Технокромикон

      По грунтовой дороге, что серпантином раскинулась поперек старого леса, неспешно катила карета, запряженная шестью стройными вороными скакунами. Из затемненного окна выглядывал жгучий брюнет с печальными глазами. Он скучающим взглядом блуждал по окружающему пейзажу. Уголки его узкого рта опустились.       — Вы уверены, господин, что тут ваши раны залечатся? — начал было с почтительностью в голосе спутник брюнета. Это был экзотической внешности юноша с раскосыми, необычно фиалкового цвета глазами, со смуглой кожей.       — Нет, Кай, мои раны не излечит ни это место, ни даже время. Они будут всегда со мной. Но тут мы можем продолжить наше дело без присмотра Старейшин. — Ответил брюнет и тяжело вздохнул.       — Тут красиво, так зелено и столько цветов. — Изумился, словно ребенок Кай, выглянув в окно и его ясные глаза начали лучиться восторгом.       — Да, пожалуй. Это тебе не пески Красной пустоши с ее иссушенной флорой и скудной фауной. В этих местах даже в один период года выпадает снег. Ты знаешь, что такое снег, Кай? — сказал хозяин и умилено посмотрел на подопечного. Поднятое настроение слуги благодатно подействовало на хозяина. Да и Кай умел заражать окружающих позитивом, либо азартом. За эту особенность Данте и держит возле себя столь необычное создание.       Уже солнце клонилось за горизонт, когда до замка осталось недалеко, даже шпили крыши хищно скалились из-под стены леса, Кай насторожился, а потом он указал на мелькавшую светлую фигуру между деревьев… Вскоре из чащи леса вылетела встрепанная, бледная и испуганная девушка. Она чуть не бросилась под копыта коней, хорошо, они не гнали во весь опор, да и кучер успел притормозить.       — Помогите! — вскричала несчастная, она тотчас бросилась к двери кареты.       — Я разберусь! — Кинул Кай и открыл дверь, решительно выйдя наружу. Вскоре парень понял причину испуга бедняжки, да и хозяин тоже.       Ведь карету сноровисто окружили алые, рычащие огоньки, с алчным голодом взирая не столько на волнующийся коней, сколько на кучера и Кая с девушкой.       — Бегом сюда! — Скомандовал Данте, схватив за шкирку, затянул слугу обратно. Девушке хватило властного повелительного взгляда, чтобы нырнуть следом.       — Я бы справился! — обиженно воскликнул Кай.       — Угомонись! Их больше двух дюжин, большая стая и голодная. Так что они пойдут на все, дабы сегодня как следует поесть. — Осадил прыть подопечного Данте.       — Спасибо, что не бросили меня одну в лесу. — Рассыпалась в благодарностях девушка. Это была типичного вида сельская девушка лет шестнадцати на вид.       — Не стоит благодарности, я выполняю свой долг джентльмена. А теперь, если вы не против, мы поедим куда быстрее, уже рядом мой дом, там нас эти дети ночи не достанут. — Вежливо и уважительно обратился Данте к бледной и дрожащей в страхе девушке.       — Да! Езжайте скорее! — встрепенулась девушка. Одна мысль что там, в лесу их окружают голодные хищные создания, вызвала в ней животный ужас.       Кони встали на дыбы и сорвались с места, унося карету прочь. Волки оказались явно недовольны, что какой-то чудак увел у них такую лёгкую добычу. Удивлённо переглянувшись, они рванули следом.       Стая уверенно сокращала дистанцию, она уже осязала пьянящий аромат испуганной добычи, и ее кровь.       Самый прыткий волк почти нагнал добычу и собирался запрыгнуть на крышу, дабы добраться до кучера и остановить карету, как вдруг из корпуса транспортного средства выдвинулись дула необычного оружия и преследователей залито серебряными пулями. Предсмертный визг тонул в грохоте выстрелов, сполохи которых разрывали мрак.       Благодаря хорошей звукоизоляции пассажиры кареты не оглохли от громовых выстрелов. Данте с горделивым спокойствием, изучал неожиданную попутчицу, с таким невозмутим видом, будто он каждый день уходит от погони, и регулярно встречает гигантских волков, а огнестрельное оружие, встроенное в карету это вообще как само собой разумеющееся, как мотыга или плуг. Хотя огнестрельное оружие можно встретить у редкого селянина, либо у охотника, но настолько высотехнологичного точно ни кого нет.       Девушка еще пуще побледнела, она тяжело дышала, ее глаза широко распахнуты. Бедняжка не знала, что ей делать и вообще производила впечатление глубоко шокированного человека. Нет, волки в лесу это типичное явление, но когда это явление скалит на тебя зубы, враждебно рычит, изъявляет острое желание откушать человечины, вот тут наступает место не просто страху, а дикому ужасу и глубокому шоку.       — Не бойтесь, больше они для нас не опасны. — С уверенностью проговорил Данте, и с снисходительным сочувствием взглянул на девушку.       — Вы уверены? А что это за вспышки? — после паузы и выхода с прострации сыпала вопросами девушка.       — Это отстреливается кучер, не волнуйтесь, от него не уйдет живым ни один блохастый служитель ночи. — Проговорил с твердой уверенностью Данте и посмотрел в глаза девушке.       — Ах, где мои манеры разрешите представиться, Данте дэр Драгоновский, а это мой помощник Кай с кем имею честь спасаться бегством? — Запоздало вспомнил о дани хорошим манерам Данте, он отвесил учтивый поклон, и ослепительно улыбнулся.       Драгоновский произвел на девушку не меньше ошеломляющего впечатления, чем косматые ночные жрецы. Ему на вид можно дать не больше тридцати, лицо мужчины обладало аристократическими чертами, а скроенный на европейский манер кафтан и камзол под ослепительно белую рубашку и гармонирующие с верней одеждой штанами из дорогой ткани. В его осанке проглядывалась аристократическая гордость. Но самым притягательным оказалось для бедняжки эти сияющие, черные глаза, которые ей показалось на миг, обратились рубинами.       Девушка так и зависла повторно, только уже не от дикого оцепенения ужаса, а от потрясения при виде истинной мужской красоты. Ведь доселе бедняжка видела только сельских красавцев, а там красота простая, даже грубая и прямая. А тут редкостная, зрелая и даже волшебная.       Кай, сидевший в дальнем конце, почти прижимаясь плечом к стеклу окна, ехидно ухмылялся. Он то за годы службы попривык к очарованию хозяина, хотя менее привлекательным его не стал считать.       Сам же Данте относился к своим исключительно очаровывающим внешним данным, как к данности. Как относятся люди к хорошо сидящему плащу или камзолу. Незнакомка мало интересовала Данте, его больше волновал вопрос отчего оборотни покинули свою территорию и скучковались на его землях. Ведь Данте как всякий хозяин, не любил когда на его владениях заводились паразиты, портящие урожай.       — Меня? Меня зовут… Мария… — призналась на выдохе девушка, придя в себя от легкого толчка Кая в плечо.       — Очень приятно познакомиться, Мария. Ты местная? Что ты забыла в такой поздний час в столь мрачном месте? Ведь волки не самое страшное, что может подстерегать очаровательную особу во тьме ночной. — Проговорил убаюкивающим голосом Данте.       — Да, я живу недалеко в селе Марьевка. Просто я пошла по цветы…скоро Троица…вот…и припозднилась…а потом свечерело появились они… спасибо что спасли, господин. До конца дней не забуду! Спасибо! — рассыпалась в благодарностях Мария чуть ли не кланяясь. Ей стало страшно представить, что было не встреться она на пути графа.       — Полно, как я уже сказал, это был мой долг, не помочь я бы не мог. — Усмирил ее благодарности Данте, сделав властный жест.       Мария не знала, как отблагодарить спасителя.       Кай насторожился, его почти мальчишески беззаботное выражение лица, посерьезнело и тотчас он стал выглядеть старше. Данте заметил перемены в настроении слуги и сам насторожился. Когда карета подъезжала к перекрестку перед носом скакунов промчался угольно фиолетовый вихрь с алыми глазами, издающий металлическое ржание и унесся прочь даже не глянув на карету, лишь кони пугливо встали на дыбы, заржали вслед таинственному всаднику, кучер смачно выругался, желая лихачу встретиться лично оголодавшими оборотнями.       — Что это было? — изумился Кай и его лицо стало по-детски растерянным.       — Это Черный рыцарь, тот кто с ним встретиться лишиться жизни…так по крайней мере мой брат говорит. А вообще у нас много других легенд про всякие странности, — отозвалась Мария, обычно она не влезает в разговоры, но ей уж больно хотелось услужить графу, чтобы хоть как-то отблагодарить.       — Понятно… Что ж думаю, я правильно сделал, что вернулся в родовое имение. В этих местах столько интересного начало происходить со времени моего отсутствия. Какие еще легенды у вас ходят? — оживился Данте.       Кай с удовольствием заметил как скука, тоска и уныние отступили во взгляде хозяина, он словно ожил. Ведь ничто так не бодрит как новые знания и загадки.       — Люди говорят, что все началось с появления страной семейки, что живет в нашем селе… — начала замогильным голосом Мария, сначала смущаясь. Потом входя в раж с большим пылом рассказывала страшные легенды об лесной ведьме, что в сговоре с лесным народом, который похищает детей, из которых ведьма готовит волшебные снадобья. А с ней живет Черный Кузнец к нему ходит ровнять косу сама Смерть. А еще…и всю дорогу до села она рассказывала последние легенды их земель, не забывая упоминать о просто вполне себе человеческих сплетнях или новостях. В общем Мария оказалась ценным информатором для графа, который по новому посмотрел на малую родину. И понял, какие интересности его поджидают.       Мария не заметила, как ее довезли с комфортном и развлекая интересной беседой прямо под калитку дома. Ну, почти, благоразумная девушка попросила остановить карету у въезда в деревню. Она опасалась злых языков. А до самого дома Мария и своими ногами дойдет.       Сердечно распрощавшись, девушка пошла в сторону дома, а карета укатила во мрак ночи.       Марию уже ждали заплаканная мать и злой отец, пришлось долго объяснять им куда пропала дочь. Кое-как девушке удалось уладить конфликт, она ощущала вину только за потерю лукошка, и порванное платье, но в нападении волков она не виновата. Хотя родители считали иначе.       На следующий день Мария отправилась на поле с другими девушками, под тенью кряжистой, дикой груши ее поджидал Гордей. Девушка сделала вид, что не заметила своего воздыхателя. Ведь она на него злилась.       — Мария, стой! Да подожди ты! Надо поговорить! — не унимался Гордей, подцепив ее под локоть и утащив под тень дерева. Подружки только противненько подхихикивая, пошли дальше. Все знали, что Мария и Гордей обручены, и после сбора урожая родители их обвенчают. Так что подружки не видели ничего предосудительного, если жених поговорит с невестой без лишних глаз. Хотя каждая по-женски завидовала более успешной подруге. Ведь Гордей был первым парнем на деревне, красавцем, по которому сохли все девки деревни. Но почему-то такой лакомый кусочек достался невзрачной Марии.       — Чего тебе?! Мне надо работать! — вместо приветствия процедила сквозь зубы Мария, вперив гневный взгляд в ухажёра.       — Чего ты такая насупленная? И почему говорят, что ты приехала на карете? Кто тот хмырь что за тобой тащиться? — возмутится Гордей, расставив руки в боки. Он знал, что его невеста из порядочной, набожной семьи и ни кого к себе не подпускала. Даже Гордею ничего не светило до свадьбы. Вот поэтому он жаждал объяснений от невесты, а не пошел к отцу с требованием разорвать помолвку, ибо гулящая девка ему не нужна.       — Что ты такое несешь? Кто тебе такое сказал? — задыхалась от обиды бедняжка.       Мария то знала, что ничего предосудительного не сделала, они с графом только мило болтали. И то не о делах сердечных, а обо всем загадочном и таинственном. Ей хватило скандала с родителями. А ещё девушке обидно что про нее болтают такие гадости, у нее было ощущение что ее в грязи изваляли.       — Не смей врать, знающие люди все мне доложили. Есть те кто видел, как тебя подвозили на карете. Хоть и остановились вы у укромного угла, но правду не скрыть… — бурчал парень, который ясно давал понять, что не потерпит соперника.       — А эти знающие люди не упомянули о том, что меня чуть не растерзала стая огромных волков?! — нашлась что ответить Мария и вперила гневный взгляд в парня.       — А что ты в лесу делала?! — напустился Гордей.       — Цветы собирала и травы, ты забыл что сегодня Святой праздник? А потом я заблудилась, меня словно леший запутал. Не знаю, как так получилось, мне было страшно, я думала никогда оттуда не выйду. А потом появились эти… Боже они такие страшные! Если бы не граф меня бы прямо в лесу обглодали. — Выпалила с болью в голосе Мария. — Ты забыл что обещал меня проводить?       — Вот черт. Отец вроде упоминал, что видел на охоте странно больших волков. А я забыл предупредить. Но я не виноват, отец припахал помогать ему. Вот я не смог проводить тебя. — Присмирел в раз Гордей и даже смутился.       — Вот-вот, да только мне знающие люди доложили, что ты утром отцу помогал, а вечером на озеро с друзьями поплелся. Что на русалок бегал смотреть? У-у-у, бесстыдник. — Проговорила укоризненно Мария.       — Нет! Мы на рыбалку ходили! — открестился от такой клеветы Гордей. Тем более русалок они так не видели, хотя Стас уверял, что когда рыбачил видел их, даже описал из большие…так сказать глаза. Гордей рассеяно почесал затылок.       — Ой, ври больше! Ты так спешил, что удочку забыл…и это мне знающие люди рассказали. — Сказала возмущено девушка. Теперь она ощущала себя обманутой и брошенной.       — Да врут все эти знающие! Врут как псы подлые! Я тебя люблю! Честно. Но конечно было бы неплохо поглядеть на что нибудь привлекательное…но на твое. — Пошел на попятную Гордей и обнял Марию.       Марию это взбесило еще больше, опять его грязные намеки. Ее возмущало то, что жених не может понять, что девушка еще не готова, не то что сходить с ним на сеновал, а просто показать грудь. Марии противно от одной мысли, что она потеряет вот так просто честь и страшно, что ее высмеют за это.       Так что жених и невеста разругались в пух и прах. Они разошлись в разные стороны, девушка отправилась в поле, а Гордей к себе домой.       Потом остыв может, он придет к мысли что был не прав, но это будет не скоро.       Когда Гордей пришел в дом, то застал отца с каким-то уже седеющим, бородатым типом. Отец явно был навеселе, видимо выпили за встречу, Гордей был в таком взбешенном состояние, что даже имени гостя не запомнил. Только глаза зацепили душу, такие насмешливые, что взбесило парня ещё больше.       Когда Гордей справился с домашними обязанностями и даже сумел помочь отцу, уж больно работой он хотел перекрыть внутреннюю злобу и негодование, к вечеру нагрянули друзья. Они пригласили Гордея прогуляться, тем более они обещали показать кое-что интересное.       Гордея чуть ли не под руки тащили, настолько его друзья были преисполнены щенячьего восторга, а вот парень напротив, был подавлен. Он еле передвигал ноги, словно на них нацепили путы. Юноша меланхолично решил, что ребята хотят показать ему русалку. Да только Гордею было так плохо душевно, что ему было не до русалок с их прелестями. Он сожалел, что наговорил грубостей Марии. Гордея привели на берег реки, на которой местная ребятня любит ловить рыбу. Гордея подвели к самой заросшей части берега, Стас разворотил в кучу сваленные камыши… Гордей побледнел, словно вся кровь с организма сбежала в припадке дикого ужаса. А его физиономия удлинилась, не хуже конской.       — Это что? — выдохнул испуганно Гордей, оглянувшись на довольно ухмыляющихся парней.       — Мы не знаем, но скажи, оно жутко выглядит? Прям как тварь из преисподней! — просиял воодушевленно Стас, на его лице была смесь восторга и брезгливости. Хотя когда он поймал эту «Рыбку» он не так радостно встретимся с ней лицом к морде. Так громко горе рыбак не орал, со времен младенчества. Стас решил, что даже дальние села слыхали его вопль. Если бы не друзья, он сбежал бы как трусливый заяц, но их присутствие, выпитое пиво и оцепенение сковавшее тело застали его мужественно выловить тварь. А друзья помогли добить ее.       На пожухлой траве, блекло поблескивая капельками мутной влаги, лежало нечто издали походившее на щуку. Но…щуку, которую выковали на наковальне, ибо ее тело пусть сохранило форму рыбы, состояло из чего чего-то сходного с металлом. А ее глаза состояли из какого стекловидного вещества. Ехидно распахнутые челюсти утыканы металлическими иголками, что служили образине зубами. А плавники состояли из гибкого, легкого, полупрозрачного материала. Правда, голова рыбины крайне пострадала от тесного знакомства с веслом и дубинками, а потом ногами, обутыми в тяжелые сапоги. Но судя по тому, что один из друзей где-то потерял сапог и сейчас перебирал пальцами ноги на траве, а потом стеснительно спрятав ее за другую, то рыбина не хотела сдаваться без боя.       — Это нелепая шутка такая? — не верил в увиденное Гордей, он присел на корточки, взяв веточку, стал тыкать в щуку, та сохраняла мертвецкое спокойствие, но парню все равно казалось что ее глаза обращены на него. Он палкой приподнял плавник, про себя поразился гибкости и прочности дивного материла. А еще Гордей отметил, невзирая на чудовищность существа было в нем мрачное очарование. Юноша мог увидеть свое отражение в глазах рыбы. От нее пахло болотной тиной, мокрой травой и…маслом? Или керосином? Просто это единственное подходящие сравните с тем что осязал Гордей.       — Нет, дурак, это настоящая щука! Я ее сам словил, а парни помогли добить. Ух, проворная и злющая она была! — с восторженностью воскликнул Стас.       — Но она металлическая! — словно в подтверждение сказанного Гордей постучал, палкой по корпусу рыбины и её стенки отозвались характерным звуком.       — Да, и что? — не понимал Стас.       — Металл идет ко дну! Ты же если подкову кинешь в реку, то что будет? Правильно, она уйдет на дно к русалкам. Так и эта тварь тоже должна была, где-то в иле упокоиться, а не за наживку хвататься! — Возмутится с восхищением Гордей, его глаза вспыхнул азартным интересом.       — А эта плавала, еще и как! Парни подтвердят! Честное слово! Вот те крест! –чтобы придать весу своих слов Стас, осенил себя крестным знамением. У него лицо приобрело серьезность, а во взгляде читалась тревога.       Если бы не железное доказательство в виде металлической рыбины, Гордей не поверил бы в то, что такое возможно. Но свои-то глаза врать не будут, а туша ой как реальна.       Гордей понял, что такое диво приплыло явно не с этих краев. Он задумчиво посмотрел на приток, реки, что берет свое начало с севера. И тот час ему вспомнились легенды о погибшем селе. Парню стало жутко, ледяной, колкий ветер прожег Гордея аж до косного мозга, он поежился.       Весь вечер парни оживленно обсуждали что делать с находкой. Но так не придя к общему знаменателю решили утром решить окончательно этот вопрос. Посидев возле заброшенной мельницы и допив пиво, друзья распрощались.       Путь Гордея к дому лежал через поросшее травой с человеческий рост поле. Эту траву растили для местного скота на зиму. К осени косили и сушили.       Гордей уже забыл о ссоре с Марией, его не отпускала загадка стальной щуки. Он задумчиво плелся по узкой тропинке, иногда пошатываясь не то от неровной дороги, не то от выпитого.       Как вдруг из травы раздался шелест. Гордей насторожено глянул туда, он ощутил лёгкий укол страха, но выпитое предавало пока смелости. Да и про себя парень подумал, не гоже страшиться зайца или еще какой-то живности, что решила пошуршать в траве. Но когда к шуршанию прибавился заливистый смех, парень весьма удивился. Ведь не ожидал кого-то застать в этом малолюдном месте, да еще и девушку.       — Эй, ты кто? Что за шутки? С чего смеешься? — негодовал Гордей, начиная злиться на смешливицу, ведь не понимал в чем причина ее смеха. Более того если она насмехались над ним, это было бы ещё обиднее.       Гордей решил выяснить кто эта нахалка, он убирая траву рукой со своего пути, пробирался в заросли, пытаясь найти хозяйку голоса. А она кокетливо мелькнула светлой юбкой, в зарослях и ускользала от гневного парня.       Гордей вошел в азарт и от погони, и от выпитого, и незаметно как оказался посреди поля, чуть ли не возле леса.       Тут ему на глаза мягко легки прохладные ладони.       — Отгадай, кто? — пропели сладким, голоском над самым ухом парня, от томительных ноток мужская плоть Гордея напряглись. Когда еще чувствительную часть уха нежно, но ободряюще прихватили, он вздрогнул всем телом, а по коже пронеслись мурашки.       — Не знаю… Катя? Варя? Мария? — стал перечислять всех своих знакомых девушек Гордей, изнывая от томительного любопытства и мучаясь от напряжения ниже пояса.       — Угадал… — прошептала проникновенным тоном незнакомка.       И когда Гордей оглянулся, то увидел Марию, одетую в платье свободного кроя, легкая ткань которого вроде и скрывала соблазнительные формы, а вроде приоткрывала.       Девушка обвила изящной ручкой плечи парня и проникновенно посмотрела в глаза. Гордей заглянул в эти бездонные очи и пропал в них.       — Что ты тут делаешь? Ведь от дома так далеко! Ты никогда так далеко, да еще сама не заходила. — Строго поинтересовался Гордей, чувствуя сладкое томление плоти, его сознание боролось с моралью и животной похотью.       — Я скучала по тебе. Хотела тебя увидеть, разве это плохо? Я же люблю тебя! — даже возмутились Мария, хитро стрельнув глазами, из-под пушистых ресниц. Она прижалась всем телом к парню и потерялась упругими персами об его мускулистую грудь. Также ощутив, насколько парень очарован ею, а он ощутил сосочки, что торчали из-под легкой ткани.       — Нет, не плохо, это замечательно. Я тоже рад тебя видеть, просто волнуюсь, чтобы ты опять не встряла в какую-то историю. Ты не представляешь что Стас нашел! — воскликнул Гордей, тяжело дыша, то краснея, то бледнея. Ощущая как его сердце стучит молотом о ребра и дышать решительно стало нечем.       — Оу, это так мило! Что ты заботишься обо мне. — Пропела Мария и впилась в горячие уста парня, терзая их, кусая, и посасывая, а потом ворвалась язычком в рот, играя уже с языком.       У Гордея от этого поцелуя совсем перед глазами потемнело. Ему стало мучительно жарко. Страстное желание истязало его слабую плоть мучительно сладкой болью. Гордею показалось, что от сильного напряжения он потеряет сознание. Хотя для него все это не в первые, но то что вытворяла своим влажным язычком эта плутовка было выше всяких похвал. Мысли в голове парня совсем разбежались кто куда. Единственное прозвучало запоздало в голове парня, откуда невинная девушка умеет такое? Но этот вопрос так и утонул в пучине липкого, тянущего мрака, который образовался в голове.       Гордея мягко, но требовательно уронили на траву. Приэтом не отрываясь от пыток поцелуями, его тело ласкали, особое внимание уделяли нижней части тела парня, что натянула штаны. Ловкие пальчики ласкали твердый бугорок, коварно стискивая, а потом вновь голубя.       Гордей поспешил избавится от столь ненавистной одежды и расшнуровал штаны, а нежная рука девушки радостно вытащила его достоинство и нежно ласкала его.       Мария лукаво улыбнувшись, облизнулась, как кошка, что сцапала мышонка за хвост.       Гордея оседлали, а он и рад был, постанывая и тяжело дыша, ощущая влажный, горячий, пульсирующий плен. Парень явственно чувствовал плавные, а иногда резкие рывки округлых бедер невесты, что вознесли его на седьмое небо. Он прикрыл глаза, обхватив тонкую талию девушки.       Сознание Гордея плавало в густом сладостном потоке, он близок был к пику мучительной радости, резкая, тягучая боль прошила его висок. Парень ощутил, как из него словно вытаскивали жизненные силы, ведь он резко слаб. Он распахнул глаза, испугано уставился на невесту, но вместо неё он увидел нечто.       Вместо красивой девушки, на нем гарцевало нечто, что утратило не то что красоту, а вообще всякие признаки живого организма. Точнее оно было живое, но жизнь его протекала в другом русле.       Серо-зеленная, матовая дряблая кожа, покрытая странными выпуклостями похожими на бородавки, обтягивала человеческий скелет, кое где провисая, трепыхающаяся при движении. Круглые, глаза навыкате хищно блестели, они лишены ресниц или бровей. Губы искривил насмешливый оскал. Сильные лапы держали жертву по рукам, до крови впиваясь в кожу когтями.       Гордей закричал, попытался сбросить это нечто, но крик ужаса утонул в алчном смехе, а стащить с себя это существо все равно, что пытаться сдвинуть корову. Несчастный ощутил, что находится в нечто дряблом и склизком, и он испытал тошнотворное омерзение, словно сунул достоинство в нечто сгнившее.       Но самое ужасное, что осознал Гордей, что тварь забирает его силы, вначале он резво отбивался, ведь адреналин придавал сил. Но чем дальше, тем меньше в нем рвения оставалось. Это создание словно губка высасывала жизненные силы жертвы.       К концу пиршества потусторонней твари, Гордей апатично лежал на спине раскинув руки и ноги в стороны, ожидая когда же его сердце наконец-то окончит биться. Ему было жаль что он не помер от страха.       Гордей не хотел умирать, он мысленно звал на помощь. Он даже разрыдался, и тут ему перехватило дыхание, что значило конец.       Грудину твари пробило с чавкающим звуком. Лезвие меча, двигалось плавно вверх, разрезая тварь от грудины до плеча. Она завизжала, Гордей ощутил, как его обхватило и сильно сдавило, но он уже не ощущал все так ярко, словно у него все отнялось ниже пояса.       Тварь стащили с парня, который так не шелохнулся.       Над ним навис темный силуэт, он вытер лезвие меча об рукав и засунул в ножны, а потом заботливо поднял парня и властно велел:       — А ну подрывайся, хватит изображать труп, ничего, молодой еще оклемаешься и силы еще в тебе есть.       Гордей не понял к кому обращаются, даже не отреагировал на голос, ему до апатичности было все равно, что с ним сделают. Какая-то тяжелая слабость накатила на все его конечности…кроме одной.       Незнакомец выругался, ворча на тему, какая нынче хилая молодежь пошла, из нее всего ничего сил изъяли, а она уже помирать собралась. Пришлось незнакомцу тащить спасенного в село на собственном горбу, только сначала с брезгливостью надо было зашнуровывать штаны, а то подумают про него, что зря. Оно спасителю надо?       — А вообще ты молодец, благодаря тебе я смог подкрасться к кормящейся твари. Ладно, так уж и быть поделюсь наградой, я не жадный. — Пытался по-своему утешить мальца мужик.