Мелодия души

РОV Грегори

      — Страж! — оглушающий вопль раскатом грома, прогремел буквально в полуметре от меня. Я настолько глубоко зарылся в свои мрачные размышления о бренности бытия, что невольно вздрогнул, точно от удара хлыстом, и от неожиданности выронил копьё, которое с глухим стуком рухнуло на каменную кладку. «Ну что ещё нужно этому напыщенному ангелу?! Неужели нельзя дать спокойно помечтать?», — злобно зарычав про себя, я с тяжёлым вздохом развернулся в сторону супруга Императора. Стараясь изобразить на лице хоть какое-то подобие добродушного и внимательного выражения, я приготовился выслушать, что на этот раз взбрело в его крылатую голову.       Ангел стоял, задыхаясь, его белоснежные крылья слегка подрагивали. Лёгкий ветерок играл в его золотистых локонах, растрепав их и придав облику немного мальчишеский, даже взъерошенный вид. Он перевёл дух и выпалил:       — Вот ты где! Чёрт! Духота, как в Египте! — пробормотал он, попутно расстёгивая одеяние, которое по всем правилам должно было быть накрепко завязано. Сейчас оно было небрежно распахнуто и неприлично волочилось по земле вслед за вышагивающим крылатым. «Какое непотребство! — возмутился я про себя. — Супругу Императора не пристало разгуливать в таком виде в людном месте! Где его манеры и благоразумие?».       Возмущённо поджав губы, ангел продолжил, будто ничего и не произошло:       — А я уж думал, придётся просить Сурака… но раз ты здесь… сходи к вратам в замок.       — Зачем? — я не смог сдержать удивления, слегка прифигев от такого пренебрежительного отношения к моей персоне. В последнее время моё настроение и так опустилось в самую мрачную пучину Ада, а тут ещё один «луч солнца». «О, великий Дракон, когда же на них обрушится кара небесная?», — пронеслось в моей голове с тоской.       — Как зачем? — ангел смешно захлопал своими огромными, невинными глазами и, нахмурившись, пробурчал. — Моя больница уже цветёт и пахнет, и с нетерпением ждёт своих первых посетителей. А у ворот стоит мой персонал. Встретишь и приведёшь их ко мне!       — Императорский супруг, смею почтительно напомнить вам, что у меня, вообще-то, должность стража, а не посыльного для выполнения мелких поручений! — негодующе рыкнул я, чувствуя, как закипает кровь. В голове вспыхнули картины: я, с мечом наголо, сражаюсь с ордами демонов, защищая покой Империи… и я же, таскающий медикаменты для избалованного ангела.       — Я помню, помню, — отмахнулся он, словно от назойливой мухи, — но только тебе я осмелюсь поручить такое важное и деликатное дело, — вот же крылатое недоразумение! «Где, во имя Матери Дракона, Альтаир?! Почему он совершенно не смотрит за своим легкомысленным супругом?», — сгорая от злости, подумал я. Сдавленно рыкнув на улыбающегося ангела, я резко развернулся на каблуках и зашагал в сторону главных врат, чувствуя, как с каждым шагом растёт моё раздражение. Каждый стук моих сапог по мостовой отдавался гулким эхом в моей голове, усиливая и без того бурлящую злость.       С появлением Адама в стране обстановка накалилась до предела, и чуть ли не переворот случился. «Супостат проклятый! Матери Дракона на него нет! Вот уж точно, принёс с собой смуту и хаос», — злобно подумал я. Ветер доносил до меня обрывки разговоров, в основном недовольных и полных опасений. Пройдя несколько дворов, я наконец остановился у цели, чувствуя, как напряжение сковывает мои плечи. Стараясь сохранить достоинство, я отряхнул невидимую пыль с одежды и принял самый важный вид, на который только был способен. «Ну, посмотрим, что за птицы прилетели, этот так называемый «персонал».       Я отдал приказ отворить тяжёлые врата и внимательно, с подозрением, окинул взглядом небольшую компашку из пяти странных существ. Одеты они были, как один, в длинные белые одеяния, скрывающие фигуру. Головы покрывали глубокие капюшоны, а лица были тщательно скрыты плотными платками, закрывающими всё, кроме узкой полоски глаз. Нахмурившись, я попытался заглянуть под одну из повязок, движимый необъяснимым любопытством, но внезапно почувствовал, как меня что-то отталкивает, как невидимая стена. Ощущение было неприятным и неожиданным. Негодующе посмотрев на это существо с выставленной рукой, которое в гневе резко двинуло крылом, создавая целое облако пыли, я окончательно вышел из себя. «Что он себе позволяет?! Да кто он вообще такой, чтобы так себя вести?». Я уже было собрался подойти и сорвать с этого нахального недоразумения все тряпки, чтобы посмотреть, кто там прячется, но меня неожиданно остановил Адам, который вдруг возник рядом. Ангел негодующе посмотрел на мою перекошенную от злости физиономию и, отряхнувшись от пыли, укоризненно произнёс:       — Попрошу этого не делать. У нас тут, если ты не в курсе, инфекция гуляет по городу, а их балахоны спасут им жизнь. Они врачеватели, и их здоровье напрямую зависит от их способности помогать другим, — строго сказал ангел, прожигая меня взглядом. Его глаза метали молнии, и я невольно отступил на шаг.       — Я, как страж, обязан убедиться, что наши «дорогие гости» не несут никакой угрозы Императору — вашему мужу. Это моя прямая обязанность! Так что не мешайте мне выполнять свой долг…       — Это мои ученики, и они последние, кто хотели бы убить кого-либо… К тому же, — он немного замялся, заметно покраснев, — Альтаир дал своё согласие на их пропуск, — смущённо отведя взгляд, пробормотал он так тихо, что я едва расслышал его слова.       Сощурившись, я пренебрежительно фыркнул на такое странное стечение обстоятельств. «Что же такого пришлось сделать супругу Императора, что он теперь так смущается и краснеет?».       — Я, как самый главный по безопасности, должен… — свою пламенную речь о долге и бдительности я так и не смог закончить, потому что один из врачевателей, будто бы не слыша наших препирательств, резко оттолкнул меня в сторону и, быстро зашагав вперёд, направился прямиком в сторону госпиталя, где находились раненые солдаты. Мне только и оставалось, что беспомощно смотреть вслед развевающемуся белому одеянию, чувствуя себя полным идиотом. Я ощутил, как по щекам ползёт предательский румянец стыда и ярости.       — М-м-м… Слышишь? — неожиданно спросил Адам, прервав мои мрачные размышления.       — Что?! — ещё не полностью придя в себя от наглости этого целителя, раздражённо крикнул я.       — Кончились твои беззаботные деньки, — многозначительно сказал он и вдруг озарился лучезарной улыбкой, отчего его лицо преобразилось. Я проследил за его взглядом, нахмурился и, перехватив покрепче копьё, пошёл смотреть на этих самозваных мальков, которые, видимо, будут теперь лечить моих солдат. «Что-то мне всё это не нравится. Чувствую, грядёт перемена, и не факт, что к лучшему», — с тяжёлым предчувствием подумал я. В животе будто завязался тугой узел.

POV Алазар

      «Неужели он совсем ничего не понял? Неужели даже не узнал меня под этими тряпками? Этот Грегори просто непробиваем!», — с досадой подумал я. Если честно, то даже я сам, посмотрев в зеркало, едва узнал себя в этом наряде. «А дядюшка хорошо придумал маскировку. Надёжно. Надо будет его поблагодарить», — отметил я про себя.       «Ладно, хватит думать об этом твердолобом страже. Практики в моей жизни и так было предостаточно, за это можно сказать «спасибо» моему строгому отцу и мудрому дяде. Теперь пора заняться настоящим делом — больными. Это будет далеко не первый раз, когда я буду лечить других существ. Главное, сохранять спокойствие и сосредоточенность». Я огляделся: госпиталь был переполнен стонущими и израненными драконами. Запах крови и лекарств стоял в воздухе, смешиваясь с тяжёлым духом боли и отчаяния.       Направив свою магию на израненного дракона, я нахмурился, чувствуя, как внутри меня поднимается волна сострадания к этому воину. «Какого же им пришлось натерпеться!», — с болью подумал я, осторожно начиная извлекать из его тела острые кусочки металлических осколков. Параллельно с этим я тщательно убирал тёмную магию, которой были пропитаны раны, и с удовлетворением смотрел, как на щеках воина постепенно появляется здоровый румянец. «Вот и славно. Значит, всё делаю правильно».       — А я уж было подумал, что в этом мире хоть что-то изменилось к лучшему. Но дураков, видимо, не истребить, — раздался вдруг за моей спиной такой знакомый голос, но на этот раз он был полон высокомерия и презрения. Невольно вздрогнув от неожиданности, я развернулся и увидел, как Грегори смотрит с откровенным омерзением на одну из наших лекарей. Это была молоденькая и неопытная девушка, которая, по-видимому, совершила какую-то небольшую ошибку, и у её пациента началась лёгкая аллергическая реакция на мазь. Взгляд девушки был полон вины и раскаяния, и я заметил, как она судорожно сжала ладони в кулаки, пытаясь сдержать слёзы. — Не умеешь лечить — не берись! Где вас только понабрали?! Из-за таких, как ты…       — Хватит! — не выдержав, я резко дёрнул стража за плечо, заставляя его замолчать, и с вызовом посмотрел на него сквозь чуть прозрачную ткань, скрывающую моё лицо. Я ощутил, как мои пальцы впиваются в его плечо, и постарался немного ослабить хватку. — По какому праву вы кричите на моих людей? — бросив на пол мешающие инструменты, я попытался подавить гнев и другие не к месту нахлынувшие эмоции.       Грегори с неприятной ухмылкой прошёлся по мне оценивающим взглядом, будто разглядывая какое-то насекомое. — Один из твоих людей чуть не отправил на тот свет моего подопечного! Мальчишка! — рыкнул он, грубо скидывая мою до сих пор лежащую руку со своего плеча. Я почувствовал, как его презрение обжигает меня, как кислота.       — Здесь не было её вины. Никто не мог знать, что у вашего служащего была аллергия на мазь из корней ашу.       — Вы правы, её вины здесь нет… только ваша! Вы должны были ознакомиться с документами об организме каждого больного прежде, чем приступать к лечению. Ваша оплошность могла стоить жизни.       — Ознакомиться?! Пока бы мы, как вы выразились, «ознакамливались» с подробной историей болезни каждого солдата, многие из них просто погибли бы, не дождавшись помощи. Мы прибыли сюда всего лишь час назад…       — Меня совершенно не волнует то, что вы прибыли сюда недавно. Ваша привилегия и прямая обязанность — лечить. Так будьте так любезны делать свою работу без таких вот досадных казусов. Надеюсь, вы меня хорошо услышали, иначе я немедленно подам жалобу Императору, и вас всех вышвырнут с вашей должности, как шелудивых псов!       Задохнувшись от такого наглого и бесцеремонного хамства, я мог только беспомощно открывать и закрывать рот, растерянно смотря вслед удаляющемуся стражу. «Какого Бога ради он так себя ведёт?! Почему он такой злой и непримиримый?».       Злой, как тысячи чертей, я одарил всех напряжённым взглядом и приказал:       — Работаем! — хлопнув в ладоши, я решительно направился к уже пришедшему в себя больному дракону. Несмотря на ярость, кипевшую во мне, я старался сохранять спокойствие и сосредоточенность. Раненые нуждались в моей помощи, и я не мог позволить эмоциям взять верх. В конце концов, я обещал дяде, что не подведу его.       «Спокойствие и позитив, спокойствие и позитив…», — мысленно повторял я, точно мантру, пытаясь унять дрожь в руках и успокоить бешено колотящееся сердце. Но это никак не помогало выкинуть из головы эти чёрные, как сама ночь, глаза с редкими морщинками в уголках, полные презрения и холодной ярости.