О будущем горьком замолвим словечко

Расторопные слуги, повинуясь небрежному жесту главы Вэнь, быстро организовали присутствующим роскошный обед. Лань Цижэнь мрачно жевал овощи и рис, специально приготовленные без использования приправ. Весь его вид так и кричал, что он не может примириться с мыслью, что бесстыдный нарушитель правил Вэй Ин посмел столь дерзко шутить над его величайшей гордостью — младшим племянником. Лань Сичэнь и Лань Ванцзи кидали на дядю опасливые взгляды и обеспокоенно переглядывались между собой. Им предстояло о многом поговорить, но сейчас явно было не время. Су Шэ затаился, по-тихому уминая свою порцию и с тоской поглядывая на мясо в чужих тарелках. А что ещё ему оставалось делать, если наставник сказал «не положено», хоть они и не находятся в Облачных Глубинах? Вэнь Чао, с нескрываемым превосходством посматривая на Лань Цижэня, насмешливо произнёс: — Вы только посмотрите на этого знаменитого учителя! Был весь из себя такой гордый — а теперь он просто жалок! — Говоришь так, будто это твоя личная заслуга, брат, — с мягким предостережением в голосе отозвался Вэнь Сюй. Если бы его младший брат был более проницателен, он бы оставил эту тему. Но Вэнь Чао не был ни проницателен, ни мудр, ни даже хоть каплю умён — и замечание старшего брата только ещё больше распалило его: — Он был так уважаем, все восхищались его навыками преподавания и старались примазаться, подсунуть ему на обучение своих детей! А теперь стало ясно, что он кричит на учеников и кидается в них книгами! Он стал всеобщим посмешищем! Вэнь Цин смерила его крайне скептическим взглядом, будто он был последним идиотом Поднебесной и только что сказал просто несусветную чушь. — Боюсь, ты несколько неверно оценил ситуацию и теперь сильно ошибаешься, — процедила она сквозь зубы. — Да что здесь может быть неверным! — скривился Вэнь Чао. — Это ты ничего не понимаешь! Вэнь Жохань вздохнул, обвёл семью внимательным взглядом и покачал головой. Даже на лицах бесхитростных А-Нина и Чжулю, всё ещё стоящего за его спиной, было куда больше понимания ситуации, чем у А-Чао. Вэнь Сюй разочарованно поджал губы: — Во-первых, брат, ты заметил, кто «насмехается» над наставником Лань? Вижу, ты не сильно об этом задумывался, поэтому поясню. Насмехается над ним — только и исключительно наш отец, который может позволить себе ещё и не такое. Глава Не и семья Юй периодически отпускают беззлобные шуточки. Вэй Усянь плевать хотел на всякие правила и принятые нормы, но и он определённых границ не переходит. Всё. Остальные сидят и голос не подают. Даже Цзян Фэнмянь и Юй Цзыюань не вступились за своего воспитанника, что значит, что несмотря ни на что, они полностью доверяют суждениям Лань Цижэня! А уж если судить по виду госпожи Юй, то Вэй Усяню ещё и сверху добавят! — Вэнь Сюй с насмешливым хмыком покрутил в руке пиалу с вином. — Так что со «всеобщим посмешищем» ты знатно погорячился. На самом деле репутация Лань Цижэня, можно сказать, что практически не пострадала. Вэнь Сюй несколько мгновений помолчал, будто подбирал слова. — Во-вторых, если даже верить книге, тот же Не Хуайсан, третий год обучающийся в Гусу, удивлён таким поведением Лань Цижэня. Значит, до этого тот был с учениками намного сдержаннее. Просто Вэй Усянь для него — раздражитель, на который он не может не реагировать. Этакое исключение из правил, — его губы растянулись в улыбке. — Вечное исключение из правил, я бы сказал, — довольно кивнул Вэнь Жохань. — И очень похож на свою мать Цансэ, которую Цижэнь до сих пор терпеть не может. А ведь с её гибели прошло столько лет… — Д-дядя?.. — едва слышно выдохнул Вэнь Нин, широко распахнув глаза. Неужели его дядя, Вэнь Жохань, могущественный Верховный заклинатель, мог быть влю… Вэнь Жохань с грустной усмешкой покачал головой: — Цансэ была редким сочетанием ума, таланта и красоты тела и духа. Эта женщина могла украсить собой любой, даже самый знатный дом, могла стать гордостью любого Ордена… А она так глупо и напрасно потратила свои жизнь и талант. Горько думать, что её сын — не менее талантливый заклинатель с необычайно гибким живым умом — может закончить так же бессмысленно и бездарно. Вместо того чтобы сотворить что-то великое и значимое. Он — редчайшая жемчужина, лучший нефрит! Такие, как он — рождаются раз в десятки поколений! И позволить ему вот так просто сгинуть? Какая напрасная трата для всего мира! — сама мысль, что мир может не увидеть открытий этого юного гения, приводила Вэнь Жоханя в состояние безграничной досады. Как лидер, держащий в своих руках практически безграничные ресурсы, материальные и человеческие, он испытывал почти физическую боль от предположения о невозможности раскрыть и использовать на благо своего клана уже второй талант, оказывающийся в зоне его доступа. — Гм! — кашлянул Вэнь Сюй и вернул разговор к первоначальной теме: — В-третьих, это всего лишь книга. Кто примет на веру её слова? Так что когда чтение закончится, Лань Цижэнь преспокойно вернётся в свои Облачные Глубины и продолжит увеличивать и без того непомерное количество правил на Стене Послушания, а главы всех орденов вплоть до Великих по-прежнему будут всеми силами пристраивать своих отпрысков к нему на обучение. Так что единственное, что грозит Лань Цижэню — это схлопотать удар из-за описанных выходок Вэй Усяня, — расслабленно пожал плечами Вэнь Сюй. Вэнь Жохань довольно улыбнулся, гордый старшим сыном. Вэнь Цин согласно кивнула. Вэнь Чао позеленел от злости и бешеным взглядом уставился в собственную тарелку. Та осталась совершенно равнодушной к его гневу. Вэй Усянь тем временем пытался наслаждаться своим возможно последним в жизни обедом, хотя под грозным взглядом госпожи Юй еда пыталась встать комом в горле. Но Вэй Усянь не был бы собой, если бы сдался, поэтому он лишь растягивал губы в неловкой улыбке, отпускал в сторону Цзян Чэна очередную бессмысленную шутку и просил у слуг ещё приправ. У бедных слуг слёзы из глаз шли только от одного вида совершенно красных от сычуанского перца блюд. Цзян Чэн чувствовал себя не намного лучше — на него мать тоже периодически поглядывала. Естественно, крайне неодобрительно. Иного Цзян Чэн и не ждал. И в этот раз даже был полностью согласен, что достоин именно недовольства. Но во рту всё равно чувствовалась горечь, а глаза противно слезились. Наверное, всё дело в специях. Именно так. — Так значит, ты у нас любитель и ценитель прекрасного? — с насмешкой поинтересовался Не Минцзюэ у своего младшего брата. — Ну-у, ты ведь понимаешь… — Хуайсан прекрасно знал, что брат имел в виду под «прекрасным». — Такое щекотливое дело… — И поэтому ты спрашивал меня, имею ли я что-то против подобного рода литературы, — окончательно развеселился Минцзюэ. — Нет, ну кто бы мог подумать! — покачал головой он. — Какие… Необычные у моего брата интересы! Некоторое время братья молча поглощали еду, пока Минцзюэ не замер от внезапной мысли: — Хуайсан, а ты только читаешь и смотришь, или ещё и сам рисуешь? — Минцзюэ понимал, что от его брата теперь стоит ожидать чего угодно. Но залившееся краской по-детски круглое лицо всё равно стало шоком. — Да ладно?! — Я знаю, что гэгэ против… — теперь выражение Хуайсана стало по-настоящему несчастным. — Но я правда не хотел ничего дурного! Цзинь Цзысюань постоянно бросал задумчивые взгляды в сторону своей бывшей невесты. Возможно, помолвка с ней в действительности была не настолько плоха, как ему казалось ещё год назад. Возможно, ему действительно следовало сначала узнать её получше, прежде чем добиваться разрыва помолвки. Возможно — даже почти наверняка! — Вэй Усянь был полностью прав, дав ему по лицу. Интересно, можно ли ещё всё исправить? И стоит ли исправлять? Хочет ли он исправлять то, чего так упорно добивался? Сяо Синчэнь, Сун Лань и Мэн Яо присматривали за А-Яном, А-Юем и А-Цин, попутно обсуждая книгу, Облачные Глубины и Вэй Усяня. В результате переговоров было решено познакомиться с последним поближе при первом же удобном случае. (Оставалось только надеяться, что сам Вэй Усянь до этого светлого момента доживёт.) Когда все наелись, а Вэнь Цин заварила ещё одну порцию своего чудо-чая, одна из служанок Юй Цзыюань, Иньчжу, с позволения своей госпожи взяла книгу: — Глава шестнадцатая. Изящность. Часть шестая. На следующую ночь Вэй Усянь спал в обнимку с мечом, совершенно справедливо опасаясь, что старый ворчун по фамилии Лань вместе со своим молодым подмастерьем придут по его душу. — Пф-ф-ф! — прыснул со смеху Вэнь Жохань. — «Старый ворчун», говоришь? — Ну, после таких шуточек спать действительно стоит в обнимку с мечом, — ухмыльнулся Не Минцзюэ. — Молодой господин Вэй, в Гусу запрещено приходить по чужие души, — притворно вздохнул Лань Сичэнь. — Однако ночь прошла мирно, а наутро к нему явился Не Хуайсан, вне себя от радости. Не Минцзюэ с тяжким вздохом покачал головой. Следует привыкать, что Хуайсан крутится в этой компании и принимает участие в их развлечениях. Всё-таки собратья по разуму и интересам… — Вэй-сюн, ты действительно везунчик! Старик уехал вчера на Совет Кланов в Цинхэ, и теперь у нас несколько дней не будет занятий! — Ч-что? — Не Минцзюэ недоумённо моргнул. — Какое, гуль его побери, необычайное везение! — Ну хоть кому-то польза от этих вечных переливаний из пустое в порожнее! — рассмеялся Вэнь Жохань. Вэй Усянь и Не Хуайсан скромно улыбались. — Итак, старого ворчуна больше не было, а уж с его молодым подмастерьем можно справиться на раз-два! — Наш паршивец готов к новым подвигам, да? — кислым тоном поинтересовалась Юй Цзыюань. — Молодой господин Вэй, — укоризненно покачал головой Лань Сичэнь. — Пожалуйста, будьте чуть терпимее к моей семье. — Я ничего не имею против ни наставника Лань, ни Лань Чжаня! — тут же заверил его Вэй Усянь, судорожно замахав руками и едва не свалив кувшин с вином. — Вэй Усянь быстро скатился с кровати и, сияя, натянул обувь: — Да, я в самом деле везунчик! Будто сами Небеса благословляют меня! Цзян Чэн с досадливым тцыканьем закатил глаза. Этого болвана ничто не способно заставить одуматься! — Цзян Чэн, стоявший в стороне и тщательно натирающий свой меч… — «Тщательно натирающий свой меч»? — расплылся в гаденькой ухмылке Вэнь Чао. Цзинь Цзысюнь взорвался хохотом. Некоторые из присутствующих не смогли — или не посчитали нужным? — скрыть смешки. — Не все такие бесстыдные извращенцы, как вы! — завопил совершенно красный Цзян Чэн. — Я предупреждал, что твоя страсть к уходу за мечом однажды поставит тебя в неловкое положение! — прошептал ему на ухо Вэй Усянь, при этом крайне враждебно смотря на смеющихся заклинателей. — … охладил его пыл: — Когда он вернётся, тебе не избежать наказания. — Вечно ты всё веселье портишь! — Вэй Усянь ткнул шиди в бок, отвлекая от неловкой ситуации, произошедшей фэнем ранее, и тут же получил ответный тычок и тихое шипение. Отвлекающий манёвр, как и всегда, прошёл на ура. — Вэй Усянь ответил: — Зачем живому волноваться о загробной жизни? Я просто вволю наслаждаюсь жизнью, пока могу. — Мне нравится такая позиция, — улыбнулся Вэнь Жохань. И правда — пока есть возможность, лучше и логичнее получать наслаждение от жизни, а не изводиться из-за каждой мелочи. — А сейчас пойдёмте! Я отказываюсь верить, что в окрестностях Облачных Глубин совсем не водятся фазаны. — Фазанов у нас действительно нет, — с серьёзным и несколько огорчённым выражением лица покачал головой Лань Сичэнь. — Молодому господину Вэю придётся довольствоваться рыбой и кроликами. — Помню-помню! — важно покивал Вэй Усянь. — Несколько глав назад мы это уже обсуждали. Лань Цижэнь впился в бывшего ученика крайне неодобрительным взглядом. — Все трое зашагали прочь, обвив руками плечи друг друга… — Кажется, вы действительно близки, — улыбнулся Вэнь Сюй. Цзинь Цзысюань от тихой зависти едва не скрипел зубами. — … но минуя общую гостиную Облачных Глубин — яши, Вэй Усянь вдруг затормозил и ошеломлённо воскликнул: — Там целых два ворчу… два Лань Чжаня! Лань Сичэнь рассмеялся, бросая весёлые взгляды то на брата, то на Вэй Усяня. Не Минцзюэ насмешливо зафыркал. — Ну, «ворчун» — далеко не самое худшее слово, которым первый ученик Цзян мог охарактеризовать второго молодого господина Лань, — усмехнулся Вэнь Жохань. Вэй Усянь бросил на Лань Ванцзи смущённо-извиняющийся взгляд. — Из яши вышло несколько человек. Возглавляли процессию два юноши, словно высеченные изо льда и нефрита, в одинаковых белоснежных одеждах и с мечами, украшенными кисточками, что развевались по ветру вместе с их лобными лентами. Лань Цижэнь гордо расправил плечи и довольно посмотрел на племянников. — Единственным различием между юношами были выражения их лиц и окружающая их атмосфера. Лань Сичэнь заинтересованно склонил голову. Ему всегда было интересно, как они с братом выглядят в глазах других людей, а уж возможность посмотреть на себя глазами Вэй Усяня — известного нарушителя правил, вечного искателя приключений на одно место и просто бесстыдника… Это была невероятно редкая, но в то же время увлекательная возможность! — Вэй Усянь сходу сообразил: тот, что с неумолимым взглядом — Лань Ванцзи, а тот, что смотрел мягко и кротко, должно быть, второй нефрит клана Лань — Цзэу-цзюнь, Лань Сичэнь. Не Минцзюэ уважительно присвистнул: — Немногие способны различить нефритов клана Лань, тем более так быстро! — Даже в клане нас с Ванцзи часто путают с тех пор, как мы стали одного роста, — улыбнулся Лань Сичэнь. — Наблюдательность и проницательность молодого господина Вэя действительно достойны похвалы! — Едва завидев Вэй Усяня, Лань Ванцзи тут же нахмурил брови и одарил того почти враждебным взглядом, а затем вновь уставился вдаль, будто боялся подхватить от Вэй Усяня скверну, если посмотрит хоть мгновением дольше. Лань Цижэнь довольно покивал. Вэй Усянь обиженно засопел. Цзян Чэн закатил глаза, ухмыляясь. Лань Сичэню внезапно захотелось ударить себя по лицу. Кажется, со стороны поведение Ванцзи выглядит действительно не очень… Лань Ванцзи, смущённый и чувствующий себя крайне неловко, мог только впериться взглядом в стоящую перед ним чашу с чаем. — Лань Сичэнь же, напротив, дружелюбно улыбнулся: — А вы?.. — Чего и следовало ожидать, — Не Минцзюэ с неприсущей ему мягкостью посмотрел на Сичэня. Лань Сичэнь тепло улыбнулся другу в ответ. — Цзян Чэн отозвался уважительным приветствием: — Цзян Ваньинь из Юньмэна. Вэй Усянь последовал его примеру: — Вэй Усянь из Юньмэна. — Ну надо же, — пробормотала Юй Цзыюань, — вы двое всё ещё не забыли элементарные правила приличия! — Моя госпожа… — с укоризной в голосе отозвался Цзян Фэнмянь, видя, как яростно покраснел сын. — Лань Сичэнь поприветствовал их в ответ, а Не Хуайсан едва слышно пискнул: — Брат Сичэнь. — Ну да, как же я мог забыть, что ты тоже там? — вздохнул Не Минцзюэ, покосившись на младшего брата. — Лань Сичэнь повернулся к нему: — Хуайсан, я на днях вернулся из Цинхэ. Твой брат интересовался твоими успехами в учёбе. Так как считаешь, у тебя получится всё сдать в этом году? — Сичэнь, как ты мог в такой момент заговорить о какой-то там учёбе? — Не Минцзюэ закатил глаза. — Этот просит прощения за свои глупость и невежество, — Лань Сичэнь скромно опустил глаза, но в уголках его губ таилась улыбка. — Не Хуайсан замялся: — В общих чертах, да… Не Хуайсан, блуждая по залу глазами, сжался под насмешливым взглядом старшего брата. — Он поник, словно огурец, побитый инеем, и беспомощно посмотрел на Вэй Усяня. Не Минцзюэ басовито расхохотался: — Мой же ты бедненький побитый инеем огурец! Хуайсан растянул губы в неловкой улыбке. Почему-то ему показалось, что брат ещё не раз припомнит ему это нелепое случайное прозвище. — Вот только Вэй Ин тебе не поможет, потому что вскоре вернётся в Юньмэн! — педантично напомнил бывшему бедовому ученику Лань Цижэнь. Улыбка Хуайсана стала ещё более неловкой. — Тот же задорно улыбнулся: — Цзэу-цзюнь, а куда вы вдвоём направляетесь? — Всё-то тебе надо знать, везде-то тебе надо всунуть свой любопытный нос! — проворчала Юй Цзыюань. — Всё в порядке, госпожа Юй, — заверил её Лань Сичэнь. Лань Цижэнь, вопреки словам племянника, выглядел не особо довольным. — Лань Сичэнь охотно ответил: — Нужно уничтожить несколько речных гулей. У нас не хватало людей, и я вернулся за Ванцзи. Многие присутствующие с удивлением посмотрели на первого молодого господина Лань. Чтобы столь сильный и талантливый юноша — и не справился с несколькими речными гулями?! Это что ж там за гули должны быть?! Не Минцзюэ, вспомнив расплывчатый рассказ Сичэня, негромко выругался. Пусть он и не знал подробностей, но это дело явно доставило его другу много неудобств и тревог. Лань Цижэнь, тоже припомнив события годовалой давности, шумно втянул носом воздух, стараясь не смотреть на Вэней. Вэй Усянь и Цзян Чэн понимающе переглянулись и неосознанно придвинулись ближе друг к другу. Если книга действительно расскажет всё, как было, грянет неслабая буря! Лань Сичэнь и Лань Ванцзи выпрямились, готовясь с достоинством встретить последствия, какими бы они ни были. Вряд ли Вэни так просто признают свою вину, но и замять всё, как это случилось год назад, теперь не выйдет. А к худшему это или к лучшему — только время покажет. Цзян Фэнмянь и Юй Цзыюань нахмурились: кажется, Вэй Ин после возвращения из Облачных Глубин упоминал о каком-то происшествии, случившемся по вине Вэней… Но они оба были слишком заняты делами клана и не сильно обратили внимание на его слова, а Вэй Ин, видя отсутствие интереса, не стал настаивать на развитии этой темы. Возможно, они совершенно зря тогда проигнорировали эту ситуацию, посчитав, что она не имеет к ним никакого отношения. — Лань Ванцзи холодно произнёс: — Брат, не стоит отвлекаться на праздные разговоры. Дело не терпит задержек, нам пора отправляться в путь. — Лань Чжань всегда столь суров ко мне! — с горестным видом запричитал Вэй Усянь. — А с чего бы ему быть с тобой ласковым? — фыркнул Цзинь Цзысюнь. Лань Ванцзи кинул на него мрачный взгляд. Ну почему всем нужно вмешиваться в их с Вэй Ином привычный ритуал? — Вэй Усянь спешно заговорил: — Постойте, постойте. Я знаю, как ловить речных гулей. Цзэу-цзюнь, почему бы вам не взять нас с собой? — Ну конечно, как же наш паршивец упустит шанс покрасоваться? — проворчала Юй Цзыюань. Лань Сичэнь про себя тихо порадовался, что молодой господин Вэй тогда проявил интерес к их делам. В ином случае кто знает, как бы всё могло закончиться. Но уж почти наверняка не так благополучно, как закончилось на самом деле: помнится, одного из их адептов — Су Шэ, вроде бы? — молодой господин Вэй чуть ли не за шиворот из омута вытаскивал. После чего за шиворот пришлось вытаскивать уже его самого. — Премного благодарны, но в помощи не нуждаемся! — пробурчал Лань Цижэнь. — Лань Сичэнь молчаливо улыбнулся в ответ, а Лань Ванцзи заявил: — Это против правил. — Правда? В Гусу есть даже такое правило? Запрет на принятие чужой помощи? — удивился Вэнь Сюй. — Не совсем, первый молодой господин Вэнь, — покачал головой Лань Сичэнь. — Правила запрещают перекладывать свои обязанности на других, особенно когда в силах справиться с ними самостоятельно. — А-а-а, — понятливо покивал Вэнь Сюй. — Тогда всё логично. — Ты правильно сделал, Ванцзи, что отказался, — довольно произнёс Лань Цижэнь. — Нам не нужна помощь! Лань Ванцзи аккуратно скосил взгляд на брата, прячущего неловкую улыбку за пиалой чая. Он и сам понимал, что помощь юньмэнцев как раз-таки оказалась более чем кстати. — Вэй Усянь парировал: — Почему это против правил? Мы постоянно ловим речных гулей в Юньмэне. К тому же, у нас всё равно нет занятий сегодня. — Всё ясно: абы куда влезть, лишь бы на месте не сидеть! — закатила глаза Юй Цзыюань. Лань Цижэнь досадливо поморщился: стоило только ступить за порог, как этот нарушитель правил тут же организовал себе нескончаемое веселье! — Юньмэн славился огромным множеством рек и озёр, которые кишмя кишели речными гулями. — «Кишмя кишели речными гулями»? Неужели Орден Цзян так плохо выполняет свои обязанности? — манерно протянул Вэнь Чао. Цзян Фэнмянь посмотрел на него вежливым совершенно-не-понимаю-о-чём-вы взглядом. Юй Цзыюань же даже не пыталась скрыть свои недовольство и презрение. Цзян Чэн яростно поджал губы, сдерживая крутящуюся на языке брань. Вэй Усянь дерзко ухмыльнулся и насмешливо вскинул бровь. Весь его провокационный вид так и кричал — «ну давай, попробуй сказать ещё хоть слово». Вэнь Жохань вздохнул: тяжело жить, когда один из твоих сыновей — идиот. Вэнь Сюй прикрыл ладонью лицо. — Адепты Ордена Юньмэн Цзян действительно были весьма искусны в их ловле… Вэнь Чао покраснел под многочисленными взглядами. — … а Цзян Чэн, кроме прочего, ещё и хотел восстановить добрую славу своего Ордена, что слегка пошатнулась за время их пребывания в Облачных Глубинах. От взгляда Юй Цзыюань у Цзян Чэна и Вэй Усяня по спине сначала пробежались галопом крупные мурашки, а потом выступил холодный пот. — Он прав. Цзэу-цзюнь, мы действительно можем оказать вам существенную помощь. Цзян Фэнмянь одобрительно посмотрел на сына. — В этом нет необходимости. Адепты Ордена Гусу Лань способны… Не дав Лань Ванцзи закончить фразу, Лань Сичэнь с улыбкой произнёс: — Что ж, быть посему. Мы премного благодарны вам за помощь. — Сичэнь!.. — Лань Цижэнь шокированно уставился на старшего племянника. Тот лишь неловко улыбнулся и пожал плечами. Юй Цзыюань тоже удивлённо смотрела то на Лань Сичэня, то на чрезвычайно довольного собой Вэй Ина. Как же, оценили по достоинству и готовы терпеть его назойливую компанию! — Можете идти собираться, а мы подождём вас и отправимся все вместе. Хуайсан, ты с нами? — Тьфу! Постоянно забываю, что ты тоже там, мой побитый инеем огурец! — Не Минцзюэ в сердцах хлопнул по столу, заставив брата подпрыгнуть на месте, а потом состроить оскорблённо-жалостливый вид. Да, Минцзюэ сложно было назвать добрым, а память у него была — дайте боги каждому! — Не Хуайсан был бы не прочь присоединиться, но встреча с Лань Сичэнем напомнила ему о старшем брате. Досадуя про себя, он всё же не решился пуститься в забавы: — Я, пожалуй, откажусь и лучше займусь повторением пройденного материала. Не Минцзюэ удивлённо, но с долей гордости посмотрел на брата. Кто бы мог подумать?!. Лань Цижэнь тоже с недоумением посмотрел на нерадивого ученика. — Он надеялся, что Лань Сичэнь оценит его усердие и замолвит словечко перед Не Минцзюэ. Не Минцзюэ, только что размышлявший, что из его брата может выйти толк, резко сдулся: — А, так вот в чём дело… Хуайсан внезапно почувствовал себя виноватым. Лань Цижэнь тоже выглядел разочарованным. — Тем временем Вэй Усянь и Цзян Чэн отправились собираться в свои комнаты. Юй Цзыюань неодобрительно поджала губы, но ничего не сказала. Честно говоря, она сама не совсем понимала причину своего недовольства. Предложение Вэй Ина и А-Чэна помочь Ланям? Так это хорошо и почётно, проявят себя, прославят Орден. Что им понадобилось специально собираться для ночной охоты? Так в Юньмэне было бы точно так же: даже если бы мечи у них были с собой, нужно позаботиться о талисманах, подходящей одежде, припасах и куче других важных мелочей. Срываться на ночную охоту, как есть и в чём был — признак невеликого ума. Или очень большой беды. — Лань Ванцзи смотрел им вслед, в замешательстве нахмурившись: — Брат, зачем ты позвал их с собой? Уничтожение речных гулей отнюдь не праздная прогулка и не развлечение. Лань Цижэнь согласно закивал. — Лань Ванцзи всё равно тебя не одобряет! — прошептал Цзян Чэн, ткнув надувшегося шисюна в бок. — Но если это тебя утешит, он вообще вряд ли одобряет хоть кого-нибудь кроме своих брата и дяди! Ну разве что, может быть, старейшин своего клана. — Это действительно слабое утешение, — с улыбкой закатил глаза Вэй Усянь. — Лань Сичэнь ответил: — Первый ученик главы Ордена Цзян и его единственный сын широко известны в Юньмэне. Наверняка они умеют не только дурачиться. — Неужели я слышу в вашем голосе неуверенность и сомнение, первый молодой господин Лань? — мягко поинтересовался Цзян Фэнмянь. — До этого мне не доводилось собственными глазами видеть навыки ваших ученика и сына, глава Цзян, поэтому я не смел судить о них, — вежливо ответил Лань Сичэнь. — Конечно! Ведь правилами Гусу запрещено судить, не зная всей картины, разве не так? — рассмеялся Вэй Усянь. — Молодой господин Вэй полностью прав, — улыбнулся Сичэнь. — И я надеюсь, что ни вы, ни молодой господин Цзян не будете держать на меня обиды. — Конечно нет! — замахал руками Вэй Усянь. — Мы с Цзян Чэном ни капли не обижаемся! Вопреки прозвучавшим словам, лицо Цзян Чэна ясно говорило, что «ни капли не обижаемся» там ни разу и близко не стояло. Всё-таки его матерью была Юй Цзыюань, которая даже придуманную обиду могла держать годами, если не десятилетиями, а не Цансэ-саньжэнь, которая даже об открытом оскорблении забывала сразу, как человек пропадал из её поля зрения. — Лань Ванцзи не сказал ни слова, но фраза «Позволю себе не согласиться» читалась у него на лице. — Лань Чжань, как ты можешь?! Ты всё ещё сомневаешься во мне?! — притворно схватился за сердце Вэй Усянь. — Тогда я действительно сомневался в навыках Вэй Ина, — через силу выдавил Лань Ванцзи, пока Вэнь Чао или Цзинь Цзысюнь не ляпнули какую-нибудь очередную гадость. — Но больше — нет. — Что-о-о?! — одновременно закричали Вэй Усянь, Цзян Чэн, Юй Цзыюань, Лань Цижэнь, Вэнь Чао, Цзинь Цзысюнь, Не Хуайсан, Ло Цинъян и Цинь Су. Но Лань Ванцзи лишь с самым безразличным видом налил себе в опустевшую пиалу чая. Лань Сичэнь с гордостью посмотрел на брата. Ванцзи учится говорить словами через рот! — Лань Сичэнь продолжил: — К тому же, ты ведь сам хотел, чтобы он пошёл, разве нет? — Что-о-о?! — по залу снова разнёсся многоголосый крик. — Лань Чжань хотел, чтобы я пошёл?! — раскрыл рот от удивления Вэй Усянь. — Нет, он хотел, чтобы пошёл молодой господин Цзян! — наполовину саркастически, наполовину истерически выкрикнул Цзинь Цзысюнь. — Сплюнь! — гаркнул Цзян Чэн, передёрнувшись всем телом. Не Хуайсан, Ло Цинъян и Цинь Су радостно переглянулись. Лань Цижэнь что-то пробормотал себе под нос слабым голосом. — Лань Ванцзи застыл на месте. — Ну ещё бы! — весело хмыкнул Вэнь Жохань, пытаясь представить, что в этой щекотливой ситуации должен испытывать до зубовного скрежета правильный ланьский зануда. Настоящий Лань Ванцзи тоже застыл прекрасной нефритовой статуей, боясь сделать лишний вдох. — Лань Сичэнь добавил: — Я позвал их лишь потому, что ты выглядел так, словно ждал, чтобы первый ученик главы Ордена Цзян пошёл с тобой. — В каком месте та постная рожа выглядела так, будто Лань Ванцзи хотел, чтобы Вэй Усянь пошёл с ним?! — завопил не выдержавший Цзян Чэн. — Не то чтобы я был полностью согласен с такой формулировкой, но в целом вопрос верный, — Не Хуайсан предвкушающе улыбнулся. — Лань Чжань?.. — неверяще пробормотал Вэй Усянь. Лань Сичэнь поддержал покачнувшегося дядю, и тот крепко вцепился в его руку, будто она была для него единственной опорой. — Перед яши воцарилась звенящая тишина, и казалось, сам воздух заледенел. — Кто бы мог подумать, что второй молодой господин Лань столь застенчив! — насмешливо протянул Вэнь Чао, на самом деле даже не допуская мысли, что его слова могут оказаться правдой, а Вэй Усянь действительно может нравиться Лань Ванцзи. — Минула продолжительная пауза, прежде чем Лань Ванцзи, наконец, заговорил, с трудом выдавливая слова: — Всё совсем не так. — Естественно! Естественно, всё не так! — всё ещё слабым голосом запротестовал Лань Цижэнь. — Этот бесстыдник и нарушитель правил просто не может ничем заинтересовать Ванцзи! — Наставник Лань явно забыл поговорку, что противоположности притягиваются, — развеселился Вэнь Жохань. — А ещё про такие вещи, как равновесие и гармония! — Ну, если смотреть на ситуацию с такой точки зрения… — протянула вторая госпожа Юй. — То второй молодой господин Лань — действительно полная противоположность Вэй Ина, которая может его уравновесить, прикрыть слабые стороны и недостатки. — А Вэй Ин, в свою очередь, уравновесит недостатки и слабые стороны Лань Ванцзи, — захихикала первая госпожа Юй. — Например, всё-таки познакомит с алкоголем и «жёлтыми» книгами! Вэй Усянь, Цзян Чэн и Не Хуайсан одновременно подавились, хотя пил на тот момент только Цзян Чэн. Лань Сичэню пришлось приложить немало сил, чтобы сдержать улыбку. Лань Ванцзи по-прежнему изображал статую. Лань Цижэнь подозрительно позеленел. — А никого не волнует, что мы говорим о том, что Вэй Усянь и Лань Ванцзи могут оказаться обрезанными рукавами? — спросил Вэнь Чао. — Это всё ничего не значащие мелочи, сын! — махнул рукой Вэнь Жохань. Большинство присутствующих явно были с ним не согласны, но возражать всё-таки не посмели: нрав Верховного заклинателя был по-прежнему переменчивее погоды в горах, так что портить его благостное состояние духа — просто умолять о смерти. А жить всем всё-таки хотелось. — Он хотел оправдываться и дальше, но Вэй Усянь и Цзян Чэн уже возвращались, прихватив свои мечи, и Лань Ванцзи пришлось закрыть рот. — Мы вернулись слишком быстро, да? Может, стоило быть помедленнее? — с участием в голосе произнёс Вэй Усянь. — Мне было бы интересно послушать, что ещё мог сказать мой брат, — улыбнулся Лань Сичэнь. Лань Цижэнь издал странный звук, скорее всего, означающий недовольство и возмущение. — Группа заклинателей вскочила на свои мечи и взмыла в небо. Мэн Яо завистливо вздохнул. Ну ничего, он тоже так сможет! Обязательно сможет! Сун Лань понимающе покивал. Ему, воспитаннику храма, тоже не терпелось взлететь в небо. — Место, где завелись речные гули, называлось Цайи и находилось примерно в двадцати ли от Облачных Глубин. Вэй Усянь нетерпеливо заёрзал, будто понятия не имел, что будет дальше. Хотя если книга говорила правду, то он был одним из немногих, кто лучше всего понимал, о чём дальше должна будет идти речь. — Посёлок Цайи был вдоль и поперёк изрезан водными каналами. Неизвестно, образовался ли он благодаря речным сетям сообщения между небольшими городами, или же густой паутине природных каналов, по многочисленным берегам которой стали ютиться людские жилища с белыми стенами и серыми крышами. Реки были переполнены лодками с находящимися в них людьми, а на суше продавались цветы, фрукты, изделия из бамбука, выпечка, тофу, чай, шёлк и хлопок. Сяо Синчэнь завороженно слушал, сверкая глазами от восторга. Значит, вот как живут люди за пределами горы его наставницы! Нет, всё-таки не зря он мечтал вернуться в большой мир, не зря! Здесь столько всего интересного, необычного и весёлого! — Гусу находился в местности Цзяннань, потому говор местных был необычайно мягок и ласкал слух. Даже когда две лодки столкнулись, и несколько сосудов с рисовым вином разбились, брань торговцев между собой всё равно звучала, как пение иволги. — Как можно сравнить брань с пением птиц? — ужаснулся Лань Цижэнь. — Что ты за человек?! Вэй Усянь закатил глаза: — Но ваш говор действительно такой мягкий и певучий! С чем ещё мне его сравнивать?! И какая разница, что на нём говорят?! — Юньмэн славился своими озёрами, но таких маленьких, полузатопленных городков там не было, и Вэй Усянь находил это место довольно занимательным. — И почему я не удивлена? — закатила глаза Юй Цзыюань. — Уж этот паршивец в любой ситуации найдёт возможность позабавиться! — М-может, дело не только в этом? — робко поинтересовался Сяо Синчэнь. — Думаю, я бы тоже нашёл это место занимательным. Как и многие другие… — мальчик прикрыл глаза, пытаясь представить Гусу, Цайи и Юньмэн. Как же хотелось увидеть всё собственными глазами! Все с удивлением и восхищением посмотрели на мальчика. Вот это смелость — добровольно вступить в разговор с Юй Цзыюань, особенно когда она возмущается поведением своего воспитанника! До этого на такое были способны только Верховный заклинатель, через раз — Цзян Фэнмянь и может быть — глава Не. Вэй Усянь тоже оценил и то, что за него вступились, и чужое любопытство. Пожалуй, стоит найти мальчика на перерыве — у них явно найдутся общие темы для разговора! — Он купил два сосуда с рисовым вином и передал один Цзян Чэну. Вэнь Жохань несколько удивлённо вскинул брови. Прозвучало так, будто Вэй Усянь привык абсолютно всем делиться с наследником Цзян… Но посмотрев на юношей, он подумал, что скорее всего, именно так оно и было. — Люди из Гусу так сладко говорят. Разве же это брань? Если бы они увидели, как бранятся люди из Юньмэна, то испугались бы до смерти… — Брань людей из Цинхэ произвела бы на них не меньшее впечатление! — расхохотался Не Минцзюэ. — Думаю, цишаньцы тоже нашли бы, чем их удивить! — ухмыльнулся Вэнь Сюй. — Даже знать не хочу, откуда мой сын такого понабрался! — состроил неодобрительно-разочарованное лицо Вэнь Жохань, но его вид никого не обманул: подрагивающие уголки губ и сверкающие глаза выдавали его веселье с головой. — Что ты так косишься на меня, Лань Чжань? Я не купил тебе вина не потому, что я скряга — разве адептам твоего Ордена не запрещён алкоголь? — О милостивые боги и предки! — пробормотала Юй Цзыюань, в раздражении прикрывая глаза. — Я даже не сомневался в талантах первого ученика Цзян извращать ситуацию в свою пользу! — Вэнь Жохань, казалось, пришёл в ещё более благостное состояние духа. По крайней мере, его улыбка — если, конечно, её вообще можно было назвать таковой — была абсолютно счастливой. — Они совсем недолго задержались на берегу, затем погрузились в десять или около того узких лодок и погребли туда, где поселились речные гули. Мэн Яо поёрзал от нетерпения и волнения. Так как он вырос в Юньпине, ему несколько раз доводилось видеть эту нечисть, слава богам, что не вблизи. Так что ему было интересно, как с ней можно справиться. — Постепенно домиков по берегам становилось всё меньше, а река усмиряла свой бег. Вэй Усянь и Цзян Чэн оба заняли по лодке и устроили между собой соревнование, кто сможет грести быстрее, одновременно слушая рассказ о том, откуда здесь взялись водяные гули. — Ну кто бы сомневался! — проворчала Юй Цзыюань. — Вы двое из любого дела можете устроить состязание! — А разве не вы, матушка, приучили их постоянно соревноваться между собой? — тихо произнесла Цзян Яньли. Юй Цзыюань от возмущения потеряла дар речи. Цзян Фэнмянь, Цзян Чэн и Вэй Усянь усиленно отводили взгляды от женщин их семейства. Не дело это — мужчинам в женский спор лезть, тем более без спроса. Можно и самому остаться виноватым во всём на свете. — Река вывела их к большому озеру под названием Билин. Речные гули не появлялись в посёлке Цайи вот уже десятки лет, но за последние несколько месяцев в этом озере и ведущей к нему реке участились случаи утопления людей и лодок с товарами безо всяких на то видимых причин. Все опытные заклинатели нахмурились. Чтобы «безо всяких на то видимых причин» гули появились в месте, где их не было «вот уже десятки лет»? Да кто в такое поверит?! Это может значить лишь то, что нужно лучше искать первопричину! — Пару дней назад Лань Сичэнь установил по периметру несколько сетей. Он ожидал увидеть одного или двух водяных гулей, но вместо этого поймал целую дюжину. Лань Сичэнь очистил трупы и доставил их в ближайший посёлок, чтобы опознать, но оказалось, что некоторые из мертвецов были незнакомы местным и в итоге за ними никто не пришёл. Вчера он вновь установил сети и вновь поймал немало речных гулей. С каждым прозвучавшим словом присутствующие хмурились всё больше, а адепты, молодые господа и девы, которым не хватало опыта, ещё и начали нервничать. Как ни крути, а ситуация вырисовывалась далеко не самая радостная. — Вэй Усянь сказал: — Вряд ли они утонули в другом месте, а затем приплыли сюда. Речные гули очень тщательно выбирают себе владения. Обычно они остаются там, где погибли, и не покидают своего гнезда. Мэн Яо тщательно запомнил эту информацию, мысленно повторив её несколько раз. Ему сейчас нужна была каждая крупица знаний, которую он только может получить. — Лань Сичэнь кивнул: — Всё так. Вот почему я подумал, что дело вовсе не такое простое, каким кажется на первый взгляд, и попросил Лань Ванцзи сопроводить меня на случай непредвиденных обстоятельств. — Это действительно имеет смысл, — покивал Вэнь Сюй. Лани синхронно покосились на него и остальных Вэней с ничего не выражающими лицами. Вэнь Жохань, заметив их реакцию, недоумённо склонил голову к плечу. Кажется, он умудрился пропустить что-то интересное… — Вэй Усянь произнёс: — Цзэу-цзюнь, речные гули довольно смышлёны. Если мы продолжим всё так же неспешно грести, они заметят нас, спрячутся под водой и ни за что не выплывут. И тогда нам придётся искать их целую вечность. А вдруг мы вообще не сможем их найти? По залу пронёсся негромкий гул. Кто-то соглашался с мнением книжного Вэй Усяня, а кто-то негодовал из-за его беспечного отношения, которое могло стоить жизни простым обывателям. Представители Великих Орденов, к удивлению многих, предпочли воздержаться от комментирования. — Лань Ванцзи ответил: — Мы будем искать столько, сколько потребуется. Это наш долг. На этот раз везде были слышны восхваления добродетели второго молодого господина Лань. Кто-то даже заявил, что Вэй Усяню не помешало бы взять с него пример. Вэй Усянь на такие заявления только дерзко фыркнул и демонстративно налил себе вина. — Вэй Усянь поинтересовался: — Значит, мы будем ловить их только сетями? — «Только»? — тут же заинтересовался Не Минцзюэ. Лань Сичэнь понятливо улыбнулся другу. Его тогда тоже заинтересовала эта фраза Вэй Усяня. — Лань Сичэнь произнёс: — Да, верно. Неужели в Ордене Юньмэн Цзян знают другие способы? Многие заклинатели заинтересованно поёрзали. А как же — узнать о методах одного из Великих Орденов! Возможность заглянуть в тщательно оберегаемые тайны, да ещё и столь влиятельных людей — будоражила, кружила голову будущей сопричастностью к чему-то великому, доступному только избранным. — Вэй Усянь лишь улыбнулся в ответ. Конечно, в Ордене Юньмэн Цзян использовали и сети. — «Использовали и сети». Значит, действительно существует иной способ! — взволнованно прошептал глава Яо. Цзян Фэнмянь вежливо улыбнулся. Юй Цзыюань прикрыла глаза, делая бесстрастный вид. Вэй Усянь, изо всех сил пытаясь сдерживать усмешку, переглянулся с Цзян Чэном, который тоже с трудом держал лицо. Цзян Яньли тихо хихикнула в подол рукава. Пусть она и никогда не участвовала в ночных охотах, но росла в семье сильных заклинателей, да и младшие братья часто хвастали перед ней своими успехами, выпрашивая похвалу и одобрение, поэтому она имела представление о разной нечисти и способах борьбы с ней. А уж охоту на гулей она не раз видела собственными глазами — родители считали, что она обязана хоть сколько-нибудь разбираться в подобных делах*. А-Сянь и А-Чэн в такие моменты всегда беспокойно крутились рядом, готовые прикрыть её в любой момент, хотя прекрасно знали, что никто из охотящихся адептов не подпустил бы тварь настолько близко, чтобы она могла нанести хоть малейший вред юной госпоже Пристани Лотоса. Иньчжу тоже понятливо переглянулась со своей сестрой Цзиньчжу и с дерзкой улыбкой продолжила: — Но кроме этого, Вэй Усянь превосходно плавал, и потому часто нырял под воду и вытаскивал утопленников руками. Зал на несколько мгновений погрузился в тишину, а потом Не Минцзюэ и Вэнь Жохань громко расхохотались. Представители семьи Юй не сильно от них отставали. (Не то чтобы от них специально скрывали эту информацию, просто во время редких визитов к слову как-то не пришлось.) Лань Сичэнь позволил себе негромко рассмеяться. Лань Ванцзи удивлённо смотрел на Вэй Ина, не в силах поверить, что тот голыми руками боролся с гулями. Члены семьи Цзян — вместе с Вэй Усянем, Иньчжу и Цзиньчжу — очень мило улыбались на кислые, полные разочарования мины заклинателей, понадеявшихся услышать какой-то невероятный секрет. Су Шэ, который практически чудом пережил ночную охоту на Билин, уставился на Вэй Усяня совершенно ошарашенным взглядом. Неужели ему совсем не страшно?! Это ведь опасно! Мэн Яо смотрел на Вэй Усяня с восторженным ужасом. Он правда «вытаскивал утопленников руками»?! Такое действительно возможно?! Сяо Синчэнь по этой же причине смотрел на Вэй Усяня блестящими от восхищения и азарта глазами. — Однако это было слишком опасно, и, конечно же, он не стал бы вытворять подобного на глазах адептов Ордена Гусу Лань, иначе всё бы дошло до ушей Лань Цижэня, и тогда ещё одна нотация ему обеспечена. — То есть если бы вы были уверены, что дядя не будет ругаться, вы бы в то озеро прыгнули и начали бы ловить гулей голыми руками? — спросил Лань Сичэнь. — Возможно, — пожал плечами Вэй Усянь. — Но, пожалуй, это и к лучшему, что я не прыгнул. В таком озерце купаться — не самая лучшая идея, — дёрнул плечом. Те, кто был в курсе происшествия на озере Билин, понятливо покивали. Юй Цзыюань и Цзян Фэнмянь удивлённо посмотрели на воспитанника. Это что там должно было быть за озеро такое, чтобы гоняющийся за приключениями Вэй Ин пожелал держаться от него подальше? — Он быстро сменил тему разговора: — Вот бы кто-нибудь изобрёл такую штуку, которой можно приманивать тварей со всей округи, что-то вроде наживки для рыбы. Или даже лучше — компас, который сможет указывать место скопления тёмной энергии. — Но никто не удосужился придумать столь полезные вещи, поэтому первому ученику Цзян пришлось взять всё в свои руки и самому изобретать Компасы зла и Флаги, привлекающие духов, — улыбнулся Вэнь Жохань. — И если верить книге, то он справился с этим весьма успешно, — усмехнулся Не Минцзюэ. Вэй Усянь расплылся в довольной улыбке, чрезвычайно гордый собой. Он прекрасно понимал, что создание подобных предметов, да ещё и с помощью тёмного заклинательства — настоящий вызов всему миру совершенствования. И мысль, что ему, в отличие от его книжной версии, не придётся проходить через это в одиночку, очень радовала. Всё-таки самонадеянным идиотом, кто бы что ни думал, Вэй Усянь не был и свои силы оценивал более чем трезво. Лань Цижэнь гневно запыхтел, но высказаться, что Вэй Ин снова пытается извратить суть вещей, не посмел — всё-таки Верховный заклинатель чётко обозначил свою позицию, и идти против неё было весьма опасно. — Цзян Чэн оборвал его: — Лучше смотри внимательно в воду и старайся заметить речных гулей. Ты опять слишком замечтался. — Он не мечтает, он планирует, — улыбнулся Не Хуайсан. — Это ещё хуже! — Цзян Чэн с недовольным видом скрестил руки на груди. — Вэй Усянь возразил: — Парение на мечах тоже когда-то было лишь мечтой! — Логично, — кивнул Вэнь Сюй. — И правда, — задумчиво кивнул Вэнь Жохань. — Как-то же появился тот Путь заклинательства, которому мы все следуем. И далеко не факт, что тогдашнее общество обрадовалось таким новшествам. А поди ж ты — теперь быть заклинателем крайне почётно! Лань Цижэня прям перекосило всего от подобных слов, но убедительных аргументов против у него не было. Лань Сичэнь тут же подлил дяде успокаивающего сбора. — Однако он послушно вглядывался в воду и внезапно застыл, уставившись на дно лодки, которой управлял Лань Ванцзи. Лань Ванцзи бросил на Вэй Усяня короткий взгляд. А ведь он даже не поблагодарил его тогда… — Какая-то мысль промелькнула у него в голове, и Вэй Усянь завопил: — Лань Чжань, посмотри на меня! Цзян Чэн с мученическим стоном спрятал лицо в ладонях. На лице Вэй Усяня появилась широкая улыбка. Настолько широкая и самодовольная, что не одному из присутствующих захотелось её стереть практически любым доступным способом. — Лань Ванцзи в это время сосредоточенно бдил за речными гулями. Лань Цижэнь кивнул, одобряя действия младшего племянника. — Он поднял голову на окрик и увидел, что Вэй Усянь зачерпнул воду бамбуковым веслом и вот-вот его обрызгает. Юй Цзыюань с крайне скептически-недовольным лицом посмотрела на воспитанника. Вот ведь негодник! Ни за что не упустит шанса повеселиться и довести кого-нибудь до белого каления! — Лань Ванцзи, легко оттолкнувшись, перепрыгнул на другую лодку, тем самым избежав всплеска воды. Лань Цижэнь с гордым видом огладил бороду. Его племянник выше подобных глупостей! — Такое ребячество весьма разгневало его, он подумал, что ожидания его оправдались, и Вэй Усянь напросился на охоту, только чтобы опять подурачиться: — Убожество! — Молодой господин Лань, — Вэнь Жохань с разочарованным видом поцокал языком, — разве этому учил вас ваш дядя? Не разобравшись в ситуации, обзывать других убожеством? Лань Ванцзи потупился, не считая нужным оправдываться. Лань Цижэнь в гневе покраснел и хотел было всё-таки вступиться за младшего племянника, но старший его остановил. Юй Цзыюань покрутила в уме оскорбление молодого Ланя и пришла к выводу, что каким бы бессовестным паршивцем с шилом в одном месте Вэй Ин ни был, как раз убожеством он точно не являлся. Иньчжу замешкалась на мяо, прежде чем продолжить: — Однако Вэй Усянь внезапно пнул лодку, что только что покинул Лань Ванцзи, и, подцепив бортик веслом, перевернул её. Ко дну крепко прицепились три речных гуля с одутловатыми лицами утопленников и мертвенно-белой кожей! — Ого! — присвистнул от удивления и восхищения Не Минцзюэ. — Всё-таки первый ученик Цзян — действительно умелый заклинатель и прекрасно отдаёт себе отчёт в своих действиях! — усмехнулся Вэнь Жохань. Лань Цижэнь покраснел ещё сильнее, но на этот раз точно не от гнева. Получается, Вэй Ин действительно помог Ванцзи?! Лань Сичэнь успокаивающе улыбнулся дяде и смущённому брату. — Адепт, что стоял ближе всех, немедленно разобрался со всеми тремя, а Лань Сичэнь улыбнулся: — Молодой господин Вэй, как вы узнали, что под лодкой были твари? — И правда — как? — заинтересованно подался вперёд Не Минцзюэ. Мэн Яо пытался не слишком сильно пялиться на Вэй Усяня, чтобы не оскорбить его, но своего интереса скрыть не мог. Впрочем, на Вэй Усяня сейчас смотрели многие, пытаясь понять, как его книжная версия узнала о гулях. Было ли это связано с тёмным заклинательством? Может быть, ученик Цзян уже начал практиковать этот еретический Путь? — Вэй Усянь постучал по борту лодки: — Всё просто! Дело в осадке лодки. Он был единственным пассажиром, а осадка была даже больше, чем у лодок с двумя людьми, поэтому что-то совершенно точно тянуло лодку вниз. Услышав ответ, многие не могли скрыть постигшее их очередное разочарование. Особенно болезненным было крушение представлений Цзинь Гуаншаня. Он-то уже пытался понять, на каком этапе своих разработок находится Вэй Усянь и как скоро он станет могущественным Старейшиной Илин! — Логика в чистом виде! — одобряюще улыбнулся Вэнь Сюй и отсалютовал Вэй Усяню пиалой с вином. — И наблюдательность. Ничего лишнего, — Вэй Усянь с улыбкой отсалютовал ему в ответ своей. — Просто и изящно, — покачал головой Вэнь Жохань. — А зачем всё усложнять? — пожал плечами Не Минцзюэ. — Лань Сичэнь одобрил его действия: — А вы и впрямь опытны в охоте на речных гулей. Цзян Фэнмянь с гордостью посмотрел на своего ученика и воспитанника. — Хоть здесь ты нас не опозорил, — Юй Цзыюань коротко кивнула Вэй Ину, выказывая своё одобрение, что случалось крайне редко. — Весло Вэй Усяня легко заскользило по воде, лодка поплыла быстрее, и вскоре он оказался рядом с Лань Ванцзи. — Вот только от Лань Ванцзи ты всё равно не отцепишься, да? — усмехнулась Юй Цзыюань, чтобы поддержать свою грозную репутацию. — Не-а! — Вэй Усянь с широкой улыбкой покачал головой. — Лань Чжаня слишком весело дразнить, чтобы я мог оставить его в покое! — Худший комплимент, который только говорили моему племяннику! — проворчал Лань Цижэнь. Лань Сичэнь, внимательно наблюдая за братом, не мог согласиться с этими словами. — Лань Чжань, я не специально тебя обрызгал. Речные гули очень смышлёные, и если бы я громко рассказал тебе про них, то они бы услышали и уплыли обратно в глубины… Ну же, хватит держать меня за пустое место. Почему бы тебе не взглянуть на меня, второй молодой господин Лань? — И правда, второй молодой господин Лань, разве молодой господин Вэй не заслужил доброго слова или ласкового взгляда? — робко спросила Цинь Су, из-за чего её родители тут же на неё недовольно зашикали. — На этот раз Лань Ванцзи снизошёл до него и удостоил Вэй Усяня взглядом: — Зачем ты подплыл ко мне? Не Хуайсан, Ло Цинъян и Цинь Су переглянулись, обрадованные таким прогрессом в отношениях Лань Ванцзи и Вэй Усяня. — Вэй Усянь ответил со всей искренностью, на которую только был способен. — А ты на неё действительно способен? Не знал, не знал! — пробурчал Цзян Чэн, за что моментально получил шипение на ухо и острый локоть в бок. — Я здесь, чтобы извиниться перед тобой. В ту ночь я был неправ. Это моя вина. — Пф-ф-ф! — прыснул Цзинь Цзысюань, но тут же попытался взять себя в руки. — Ну да, все мы помним, чем закончились твои прошлые попытки извиниться, — ухмыльнулся Не Минцзюэ. Вэй Усяню хватило совести смутиться при упоминании того, как он подложил Лань Ванцзи книгу с весенними картинками. Не Хуайсан заговорщицки переглянулся с Цинь Су и Ло Цинъян. А ещё подумал, что в следующий раз им стоит сесть рядом, чтобы можно было не только переглядываться через весь зал и обсуждать услышанное на коротких перерывах. — Лицо Лань Ванцзи слегка потемнело, скорее всего, потому что он ещё не забыл, как Вэй Усянь «извинился» перед ним в прошлый раз. — О чём я и говорил, — довольно хмыкнул Не Минцзюэ. — Лань Ванцзи в отношении Вэй Усяня допустил одну, но ужасно огромную ошибку, — вздохнул Цзян Чэн. — Вэй Усянь — человек, которого можно либо любить, боготворить и всячески потакать его сумасшедшим идеям, либо истово ненавидеть и пытаться сжить со свету. Но вот равнодушия в адрес несравненного себя он ни за что не потерпит. Так что Лань Ванцзи стоило сразу открыто дать понять, что Вэй Усянь ему неприятен, и тогда бы он успокоился, — Цзян Чэн пожал плечами. Лань Ванцзи поджал губы. Но ведь Вэй Ин ему не неприятен!.. Именно поэтому ему так сложно даже просто самому понять собственные чувства, не то что выразить вслух их словами перед другим человеком! Даже в разговоре с братом он вряд ли бы нашёл нужные слова, способные описать всё противоречивое разнообразие его чувств, а уж в присутствии Вэй Ина у него и вовсе губы слипаются, как от заклятия молчания! — Вэй Усянь спросил, хотя и заранее знал ответ: — Почему ты такой угрюмый? Не переживай. Сегодня я на самом деле хочу помочь. — Да упасите боги и будды от такой помощи! — взвился Лань Цижэнь. Лань Сичэнь тяжко вздохнул. Иметь дело со всем этим будет сложно. Очень сложно. Но он справится. Хотя бы потому, что больше в их семье просто некому. Дядя настроен категорически против Вэй Усяня, Ванцзи — слишком растерян из-за внезапных чувств к нему, а отец… Он просто как всегда в уединении, и вряд ли ему есть дело до переживаний и трудностей его сыновей. Его никогда нет рядом, даже когда он действительно нужен. Сичэнь всё детство мечтал, что однажды отец выйдет из уединения, будет рядом, утешит и поддержит… Особенно они с Ванцзи нуждались в нём и ждали после смерти матери. Но он так и не вышел к ним. А потом Сичэнь просто вырос и понял, что отец скорее умрёт, чем вернётся. И это осознание заставило… Разочароваться в отце. Наверное, Сичэнь — очень плохой и непочтительный сын. — Цзян Чэн больше не мог выносить этой сцены: — Если ты всерьёз собираешься помочь, то кончай болтать и плыви сюда! — Исполняешь роль здравого смысла, раз уж у Вэй Усяня своего нет? — с деланно безразличным видом поинтересовался Цзинь Цзысюань. — Да он и к моему не очень-то прислушивается, — пожал плечами Цзян Чэн. — Я бы прислушался, если бы дело было действительно важным! — возмутился Вэй Усянь. Цзян Чэн только ещё раз пожал плечами с позволю-себе-не-согласиться видом — прям как книжный Лань Ванцзи чуть ранее в этой же главе. Цзинь Цзысюань же упивался своей маленькой победой — он смог поговорить с «братьями из Юньмэна» и даже не поругаться! Это определённо первый и маленький, но очень важный шаг к налаживанию отношений с ними и Цзян Яньли! (Знать бы ещё точно, для чего ему это нужно!) — Неожиданно один из адептов крикнул: — Сеть пошевелилась! И действительно, верёвки одной из сетей задёргались. — Хо-о? — подался вперёд Не Минцзюэ. — Ещё не всё? Лань Сичэнь с тяжёлым сердцем и чувством вины покачал головой. Год назад он не стал подробно рассказывать другу об этом происшествии. Не потому что не доверял — потому что Минцзюэ мог сгоряча наделать глупостей. Поэтому Сичэнь, не желая его провоцировать на ссору с Верховным заклинателем, объяснил всё парой предложений в самых общих формулировках, а Не Минцзюэ, поняв, что он не желает говорить на эту тему, тактично не стал настаивать. — Вэй Усянь просиял: — Здесь, здесь! — Было бы, чему радоваться! — закатила глаза Юй Цзыюань. — Густые, словно замасленные, длинные волосы чёрной шёлковой вуалью клубились посреди лодок. То тут, то там из воды появлялись полусгнившие руки и хватались за борта. Не Хуайсан побледнел и искренне порадовался, что его тогда не было на этом проклятом озере. Иначе бы он наверняка не один год мучился кошмарами! — Лань Ванцзи обнажил Бичэнь и отсёк с десяток кистей, что вцепились в левый борт, оставив лишь ладони с одутловатыми пальцами, крепко вонзившимися в дерево. Позеленевший Мэн Яо нервно передёрнулся. Возможно, он несколько поторопился в своём желании стать заклинателем… — Только он собрался разобраться с теми, что держались за правую сторону, как красная вспышка вихрем пронеслась перед его глазами, и Вэй Усянь уже убирал свой меч обратно в ножны. Вэй Усянь гордо расправил плечи. — Не будь, как павлин! — зашипел на него Цзян Чэн. — А не многовато-ли гулей для места, где их «не было десятки лет»? — нахмурился Не Минцзюэ. — Действительно подозрительно! — напряжённо кивнул Цзян Фэнмянь. Кажется, дело принимало опасный оборот, а они с женой — ни сном, ни духом о том, как рисковали собой их сын и воспитанник! Если, конечно, книга говорит правду… — Внезапно вода успокоилась, и сеть прекратила дёргаться. Вэнь Жохань, изобразив на лице вежливое недоумение, вскинул бровь. Что-то с этой нечистью явно нечисто, каким бы каламбуром это ни звучало. — Всего несколько мгновений назад меч Вэй Усяня двигался с невообразимой скоростью, но Лань Ванцзи уже смог определить, что оружие было высочайшего качества. Вэй Усянь с ещё более довольным видом нежно огладил рукоять радостно задрожавшего Суйбяня. Представители малых и средних кланов старались скрипеть зубами не слишком громко. — Он с уважением спросил: — Как называется твой меч? Вэй Усянь тут же захихикал. Цзян Фэнмянь и Цзян Яньли улыбнулись, уже зная, что будет дальше. Ведь А-Сянь так любит эту шутку! Цзян Чэн и Юй Цзыюань закатили глаза. Иньчжу и Цзиньчжу хмыкнули. Члены семьи Юй старательно давили понятливые смешки. Лань Ванцзи только вздохнул. Вэй Ин — такой Вэй Ин. Лань Сичэнь вздохнул: это была достойная попытка наладить контакт с Вэй Усянем! Жаль, что Ванцзи не хватило духу дойти до конца. — Вэй Усянь ответил: — Какая разница. Спустя пару мгновений недоумённой тишины зал взорвался возмущённым ропотом. Как можно так отзываться о своём мече?! Вэнь Жохань, Вэнь Сюй и Не Минцзюэ только с интересом смотрели на Вэй Усяня, уже догадываясь, что где-то здесь просто обязан быть подвох. Вэй Усянь же изо всех сил старался удержаться от слишком уж пакостливого и предвкушающего лица. — Лань Ванцзи уставился на него. — Ещё бы не уставиться тут! — пробормотал глава Яо. — Вэй Усянь подумал, что тот не расслышал, и повторил ещё раз: — Какая разница. Большинство присутствующих просто задохнулись от такой вопиющей дерзости. — Как вообще воспитывали этого наглеца?! — возмутился глава Чан. Цзян Фэнмянь лишь благожелательно улыбнулся. Юй Цзыюань, к всеобщему удивлению, прикрыла глаза и промолчала, а не принялась распекать совсем распоясавшегося воспитанника. — Лань Ванцзи нахмурился и отрезал: — У этого меча есть душа, и говорить о нём столь фривольно крайне непочтительно. — Вот именно! — пробухтел глава Оуян. — Да! Как можно так относиться к собственному мечу?! — с показной досадой покачал головой глава Яо. — Наверное, его меч просто оказался далеко не так хорош, как говорит книга. Иначе он бы вряд ли так к нему относился! — протянул Вэнь Чао, дождавшись своего звёздного часа. — Уверен, так оно и есть! — поддержал его Цзинь Цзысюнь. — Какое «оружие высочайшего качества» может быть у сына слуги? — То есть молодые господа Вэнь и Цзинь считают, что я не в состоянии достойно обеспечить своего воспитанника и первого ученика своего Ордена? — с самым добродушным видом поинтересовался Цзян Фэнмянь. — Вэй Усянь тихонько вздохнул: — Хоть раз в жизни мысли не по правилам, а? Я не говорил о своём мече фривольно и непочтительно, просто так получилось, что его имя — «Какая разница». Вот, смотри. После этих слов зал на несколько мгновений оторопело замер. Казалось, что некоторых вот-вот хватит удар. — Я знал, что первый ученик Цзян меня не разочарует! — выдавил наконец Вэнь Жохань и разразился смехом. Не Минцзюэ покачал головой, всё ещё удивляясь столь странному имени для меча, но на губах его была весёлая ухмылка. Вэнь Сюю просто было интересно, почему меч назвали именно так. — Сказав так, он передал свой меч Лань Ванцзи, чтобы тот посмотрел на иероглифы, выгравированные на ножнах. И действительно, в переплетениях орнамента красовались два иероглифа древнего начертания — «Какая разница». — От молодого господина Вэя следовало бы ожидать чего-то такого, — Лань Сичэнь с улыбкой покачал головой. — Д-да к-кому бы вообще в г-голову пришло?!. — слабым голосом возразил Лань Цижэнь. Юй Цзыюань как бы невзначай скосила глаза на мужа. Цзян Фэнмянь неловко улыбнулся и едва сдержался, чтобы не потереть затылок, как провинившийся мальчишка. И почему никто не может оценить столь тонкого юмора? — Лань Ванцзи на несколько секунд лишился дара речи. — Любой бы лишился! — фыркнул Цзинь Цзысюнь, не в силах принять очередного поражения, пусть и на этот раз — от самого главы Цзян, а не его ученика. Цзинь Гуаншань скрыл полное досады лицо за веером. За что ему боги только послали такое несчастье — ни сын, ни племянник ничего не понимают в изящном искусстве политики! Два толстокожих обалдуя, привыкших переть напролом с мечами наперевес! — Вэй Усянь с искренней заботой пояснил: — Можешь ничего не говорить. — Спасибо за разрешение, сами бы не догадались! — Вэнь Чао держался из последних сил, чтобы не высказать всё, что он думает о Вэй Усяне. — Я знаю, что ты хочешь спросить, почему я так назвал свой меч. — Мне тоже очень интересно! — отозвался Вэнь Сюй. Вэнь Жохань с улыбкой кивнул, соглашаясь. Не Минцзюэ заинтересованно косился то на книгу, то на Вэй Усяня. — Все думают, что его имя имеет скрытый смысл и особое значение. Но на самом деле, ничего подобного. — А? Как это?! — выдавил из себя Лань Цижэнь. Он искренне надеялся, что у Вэй Ина хотя бы была веская причина назвать свой меч так глупо. — Просто так вышло, что когда дядя Цзян преподнёс мне этот меч и спросил, как я хочу его назвать, я перебрал больше двух десятков имён, но всё равно не остался доволен ни одним из них. Тогда я подумал, что, может быть, дядя Цзян подберёт для него имя, и сказал: «Какая разница!», заранее согласившись с его вариантом. Но кто же знал, что на мече действительно отчеканят эти иероглифы! Дядя Цзян сказал: «Раз такое дело, то почему бы не оставить ему это имя?» — Так вот как появилось имя «Суйбянь»! — покивал Вэнь Сюй. — Действительно необычно! Но «необычно» — не значит «плохо», — хмыкнул Не Минцзюэ. — У этого имени нет скрытого смысла или особого значения, но за ним стоит своя история, — Вэнь Жохань улыбнулся, будто и сам вспоминал какую-то историю из своей жизни. Может, не самую яркую и интересную, не самую значимую, но судя по выражению его лица — точно какую-нибудь приятную. — Юмор главы Цзян как всегда тонок и изящен, — сделал комплимент Цзинь Гуаншань. Просто на всякий случай, хоть ему самому такое имя не понравилось, но какая-то забавная ирония в нём всё равно была. — Рад, что глава Цзинь оценил, — улыбнулся Цзян Фэнмянь. — Честно говоря, не такое уж оно и плохое, да? — «Не такое уж и плохое»?! — взвился Вэнь Чао. — Да оно ужасное! — Вот именно! Как вообще можно дать мечу такое имя?! — подхватил Цзинь Цзысюнь. Все присутствующие посмотрели на них, как на идиотов. Ещё бы: главы их кланов только что высказали своё одобрение, и возмущаться дальше — открытое проявление неуважения уже к своему главе. Даже если имя у меча Вэй Усяня действительно дурацкое. — Лань Ванцзи, наконец, смог проговорить сквозь зубы: — Вздор! Вэй Усянь весело фыркнул, послав Лань Ванцзи провокационный взгляд. Лань Ванцзи отвернулся, стараясь скрыть смущение. — Вэй Усянь положил меч себе на плечо. — Какой же ты всё-таки зануда! Ты разве не понимаешь, как забавно иметь меч с таким именем? Особенно хорошо получается ставить в тупик всяких чинных-благородных зануд, вроде тебя. Срабатывает каждый раз, ха-ха! Цзян Чэн и Юй Цзыюань синхронно закатили глаза. Лань Сичэнь сцедил смешок в подол рукава. Не Минцзюэ коротко хохотнул, представив, как Вэй Усянь из раза в раз проворачивает этот трюк. — Стойте! — внезапно завопил Вэй Усянь, до которого всё-таки дошло. — Это что же теперь получается?! Раз все знают, как мой меч получил такое имя, никто больше не будет спрашивать?! Эта книга испортила мою лучшую шутку! — он схватился за голову. — Перестань драматизировать! — фыркнул Цзян Чэн. — Долго ли умеючи — придумать новую? — Это, конечно, так, — надувшись, согласился Вэй Усянь. — Но эта всегда срабатывала! — Хороший повод отточить остроумие, которым ты так гордишься, — усмехнулась Юй Цзыюань. — В ту же секунду из изумрудных глубин озера быстро поднялась длинная чёрная тень и устремилась к маленькой лодке. Не Хуайсан встрепенулся, как перепуганный кролик. Мэн Яо замер, чуть дыша. Су Шэ передёрнулся от воспоминаний. — Цзян Чэн уже расправился с речными гулями на своей стороне и внимательно смотрел, не пропустили ли они ещё кого. Увидев тень, он немедленно завопил: — Тварь возвращается! — Не теряешь бдительности, — одобрительно кивнул сыну Цзян Фэнмянь. Юй Цзыюань тоже выглядела довольной. Цзян Чэн склонил голову, стараясь скрыть внезапно выступивший румянец. Он уже и не помнил почти, когда родители его так открыто хвалили, да ещё и оба сразу. Но за одно это, видят боги, он был готов иметь дело с проклятым бездонным омутом сколько угодно раз. — Конец, — Иньчжу закрыла книгу. — На таком моменте? — возмутился Не Минцзюэ. — Глава Не говорит так, будто это я писала книгу, — хмыкнула Иньчжу. Не Минцзюэ не стал продолжать спор, но выглядел по-прежнему недовольным и нетерпеливым. Лань Сичэнь переглянулся с братом и дядей и вздохнул. Всё это действительно будет трудно. Удастся ли им выйти без потерь из сложившейся ситуации, если книга расскажет о бездонном омуте и неприглядном поступке Вэней? Не разгневается ли на них Верховный заклинатель? А если разгневается, хватит ли им сил, чтобы выдержать его недовольство? Будущее, несмотря на книгу, было совершенно неясным. *Автор хочет напомнить, что несмотря на то, что Цзян Яньли не участвовала в непосредственном уничтожении нечисти на горе Байфэн, она вполне спокойно гуляла по последней в компании Цзинь Цзысюаня, который ещё и приглашал её в свои охотничьи угодья. Так что логично предположить, что даже если Цзян Яньли, в отличие от своих младших братьев, не мочит нечисть пачками, то она всё равно не раз видела её вблизи.