The Pack Survives (Стая выживает)

— Я уже сказал ему, что поеду, — сказал Нед, повернувшись к ней, голос у него был надтреснутый и встревоженный. Как и тысячи раз до этого, он открыл окно и впустил холодный северный воздух в ее спальню. — Пожалуйста, не надо, — ответила Кейтилин почти умоляющим тоном. — Ты нужен на севере. Зима близко. Ты убедил меня в этом. — Так ли это? — Спросил Нед. Теперь он сомневался в себе. Он всегда был так уверен, что им надо готовиться к зиме. Теперь он уже не был так уверен. — Я лишил их армии. — И все же люди по-прежнему дезертируют из Дозора, — ответила Кейтилин. — Этот человек, дезертир, все еще бежал. Он рассказал тебе, что видел. — У нас есть время, — вздохнул Нед. — Когда они придут, мне нужно будет убедиться, что весь Вестерос поднимется, чтобы встретить их. — Как ты это сделаешь? — Спросила Кейтилин. Она снова услышала его вздох, — Я не знаю. Она знала, что это ложь, у него был план, но он не говорил ей. Иногда ей казалось, что он что-то скрывает. — Он умрет там без меня, — наконец сказал Нед. Она усмехнулась. Хотя она была уверена, что Нед когда-то высоко ценил короля Роберта, но сейчас она была убеждена, что это уже не так. Будет ли он огорчен, если этот человек умрет? Возможно, но его спасение не было главным приоритетом. И никогда не было. — Итак, ты отправляешься в Королевскую Гавань, чтобы сохранить Роберту жизнь на троне и, надеюсь, убедить его, что слухи о Иных правдивы? — Да, — торжественно ответил Нед. Она прищурилась, глядя на него. — Ты лжешь мне, — просто сказала она. Он наконец повернулся к ней, вопросы плясали у него на языке, но она заговорила первой. — Я знаю кое-что, чего они не знают, Нед. Я знаю твои секреты. Ты говоришь, что готовишь Север, потому что приближается зима, и, хотя я тебе верю, не притворяйся, что это все, к чему ты готовишь Север. Так оно и было. Наконец-то она сказала то, на что ей хватило ума увидеть за эти годы. Он готовился к войне. Это было очевидно, но странно. Он использовал свою репутацию благородного человека, чтобы скрыть свои намерения от королевства. Если не знать о Джоне, о том, как он воспитывал мальчика, каким бы неуверенным он ни был иногда, тогда она могла понять, почему другие думали, что этот человек просто пытается сделать жизнь лучше для своего народа. — Моей целью всегда была зима Кейтилин, — ответил Нед, внезапно почувствовав усталость. — Роберт уже не тот мальчик, с которым я рос. Он не достоин быть королем. Эти слова были предательством, но она знала, что он говорит правду. Южные лорды, даже ее собственный отец, мало обращали внимания на север после восстания. Нед обратил все свое внимание на юг. — Так как же ты ему поможешь? — спросила она и, когда он покачал головой, взмолилась: — позволь мне помочь. — Просто доверься мне. В этот момент раздался стук, прервавший все это. — Да, Десмонд? — Крикнул Нед, и Кейтилин замерла, услышав ответ этого человека. — Милорд, мейстер Лювин и сир Эртур просят срочной аудиенции, — сказал он удивленно. Они услышали шарканье ног за дверью. Послышался сердитый голос сира Эртура. — Эддард, нам нужно поговорить. Сейчас. Она смотрела, как Эддард обернулся с искренним замешательством на лице. Он не ожидал, что сир Эртур будет там. Они быстро оделись и позвали двух своих гостей. Сир Эртур буквально ворвался в дверь, Мейстер Лювин спокойно шел за ним, и было очевидно, что он в ярости. — Это длится уже достаточно долго, — сердито начал сир Эртур. — Я скажу Джону правду, и мне все равно, что ты думаешь. Я говорю это только для того, чтобы предупредить тебя. Ты должен быть там. Она увидела, как на лице Неда появилось страдальческое выражение, и он вздохнул. Больше всего на свете ей хотелось подойти к нему, утешить, но это было бы неправильно. Не сейчас. Вместо этого она спросила: — Что случилось? Сир Эртур сразу же успокоился и заговорил мягче. — Я думаю дело было в вине. Он сказал мне, что считает мою сестру своей матерью. Что она выпрыгнула, потому что мы украли его у неё. Он повернулся к Неду с холодным жестким выражением лица. — Я этого не допущу, Нед. Я не допущу такого неуважения к памяти моей сестры. Кейтилин хотела подойти к этому человеку, утешить его, как друга, которым он стал, но Нед опередил ее. — Мне очень жаль, — сказал он сиру Эртуру. Неловкое молчание повисло между ними, когда правда повисла над их головами. Никто не знал, почему Эшара спрыгнула с этой башни. Сир Эртур, даже после всех этих лет винил себя. Он предпочел клятву, которую дал Рейгару, а не Звездопад, чтобы убедиться, что с его сестрой все в порядке. Нед рассказал ей правду о себе и Эшаре. Он даже сказал ей, что мертворожденный ребенок, которого она родила, был его. Она простила его за это. Брандон все еще был жив. В другой жизни, возможно, Брандон жил бы, и она вышла бы за него замуж, а Нед, ее Нед, был бы с Эшарой. Она могла это понять. — Мы должны сказать ему правду, — тихо произнесла Кейтилин. Это всегда было ее убеждением. Теперь, когда Джон стал достаточно взрослым, она была уверена, что он справится с этим, что он будет хранить эту тайну до тех пор, пока не придет время. — Да, — торжественно произнес Эртур. Эддард вздохнул. — А что потом? Что, если он решит, что хочет стать королем? Что, если он все-таки решит, что больше не хочет здесь оставаться, и отправится на поиски своей семьи? Мейстер Эйемон у стены, Визерис и Дейнерис в Эссосе, что тогда? Он все еще сохранял эту ложь. Его план состоял в том, чтобы посадить Джона на трон. План не был произнесен, в этом не было необходимости. Она знала это и была уверена, что Эртур тоже знал об этом. — Тогда я пойду с ним, — сказал Эртур. — Я буду защищать его, как поклялся Рейгару и Лианне много лет назад. Он мой король, законный король Железного трона. Я последую за ним, куда бы он ни пошел. — Мы расскажем ему, — сказал Эддард, а затем загадочно добавил: — Я однажды обещал ему, что в следующий раз, когда мы встретимся, я скажу ему правду. Я не сдержал этого обещания. Но я планирую сдержать его сейчас. Кейтилин не поняла, о чем он говорит, но кивнула в знак согласия. Семья. Долг. Честь. В таком порядке. Он был членом семьи и, несмотря на опасность, Джон должен был знать. Несколько мгновений прошло между ними, и она удивилась, что Мейстер Лювин все это время молчал. Нед, наконец, повернулся к Лювин, с озорной ухмылкой на лице: — У вас есть письмо для меня? Лювин некоторое время безучастно смотрел на него, а потом покачал головой: —Для леди Кейтилин. — Да, от Лизы, которая хочет помочь нам увидеть ситуацию яснее, — добавил Нед. — Откуда ты знаешь? — смущенно спросил Эртур. Нед сказал то же самое, что и всегда: — Мне это приснилось. — Вы, северяне, странные, — ответил сир Эртур. Нед улыбнулся, но пропустил замечание мимо ушей. — Любовь моя, я думаю, это письмо для тебя. Лювин протянул руку, чтобы дать ей его. Она тут же прочла его и поднесла к огню. — В чем дело? — Спросил Нед, и в его голосе прозвучало беспокойство. Это, прежде всего, расстраивало её в нем. Иногда она чувствовала, что он говорит искренне, но иногда была уверена, что он уже знает, что она собирается сказать, но все же позволял ей это сказать. — Я не знаю всего, — сказал он ей однажды. Она уже начала сомневаться в этом. — Это ты мне скажи, — ответила она, пристально глядя на него. Он рассмеялся.  — Я действительно не знаю. У нее были сомнения. Она говорила тихо, в ее голосе звучал страх от прочитанного. — Это письмо от Лизы. Она говорит, что Джона Аррена убили Ланнистеры. Она не ожидала, что Нед вздохнет в ответ. — Кейтилин, ты помнишь, как я велел тебе найти виночерпия для всех наших блюд и напитков? — спросил он ее. — Она кивнула. — Вскоре после этого мальчика отравили. Ты помнишь, что я сделал? — Ты дал ему… — начала Кейтилин, но Нед покачал головой. Она подумала об этом и вспомнила. — Ты послал письмо королю Роберту и Джону. Ты сказал им, чтобы они тоже должны обзавестись виночерпиями. — Роберт сказал мне, что именно Лиза убедила Джона Аррена, что я параноик и что они им не нужны. Затем он таинственным образом заболевает и умирает. Она почувствовала, как в ней поднимается гнев. — Я знаю, что это тяжело слышать, — твердо ответил Нед, — Но она подозреваемая. Король Роберт будет расследовать его смерть. Её письмо, в котором она пытается обвинить Ланнистеров, может быть просто попыткой отвлечь внимание на кого-то другого. — Тебе это тоже снилось? — выплюнула она. — Нет, — быстро ответил он. — Я не знаю, что случилось с Джоном. Я хочу узнать не меньше других, но ты же знаешь, что говорят о Королевской Гавани. Там никому нельзя доверять. — Даже семье? — спросила она, все еще пристально глядя на него. — Я ни в чем не обвиняю твою сестру, — заявил он. — Я просто хочу сказать, что мы ничего не узнаем, пока не проведем расследование и пока не сможем доверять никому и ничему. Скорее всего, ничего особенного. Она, наверное, ничего не знает. — Она кивнула. Она все еще злилась, но Нед будет думать то, что думает, пока не докажет свою неправоту. Она только надеялась, что Лиза никогда не узнает, что-то об этих подозрениях; это разрушит их и без того натянутые отношения. — Вот почему я должен принять предложение короля Роберта, — продолжал Нед. — Я поеду в столицу и выясню, что случилось с Джоном. Ты должна остаться здесь с Роббом. Я уверен, что все, чему я его научил, сделает его способным править Севером вместо меня, но ему понадобятся все твои советы. — А как же остальные дети? Нед замолчал и пристально посмотрел на нее. Его глаза пронзили её собственные, и казалось, что у него внутри идет борьба. — Рикон останется здесь с Роббом и Джоном. Сир Эртур, продолжайте тренировать их. Убедитесь, что они будут готовы. Сир Эртур кивнул, и Эддард снова замолчал. Он вздохнул. — Санса останется здесь, но мы должны найти причину, — вздохнул Нед, — если Роберт захочет, чтобы я взял ее с собой, чтобы у Джоффри была возможность поухаживать за ней. — Он все еще может хотеть, чтобы Санса уехала, — высказала Кейтилин свои опасения. — Объяви о помолвке с Домериком, может быть, это остановит его желание? — Нет, я сказал ей, что она слишком молода, чтобы быть помолвленной с Джоффри, и что объявление о помолвке с Домериком не пройдет гладко, но она попросит Домерика тоже поехать, — ответил Нед. В его глазах светилась уверенность. Как будто он знал что-то, чего не знал никто другой. — Теон тоже. Да, Домерик может охранять Сансу, а Теон будет охранять Арью. — Нет, — ответила Кейтилин. — Попроси у Бенджена Марну. Теон и Арья всегда конфликтуют. Я бы больше доверяла Марне. Они прекрасно ладят. — Марне не понравится юг, — ответил Нед. — Пожалуйста, — взмолилась Кейтилин. — Я поговорю об этом с Бендженом и спрошу её. Если она не захочет ехать, я не стану ее принуждать, но Теон все равно пойдет. Было бы хорошо, если бы наследник Железных островов пожил при королевском дворе. Это могло бы помочь улучшить отношения с Лордом Бейлоном. — Ты уже даешь ему гораздо больше, чем он заслуживает, — ответила Кейтилин, говоря о пошлине, которую платят Северные торговые суда за то, чтобы безопасно проходить воды вблизи Железных островов и иметь возможность торговать с Западом. — Мне нужны они все, Кейтилин, — твердо ответил Нед, прежде чем двигаться дальше. — Бран тоже пойдет. Он может стать оруженосцем рыцаря. Чего он всегда хотел. Он заслуживает это. — Уильям будет недоволен, — сказала Кейтилин. — Уильям не будет счастлив, или ты не будешь счастлива? — Отозвался Нед. Кейтилин нахмурилась. Ответ на этот вопрос был очевиден. Боги знали, что она не хотела, чтобы Бран или Арья покидали ее, но она будет терпеть, потому что знала, что пока Неда будет в отъезде, другие дети будут нуждаться в ней.