Я не боюсь жить

Его душу тяготило какое-то неприятное чувство. Оно отдавало резкой болью в голове и металлическим привкусом во рту. Он опять все испортил. Если бы он не был настолько категоричен, Октябрь рассказал бы ему все. Если бы он не был таким резким, может, ему бы и помогли. Если бы он не был таким замкнутым, то отношения с рыжим были бы намного лучше. Если бы, если бы, если бы…

Если бы его не было, все было бы нормально.

И вот, теперь его гложет чувство вины, и ускоряет процесс саморазрушения осознание того, что он вновь кому-то доверился. Еще бы чуть-чуть, и, возможно, его бы опять бросили с разбитой душой, словно игрушку, которая надоела. Кажется, он и так всем надоел. Поток мыслей останавливает Майя, зовя на очередной снимок. Собрав все остатки сил, он двинулся в кабинет рентгена через минут пять после того, как ему сказали идти туда. Ничего, это всего лишь снимок. Подождут ещё. Дорога в кабинет не занимала много времени, но сегодня он двигался немного медленнее, чем обычно. Когда он дошел до кабинета, прямо перед ним упала девушка, и похоже, она была без сознания. Увидев, что вокруг никого нет, Гюстав торопливо подошел к девушке. Рядом стоял кулер с водой, поэтому единственное, что ему пришло на ум — это похлопать пострадавшую по щекам и брызнуть ей водой в лицо, чтобы та пришла в сознание. Лёгкие пощечины ничего не дали, а вот от струи жидкости в лицо он медленно открыла глаза, пытаясь сориентироваться. — Моргните, если вы меня слышите, — черноволосый знал, каково это — приходить в сознание после обморока, поэтому не стал заставлять девушку говорить. Светло-голубые глаза медленно закрылись и так же неторопливо открылись, а это значило, что она его слышит. Он аккуратно помог ей подняться, неуклюже опираясь на костыли. Что что, а равновесие у него отменное. Девушка пошатывается, но стоит. Он предлагает ей помощь, а она вежливо отклоняет предложение. Она уже почти ушла, но в последний момент развернулась и нежным, успокаивающим голосом произнесла: — А приходи ко мне после дневного отдыха на четвёртый этаж, в двести тридцатую, и мы с тобой и поболтаем, как тебе? — Я приду, — он не знал, почему он ответил именно так, но расстраивать девушку он не собирался. — Тогда я пойду. Кажется, ты куда-то шёл? — Да, я пойду. До встречи. Он только заметил, что у нее были белые, почти седые волосы. Возможно, она их красит, а возможно нет. Ну тут сложно сказать. И все же, Майя точно его убьет.

***

Аппарат, проявляющий снимки, сломался, поэтому к нему никто сегодня не пришёл. Скорее всего, ему скажут результаты завтра. Так что сегодня ему не стоит думать об этом. Дневной отдых тянется медленно, словно плохо расплавленная резина. Но как только медсестры начинают будить пациентов, он рывком встает с кровати. Костыли — его опора — всегда рядом и никогда не бросят. А он их может бросить. Вот только это не повод раскаиваться перед парой железяк, скрепленных между собой другими железяками. Или не железяками. Но точно чем-то металлическим. Аккуратно, не так неловко, как в первый раз, он пошел к лестнице, заранее убедившись, что там никого нет. И вот пред ним предстаёт новое испытание. Ступеньки. Он ведь никогда не передвигался на них с костылями. Можно было бы поехать на лифте, но там огромен шанс нарваться на медперсонал, который настрого запретил передвигаться по палатам, а тем более по этажам. Тяжко вздохнув, он поставил костыли на ступеньку, а затем ногу в аппарате. Приложив усилия, он все же смог подняться. Маленькая победа, но для достижения поставленной цели он должен сделать десятки таких побед. Преодолев лестничный пролет, он понял, что если он и доберется до четвертого этажа, то в очень разбитом состоянии. После трех пролетов он хотел остановиться и отдохнуть, но тут из коридора этажом ниже послышалась пара женских голосов, и это были явно не пациенты или посетители, поэтому он быстро (насколько мог) начал подниматься к своей цели. Судя по табличке, та палата, которую ему назвали-

Находится не в том крыле больницы.

Ему придется преодолеть почти весь этаж, чтобы попасть в ту палату. Выждав подходящий момент, Гюстав поковылял в сторону другого крыла, и его не волновало, что со стороны он выглядел несколько… Комично. Дорога из одного крыла в другое кажется не такой долгой, но только если ты не на костылях. Когда заветная дверь стала видна, за ним послышались шаги, и на его плечо приземлилась чья-то теплая рука. Черноглазый резко вздрогнул от неожиданности, не в силах повернуться. — Гюстав, я ждала тебя, — фух, это Сьюзан. Можно не волноваться. Вот только чего она его ждала? — Та девушка, которой ты помог, говорила, что ты придешь. Я очень рада, что ты начал помогать другим. Удачно вам поболтать! — А… Спасибо, Сьюзан. — Не за что! Девушка скрылась за поворотом, а сам он дошел до двери и остановился. А что ему следует говорить? Что говорить? Как действовать? Не ответив ни на один из своих вопросов, он постучал.