Атака удовольствия

      Долгие годы Леви не был близок с женщинами. Ни духовно, ни физически. После смерти Изабель мужчина долго не мог оправиться, а даже когда боль утихла, то мало что изменилось. Леви обычно думал о титанах и о благополучии своих солдат — ему было не до женщин. Он также долгое время придерживался определённого принципа: не крутить романы и не спать с другими разведчицами. Однако кое-кто всё же смог растопить неприступное сердце капитана…       Вечерний Трост был оживлённым местом. Всюду сновали пьянчуги, зазывали торгаши, бегала детвора, в конце концов, просто гуляли люди, желавшие расслабиться в свой выходной. Было шумно, но одновременно с тем уютно — за Стеной полчища титанов, а народ, не тревожась об этом, веселится. Это вселяло уверенность, что все усилия разведкорпуса и других воинских подразделений не напрасны: они борются за такую беззаботную мирную жизнь.       Ещё недавно товарищи Леви ни за что бы не поверили, что тот вдруг вольётся в эту заурядную суматоху. Хотя он сам до сих пор не был в сильном восторге, мужчина начал выбираться в город, дабы понять простой люд и постараться получить удовольствие от подобного времяпрепровождения. И делал он это не один.       — Капитан! — окликнул Леви девичий голос.       Мужчина перевёл взор на идущую с ним под руку девушку. Обхватив его предплечье, подле него шла Петра Рал, одетая в белый котт с короткими рукавами, а также бордовое сюрко, юбка которого, однако, была клетчато-оранжевой. Несмотря на то, что это уже было пятое их свидание, Леви всё не мог привыкнуть видеть девушку в повседневной одежде. Слишком уж она отличалась от унисекс-формы военных.       — Что такое, Петра? — безэмоционально произнёс мужчина.       — Почему вы вечно такой хмурый? — надувшись, поинтересовалась Рал.       — «Хмурый»? — Леви приподнял бровь.       — Да, — кивнула девушка. — Мы уже в который раз с вами выбираемся в город, но вам будто это всё неинтересно…       — Поверь мне, Петра, если бы мне было неинтересно, я бы сейчас с тобой не гулял по этому вонючему городишке.       — Простите меня за грубость, капитан, но… вы невыносимы!       — Что? — удивился мужчина и остановился. Прежде Рал не смела ему дерзить, так что первый такой случай вывел его из обыкновенного отстранённого состояния.       — Я думала, что хотя бы в праздник вы будете другим… — отвернувшись, принялась объясняться Петра. Её маленькое личико спряталось за короткими светлыми волосами.       — Какой, к чёрту, «праздник»?       — Так вы не знали? — взгляд девушки был опечаленным. — Сегодня день торговца.       «Так вот почему на улице так неприлично много проходимцев», — наконец докопался до истины Леви.       — Мне казалось, что раз уж вы зовёте меня… на свидания, то я… я вам нравлюсь… — Рал отстранилась от мужчины и отошла на несколько шагов в сторону. — Но мы уже в пятый раз просто ходим по городу, пьём чай с пряностями, и всё. Может, я слишком многого прошу, однако… неужели я всё это время заблуждалась?       Петра, по чьим розовеньким щёчкам начали скатываться слёзы, собиралась обернуться, дабы посмотреть капитану в глаза, однако тот, к её удивлению, не дал ей этого сделать — подойдя к ней, он из-за спины обнял её за плечи. Твёрдая грудь Леви прислонилась к ней, и она ощущала, как его дыхание щекочет её уши.       — Ты дорога мне, Петра… — признался мужчина. Шокированная этим заявлением девушка замерла с открытым ртом, так что он продолжил: — Я никогда никому об этом не говорю, но… я правда ценю всех вас, ребята. Вы мои ценные товарищи.       Леви сделал паузу. Рал, пусть и была польщена искренностью и внезапной сентиментальностью капитана, расстроилась, что смысл его первой фразы, как выяснилось, имел другое значение. Тем не менее девушка не стала перебивать мужчину, понимая, что тот ещё не закончил.       — Я давно не испытывал ни к кому подобных чувств, Петра. Поэтому… я боялся. Это не с титанами в салочки играть, здесь всё иначе. Мне было тяжело осмелиться впервые позвать тебя на свидание, и даже на пятый раз я так и не сумел пересилить себя и сделать следующий шаг.       — Капитан…       Рал повернула голову. По лицу Леви было видно, что он с трудом выдавливает из себя эти слова. Однако девушка была восхищена, что чёрствый, на первый взгляд, солдат наконец смог излить кому-то душу. И Петра была безумно рада, что этим кем-то оказалась она.       — Я люблю вас, капитан, — прошептала Рал.       Мужчина изумлённо раскрыл веки, а затем облегчённо улыбнулся. Глаза девушки расширились — она впервые за все годы службы увидела на его лице улыбку. Это было так непривычно, но… от неё стало так тепло…       — Я тоже люблю тебя… Петра, — произнёс Леви.       Петра, не веря ушам, отдала волю эмоциям. Задержав от волнения дыхание, она моментально покраснела, расплакалась, а после прыгнула на шею капитана. Рал обхватила голову мужчины и положила собственную ему на плечо. Она крепко прижалась к нему и, заливаясь слезами, говорила:       — Я-Я… Я так рада… Капитан… я п-правда…       — Успокойся, Петра, для людей твоя радость выглядит как глубокая печаль, — стесняясь от привлекаемого ими внимания со стороны обычных зевак, сказал Леви. Он обнял девушку за талию, отчего его тело стало казаться для той ещё более крепким.       — Простите… к-капитан! — потихоньку приходя в себя, извинилась Рал. Она отпрянула от возлюбленного и принялась вытирать слёзы. — Просто… ваши слова сделали меня счастливой!       Лучезарная улыбка Петры стрелой пронзила сердце Леви. Как давно он не видел такого восторга на чьём-то лице, как долго ему не хватало близкого человека. Наконец всё стало выправляться в лучшую сторону. С ним была Рал — и этого для него было более чем достаточно.       — П-Пойдёмте в казармы… капитан, — вымолвила девушка, беря за руку мужчину.       — Пойдём.

***

      Несмотря на неловкость, Леви и Петра смогли насладиться обществом друг друга по пути обратно. Мужчина даже смог проникнуться праздничной атмосферой, которая до сего момента была для него чуждой. Быть может, это любовь так изменила его восприятие действительности? Возможно, ведь после взаимного признания время, проведённое в компании Рал, казалось ему бесконечно блаженным.       Когда новоиспечённая пара оказалась в казармах и достигла коридора, где их пути должны были разойтись, девушка вновь заключила Леви в объятия. Она не хотела расставаться с ним, ведь их отношения, о которых она так долго мечтала, только-только начались. Ей хотелось большего.       — Петра, думай, пожалуйста, где мы находимся… — проронил мужчина.       — Простите, простите, капитан! — вновь извинялась Рал. — Мне с вами так хорошо… Я не хочу прощаться!..       — Глупая, мы же уже завтра увидимся. — Леви погладил любимую по голове.       — Но… можем ли мы… как-нибудь… продлить сегодняшний вечер? — внезапно серьёзным тоном произнесла девушка, решительно, однако в то же время с мольбой в глазах взглянув в глаза мужчины. — Чтобы… Чтобы завтра наступило быстрее?       Леви не был глуп, поэтому понимал, о чём конкретно говорила Петра. Пусть он и не был неопытным мальчишкой, подобное предложение и подобная спешка смутили его.       — Погоди, это же…       — Знаю, знаю! — перебила мужчину Рал, стыдливо опустив голову. — Прошу, не подумайте обо мне неправильно! Я… совсем не такая… Просто это вы, капитан, и вы… С вами я готова на всё.       Честно говоря, Леви сам себя с трудом сдерживал. Он вожделел о Петре, но так как он любил и уважал её, то не мог себе позволить торопить события. В первую очередь мужчина старался думать о Рал как о романтическом партнёре, а уже потом — как о сексуальном. Однако теперь, когда от самой девушки поступило такое предложение… сдерживаться стало практически невозможно.       — Петра, я ни в коем случае не осуждаю тебя. Я люблю тебя и разделяю твои чувства. Я всё понимаю, — раскрыл правду Леви. — Если… ты и правда готова… встретимся в моей спальне через полчаса. Тебе этого хватит, чтобы привести себя в порядок?       — Капитан! — возмутилась девушка. Мужчина удивлённо моргнул. — Если вы забыли, я тоже солдат! Конечно, мне хватит получаса… Нет, я уложусь в пятнадцать минут! И что значит «привести себя в порядок»?       — Ну… — Леви растерялся. Такого пылкого ответа он не ожидал. — …женщинам ведь нужно больше времени…       — Ясно, — вздохнула Рал. — Вы такой недалёкий, капитан. Простите за грубость.       — Ты вольна высказываться как пожелаешь, Петра, — заявил мужчина. — По-настоящему оскорбить меня довольно трудно.       — Тогда… через пятнадцать минут в вашей… спальне? — покрывшись румянцем от одной мысли о том, чем они сегодня будут заниматься, уточнила девушка.       — Да, и… — Леви сделал паузу и, прикрыв рот ладонью и отвернувшись, добавил: — …не могла бы ты после душа одеться в то же платье?..       Рал непонимающе вскинула бровь, но осознание медленно приходило к ней.       — Ты выглядишь в нём… сносно. — Мужчина-таки смог сделать возлюбленной своеобразный комплимент — впервые за все свидания.       Девушка, услышав это, лишь положительно соединила кончики большого и указательного пальцев и игриво ухмыльнулась. Через мгновение она уже неслась в сторону женской душевой. Леви же, внутри которого бурлила самая настоящая битва, глубоко вздохнул и направился в мужскую душевую. Необходимо основательно подготовиться к полуночному рандеву, а времени было в обрез.

***

      Скоро Леви, как и Петра, надев то же, в чём и был на свидании, сидел в спальне, задумчиво скрестив пальцы. Мужчина забыл, какого это, да и раньше всё было иначе. Ожидание уничтожало его, ему хотелось поскорее уже перейти к «главному», дабы вся тревога улетучилась. Нога нетерпеливо стучала по полу. Такого Леви точно нельзя было увидеть в бою — нервного, волнующегося, выражающего все свои эмоции на лице. Рал явно уже видела больше, чем даже Эрвин — тот, кто знал его лучше всех.       Стук в дверь. Мужчина, одновременно ещё пуще напрягшись и испытав облегчение, подскочил. Секунду пребывая в прострации, он всё же взял себя в руки и пустил позднюю гостью внутрь спальни.       — Извините за вторжение… — проронила девушка.       Петра выглядела потрясающе. Да, Леви уже видел её в этом наряде сегодня, но менее прекрасной от этого Рал не стала. Более того, она надевала это платье и на большинство прошлых свиданий — у девушки банально не было обильного разнообразия одежды, так как ей, как солдату, много было и не нужно.       — Присаживайся. — Мужчина пригласил возлюбленную на кровать. Через мгновение он понял свою оплошность и добавил: — Прости, это звучало чересчур бестактно?       — Нет, что вы, капитан! — протестовала Петра. — Я же… ради этого сюда и пришла…       Леви нервно сглотнул. И вот они сидят вдвоём на его постели. Молча смотрят в стену напротив, не решаясь заговорить или взглянуть друг на друга. Как подростки в период полового созревания.       — Я не могу так! — не выдержав, воскликнул мужчина. Он встал и отошёл от кровати. — Это как-то… абсурдно, неправильно…       — Что именно?.. — задала уточняющий вопрос Рал.       — Эта… ситуация.       — «Ситуация»?       — Всё… слишком быстро. Всё… как-то неловко. Ты будто заставляешь себя, Петра.       — Я уж испугалась, что вы про то, что наши отношения недопустимы, так как мы начальник и подчинённая… — положив руку на грудь, промолвила Рал.       — Ещё пару месяцев назад я бы согласился с тобой, но не теперь. Я люблю тебя, и плевать, кто ты есть.       — Тогда… — Девушка улыбнулась, а на её глазах проступили слёзы счастья. — Тогда не беспокойтесь обо мне. Просто делайте.       Наконец Леви сумел отбросить всю несвойственную ему нерешительность. Слова Петры подействовали на него как приказ: он моментально забыл о всех тревогах и просто отдался своим желаниям. Мужчина набросился на Рал, повалив ту на постель. Она лежала под ним такая невинная и беззащитная, однако теперь его было не остановить.       — Я люблю вас, капитан, — завораживающим голосом промолвила девушка.       — Когда мы наедине, больше не зови меня «капитаном», — отрезал тот.       — Я люблю тебя… Леви…       — И я люблю тебя, Петра.       Их губы сомкнулись. У Рал они были такие маленькие, но вместе с тем пухленькие, тёплые… опьяняющие. Леви даже ещё не пустил в ход язык, а его член уже был готов вырваться из брюк.       Мужчина разорвал поцелуй и посмотрел на зардевшееся лицо любимой. Её игривый взор призывал продолжать, и он не смел перечить ему. Леви смахнул с щеки девушки мешавшие пряди волос, а после, тремя пальцами подняв её подбородок, снова прильнул к губам. На сей раз он углубил поцелуй, властно проникнув в рот Петры языком. Та слегка неуклюже ответила аналогичным образом, а затем, войдя во вкус, начала делать это более умело.       Продолжая изучать языком рот и губы Рал, а также иногда прикусывая последние, отчего та тихо постанывала в его собственный рот, мужчина осторожно переместил руку с подбородка возлюбленной на шнуровку сюрко, расположившуюся на груди. Медленно развязав платье, Леви позволил себе едва дотронуться до двух спрятавшихся под коттом прелестей. Петра, тут же отпрянув от губ капитана, вздрогнула и издала более громкий стон, чем ранее.       — Я… — начал было оправдываться мужчина, но Рал его перебила:       — Ничего, я просто… не ожидала, — объяснилась девушка, смущённо глядя в сторону. — Прошу, продолжай, — одними глазами умоляла она.       Леви снял лямки сюрко с плеч Петры, после чего спустил его, в том числе и юбку, с неё, обнажив всё тело любимой ниже пояса. Сильные, закалённые боями и многочисленными полётами на УПМ ножки привлекли внимание мужчины, пальцы которого сразу же легли на соблазнительные бёдра Рал. Доставляя той удовольствие уже одними прикосновениями, Леви параллельно вернулся к поцелуям, однако на сей раз избрав их целью тонкую шею девушки.       Стоны Петры становились всё звучнее и звучнее. Каждый следующий поцелуй был страстнее предыдущего, и в конце концов они переросли в засосы. Рука, ласкающая бёдра, уже максимально близко подобралась к тому, что скрывалось за чёрными трусиками. Рал, уже изрядно намокшая, давно была готова принять в себя капитана.       Петра схватила Леви за торчащий из-под рубашки жабо и, притянув к себе, жадно поцеловала. Теперь уже хозяйкой их ртов была она, а мужчина просто отдался процессу. Вскоре жабо лежал подле них, а ещё через несколько мгновений туда же отправилась серая рубашка капитана; нежные ладони девушки легли на грудь парня, которая под одеждой оказалась куда внушительнее, массивнее, чем представлялась.       Когда Рал, громко чмокнув, отлипла от возлюбленного, настал его черёд раздевать партнёршу. Пока Петра сидела на коленях, Леви зацепил котт за низ и стянул его с неё, оставив в одном нижнем белье. Далее мужчина вновь навис над девушкой, в очередной раз поцеловал, а затем произнёс:       — Я вхожу?       Краткий кивок. Леви спустил коричневые брюки до колен, высвободив свой набухший детородный орган, и отодвинул ткань трусиков Рал. Гладенькая влажная киска завела его до предела, и мужчина наконец вставил в Петру член. Неожиданно громкий вскрик разнёсся по комнате, заставив Леви остановиться и в недоумении перевести взор сначала на издавшую столь оглушительный звук любимую, а после на её, как выяснилось, девственное влагалище — струйка крови вытекла из неё, приземляясь на постель.       — Петра, неужели ты?.. — ошеломлённо начал мужчина.       — Извини, Леви, — перебила его Рал. — Я испачкала кровать. — Она через силу улыбнулась. Видно было, как она держится, чтобы снова не вскрикнуть; слёзы накопились под глазами.       — Глупая… — виновато прошептал капитан. — Твоё состояние сейчас более важно.       — Я уже сказала тебе, Леви, просто продолжай, ни о чём не волнуйся. Я справлюсь. Я же солдат.       Мужчина собирался начать перечить девушке, но он также понимал, что его слова ничего не изменят. Петра была настроена решительно, да и его член уже был внутри неё — поздно идти на попятную. Надо было довести дело до конца.       Толчок. Рал, прикрыв веки, выдавила стон, но уже гораздо более тихий, чем до него. Второй толчок. Ещё более тихий стон. Третий. На сей раз стон вышел из закрытого рта — девушка начала привыкать. Четвёртый, пятый, шестой. С каждым разом ощущения приносили всё больше удовольствия, а боль отходила.       Наблюдая за тем, как процесс становится приятным для возлюбленной, Леви не спеша ускорялся: в конце концов его медленные движения взад-вперёд сменились интенсивными вбиваниями в потерявшую несколькими минутами ранее невинность киску. Хлопки и стоны от наслаждения, исходящие от обоих, заполонили комнату.       Хват мужчины переместился с бёдер на талию — теперь, когда Рал охватило блаженство, он мог быть более резким. Двигать тазом уже не было необходимости: Леви насаживал на член саму девушку. Вцепившись в спину любимого, Петра снова начала громко стонать, что вынудило того заткнуть ей рот языком. Впрочем, когда уже оба были почти на пределе, Леви разорвал поцелуй и переключился на миниатюрную грудь. Однако его губы не успели охватить и половину прелестей Рал — внутри неё было так хорошо, так тесно и жарко, что он кончил, удивив таким скорым финалом самого себя.       Мужчина намеревался расслабленно рухнуть на кровать, однако дело ещё не было завершено: Петра умудрилась продержаться дольше него. Получив шанс-таки сполна поласкать грудь девушки, Леви опять уложил девушку на спину и, надавив большим пальцем на клитор и проникнув средним и указательным в залитое его спермой влагалище, принялся целовать такие соблазнительные выпуклости. Рал стонала, дрожала, а мужчина не успокаивался, желая довести любимую до экстаза.       Когда Леви добрался до сосков, стимулирование сразу такого количества эрогенных зон довело Петру до оргазма. Вагинальные соки, выталкивая наружу и сперму, вылились на постель, смешиваясь ещё и с кровью, оставшуюся после разрыва девственной плёвы. Издав крик удовольствия, Рал обессиленно вытянула конечности, а затем посмотрела в глаза капитана, лежавшего рядом.       — Это… Это было невероятно, — призналась девушка.       — Это ещё не всё, на что я способен, — заявил Леви.       — Хвастун! — улыбнулась Рал и ребячески стукнула мужчину по голове. После её лицо озарило кокетливое выражение. — Я люблю тебя.       — И я люблю тебя.       Петра поцеловала Леви в лоб и губы, после чего прижалась своим тельцем к его мощному телу. Она давно была влюблена в своего капитана, давно хотела признаться ему в своих чувствах, но субординация и неприступность самого мужчины останавливали её. Всё изменилось, когда тот внезапно стал приглашать её на свидания. Рал была рада оказанному вниманию, рада, что её желания сбываются. А когда её чувства оказались взаимными, когда Леви разделил с ней ложе — её счастью не было предела. Теперь в бою она будет чувствовать себя ещё в большей безопасности — она знает, что капитан дорожит ей, знает, что тот всегда защитит её и всегда будет рядом. Никакие титаны им больше не страшны.