Heart of Dragon

«Каждая нота имеет свой цвет, как каждая болезнь имеет свои причины»

***

Огромный, суровый и непроходимый лес утопает в полумраке и прохладе. Хёнджин устал за пройденный день, но дойти до дома необходимо. Бабушка будет переживать, а в её возрасте лучше не беспокоиться. Лиён тоже скорее всего сидит, волнуется. Идущий рядом Минхо что-то бубнил себе под нос. Они уже около часа бродят по лесу, но так и не могут из него выйти. Сегодняшний лес выглядел особенно. Таинственный и даже пугающий. Стволы деревьев внушительных размеров не покрыты мхом, грибами и вьющимися растениями. Они полностью голы. Всюду пахнет хвоей и влагой. Верхушки разнообразных елей и сосен устремлены высоко вверх, они практически полностью загораживают небо, поэтому почва в этом лесу сырая. Перебравшись через небольшой ручей по поваленному дереву, Хёнджин сел на землю перевести дыхание. Минхо, кое-как перебравшись через воду, поскользнулся и упал на землю. — Я сдаюсь, — протянул Минхо, переворачиваясь на спину. Выдохнул и прикрыл глаза, наслаждаясь отдыхом. Хёнджин устало усмехнулся и взглянул на небо. В этом лесу царит могильная тишина, и в последнее время встретить здесь живое существо помимо птицы — удивительная редкость. Про дракона Хёнджин так и не рассказал другу. Не смог. Посчитал, что даже в глазах друга будет казаться трусом. Посмотрел на Минхо, который до сих пор блаженствовал на земле. Впрочем, почему он не может рассказать всё другу, который ему, как брат родной? Хёнджин грустно усмехнулся. Он даже с Минхо боится поговорить об этом. Что тогда говорить о драконе, если он боится… А чего он боится? Осуждения? Что на него будут вечно косить глаза, как на больного? Ну уж нет, такого Хёнджин точно не допустит. Лучше, если об этом никто не узнает. Так легче. Словно почувствовав напряжённую атмосферу, исходящую от товарища, Минхо, кряхтя, поднялся с земли, отряхивая себя от еловых иголок. Подойдя к Хёнджину, который сидел всё в той же позе, даже не шелохнулся, сел рядом с ним. — Что происходит? — тихим голосом спросил Минхо, смотря Хёнджину в лицо. Тот от такого вопроса напрягся, начал бегать глазами по своим рукам. Конечно, Минхо заметил это волнение, только не мог понять из-за чего его друг так занервничал. Было видно, что Хёнджин ещё не готов говорить, не готов делиться чем-то, что его беспокоит. Поэтому Минхо не стал давить на друга, только успокаивающе положил свою ладонь на плечо Хёнджина, немного сжимая. Хёнджин от этого жеста успокоился. Понял, что Минхо не будет выкапывать из него правду. Минхо не такой. Так просидели они минут восемь. Минхо, уже начавший засыпать, увидел на руке друга необычный перстень. Нахмурившись, присмотрелся повнимательнее. Раньше такого украшения Минхо не видал в их краях. Красный, яркий и большой камень украшал безымянный палец правой руки. Минхо не был знатоком в самоцветах, но точно был уверен что это рубин. — Откуда перстень стырил? — хитро поинтересовался Минхо, невольно поглядывая на кольцо. Хёнджин, до этого смотрящий в небо, вздрогнул от слов друга, а потом непонимающе взглянул на Минхо. Посмотрев, куда устремлён взгляд друга, Хёнджин посмотрел на свои ладони. Он и сам не понимал, зачем носит это кольцо. Можно было его спокойно продать и получить за него хорошую плату, но… Что-то не давало это сделать. Словно перстень всегда принадлежал ему, а отдавать свои вещи он не будет. Повертев перстень на пальце, Хёнджин со вздохом ответил. — Помнишь, когда мы встретили незнакомца, я упал? — дождавшись утвердительного кивка, Хёнджин продолжил. — Ну вот тогда я и нашёл этот перстень. Он просто валялся на земле. Минхо удивлённо перевёл взгляд сначала на украшение, затем на лицо друга. — Да я смотрю, ты у нас счастливчик! — почему-то весело отозвался Минхо, несильно хлопнув друга по спине. — Можно? Хёнджин сначала не понял вопроса, но потом, увидев вопросительное лицо Минхо и как он переводит глаза на колько, понял. С лёгкой улыбкой, Хёнджин снял перстень и протянул его другу. Минхо с улыбкой во все зубы взял перстень и надел его себе на палец, а потом… Резкий крик боли пронзил тишину леса. Минхо отскочил в сторону, пытаясь снять с себя кольцо. То поддалось не сразу. Сняв с пальца украшение, Минхо отбросил его от себя, морщась от боли. Хёнджин подскочил с места и рухнул на землю рядом с другом. Минхо держался за палец, сжимая его в кулак другой ладони и ноя от боли. Хёнджин аккуратно дотронулся до руки друга, и тот разжал свою ладонь. Палец был весь в ожоге и крови, которая до сих пор сочилась из кожи. Хёнджин отрезал клинком кусок ткани от своей рубахи и перевязал ею руку Минхо. — Ч… что это… было? — морщась, прохрипел Минхо. Хёнджин ничего не ответил. Аккуратно приблизился к брошенному кольцу, которое спокойно лежало на земле, словно и не оно чуть не лишило сейчас Минхо пальца. Осторожно дотронувшись до украшения, уже ожидая боль, Хёнджин с удивлением открыл глаза, смотря на перстень. Хёнджин перевёл взгляд на Минхо, который до сих пор сидел на земле, морщась от боли. Почему же с Хёнджином ничего не происходит? Помотав головой, Хёнджин поднял перстень и убрал его в карман своей накидки. Стоит на время спрятать куда-нибудь кольцо, пока он не поймёт, что это вообще за украшение. То, что оно необычное, сразу понятно. Не каждое кольцо будет сжигать руку. Подойдя к Минхо, Хёнджин помог тому подняться. Надо было возвращаться в деревню. Время уже скорее всего перевалило за полночь. Идя по заросшей тропе, Хёнджин никак не мог забыть произошедшее. Если Минхо надел кольцо, и оно его ранило, то почему же тогда с ним ничего не происходит? Или дело в Минхо? Или в нём? Хёнджин уже ничего не понимал. Единственное, что сейчас он желал, это поскорее оказаться дома, где нет торчащих корней деревьев и холодного ветра. Хёнджин сбился со счёта, сколько времени они ходили по этому лесу, но, когда они вышли на знакомую тропу, луна уже во всю хозяйничала на небе. Луна богата силою внушенья, вокруг неё всегда витает некая тайна. Тайна, которую постигает каждый по-своему. Для Хёнджина луна — это подруга в ночи, хоть она и не собеседник, но ей можно рассказать все свои тайны и грехи, сидя ночью на окне, и быть уверенным, что она не раскроет никому его секреты. Выйдя на кромку леса, Хёнджин услышал облегчённый вздох друга. Оно и понятно. Хёнджин тоже устал. Главное, что они вышли из леса и теперь направлялись в сторону деревни. — Славу Ангелу, мы дома, — с весёлой ноткой сказал Минхо, садясь на лавку, стоящую возле чьего-то дома. Хёнджин сел рядом с другом, пряча руки от холодного ночного ветра в больших карманах накидки. На улице стояла тишина, которую прерывало угуканье совы. — Так, — решился прервать затянувшееся молчание Хёнджин, — как всё-таки пленнику удалось сбежать, особенно от тебя? Минхо на этот вопрос сразу напрягся, отводя глаза. Если он сейчас расскажет Хёнджину о том, что помог зеленоглазому сбежать, то тот пойдёт и расскажет отцу? Если так, то за этим поступком последует наказание. Видя смятение и нерешительность в глазах друга, Хёнджин положил свою руку на плечо Минхо, давая понять тому, что ему можно рассказать. Довериться. Ведь как-никак они друзья с самого детства, они, как братья. — Ты можешь сказать мне, — продолжил Хёнджин, пытаясь заглянуть в глаза Минхо, но тот только отводил взгляд, смотря на свою перевязаную руку. — Не стоит держать всё в себе и закрываться от меня. Минхо поднял голову и, посмотрев на небо, улыбнулся. Он хочет, очень хочет рассказать, хочет сказать правду, что это он позволил пленнику сбежать, но… Он не может. Если он сейчас расскажет правду, то Хёнджин будет знать. Хёнджину придётся обманывать ради того, чтобы спасти Минхо от изгнания. Минхо и сам не понимал, зачем пошёл на такой риск ради какого-то паренька, которого даже больше не увидит в своей жизни. Но почему-то тот поступок кажется ему правильным, словно так и должно было произойти. Минхо перевёл плавно взгляд с неба на обеспокоенное лицо друга, пытаясь улыбнуться. — Я, — начал Минхо, пытаясь быстро придумать что нибудь, — я не знаю. Всё произошло быстро. Вот мы идём к твоему отцу. Затем время словно замедлилось, и я упал на землю, а потом… А потом он убежал. Я за ним. Дальше ты знаешь. Хёнджин молча слушал, до сих пор не понимая, как от Минхо смог улизнуть этот хрупкий пацан. Понимающе кивнув, Хёнджин устало выдохнул, больше не поднимая эту тему. Если Минхо не хочет пока открывать правду, он не будет на него давить. Вдруг сзади послушался звук открывающейся двери. Юноши обернулись и обнаружили на крыльце дома пожилого мужчину, лет шестидесяти. Длинная седая борода спадала на грудь. В темноте было сложно разглядеть его лицо, но юноши сразу узнали в нём дедушку Хо. — Юноши, — хриплым голосом обратился старик к ним, — на улице луна уже, а вы не дома. Что-то случилось? Минхо с Хёнджином переглянулись и встали с лавки. Подошли к дедушке Хо и поклонились в знак приветствия. — Извините, дедушка Хо, что побеспокоили вас, — виновато произнёс Минхо. Дедушка Хо кивнул, давая знак, что простил нарушителей ночного спокойствия. Он оглядел юношей, останавливая свой взор на руке Минхо, перевязанной в клочок рубашки Хёнджина, который пропитался алой кровью. Хо перевёл вопросительный взгляд на Минхо, затем на Хёнджина. — Не волнуйтесь, — поняв немой вопрос, начал говорить Хёнджин. — Неудачно упал. Заживёт. — Да, да, — поддержав легенду друга, закивал Минхо. — Заживёт. Нам это… Домой пора. Мы пойдём. Только юноши, поклонившись, развернулись и направились за пределы этого дома, как их снова окликнул старик. Друзья оглянулись, останавливаясь. Дедушка Хо спустился со ступенек и подошёл к ним. — Хёнджин, — обратился он к нему. Хёнджин нахмурился, слушая внимательно. — Твоя бабушка сегодня сильно переживала за тебя, и её состояние ухудшилось. Прошу, не заставляй больше так волноваться её сердцу. Хёнджин взволнованно посмотрел сначала на друга, потом на старца и, кивнув ему, побежал прочь от этого дома, убегая в сторону своего дома. Если бы он не уходил прошлым днём за поисками дракона. Если бы он остался и помог Минхо, пленник не сбежал бы. Они бы не потерялись в лесу до ночи. Бабушка не переживала бы. А выходит, что именно из-за него ей стало плохо. Проклиная себя за все грехи, Хёнджин уже подбегал к дому, когда его окликнул догоняющий Минхо. Хёнджин остановился, дожидаясь, когда подбежит друг. Минхо, догнав его, остановился чуть ли не падая от усталости. — Ради Ангела, сколько можно уже бегать сегодня, — задыхаясь, прохрипел Минхо, — Слушай, мне жаль, насчёт твоей бабушки. Уверен, всё будет хорошо. — Надеюсь, Минхо, надеюсь. Минхо видел, как больно другу. Бабушка была для него всем. Она заменила ему мать. Научила ходить, говорить, даже читать. Но, самое главное это то, что она всегда была рядом и любила всей своей доброй душой. Минхо подошёл поближе к другу и крепко обнял. Хёнджин сначала не понял, что происходит, но спустя несколько секунд обнял друга в ответ. Попрощавшись с другом, Хёнджин пошёл к себе домой. Поднимаясь по ступенькам крыльца, юноша попытался расслышать какой-нибудь звук, исходящий из дома, но тишина. Сестра спит, время уже позднее. А вот бабушка… Хёнджин не стал медлить и зашёл в дом, закрывая за собой входную дверь. Свечи везде были погашены. Стянув меховую накидку, Хёнджин поднялся на второй этаж, проходя мимо своей комнаты, направляясь в самую дальнюю. Аккуратно открыв дверь, Хёнджин зашёл в спальню, подходя ближе к кровати, на которой мирно спала его бабушка. Юноша сел на стул, стоящий рядом с кроватью, и посмотрел на самого родного человека в его жизни. Пожилая женщина мирно посапывала, ее веки иногда подрагивали. Слеза быстро скатилась с щеки, падая на колено. Он не может потерять её. Не может позволить, чтобы из-за него пострадал любимый ему человек. Хёнджин встал со стула и, поцеловав бабушку в щёку, пошагал прочь из комнаты. Зайдя к себе в комнату, Хёнджин закрыл дверь и упал на кровать. Ноги ныли от длительной ходьбы и бега. Парень лёг поудобнее на кровати, смотря в потолок. Дракон не пойман. Пленник сбежал, и теперь только гадать кто он таков и каковы его намерения. В придачу ко всему он чуть не потерял бабушку из-за своей глупости. Какая ирония. Грустно усмехнувшись, Хёнджин перевернулся на бок, постепенно забываясь в глубоком сне.

***

Погода была благосклонна сегодня к людям. Несмотря на всё тот же холодный порыв ветра, светящее солнце сглаживало этот минус. Растянувшись на скамейке и наслаждаясь отдыхом, Минхо перевёл взгляд на подходящего к нему друга. Рядом с Хёнджином шёл что-то говоря Чанбин, активно жестикулируя. Вот кого, а последнего Минхо не желал бы видеть подольше. — Минхо, — обратился с хитрой улыбкой к нему подошедший Чанбин, располагаясь рядом на скамье. — Слабо верится мне в то, что говорят люди. — Неужели? — подделав удивление, ответил Минхо. Хёнджин только покачал головой. Если эти двое сцепились, то это может продолжаться сутки, а то и больше. — И что же они говорят? — Всё говорят, что пленник сбежал сам, — начал говорить Чанбин со спокойным голосом, — Но я думаю об обратном. Что, если ты помог этому парню сбежать? Хёнджин нахмурился и посмотрел на друга, который на такой заявление слабо напрягся. Почему Чанбин обвиняет Минхо в сговоре с сбежавшим пленником? А если это правда? Тогда зачем Минхо помог тому сбежать? Напряжённую атмосферу прервала подбежавшая сестра Хёнджина. Она с разбега залезла на колени Минхо, весело болтая ногами. — Мальчики, а что это вы такие грустные? — спросила Лиён, оглядывая каждого из парней. — Кто это сказал, что мы грустим, принцесса? — делая удивление, спросил Минхо, — Просто болтаем. Лиён посмотрела на Минхо, затем на брата, который в подтверждение словам друга, закивал, а потом глянула на Чанбина. Девочка посмотрела на юношей ещё несколько минут, а потом, спрыгнув с колен Минхо, побежала к другим детям. — Убожество, — сказал Минхо Чанбину, отворачиваясь от него. Чанбин, ничего не сказав на это, встал с лавки и пошёл куда то. Хёнджин вздохнул, наблюдая за этим спектаклем. Как малые дети, ей богу. Хёнджин сел рядом с другом, дотрагиваясь до его плеча. — Знаю, знаю, — сказал Минхо со вздохом, разворачиваясь к другу. — Только не говори, что поверил словам этого щенка. Я никому не помогал. — Я не про это, — соврал Хёнджин. Если Минхо и вправду помог странному типу сбежать, то Хёнджин не будет его осуждать или рассказывать об этом кому либо. — Как рука? Минхо сразу расслабился, радуясь, что Хёнджин перевёл тему разговора. Минхо начал разматывать перевязанную уже в другую ткань ладонь. Сняв до конца ткань, Минхо грустно выдохнул, отводя взгляд от своей руки. Хёнджин, сведя брови, замер на месте, боясь вдохнуть. Палец, который ночью в лесу пострадал от украшения, сейчас был увеян чёрными многочисленными линиями, напоминающих вены. Хёнджин аккуратно дотронулся до руки друга, боясь причинить ему ещё больше боли, и взял в свою руку ладонь Минхо. Напоминало какое-то заражение или же порчу… Хёнджин не особо верил в магию, поэтому больше склонялся к первому варианту. — Согласен, ужасное зрелище, — хмыкнул Минхо, быстро перебинтовывая ладонь, пряча её подальше от любопытных глаз. — Пообещай только пока никому не говорить. Ещё не хватало, чтобы за спиной шептались. Хёнджин кивнул, до сих пор не отводя взгляд от руки друга. И это сделало обычное кольцо? Может оно проклятое. Не зря в лесу валялось. Неожиданно размышления прервал крик. Минхо и Хёнджин вскочили с лавки, оборачиваясь, пытаясь понять откуда доносится крик. Хёнджин, увидев бежащую девушку с корзиной в руках из леса, рванул в её сторону со всех ног. Минхо побежал за ним, не отставая. Стоило добежать девушке до двух парней, как из леса послышался громкий устрашающий рёв. Кровь в венах застыла, дыхание сбилось. Дракон. Что он здесь забыл средь бела дня? Девушка пробежала мимо них, убегая вглубь деревни. Минхо, уперевшись руками в колени, пытался отдышаться. Хёнджин посмотрел в сторону леса, доставая из-за спины арбалет. Прицелившись, Хёнджин прищурился и выдохнул. Это шанс. Шанс убить дракона. Доказать всем, что он истинный охотник и будущий глава деревни. Доказать себе, что не трус и может убить чудовище. Наконец из леса показалась чешуйчатая морда дракона, а затем и он сам. Это был не тот дракон. Тот был белоснежный, с перламутровым отливом, а этот… Этот был чёрный, как ночь в дремучем лесу. И аура от этого ящера исходила иная, уничтожающая и злая. Заприметив людей, дракон угрожающе прорычал, быстро надвигаясь на двух юношей. Хёнджин сделал глубокий вдох, а потом медленно выдохнул, прицеливаясь. Время словно замедлилось, звук доносился до ушей словно через толщу воды. Приготовившись стрелять, Хёнджин натянул стрелу и выстрелил. Та со стремительной скоростью полетела в сторону чудовища, но тот, уклонившись, продолжил надвигаться на парней. Хёнджин достал ещё одну стрелу, прицелился, но дракон неожиданно заревел, словно от боли, и рухнул на землю. Минхо непонимающе посмотрел на друга, но Хёнджин и сам не имел понятия, что только что произошло. Сделав шаг в сторону чешуйчатого, Хёнджин замер, прислушиваясь к дыханию дракона. Подойдя поближе, парни замерли, смотря на бездыханную тушу ящера. Минхо дотронулся до крыла зверя, но реакции не было. Дракон мёртв. Но как? Они же ничего не сделали. Хёнджин своими глазами видел, как его стрела пролетела мимо, даже не задев дракона. Обойдя немалое по размерам тело, Минхо сел на корточки рядом с головой ящера. — Эй, Хёнджин, смотри. — окликнул его Минхо, зовя здоровой ладонью к себе. Хёнджин повесил арбалет обратно себе на спину и направился к другу. Подойдя поближе, Хёнджин сел рядом с другом, рассматривая голову дракона. Чёрная, как смола чешуя, завораживающе переливалась на лучах солнца. Но что больше привлекло внимание, так это глаза. Полностью чёрные. А от них отходили выпуклые чёрные вены, расползавшиеся по всей морде. Хёнджин взволнованно перевёл взгляд на Минхо, который выглядел не лучше. Точно такие же вены были у него на руке.