Технокромикон

      Неведомую науке тварь водрузили на стол. Индире стало интересно, каким образом это создание сохраняло жизнь, облаченное в металл. Охотники нехотя, но разрешили вскрыть свою горе добычу-беглянку. Конечно, Ленар не очень-то был рад большому скоплению людей в доме, твари пусть и мертвой. Кузнец предлагал избавиться от нее и всячески был против вскрытия. Но его не слушали, азарт обуял Индиру и охотников, Саныч благополучно слился, видимо также не любил исследовать внутренний мир неведомой живности. Поэтому сославшись, что хочет проверить как там сын, вежливо попрощавшись ушел.       Индира надела толстый кожаный фартук, заплела волосы в косу и натянула, перчатки по локоть, так же нацепила повязку на рот. Ким впечатлялся подготовкой барышни и одобрительно хмыкнул. Он понял, что лучше позволить человеку с мед знаниями делать вскрытие, чем простому мяснику топором. Киму всучили толстую книгу и перо.       — Будешь документировать то, что увидим. — Хмуро пояснила Индира. Она была сосредоточенная на туше волка, обдумывала предстоящий объем работы.       Ленар прислонившись к стене спиной, скрестив руки на груди, молчаливо наблюдал за всем, скептично фыркая. Митяй мухой жужжал над ухом Индиры, описывая в красках, а иногда в ругательствах как встретил эту образину и как эпично поборол.       — То есть изначально, вы утверждаете, что волк был обычный? — выцепила нужную крупицу информации Индира из словесного поноса охотника.       — Да! Только огромный и злющий! — ответил Митяй, его глаза лихорадочно горели.       — Ну злой волк может, быть потому что голодный или раненый. Но что послужило причиной его обращения в ЭТО. Не представляю, какая сила способна на такое. Я не слышала о подобном. Удивительно. — Рассуждала вслух Индира, пока раскладывала инструмент.       — Мы тоже о таком не слышали. И не встречали подобного ранее. Но я искренне надеюсь, что это единственный случай, ибо мне бы не хотелось, дабы подобных тварей было больше. — Заметил угрюмо Ким. Красочно представив как станет охотникам «весело» если этих тварей наберётся хотя бы десяток, а если сотня и более. Тут охотник невольно вздрогнул.       — На мутацию это не похоже, как и на эволюционное решение…разве что эта тварь не из нашего мира. Чудо что никто не пострадал — Проговорила Индира.       Чтобы раскрыть грудину и брюшную полость образины, Индире пришлось брать кузнечьи щипцы по металлу и то она вспотела, и забавно высунув язык не могла перекусить толстые пластины брони. Тут Кузнецу надоело наблюдать за мучениями исследовательницы, он стремительно подошёл к ней, легонечко оттеснил и сам разрезал пластины по строго намеченной линии, так чтобы получилась некое подобие буквы «у». Потом Ленар все так же с молчаливым осуждением уступил место Индире.       — Спасибо, если тебе противно, можешь выйти во двор или иди спать. Я когда закончу сама все тут уберу. — Предложила Индира. Хотя Ленар резал броню твари с каменным лицом, но ведьма заметила как в его глазах мелькнуло нечто, по типу того что проглядывается в глазах человека потерявшего любимого пса или коня.       — Все в порядке, я держусь. — Ответил Ленар, вернувшись к занимательному занятию, а именно подпиранию стены спинной.       Когда броня была вскрыта, а ее пластины развернули, как оказалось материл был не просто прочным, а и гибким. То в воздухе запахло чем-то у чего не было пока названия, оно обладало четкой выраженной чужеродностью к запахам этого мира, как мерзким, там и приятным. Самый близкий, увы не точно передающий суть, керосин или мазут. Индира мысленно порадовалась маске на лице, Ким закрыл нос и рот рукавом кожаного плаща, а Ленар с таким же хмурым выражением последовал к окну и распахнул его, дабы проветрить помещение. Он радовался, что вскрытие проводится не в жилой части дома, а более рассчитанной на подобное. Хотя дверь потом также пришлось открыть с той же целью.       Митяя все-таки унесло в сад или то, что сейчас его заменяло шумно тошнить, ведь его желудок не выдержал такого лютого надругательства диким зловонием.       Причиной вони оказалась темная жидкость, в которой плавали внутренние органы, да именно плавали, словно их вырвала садистская рука со своего места, поигралась с ними и вновь небрежно закинула обратно.       Митяй как раз возвращался с улицы и как только увидел внутренности волка, игриво поблескивавшие на свету, из которых исходил белый пар, несчастный охотник резко развернулся и убежал обратно, попутно зеленея, как куст роз с коим предстоит ему уединиться.       Ленар делал вид, что ему не интересно, он усердно разглядывал соседнюю стену с таким интересом, будто это она была чудом света, а не то что лежало на столе.       — Удивительно, как он жил и продолжал сохранять активность? Более того чем он собирался вас переваривать. Тут какое-то месиво из органов пищеварения.– Ворчала Индира совсем растерявшись от увиденного, она копалась внутри создания, вытаскивая на свет внутренние органы и придирчиво рассматривала, поднося на свет.       — Фиолетовый, фиолетовая печень, поразительно. А ещё она стала пористой, словно в нее натыкали соломинок, а потом их вытащили. Поразительно! — выдохнула восхищённо Индира.– Нет, вы посмотрите на это! — и девушка чуть не в нос ткнула увеличенную в размерах печень, что грусненько обвисла в ладонях, словно медуза, которую вытащили из моря. Ким брезгливо отпрянул, брезгливо наморщив нос.       — Да-а, ёпт, такую мерзость не каждый день увидишь. — Проворчал охотник, ощущая вкус желчи на языке, но стойко державший бойкий ужин в желудке.       — Интересно, а почему оно так? — сыпала вопросами Индира, ее глаза лихорадочно горели, маниакальным энтузиазмом новых открытий. Она так увлеклась новым открытием, что забыла про охотников, точнее одного, второй периодически исчезал во дворе приобщиться к кусту роз, дабы излить на него свой внутренний мир.       — Как оно жило? И почему напало? Даже если бы убило нас, то переварить не смогло бы?! — возмутился Ким такой нелогичности. Его всякими причудами природы и антиприроды тяжело удивить, но как оказалось можно. Но ведь, даже у нечисти есть свои правила, она охотиться на людей, что бы их съесть, дабы получить силы и жить. А тут что?       — Так… сердце у нас…деформированное, но пока сохранило свои функции, как и дыхательная система. А что у нас с головным мозгом? — проговаривала мысли вслух эта юная натуралистка с маниакальным блеском в глазах.       Ким на всякий случай отошёл по дальше от разошедшийся исследовательницы, а то вдруг это она о его головном мозге говорит. Ведь лекарка не уточнила на чье содержимое черепушки будет смотреть.       Ленар усталым взглядом наблюдал за всем, тяжело вздохнув, по-прежнему подпирая спиной стену, единственное ногу согнул. Но тут Индиру ждало разочарование, ведь от мозга осталось крайне мало для рассмотрения, ведь тот не пережил тесного знакомства с молотом Кузнеца. Лекарка метнула возмущенный взгляд тот час растеряв энтузиазм и помрачнев на Ленара, а тот меланхолично пожал плечами, мол, я тут не виноват оно само ко мне полезло.       — Ты вредитель! Ты препятствуешь исследованию нового вида формы жизни! — возмутилась Индира, грозя окровавленным кулачком, что придавало ей впечатляющий вид, Ким даже испугался.       — А нечего этой форме жизни лезть на мою территорию и творить беспредел. Да и мозга в нем не было, раз он сунулся ко мне. — Возмутился Ленар, хмуро глядя на Индиру. Индира раздосавано посмотрела в глаза Кузнеца.       — И не пора ли закругляться? Мы как договаривались? Вы вскрываете этот суповой набор, а потом мы его утилизируем. Вскрытие уже прошло… — напомнил Ленар, ему крайне не нравилось, что в доме находились посторонние, и то что Индира прикасается к непонятному науке существу. А ещё ее интерес к этому делу. Он боялся, как бы любопытство не завело Индиру в беду.       — Да, но мы так не поняли механизм процесса обращения живого в неживое, возникло больше вопросов, чем ответов. — Заметил Ким, он посмотрел неодобрительно в глаза Кузнеца, тот не потупил смущенно взор и не стушевался. Напротив, Ленар раздраженно смотрел в глаза охотника и вся его фигура выдавала напряжение.       — Это не наши проблемы. Не впутывайте нас в это. Мы хотим жить и дальше тихо и мирно. Да Индире пора спать, у нас настал тяжёлый период в жизни и без этой твари. — Спокойным, но четким голосом ответил Ленар.

— Да я не для себя стараюсь и занимаюсь этим не потому что мне делать нечего. Я хочу убедиться, что тварь была одна, что людям не угрожает опасность. — Гнул свою линию охотник.       — Да? А какое мне должно быть дело до совершенно посторонних людей, которые болтают гадости про нас. Мне важна безопасность моей семьи. — Ответил раздраженно Ленар.       Охотник и Кузнец сверлили друг друга неприязненными взглядами.       — Простите, но вскрытие не может дать ответ на эти вопросы. Ведь я не представляю, что могло заставить живое обратится в неживое. Но при этом сохранить признаки живого. Глупость какая-то. Я конечно слышала о некромантах, которые могут воскрешать из мертвых, но это совсем другое. — Решила отвлечь мастерски от зарождавшегося конфликта Индира. — Но скорее всего, оно вряд ли сможет размножаться, если более внимательно посмотреть на репродуктивную систему, точнее на ее жалкие остатки, судя по всему это был самец. — Лекарка углубилась в исследование необычного образца.       Тут Ким неосознанно потянулся к паху, ощущая там призрачный дискомфорт вызванный словами лекарки и тому как она копошиться в несчастной тушке.       — Знаете, могу предположить, строя догадку на выборочном преображении внутренних органов, что тело существа поглощало «ненужные» органы такие как: пищеварительная система (оставлена лишь некая база, а может процесс ещё не завершен), почки, начала деформироваться печень, (которая первой пыталась сражаться с неким фактором, но проиграла и стала жертвой предательства собственного организма), репродуктивные органы. А вот сердце, лёгкие, пищевод, гортань остались. Зачем? Может, просто для поддержания остатков мозга? А организм, начал функционировать по неведомым нам законам иного мира? — Продолжила раздумья Индира, сдув волосинку с носа.       Ким забавно округлил глаза и неприлично открыл рот. Брови Ленара поползли вверх, он кажется побледнел. Охотник и Кузнец синхронно переглянулись, забыв о споре.       — Увы, я не могу ни о чем точно судить, ведь мозг уничтожен, так что подтвердить свою догадку не могу. — Заключила устало Индира и тяжело вздохнула.       — Скажи, лекарка, а не могло ли некое проклятие или магия сотворить такое? — Уточнил Ким, нахмурившись.       — Не знаю…я же не ведьма. Это ведьмы либо некроманты могут ответить на такой вопрос. И то не каждый, а скорее всего Верховная ведьма или Магистр темных искусств. — Ответила неуверенно Индира. Ей самой стал интересен ответ на подобный вопрос. Вообще все это ее пугало до коликов в печёнке и в то же время будоражило и завлекало. Индира с детства была любознательная, она не стеснялась задавать вопросы там, где другим ученицам хватало общих терминов. Ведьма любила копать вглубь с упорством крота. Другое дело, что подобные взыскания не всегда хорошо кончались. Так ее любознательность одних учительниц восхищала других злила, и часто бывало что маленькую Индиру наказывали за то что она лезла не в свое дело. Мама лично придумывала для гипер активной дочери наказания.       — Хорошо, прости за то, что занял твое время и тебе пришлось соприкоснуться с неведомым. Но твоя помощь крайне важна. Если нужна будет моя помощь, даю слово, что помогу. — Ким обратился к Индире, он с благодарностью посмотрел на уставшую бледную и явно болеющую лекарку, что не взирая ни на что помогла ему.       — Даёшь слово охотника? — уточнила Индира. Ей не хотелось связываться с охотником, но коли пришлось. А появление твари и ее напугало, ведьме также нужны ответы на все вопросы. Более того слово охотника могло пригодиться Индире. Клятвы сильнее проклятий, так что ушлая душа ведьмы учуяв добычу, не могла пройти мимо.       — Да, даю слово охотника. — Ответил Ким. — Должен просить никому не говорить об увиденном. С Санычем я сам поговорю. А Митяй болтать не будет и так. — Добавил Ким.       — Хорошо. Мне проблемы не нужны. Мой муж прав, мы хотим лишь просто мирно жить. — Согласилась Индира.       — Только что делать с тушей? Везти в нашу обитель далеко и что-то после вышеописанных событий не хочется. Следует ее уничтожить, но как? — высказал мысли вслух Ким, задумчиво поглаживая бороду.       — Вы находитесь рядом с моей кузней. Нет в мире металла, с которым не справиться мой горн.– Заметил Ленар без тени хвастовства, просто оглашая факт, его глаза азартно заблестели.       — Но это какой-то не такой металл… — засомневался охотник.       — И с волшебным металлом моя печь справиться. — Настаивал Кузнец.       — Ну что ж. Так тому и быть.       Безголовую тушу оттащили в кузню и натужно пыхтя, вбросили в огненную пасть горна, огонь вспыхнул сапфировым отблеском. Ким опасливо отпрянул, он тот час взмок и ощутил чудовищный жар.       Ленара, казалось, не беспокоило дыхание ада, напротив, он во спрял духом.       Киму показалось, что синий огонь живой и пульсирует, словно сапфировое сердце звёздной бездны. С тушей пламя справлялось с большим аппетитом, словно оголодавший дракон облизывал светящимся извивающимся языком образину, пока не сожрал ее окончательно, не оставив и малейшего напоминания.       Ким заворожено наблюдал за усердной работой горна и благоговейный трепет со дрогнул струны его черствой души. Мужчина на миг даже выпал из реальности, его сознание словно обволокло пушистой мглой. Но он взял себя в руки проморгавшись и мотнул головой. Ким отвёл взгляд от огня и взглянул на карниз, выпирающий из стены над горном, где заметил символ странного вида крест в котором расцвела роза.

***

      Ленар проводил охотников и с облегчением запер за ними дверь.       — Нет, ты представляешь? Чудеса да и только. Иное состояние жизни, потрясающе! — Восхищённо лепетала Индира, расхаживая взад вперёд.       Ленар следил за ней взглядом, пока у него глаза не заболели от мельтешения, он мотнул головой.       — Это не жизнь была, а проявление смерти. Животное умирало, оно агонизировало, вот и проявило агрессию. Это похоже на бешенство. Но весьма тяжелая форма. Но думаю, больше мы подобное не встретим. Я надеюсь. — Заметил угрюмо Ленар.       — Думаешь? Я бы ещё исследовала мозг…эх, жаль. Но твоя теория про новый вид бешенства тоже имеет смысл…наверное. Ну, вот жаль я не увидела мозг. — Проговорила мысли вслух Индира.       — Раз ты не добралась до мозга твари, то решила выесть его мне? — Иронично уточнил Кузнец. — Ладно, спать. Тебе надо восстанавливаться, да и у меня был тяжелый день. А завтра ещё нужно много чего сделать. — Сказал Ленар, устало потерев переносицу.       — Надо будет спросить у некромантов возможно ли проклятьем достичь такого эффекта? Уж заклинания вряд ли такое учинят. Мама бы рассказала о подобном. Ах, как волнительно. — Индира не обращала внимание на Ленара, полностью ещё проживая вскрытие. В ее голове родилась сотня мыслей и версий, но ни одна не проливала свет на увиденное, а только заводила в тупик.       Ленар тяжело вздохнул, резко оказался подле девушки и…с лёгкостью запрокинув ее на плечо, как трухлявое брёвнышко, потащил в сторону спальни.       — Ленар! Поставь меня на место! Я кому сказала! Ленар пусти! Да я тебя в лягушку превращу за это! — воинственно пищала Индира, колотя кулачками по пояснице Кузнеца, но она ощущала лишь твердую упругость его напряденных мышц, он не замечал ее жалких потуг.       — Вот сама же и будешь меня целовать, дабы расколдовать — Резонно заметил Ленар. — И ты бы не могла чуть ниже поколотить, у тебя хорошо получается делать массаж.       — Ленар! Ты белобрысая чума! Отпусти меня кому говорю, пока по-хорошему предлагаю! А то будет тебе массаж, но не спины, а анальный! — вопила Индира краснея, от прильнувшей к лицу крови.       — О да, я обожаю, когда моя ведьмочка, говорит гадости и пошлости. Мне так и хочется ее грубо наказать. — Подначивал Ленар Индиру. Он получал удовольствие от того, что она злилась и возмущалась. Она ему казалась особенно соблазнительной, ведь проявлялся ее пылкий нрав, что ей приходится скрывать, играя роль милой лекарки.       — Я не твоя собственность! Пусти гаденышь! — вскрикнула Индира, но тот час ощутила, что проваливается куда-то. Оказалось ее уронили на кровать. Она шумно выдохнула.       Индира приподнялась на локтях, подняла гневно пылающий взгляд на Ленара и хотела продолжить высказывать все что думает о таком обращении с ее уважаемым телом, но осеклась. Ведь она заметила призрачный синий огонь в его глазах, ощутила, как ее сердце перестало биться, а по телу прокатилась томительная дрожь. Она поджала розовые губки. Индира почти материально ощущала жгучий взгляд на своей шелковой коже. Он блуждал по ее покрытому румянцем лицу, опустился к губам и скользнул ниже к шее, там выражение глаз стало тоскливее.       — Прости, ты такая аппетитная, прям очень хочется тебя укусить. Но жаль вредить такому совершенству. — Признался хриплым голосом Ленар, отведя мерцающий призрачной синевой взгляд. Он развернулся уходить.       — Эй, стой!       И перед носом Ленара демонстративно захлопнулась дверь.       — Я совершенно не против… просто не могу же я отдаться тебе без боя. Но у нас девушек нет это не всегда равносильно отказу. — Заметила Индира сев у края кровати.       — А как тогда понять отказ это или игра? — Поинтересовался Ленар, совсем растерявшись в женской природе.       — По интонации, движениям девушки ее взгляду. Поверь, если парень не интересен, то с ним даже общаться будут с безразличием и уж точно не позволят прикоснуться к себе. — Отозвалась Индира, в ее изумрудных глазах плясами чертики, а губки тронула милая улыбка. Длинные, русые волосы, что обрамляли прекрасное лицо и ниспадали к пояснице, плавно сменили цвет на рыжий.       — Я никогда не познаю женскую сущность, поэтому не буду даже стараться. — Признался Ленар, нахмурившись, но подняв взгляд на Индиру, ощутил тяжесть в груди, а потом сладкое томление и печать тут была не причем. Ему нравилось то что он видел, его влекло к этому огоньку во плоти. Даже если это алое пламя сожжёт всю сущность Кузнеца, оставив пепел, он все равно не пожалеет, что отдался под её власть.       — А по моему, главное ты про нас понял. И пользуешься этим без зазрения совести, коварный манипулятор. — Проговорила игривым тоном Индира, соблазнительно поведя изящным плечиком.       — Но я настаиваю на том, чтобы ты больше не лезла в это дело. Мы собирались спокойно жить. Разве не так? А ты притащила эту тварь к нам в дом. И хочешь дальше лезть куда не следует. — Отозвался Ленар с грустью, опустив взгляд на пол, чтобы не поддаваться очарованию рыжей бестии.       — Ох, вот что тебя злило. Ты боишься? — Индира поняла почему Ленар был мрачен весь вечер и особо не проявлял интерес к этой диковинке.       — Да. Мы едва пережили нападение твоих сестер. Ты только начала восстанавливаться. Как вдруг появляется новый омут, в который ты с удовольствием ныряешь с головой. Я не понимаю! Мы столько времени потратили, дабы найти безопасное место для жизни. Ты постоянно ставила защитный барьер, забирающий уйму энергии. Для чего? Что бы из чистого любопытства все разрушить. Индира, ты должна понять в мире есть непостижимое умом человека этого времени, хорошо что оно сокрыто сумраком неизвестности. Иначе это свело бы человека с ума. Люди такие хрупкие. Зачем лишний раз подвергать себя опасности? — сказал с болью на лице Ленар.       Индире стало стыдно за свою одержимость любопытством. Она прикусила нижнюю губу.       — Но я не человек, я сильнее так что можешь за меня не переживать. — Возразила Индира.       — Да, ты не человек. Ты та кто дорога мне, это куда хуже. — Проговорил Ленар, скрестив руки на груди.       — Ох, моя луна и звёзды, это самое приятное, что мне говорили в жизни. Я не думала, что ты настолько за меня переживаешь. Хорошо, я больше не вспомню про это дело. Пусть охотники разбираются. Раз они объявили ведьм бесполезным настолько, чтобы оправдать их истребление. Так пусть докажут что и они на что-то годны. — Проговорила Индира. Она грациозно поставила на ковер ноги, приподняла юбки платья, изящным движением заложила ногу за ногу, явно, чтобы Кузнец успел рассмотреть стройные ножки. А потом вновь опустила юбки.       — Давай, мое сердце, подойди ко мне. Хватит себя терзать и ограничивать. Я ж вижу тебе хочется. — Предложила Индира, развязав бантик на лифе платья и приспустила его ворот, даты оголить плечо.       — Не думаю, что это хорошая идея. — Хмуро заметил Ленар. Но в его взгляде вновь загорелся огонь жажды.       — А ты не думай, а действуй. — Подначивала Индира и кокетливо захлопала пушистыми ресницами. Она грациозно приподнялась с кровати, подошла к Кузнецу, плавно опустившись на колени, медленно потянула за шнуровку штанов, подняв блестящий, взгляд чарующих глаз на Ленара. Он погладил ее по голове.       — Ты говорила, что такое не любишь?       — Ради тебя я готова пересмотреть свои привычки. — Прошептала проникновенно Индира, поглаживая выпирающее из штанов подтверждение своей соблазнительности.

***

      Через три дня Ким и Митяй приехали на то место, где он столкнулся с волком впервые. Хотя прошло достаточно времени и следов не сохранилось, но Ким хотел сам увидеть это место.       — Говорю тебе, это был обычный волчата, только огромный. — Жужжал на ухо Митяй, опасливо оглядываясь по сторонам.       — А зачем ты с собой тушу потащил? Ну убил и убил, сжёг бы — поинтересовался Ким, заметив уже заросший пятачок былого костра.       — Да у меня есть знакомый таксидермист. Он скупает особенно крупные туши, фарширует их всяким и продает богатым, а те показывают свои дамам, дабы впечатлить тех собственноручно подстреленной дичью. — Ответил Митяй, потирая сзади шею.       — То есть ты хочешь сказать, что волк в процессе перевозки изменился? — удивлено уточнил Ким, обнаруживший следы от выстрелов, видимо некоторые прошли на вылет и застряли в дереве.       — А как тогда объяснить, что убил я одного волка, а ожил другой? — настаивал на своей версии Митяй, вся веселость улетучилась с его лица он стал серьезным. Одно дело привычная нечисть, с которой знаешь как бороться, а другое не пойми что металлическое грозящее прокусить гордо.       — Я вот о чем ещё думаю… — начал было задумчивым тоном Ким, обнаружив на ветке кустарника клочки шерсти и принюхался к ней.– Волки то стайные твари.       — И что? — Митяй не понял к чему клонит Ким. Но потом ему в голову ударило озарение. И его лицо забавно вытянулись.– Погоди, не думаешь ты…что вся стая…е-мое! Мы от одного еле отбились, а тут…надо было Кузнеца с его кузней следом тащить. — Возмутился Митяй, нервно сплюнув.       — Да, надо было…ты говорил по близости находится деревенька…давай-ка прогуляемся к ней. — Предложил Ким, задумчиво глядя куда-то в даль.       Мужчины пришли в деревню, но каких-либо признаков бойни не обнаружили. Побеленные домики, стояли на своём месте с возмутительно целыми окнами и крышами. Даже заборы оказались не сломленные. Не было следов крови и трупов.       — Фух, кажется, пронесло. Может, Кузнец прав, и тварь такая была одна. Значит, это мне так повезло или не повезло. А остальные волки остались обычными. — Обрадовался Митяй, всю дорогу сохранивший мрачную молчаливость, явный признак того, что охотник нервничает и готов к худшему.       — Да, может, обошлось. Давай прогуляемся, людей поспрашиваем, как им тут живётся, нет ли жалоб на какую нечисть? — Предложил Ким, сам про себя облегчённо переведший дух.       — А давай…тут такие бабы…ох…а в корчме такой первак.ах.– Тот час оживился Митяй, приободрившись и уже мысленно вкушавший и лапающий радости жизни. Ким закатил глаза.       — Тебе сколько лет, старый развратник? Не боишься отдать Богу душу, взбираясь на очередную красотку? И зелья не откачают. — Шутливо подтрунивал Ким над старым другом, хотя и сам по молодости не отличался примерным поведением.       — А чего? Неплохая таки смерть! Всяко приятнее, чем в пасти неведомой железной твари. — Философски заметил престарелый обольститель, патетично подняв палец вверх.       Они схватили коней под узлы и повели в глубь деревни.       Но чем дальше они проходили, тем больше поражались царившему покою и тишине. День хоть и клонился к закату, но это не значит что люди ушли спать, всегда найдется уйма дел. Да и ладно люди, но Ким не заметил снующих курей под ногами, не слышал лай собак и блеяние коз. В хатах не звучали звонкие песни и смех девиц, ругань мужиков и их пьяный гогот, крики баб на нерадивых супругов. В селе поселилась звенящая, забиравшаяся в уши и окутывавшая сознание в хлопок тишина.       — Заметил? — многозначительно поинтересовался Ким у друга.       — Ага, тихо, как на кладбище ночью. Не к добру. — Согласился Митяй, опять посуровевший.       Охотники заглянули в местное подобие пивнушки, там пусто. Только полу полные пивные кружки стояли на деревянных столах, да трубки на столах дымились, а самых выпивох и курцов не было. Охотники недоуменно переглянулись.       — Может, в поле все, а? — предположил Митяй, ведь явных признаков боя или того что люди покидали в спешке это место не было. Такое складывалось впечатление, что завсегдатаи сидели, выпивали, расслаблялись, а потом им резко захотелось потрудится и…они стали из-за столов и бодрой шеренгой промаршировали на поле.       Но и там жителей деревни не оказалось.       — Мдэ… — выдохнул Митяй, почесывая заднюю часть шеи. — Может, по домах разбрелись?       Ким окинул хмурым взглядом поле и задумчиво кивнул. Что ещё странное про себя заметил охотник так это отсутствие птиц, обычно любящих разорять поля, когда им не мешают, но и пернатых мародеров не было. Ким тактично постучал в дверь ближайшей хаты, а та возьми и отварись сама. Охотники озадаченно переглянувшись, на всякий случай достали оружие, а то вся эта обстановка стала их напрягать. Сначала один скользнул в дом, потом другой.       Но и в хате вооруженных гостей поджидал лишь непроглядный мрак, прятавшийся по закутках, скрип половиц, и треск огня в печи. А людей не было. Вот стол с полной еды посудой, вот бутыль отменного первака во главе всего стоял, а того кто бы его выпил не было. На полу валялись детские игрушки, но скорее всего сам малыш их и раскидал, забавляясь в свои игры. Даже какие не какие ценности на месте.       — Странно это все… — Проворчал Ким, не нравилось ему все что он видел. Он бы предпочел лицезреть перемазаные хаты в крови и горы трупов, которые клюют вороны, чем это…он не мог себе объяснить что он видит. Куда делась вся деревня?       — Мы ещё в церкви не были. Они точно там! — схватился за последнюю ниточку надежды Митяй, который побледнел и покрылся холодным потом.       Охотники не шли к церкви, а бежали. Каждый надеялся, распахнув заветные двери увидеть там прихожан, чинно молящихся перед алтарем. Киму даже показалось, что он слышит шёпот из здания церкви, и его это приободрило. Да, ему нравилась версия, что деревенские просто оказались слишком верующие и решили всей стаей слететься в святое гнездо. Эта версия была такая обыденная, такая надёжная удерживавшая сознание на плаву, подальше от безумия.       Охотники не церемонясь вышибли двери церкви и…пустота…мрачная, зыбкая и тягучая. Ещё курились лампадки и догорали свечи, язычки коих вздрогнули от порыва ветра ворвавшегося следом за мужчинами. Образы святых взирали осуждающе на бесцеремонно ворвавшихся в их святую обидеть. Но ни одной живой души не было. Лишь во мраке клубились призрачные тени.       Охотники испугано переглянулись.       Митяй даже под лавочки заглядывал, в надежде что там кто-то прячется, увы, только очи тьмы взирали ему в оледеневшую от липкого ужаса душу.       Охотники обшарили каждый закоулок церкви, заглянули куда только можно. Но хотя бы намека объяснявшего пропажу людей не обнаружили. Ни капли крови, ни следов когтей, ничего чтобы указывало на жестокий бой не было.       Митяй, собрал волосы на затылке, растерянно осматриваясь, хотя знал что никого не найдет. Отчаяние и ужас пронзил шипами их души. Они видали всякое, но всегда у этого всякого были вполне материальные следы, а тут…       Отчаянный крик Кима заставил Митяя вздрогнуть, ведь в звенящей тишине вопль друга оказался подобен грому.       Митяй подбежал к охотнику с оружием наготове.       — Что? Что случилось? — выпалил Митяй, готовя оружие к бою.       Ким бледный, как состоявший из муки, молча ткнул дрожащим пальцем в распятие.       Митяй поднял лихорадочно блестящие глаза и увидел распятого на кресте Сына Божьего, это было обычное зрелище в церкви. Но вот то что оказалось выцарапано на груди святого точно не было предусмотрено мастером.       Корявыми, дрожащими буквами выцарапано: «Бог в металле»