find you

Саундтрек: Li Yi Tong - Enter the Sky and Sea

      — Как ты себя чувствуешь?       Холодный январь принес с собой сильные морозы и снега. Этот день выдавался ветреным и пасмурным. Солнце сегодня отдыхало за серым небом, которое не позволяло лучам пробиться через его густые облака.       Еще пару часов назад был взят под стражу подозреваемый по делу о краже древнего артефакта — Тигриной печати преисподней. Он был арестован на 30 суток, до выяснения нахождения объекта поисков. Был и еще один подозреваемый, но никаких улик или указаний на его причастность не было. Для защиты арестованного был вызван государственный адвокат. Арестованный сам отказался от защитника со стороны, потому что знал, что это может навредить его семье, за которой пристально наблюдают, выжидая именно такого момента. — Хорошо. — А если серьезно? — Сам-то как думаешь?       Арест длился уже две недели. За ним пришли на следующий день после приступа панической атаки. Первыми его нашли друзья, которые помоги прийти в себя. На утро, в квартиру ворвалась Шаодзян с полицией. Проведя обыск, они забрали парня с собой. — Слушай, тебе не стоит отказываться от нашего адвоката. Взяв государственного, ты обрекаешь себя на погибель.       В дрожащем голосе брата слышалось волнение. Отказ от защитника с личной стороны, поверг его в шок. Он не верил в то, что его брат мог отказать, если только ему не угрожали. Решив проверить информацию, он попросил переговоры с арестованным. — Давно пора. — Что? — Давай будем честны: из нас двоих, ты больше достоин счастливой и свободной жизни. Я лишь преграда на твоем пути. Был, есть и буду. Я не могу позволить тебе вмешиваться в это и портить только начавшуюся нормальную жизнь. Я один заслуживаю расплаты. — Что ты несешь?! — Цзинь Гуанъяо был в бешенстве — Мы оба столько пережили и ради чего? Чтобы сейчас ты сел за решетку за то, чего не совершал? — У меня много грехов. Кара бы настигла меня рано или поздно. Сейчас я могу понести наказание за прошлые преступления. — Это не так! Мы были детьми, которых использовали взрослые. Их не волновало наше благополучие. Ты не должен сейчас расплачиваться за их грехи!       Он знал, что это — правда. Знал, но больше не видел смысла пытаться сопротивляться несправедливости. Счастье покинуло его. Не было сил, чтобы встать и вновь продолжить жить. Единственное чего он хотел, чтобы его уже оставили в покое, дав сгинуть во мраке. — А-Яо, послушай внимательно, что я скажу. Я благодарен тебе за все, что ты сделал для меня. Ты — моя семья. Ты подарил мне тепло и заботу. Спасибо тебе. Но сейчас, не нужно влезать. Дай судьбе самой решить.       После этих слов он сообщил охраннику, что разговор закончен и его увели. Растерянный Гуанъяо оставался в комнате и наблюдал, как его самый близкий человек послушно отдает себя в руки зла.       Ожидавшие в холле отделения полиции Шучун и Цзычэнь резким движением поднялись с мест и направились в сторону появившегося в дверях А-Яо. — Что он сказал? — с трепетом спросила Шучун.       Расстроенное лицо Цзинь Гуанъяо говорило лучше слов, но девушка отказывалась верить догадкам своих зрительных наблюдений. — Отказался по своему желанию.       Сунь Лань громко вздохнул, а Шучун присела обратно на свое место. Девушка погрузилась в раздумья на некоторое время. — Что теперь делать? — Я не знаю — впервые А-Яо действительно не ориентировался в ситуации и не знал своих дальнейших действий.       Через несколько секунд Шучун подозвала к себе Сунь Ланя, пока Гуанъяо общался с государственным представителем своего брата. — Цзычэнь, у меня есть идея, как его можно вызволить из ареста. Вот что ты должен будешь сделать…

***

      В это время в аэропорту Хаку, приземлился самолет рейса «Янщо — Хаку». В полете Сяо Синчэнь обдумывал все то, что на него свалилось за последние месяцы. Правда и потери. Ему было совестно за то, как он поступил с единственным человеком, который старался поддерживать его и… любить? Все слова и действия Сюэ Яна были лишь проявлением самой огромной любви, на которую был способен бывший преступник. Он хотел уберечь его от всех незвгод и помочь. На что он получил лишь отречение и боль.       Слова тетушки заставили его сорваться и покинуть родной город с самой большой скоростью. «Только бы успеть» — молился он. Синчэнь осознал посыл их общих сновидений, их «неслучайную» встречу и завязавшиеся вследствие этого отношения. Он не хотел считать это отношениями, потому что это было не так. Не такими они должны были быть. Он все исправит, все при все, только бы успеть.       Сяо Синчэнь вернулся к себе домой, чтобы оставить вещи. Он не знал адреса Сюэ Яна, поэтому должен был обратиться за документами с данными либо в дирекцию, либо в профком, а именно к председателю и по совместительству бывшему другу. Но не успел он выйти за порог квартиры, как на экране телефона всплыл входящий звонок от Сун Ланя. Поставив Синчэня в курс дел, он попросил о срочной встрече.       Через час они встретились в кафе Далянь. — Каким образом его посадили? — За день до ареста, у него была паническая атака. Мы с Шучун хотели с ним повидаться, поэтому решили проведать его. И как нельзя вовремя успели, чтобы помочь ему.       Сяо Синчэнь, слушая рассказ Сун Лань, с сильным напором сминал пальцы рук до красноты. Ему хотелось скорей выведать все, что мог у Цзычэня и отправиться в отдел полиции. — Синчэнь, ты сделал ему очень больно. Он две недели сидел дома, ни с кем не общаясь и не… — Думаешь, я не знаю какая я сволочь? Прекрасно знаю. Прошу, не трать время попросту. Ему срочно нужна помощь. «И никакие искренние раскаяния не умолят страданий твоей совести». Слова, произнесенные голосом Сун Ланя, прозвучали в голове Сяо Синчэня. Встрепенувшись и не поверив, что это он услышал внутри себя, он пристально взглянул на Цзычэня. Тот сидел со слегка опушенной головой и лишь собирался что-то сказать. — Он отказался от защитника, которого предоставляет его брат, по неизвестным нам причинам. Государственный адвокат лишь поспособствует подтверждению обвинений в краже, но Сюэ Яна это, кажется, не волнует. Он будто именно этого и добивается. Шучун предложила план действий, но для его осуществления необходим ты.       Сяо напрягся и придвинулся ближе, будто от этого сможет быстрей услышать план. — Сянцзян Ли — сестра Шучун, имеет два образования. В прошлом она работала государственным адвокатом и у нее остались связи в суде. Уже назначенного защитника, могут поменять на госпожу Ли. Я и Шучун расскажем о той вечеринке, но мы не были с Сюэ Яном всю ночь, а ты был. Ты станешь главным свидетелем. — Я согласен.       Сейчас Сяо Синчэнь готов на все, лишь бы вызволить любимого. Вопросов, почему Ян не рассказал ему об этом деле, не возникало. Он прекрасно понимал, что это было очередное желание отгородить дорогого сердцу человека от своего темного прошлого и от грозящих последствий. От этого становилось только хуже.       Какие жертвы принес Сюэ Ян, чтобы Синчэня не коснулись его собственные проблемы. Он ставил в приоритете чужие проблемы, а не свои. Редко уделяемое внимание Сяо Синчэня, заставляло его поставить на себе крест.       Синчэню безумно хотелось увидеться с Сюэ Яном. Упасть на колени и молить о прощении, которое никогда не сможет заслужить. Но было решено, что лучше Сюэ Яну пока не знать о наличии еще одного свидетеля, иначе он мог бы начать протестовать и отказывать.       Через несколько дней произошла замена одного адвоката на другого. Госпожа Ли приступила к изучению материалов дела. Ненайденный артефакт позволял в полной мере опровергнуть обвинение, а главный свидетель позволял быть уверенным в победе в суде.       Рассмотрение дела об обвинении будет обжаловано в понедельник первого февраля. Бесконечно тянущиеся два дня изматывали всех, кто должен был участвовать в предстоящем мероприятии.       Сун Лань признавал свою вину перед другом и желал исправить положение дел. Конечно же, рассказав о событиях вечеринки, он рисковал созданным имиджем председателя профсоюза, но помочь друзьям для него было важнее. Его обучение подходило к окончанию, и в скором времени ему пришлось бы покинуть пост, поэтому он решил оставить беспокойства о том, что подумают о нем другие. Сяо Синчэнь долгое время был тем, кто оказывал ему поддержку и помогал справиться с препятствиями на пути к своим целям. Обязанный ему многим, он нисколько не сомневался в том, что скажет на суде.       Ли Шучун была обеспокоена развернувшейся драмой вокруг ее друзей, поэтому считала своим долгом помочь привести чашу часов в равновесие и воссоединить влюбленных. Ей нравилось то, как ухаживал за Синчэнем Ян. Именно благодаря ему, Синчэнь стал смелее и смог взглянуть на мир свежим взглядом. Ей также нравилось то, как был готов бороться за Сюэ Яна Синчэнь. Наконец раскрыв глаза, он увидел, что такое любить и быть готовым на все ради любимого человека. Конечно же, девушка не ожидала, что дело приобретет такой поворот событий, но это не останавливало ее, а наоборот пробуждало еще большее желание сделать финал истории счастливым.       Цзинь Гуанъяо находил в упорстве брата пособничеству его освобождению сначала просто вредность и отчаяние. Но после того, как он побеседовал с Шучун, которая раскрыла ему причину ослабленного духа, он принял его желание. Он понял, что Сюэ Ян по-настоящему полюбил и был готов сохранить спокойствие ближнего, даже ценой своей свободы. Его одновременно радовал и огорчал тот факт, что его брат нашел того, кому готов был отдавать всего себя. Радовало то, что он не одинок, а печалило, что из-за этого мог пожертвовать собой. Главное сейчас было сохранять мужество и дожидаться судного дня. Ради единственного члена его семьи.       Сяо Синчэнь, вернувшийся вечером домой, был полностью измотан. Огромное количество мыслей, вызывало огромное количество чувств, которые пожирали его. Весь день он обсуждал все подробности предстоящего суда со старшей сестрой Ли. А в перерывах он мысленно казнил себя за совершенное.       Открывая дверь собственной квартиры, он поймал себя на мысли, что не сообщил тетушке Люфен о своем возвращении. Он поднялся на два этажа выше своего и позвонил в звонок. Через пару мгновений к двери кто-то подошел. — Кто там? — детский, но очень серьезный голос послышался по ту сторону двери. — Это Сяо Синчэнь.       За дверью послышалось шуршание. Замок начал вращаться и через секунду открылся. Первое, что увидел Синчэнь это летевшая на него А-Цин, что с визгом запрыгнула на него. — Братец Чэн! Ты вернулся!       Проживя несколько лет буквально под одной крышей, он успел изучить повадки девочки, но каждый раз все происходит так неожиданно, что быть готовым к этому заранее просто невозможно. — Я скучала по тебе, братец — шепнула девочка в ухо Синчэню, продолжая сжимать своими маленькими ручками его шею. — Я тоже — был ответ.       Фигура тетушки выглянула из-за кухни и лишь рассмеялась происходящему в дверях. — Я знала, что вернешься. Проходи, будем пить чай.       Пройдя внутрь квартиры, Синчэню удалось высвободиться из сильных объятий А-Цин, и они вместе отправились на кухню. Он считал, что сейчас может поделиться с тетушкой своими переживаниями и событиями прошедших дней. Разговор был длинным, до самого позднего часа. А-Цин уже видела третий сон, когда посиделка закончилась. — Сяо Синчэнь, за эти годы, ты стал мне вторым внуком. Позволь кое-что сказать тебе. Тыква не бывает абсолютно круглой, так человек не бывает абсолютно совершенным*. Все совершают ошибки. Но все по-разному их воспринимают. Об ошибках не нужно сожалеть. Нужно извлекать из них урок. На провалах строится наш опыт и не всегда он будет счастливым. Ты сделал больно человеку, которого любишь, но ты знаешь, как все исправить. Если в твоем поступке будет искренность, он примет ее в любом случае, но исход предсказать невозможно. Если ты не будешь уверенным в том, что делаешь, то и судьба не будет уверена в том, помогать ли тебе. Что касается любви, то она не обходится без боли. Вся суть в любви в том, чтобы делить вместе все трудности и помогать переживать их. — Спасибо вам большое, тетушка. Я действительно нуждался в этих словах.       После этого разговора, на душе наконец воцарилось спокойствие. Потраченное время в родной деревне помогло разобраться в себе. Он по-новому осознал свою жизнь: раскрыл скелеты прошлого и принял их; раскрыл истину о своих родителях; услышал зов своего сердца и принял свою любовь. Беседа с тетушкой лишь подвела итог его размышлений и позволила в полной мере быть уверенным в том, что он делал.       Понедельник 1 февраля.       Аналитики погоды сулили солнечный теплый день. Из-за резкой перемены температуры в городе царствовал густой туман. Застилая собой улицы города, туман не позволял увидеть ничего ближе, чем на три метра.       Сяо Синчэнь хорошенько выспался и поначалу не чувствовал никакого беспокойства. Но выходя из дома, неприятное чувство в груди заставило его насторожиться. «Сегодня я выйду из здания полиции с ним или не выйду вовсе». Поставив себе цель, он взял себя в руки и продолжил свой путь.       Прибыв на назначенное место, за час до начала, он сидел в пустом зале ожидания. Через несколько минут его одиночество нарушил Цзинь Гуанъяо. У него тоже нарастало напряжение, поэтому он прибыл заранее. Увидев одиноко сидящего юношу на скамейке возле окна, он внутри себя поразился его внешнему виду. Утонченный и изысканный молодой человек хмуро наблюдал за видом из окна. А-Яо сразу понял, что это он. Тот самый человек, что был упоением и печалью его брата.       «А у Сюэ Яна хороший вкус» — отметил про себя А-Яо, но внешне никак не высказал свое одобрение. «Что ж, посмотрим какой ты на самом деле».       Цзинь преодолел небольшое расстояние и подсел к юноше. — Здравствуй. Я Цзинь Гуанъяо — брат Сюэ Яна. — Здравствуйте, приятно познакомиться, я Синчэнь. Сяо Синчэнь.       А-Яо не просто так уточнил, что он именно брат Сюэ Яна, ожидая, что и Синчэнь сделает тоже самое и назовет свою принадлежность к его брату. Но тот ловко увернулся от представления его статуса отношений. — Переживаешь? — продолжил свое исследование над предметом воздыханий своего брата Гуанъяо. — Жуть как. А вы? — Прошу, не обращайся на вы. Я не намного старше тебя. И да, я тоже встревожен, но уверен, что все будет в порядке — доброжелательно отвечал А-Яо — Спасибо тебе большое, что согласился помочь Сюэ Яну. С твоей помощью, мы точно выиграем.       Намеренные провокации продолжались, и Цзинь с нетерпением ожидал ответа. Это некая игра в скрытый допрос, где один из оппонентов не подозревает о том, что его допрашивают. Это позволяло отвлечься от поглощающего волнами волнения. — Мне жаль, что так получилось. В подавленном состоянии А-Яна виноват я, и я готов сделать все, чтобы помочь все исправить. Но пожалуйста не подумайте... подумай, что я делаю это из чувства вины. Я делаю это, потому что люблю его — Синчэнь удивился тому, как легко далось ему это признание. Раньше, что-то мешало ему сказать это без затруднений.       В этот момент, «допрос» Гуанъяо неожиданно прервался. Сказанное сформировало первоначальное мнение о партнере брата. Разумеется, верить сразу на слова он не стал. «Посмотрим, как пройдет заседание суда». Но если сказать по секрету, то и после суда, А-Яо продолжит внимательно наблюдать за поведением Сяо Синчэня.       Через полчаса приехали Шучун и Цзычэнь. Еще чуть погодя, их пригласили войти в зал суда. Цзинь Гуанъяо сел на первый ряд, Шучун и Синчэнь на третий, а Сун Лань позади них. Цзычэнь понимал, что сейчас Сяо Синчэнь не готов принять его вновь в свой круг доверия, и его тесный контакт будет доставлять лишь дискомфорт. Шучун же крепко взяла за руки Синчэня, выказывая тем самым свою поддержку. Позже в зал вошли Сянцзян Ли и Сюэ Ян, а следом судья. По началу, не обращая внимания на сидящих в зале, Сюэ Ян смотрел лишь на ноги, опустив голову в низ. Но заняв место за столом, вместе с Ли-лаоши, он мельком бросил взгляд в зал.       Сначала он не мог поверить увиденному. Все такой же прекрасный образ, который он видел в своих снах и не грезил уже увидеть в живую, восседал в парах метрах от него. Вся прелесть этого человека была омрачена тревогой, которая читалась на его лице. Сюэ Яну вовсе не нравилось то, что Сяо Синчэнь тут находился.       Когда их взгляды пересеклись, Сяо Синчэнь уже не выглядел таким тревожным. Теперь на лице читалась радость встречи. Сюэ Ян же смотрел грозно, хотя что-то внутри ликовало от понимания, что Синчэнь пришел сегодня сюда.       Началось заседание и долгое оглашение фактов дела. Официальным представителем обвинения выступал представитель музея, который должен был получить артефакт на хранение. Шаоцзян Баошань отказалась представлять интересы музея в суде, обойдясь проведенным расследованием. Синчэнь понимал, если бы его тетушка согласилась на суд, то даже отсутствие похищенного предмета, не спасло бы Сюэ Яна от тюрьмы.       Томительные минуты ожидания, когда начнут приглашать свидетелей, тянулись для компании друзей, казалось вечность. Первой вызвали Шучун, потом Сун Ланя, а затем и Синчэня. Видя, как заканчиваются вопросы для Цзычэня, Синчэнь стал готовиться к своей очереди. Сердце бешено стучало, чувствуя предстоящий стресс. — Приглашаем последнего свидетеля господина Сяо Синчэня — объявила судья.       Поднявшись с места, он направился к стойке дачи показаний. Встав за нее, он вновь бросил взгляд на Сюэ Яна. Он надеялся, что тот поймет послание, которое он хотел бы передать взглядом. И тот кажется, понял. «Я рядом с тобой. Хорошо?». Сюэ Ян резко отвел взгляд в сторону. Он разрывался между двух огней: вот его любимый вернулся к нему, но тем самым он рискует запятнать себя связью с преступником. — Господин Сяо, где вы находились в ночь с 27 на 28 октября? — Я был на вечеринке по празднованию дня рождения моей подруги Шучун. — Вы были в компании с обвиняемым? — Да. Мы вместе пришли туда и на протяжении всей вечеринки были вместе с ним. — Расскажите подробней, что происходило после того, как вы с друзьями разошлись. — Сначала мы сидели в подвале с общими друзьями Цзычэня и Шучун. После мне захотелось сходить развеяться и найти своих друзей, чтобы узнать как у них дела. Я отправился искать их по этаж и, добравшись до третьего, понял, что видимо мои друзья на веранде. — Что происходило дальше? — Я остался на третьем этаже, беседуя с новым знакомым, Су Фенгом. — О чем конкретно вы разговаривали с господином Су? — задал вопрос представитель обвинения. — Я был впервые на таком мероприятии, поэтому чувствовал дискомфорт от происходящего. Су Фенг предлагал мне наркотические вещества, которые я взял. Я собирался их принять в коридоре, но меня остановил Сюэ Ян. Он дал мне пощечину, тем самым разбив губу. Вы вместе пошли в ванную, где он помог мне смыть кровь. — Наркотик вы так и не приняли? — Нет. — Что было далее? — В ванной мы с ним обсудили всю ситуацию. После чего, Сюэ Ян направился в комнату, где был Су Фенг. Ему было обидно, что меня пытались подсадить на наркотики, и ему хотелось вернуть обратно то, что дал мне Су Фенг. Завязалась потасовка, в ходе которой произошла небольшая драка. После чего я забрал оттуда Сюэ Яна, и мы покинули дом. — Было ли известно вам, что господин Сюэ ранее употреблял наркотические вещества, а также способствовал их распространению? — Да. Он рассказал мне об этом в ванной. Ему не хотелось, чтобы я пошел по тому же пути. А еще ему не хотелось, чтобы кто-то из присутствующих стал принимать запрещенные вещества.       Сюэ Ян внимательно смотрел на Сяо Синчэня. Он обратил внимание на его руки: он не сминал их, как делал прежде в напряженные моменты. То есть, сейчас он был тверд в своих намерениях и прекрасно понимал, что говорит. Это заставило его непроизвольно улыбнуться.       Дальнейшая часть была неловкой, но Сяо Синчэнь осознавал, что от его дальнейших слов, зависит свобода его возлюбленного, поэтому он отбросил скромность и продолжал отвечать. — Как давно вы знакомы с господином Сюэ? — С начала третьего курса. Мы познакомились на собрании для переводных студентов. — Кем вам приходится обвиняемый? — Сначала мы были друзьями, но после той вечеринки мы стали встречаться. В мыслях Шучун воскликнула: «Я знала! Знала, что это случилось на моем дне рожденье». Цзинь Гуанъяо запустил ладонь в волосы, взъерошивая их. «Ну ничего себе, брат. В тот самый день ты и затеял выстраивать свою личную жизнь. Как же многим ты рискуешь, чтобы не опорочить этого парня».       Сюэ Ян, услышав окончание предложения, опешил. Хорошо что он сидел в этот момент на стуле, иначе бы стоя, его ноги подкосились. Он никак не ожидал, что Сяо Синчэнь смело заявит об их отношениях, да еще и в суде. — Правильно ли я понимаю, что вы на данный момент состоите с господином Сюэ в любовных отношениях? — уточнила судья. — Верно — заявил Синчэнь. — Хорошо. У меня еще один вопрос к вам. Считаете ли вы причастным господина Сюэ к краже Тигриной Печати? — Мы проводили много времени вместе, поэтому я точно знаю, что он не причастен к этому преступлению. — Но вы не можете точно сказать, не замышлял ли он кражу — в разговор вернулась сторона обвинения. — Уверяю вас, я более чем убежден, что ни о чем подобном он даже не думал. Его мысли были сосредоточены совсем на другом…       Сюэ Ян бы громко рассмеялся, но понимая то, где он находится, сдержался. Он не верил тому, что человек, стоявший сейчас за стойкой, был тем самым Синчэнем. Это неизвестная ему сторона любимого нравилась Яну. Если он стал таким в период своего возращения на родину, то Сюэ Ян готов был навсегда уехать в то чудесное место. — Благодарю вас, господин Сяо, вы можете присесть на место. Суд удаляется для вынесения приговора.       Судья поднялась со своего места и покинула зал. Наступил накал переживаний. Все сидели в тишине, ожидая вынесения приговора. Никто не знал, что говорить и стоит ли вообще это делать, поэтому помещение погрузилось в тишину, пропитанную смятением.       Сюэ Ян откинул голову назад и смотрел в потолок. Ожидание. До той минуты, пока он не увидел Синчэня, он и не думал о свободе. Но после показаний и того чарующего взгляда, появилась крохотная надежда. Грезы, которые он тысячу раз прогонял перед сном: тепло разливающееся по всему тело, приятное покалывание внутри груди и нежные прикосновения. Все. Больше ничего не было нужно. Таким был его самый дорогой клад. Каждый из них понимал, что разорвать связь решеткой было невозможно. Только один это осознал, как только они встретились, а другому понадобилось время, чтобы разобраться в себе. Каждый решил для себя чего хочет, и сейчас все зависело от благоволения судьбы. — Оглашается постановление федерального суда. Суд постановил уголовное преследование в отношении господина Сюэ, обвиняемого в похищении древнего артефакта Тигриной Печати Преисподней прекратить, ввиду его непричастности к совершению преступления. Уголовное дело о краже направляется Шаоцзян Баошань для дальнейшего расследования. Отменить господина Сюэ меру пресечения и освободить из-под стражи в зале суда.       Былое напряжение утратило свою власть, и на ее место пришло облегчение. Потерянная вера вернулась в сердца людей, и каждый про себя благодарил небеса за разрешение проблемы. В этот раз сыгранная партия закончилась победой богиней Си-ван-му**. Кажется, для кого-то начинается светлая полоса в жизни, после долгих скитаний и исканий смирения.       Долгожданная легкость настигла душу. Не было больше никаких стеснений или сожалений. Наступило просветление, избавившее их от оков прошлого, как реального, так и нереального. Истинное предназначение тех сновидений оставалось тайной, которую разгадать было не суждено. Возможно, это была насмешка все той же всемогущей озорницей судьбой, а возможно, это шанс перечеркнуть печальный финал, настигший их много веков назад. — Что скажешь?       Небесное светило ниспосылало свои дары в виде согревающих лучей. Воздух наполнялся ароматами мокрой земли, молодой зелени и первых цветов. Отовсюду слышался заразительных смех. — Я люблю тебя, Чэнмэй. — Что?       Этот человек не перестает удивлять. После событий произошедших зимой, Ян не знал чего ожидать от Сяо Синчэня. Они вели серьезный разговор и подходя к его итогам, Ян получает признание. Но теперь ему понятно, почему во время того, как он говорил, Сяо Синчэнь улыбался своей блаженной улыбкой и смотрел глазами, наполненными нежностью. — Я не понимаю — растерянно выпалил Сюэ Ян. — Я наконец нашел тебя, свою любовь. Я люблю тебя и больше у меня нет слов.       Сюэ Ян ощутил неожиданную мягкость и тепло кожи от ладони, что легла на его лицо. Синчэнь одним рывком притянул парня к себе и, запустив руку в его волосы, впился в губы жарким поцелуем. Застонав, Сюэ Ян вцепился ему в плечи. Между его губ медленно двигался язык Синчэня. Он крепко держал Яна, управляя им и делая их поцелуй еще более глубоким.       В тот момент Сюэ Ян полностью ощутил свое счастье. Та самая мысль, которая мелькнула у него в суде, сейчас была наяву. Они много раз после заседания обсуждали свои отношения. Они договорились быть друг с другом всегда честными, не скрывая ничего. Договорились, что больше не будет сожалений о минувшем и утаивания своих чувств. — Синчэнь, позволь задать последний вопрос о прошлом — прервав поцелуй, спросил Сюэ Ян. Сяо Синчэнь напрягся и невольно отпрянул, давая небольшое расстояние для продолжения разговора. — Помнится, в зале суда ты сказал, что у меня и в мыслях не было похищать Печать. Ты сказал, что они были заняты другим. Не хочешь поделиться, что же было у меня в голове в тот злополучный день?