы не могли найти поляну, где рос бы огненный мятник. Есть у меня нехорошие подозрения, что другие поляны до нас уже попросту обчистили, а мы оказались просто слишком медлительными…       Следуя за потоками ци, я всё больше и больше чувствовала нервозность — неужели опять опоздали, неужели поляна окажется пустой?       Деревья расступаются, мы оказываемся на залитой солнцем поляне, и я готова визжать от восторга. Среди травы и листьев журчит ручей, от которого веет ледяной ци. Кругом царит умиротворённая атмосфера — даже бабочки летают среди цветов, словно и не замечая нашего прихода.       Я медленно выхожу на поляну, следя за пространством вокруг себя. Трава высокая, до листьев огненного мятника, что я заметила ближе у ручья, надо ещё пройти, и вполне вероятно, что в траве окажется мелкий магический зверь, что попытается на меня напасть. Но всё происходит спокойно, без эксцессов, отчего даже не верится в свою удачу. Стебли огненного мятника глубокого синего оттенка, но на листьях, ближе к их острым краям, цвет переходит в светло-оранжевый, местами даже огненный. Чтобы не обжечься, надеваю специальные перчатки, выдерживающие пускай и слабую, но довольно-таки кусачую ци растения. Сбор происходит спокойно, главное — оставлять корни в почве, чтобы в будущем растение смогло снова вырасти на этом же месте.       Не удержавшись, собираю больше необходимого. Интересно ведь, получится ли у меня создать что-нибудь с помощью мятника? Исследовать растение? Но для того, чтобы огненный мятник не потерял своих свойств, я складываю его не просто в мешочек цянькунь, а в жетон внешнего ученика, в котором мастера школы заранее учли хранение целебных трав, добавив стазис в хранилище.       К моему удивлению замечаю, что Ли Юн и Гуань Вей тоже собирают травы. Неужели огненный мятник используется ещё и в заклинательстве? Я бы не удивилась, если бы его добавляли в чернила для создания талисманов. Не просто ведь так огненный мятник используют как связующее звено в Алхимии?       — Айщ… — увлекшись и не заметив сзади стебля мятника, я неудачно разворачиваюсь. Чёрт, я только слышала, что у этой травы кусачая ци, но не ожидала, что настолько сильно. Осматриваю ногу и понимаю, что ожог вышел гораздо сильнее, чем я думала. Место жутко покраснело. Не удивлюсь, если позже появятся волдыри.       Стараясь усмирить жжение, направляю к ожогу водную ци, достаю из мешочка цянькунь успокаивающую мазь и перевязываю ногу. Если к концу нахождения на Тайной территории ожог не пройдёт, надо будет сходить к Юй Лань — раны, полученные при помощи ци, заживают гораздо медленнее, чем обычные. Надеюсь, ожог не сильно помешает пребыванию на Хулишан.       Оставшуюся траву я собираю максимально осторожно, не желая повторения ошибки. И, видимо, парни оказались гораздо аккуратнее меня — когда мы подошли к Ли Юну, они выглядели вполне довольными жизнью и здоровыми.       — Дальше отправимся ещё более вглубь. Будьте внимательны, нам необходимо найти вход в пещеры.       — Слушаемся, шисюн.       Деревья вновь замкнулись вокруг нас, солнечного света стало гораздо меньше. Услышав шорох в кустах, я на рефлексах поворачиваюсь, чтобы застыть. Парни, не обращая внимания на мою заминку, двинулись дальше, а я же остановилась, боясь спугнуть эту красоту.       Среди зелени травы, листьев и кустов на меня уставился голубыми глазками, выражающими всю наивность этого мира, лисёнок. Его мех кажется настолько белоснежным, что его маленькая фигурка будто светится. Он ведёт носом, принюхиваясь, смотрит словно не на меня, а на саму мою душу. Такой маленький…       Я уже было подумала пойти дальше, пока парни не ушли слишком далеко, но лисёнок, к моей неожиданности, тронулся. Будто и сам неуверенный, правильно ли поступает, он в нерешительности выходит из-за высокой травы, а я же… Боюсь даже шевельнуться. Он и есть представитель лисов из легенд, которые рассказывала Сяо Мань?       Оказавшись рядом со мной, лисёнок принялся меня обнюхивать. Сердце на несколько мгновений замерло. У лиса оказалось два хвоста. Я так понимаю, лисёнок этот с подвохом, да? Ещё по легендам прошлого мира я прекрасно помню, что хвосты символизировали уровень сил лисов, и я бы вовсе не удивилась, если бы эти легенды нашли отражение в этом мире. А точно ли этот с виду маленький лисёнок безобиден? Особенно, учитывая, что находимся мы на Хулишан? Или, скорее, мне надо спрашивать, насколько силён лис окажется и смогу ли я от него в случае чего сбежать?       Вот только возникает ощущение, что нервничаю я зря — лис не проявляет никакой враждебности, скорее любопытство. Внимательно меня обнюхав, он издал странный звук — ни лай, ни мяуканье, а скорее… Тяфканье. Неуверенная в том, что делать, я оглядываюсь в сторону парней, которые недалеко ушли. Они вдали переговариваются, я еле слышу их разговор, и они явно не потеряли меня. Неужели они ещё не заметили, что меня нет? Может, мне стоит?..       Я чуть не теряю равновесие от неожиданности — лисёнок встаёт на задние лапы и упирается передними мне в живот, кусая меня за волосы.       — Ч-что ты делаешь?.. — боли я не чувствую, скорее лёгкое напряжение.       — Ньеф!       Не понимая, что он от меня хочет, я присаживаюсь на корточки, и лисёнок сразу пользуется этим, тыкаясь мордочкой мне в лицо.       — Ты хочешь, чтобы тебя погладили?.. — неуверенная в своих действиях, я аккуратно кладу ладонь между ушами лисёнка, ожидая, что тот возмутится или уйдёт. Но нет. Он даже толкается мне в ладонь, будто и впрямь хочет, чтобы его погладили.       Повинуясь желанию магического зверя, я ощущаю, что нервное состояние покидает меня, вместо этого сменяясь на более умиротворённое. Сам лисёнок начал урчать. На секунду мне даже захотелось прикрыть глаза, окунуться в сон… Но резкое ощущение, что что-то не так, будто толкнуло меня в груди, кулон, подаренный Лонг Веем, нагрелся. Будто сонное марево развеялось.       — И зачем же ты хотел меня усыпить?.. — в задумчивости спрашиваю зверя, неуверенная в том, что только что произошло. Он замирает, не переставая урчать, поднимает на меня взгляд, из которого пропала наивность мира, которую я до этого разглядела. Он переводит взгляд на мою руку…       — Ай, за что?!       Укусив меня за руку, он ринулся обратно в кусты. В последний раз оглянувшись на меня, лисёнок окончательно скрылся из виду.       — И что я только такого сделала?..       Укус почти не кровоточит, только пара капель выступила. Чёрт, похоже, он ещё и ци вложил в этот укус! Обманулась милой мордашкой, вот и вышла мне боком любовь к животным, а особенно к лисам… И ведь Бай Хуо, дядя Вейжа, был гораздо воспитаннее этого… Мелкого.       — Шимэй Юэ, ты в порядке?! — пока я баюкала укушенную руку, ко мне неожиданно подбежал Чжэнь Бэй и схватил за плечи.       — …Да?       — Кто-то наложил иллюзию, и мы не заметили, что ты отстала, — хмурый подошёл Ли Юн. — Ты видела кого-то?       — Вот как… Только лисёнка.       — Лисёнка… — Ли Юн посмотрел туда, где скрылся зверёк, безошибочно определив место. — Поторопимся и уйдём отсюда.       — Так точно, шисюн.       И всё-таки не понимаю, что это было?